Ядерная программа ссср

В июле 1945 года, на неофициальной встрече Гарри Трумэн намекнул главе советского государства, что в США было создано некое оружие колоссальной разрушительной силы. Сталина эта «новость» с Потсдамской конференции совсем не впечатлила. Советская разведка действовала безукоризненно, и о ведущихся в Штатах работах «отец народов» знал давно. К тому же с 11 февраля 1943-го Советы и сами вплотную занялись ядерным проектом.

Разведка не дремлет

В конце 1941 года советские разведчики вышли на физика Клауса Фукса и нашли с ним общий язык. Фукс разрабатывал ядерное оружие для Великобритании и фашистской Германии. Ученый оказался крайне лояльным к Советскому Союзу и преподнес проект атомной бомбы буквально «на блюдечке». Сталин получил от Фукса 33 страницы машинописного текста.

Недостающую информацию удалось «выудить» из профессора Калифорнийского университета Роберта Оппенгеймера. 4 июля 1945-го советские разведчики доложили Сталину о готовящихся испытаниях ядерного оружия. В ноябре того же года агентурная сеть установила контакт с еще одним физиком, Нильсом Бором. Тот работал в рамках «Манхэттенского проекта».

В результате Союз получил полное описание нового оружия за 12 дней до того, как США завершило работы по его созданию. Иосиф Сталин лишь таинственно улыбнулся в ответ на потсдамское сообщение Трумэна о невиданном доселе вооружении.

Испытания в СССР


Получив такие ценные разведданные, Советы не собирались сидеть сложа руки. Ударными темпами — всего за 2 года — был отстроен Семипалатинский полигон. В строительстве задействовали 15 тысяч рабочих, а сам проект обошелся в 180 млн. рублей. Для того времени это был просто небывалый размах.

В укрытиях полигона построили амбразуры, через которые можно было наблюдать за ядерным взрывом. Какую он будет иметь мощь и чем может обернуться для испытателей, ученые пока не знали, поэтому решили перестраховаться. Обращенную к полигону стену командного пункта засыпали землей. Перископом наблюдателям пользоваться запретили.

Первые испытания превзошли все ожидания. Мощь взрыва оказалась такой сильной, что в командном пункте вынесло все стекла, а часть наблюдателей получила травмы слуха. Несмотря на причиненный ущерб, это была победа. Тысячи разработок и многолетний сбор разведданных не прошли впустую.

Роль Девятаева

Фашистская Германия тоже активно занималась аналогичным проектом, но еще в марте 1945-го потеряла значительную часть своих достижений. Тогда базу Пенемюнде, с которой немцы запускали ракеты Фау-2, разнесли в пух и прах бомбардировщики Советов и союзнической армии.

Информацию о ее местонахождении получили от русского летчика Михаила Девятаева. За месяц до разгрома Пенемюнде он угнал немецкий бомбардировщик «Хенкель» и сбежал из плена, доставив родной стране точные координаты военной базы.

Царь-торпеда


За созданием советской бомбы дело не стало. Проблема заключалась в другом: не было самолета, способного доставить ее на территорию страны противника. Самый мощный на тот момент Ту-4 по параметрам не подходил для трансатлантического перелета. Он был слишком тихоходным, нуждался в промежуточной заправке и был чересчур простой мишенью для американских истребителей F-86.

Советские ученые решили обойтись ядерными торпедами. СССР обладал в то время самым мощным подводным флотом, а транспортировка ядерного оружия на подлодках могла быть абсолютно незаметной для противника. Работы по созданию ядерной торпеды шли под началом физика Андрея Сахарова.

Он предложил доставлять 100-мегатонные бомбы на «Царь-торпедах» проекта 627. Эти громадные, 40-тонные боеголовки были специально созданы для транспортировки термоядерных зарядов к «дружественным» американским берегам. Взрыв бомбы вблизи побережья мог вызвать мощное цунами, которое накрыло бы все города далеко вглубь материка.

Царь-бомба

Помимо подлодок, планировалось все же использовать и воздушный флот. С этой целью 30 октября 1961-го была создана мощная «Царь-бомба», которую решили доставлять на ракетоносцах Ту-95. Испытания прошли на Новой земле, в районе полигона, известного под названием «Сухой Нос».


По достижении самолетом высоты в 9,5 км Царь-бомба была сброшена на парашюте. Пролетев 5 км, она, как и было запланировано, взорвалась. Мощность взрыва более чем впечатляла. Ядерный «гриб» взмыл в небо на 64 км, а в диаметре достиг 40 км. Взрывная волна чудовищной силы трижды опоясала Землю.

Самолет-носитель успел эвакуироваться на приличное расстояние (39 км), но и его порядком тряхнуло. Обшивка в некоторых местах просто оплавилась. Звуковая волна от взрыва Царь-бомбы достигла острова Диксон. Вспышку заметили в Гренландии и на Аляске. Радиосвязь на час пропала в радиусе 100 км.

На таком же расстоянии пострадали и животные. В основном, это были оленьи стада местного населения, получившие ожоги III степени. Испытания наглядно доказали, что применение одной Царь-бомбы могло бы уничтожить город, равный по размерам Парижу, за 1 секунду.

На грани ядерной войны с Китаем

Именно так охарактеризовал обстановку в 1969 году историк Лю Чэнь Шань. Ядерная война была предотвращена, как ни странно, только благодаря усилиям американского правительства. Все началось с мартовского конфликта (1969 г.) в районе приграничного острова Даманский. Москва взяла курс на устранение «китайской угрозы», о чем вскоре получил сообщение и Вашингтон.


Госсекретарю Генри Киссинджеру его передал 20 августа советский посол Анатолий Добрынин. Через неделю эта информация просочилась в прессу и была опубликована в «The Washington Post». В начале осени страсти накалились до предела. Америка пригрозила Союзу нанести удар по его позициям, если Москва развернет ядерную атаку против Китая.

На прицеле у Штатов было около 130 советских населенных пунктов. Такую угрозу нельзя было игнорировать. Советский Союз отказался от своих планов и начал мирные переговоры с Пекином.

Ложная тревога

То, насколько все страны были «на взводе» из-за создания ядерного оружия и постоянных международных конфликтов, говорит инцидент, произошедший 9 ноября 1979-го. Американская ПВО получила сигнал о массовом запуске ракет, произошедшем на территории противника. Тут же были приведены в боеготовность все ответные силы и подготовлен для эвакуации президента самолет.

6 минут военное ведомство США лихорадило, пока не выяснилось, что это сами же американцы случайно запустили у себя тренировочное задание на компьютере комплекса Шайенн. И таких «глюков» было немало. Кто знает, сколько раз мир висел на волоске от ядерной войны.

Источник: suharewa.ru

I. Советская ядерная программа

Основоположником советской ядерной программы следует считать академика В. И. Вернадского. Он еще в 1910 г., понимая как никто другой глубинный смысл радиоактивности, открытой Беккерелем, представил конкретную программу геологического поиска урановых руд и овладения энергией атомного распада.


1922 г. в Петрограде на открытии Радиевого института, директором которого В. И. Вернадский был до 1939 г., он говорил: “Мы подходим к великому перевороту в жизни человечества, с которым не может сравняться все им пережитое. Недалеко время, когда человек получит в свои руки атомную энергию — такой источник, который дает ему возможность строить свою жизнь, как он захочет. Сумеет ли человек воспользоваться этой силой, направить ее на добро, а не на самоуничтожение? Дорос ли он до умения использовать ту силу, которую неизбежно должна дать ему наука?”.

Именно в институте В. И. Вернадского проявилось дарование еще молодого тогда И. В. Курчатова, будущего руководителя советской ядерной программы [7].

В 1943 г. незадолго до начала Сталинградской битвы И. В. Сталин принял на даче в Кунцево двух крупнейших ученых В. И. Вернадского и А. Ф. Иоффе. Они убедили вождя в необходимости и реальной возможности создания атомного оружия. Конечно, у Сталина и до этого были донесения советских разведчиков об американском и английском атомных проектах, попытках создать “оружие возмездия” в Третьем рейхе, были письма ученых АН СССР, в том числе Г. Н. Флерова. Но убежденность в необходимости поставить эту проблему на уровень важнейшей государственной задачи пришла в результате этой встречи. За ней последовало решение Государственного комитета обороны (ГКО).

Начало советской ядерной программы относится к 1943 г., когда по решению ГКО было создано первое в стране научно-исследовательское учреждение, призванное заниматься атомной проблемой, — Лаборатория измерительных приборов № 2 АН СССР (ЛИПАН — ныне Российский научный центр “Курчатовский институт”).


ководство Лабораторией и всеми работами по атомной проблеме было поручено академику И. В. Курчатову. А одним из заместителей И. В. Курчатова по научной работе через некоторое время стал выдающийся математик С. Л. Соболев.

Атомная проблема выросла из фундаментальных физических проблем. Будущий нобелевский лауреат Н. Н. Семенов предсказал в 1926 г. в своей первой публикации по цепным химическим реакциям два возможных пути протекания таких реакций: цепной взрыв (как в урановой бомбе) и тепловой взрыв (как в термоядерной бомбе). В 1935 г. Н. Н. Семенов сделал свой знаменитый доклад о разветвленных реакциях с участием нейтронов. В 1939-1940 гг. физики Я. Б. Зельдович и Ю. Б. Харитон опубликовали в “Журнале теоретической и экспериментальной физики” три работы, которые стали впоследствии классическими и легли в основу атомной бомбы и атомной энергетики. Таким образом, в стране к началу ядерной программы был создан мощный фундаментальный задел, позволивший СССР самостоятельно и в кратчайшие сроки ликвидировать монополию США на обладание атомным оружием. Этот задел существовал не только в физике, но и в вычислительной математике, гидродинамике, химии.

Как известно, наукоемкость проекта атомной бомбы связана с необходимостью исследовать большое число вариантов физических и технологических принципов построения бомбы на основе урана-235 или плутония, который мог быть получен в результате управляемой ядерной реакции при облучении нейтронами ядер урана-238.


Проект создания атомной бомбы в фашистской Германии столкнулся именно с этой научной и технической трудностью, так как немецким физикам пришлось одновременно исследовать и разрабатывать семь вариантов построения бомбы. Это произошло из-за принципиальной ошибки в начале работ, когда был отвергнут графит как материал для замедления нейтронов при облучении урана и был сделан выбор в пользу “тяжелой воды” (ведь затянись война еще на два-три года, и неизвестно, кто бы сделал и применил первым атомную бомбу, а если бы она появилась в фашистской Германии, то катастрофа для человечества стала бы неизбежной).

Ясно, что для сокращения числа возможных вариантов было необходимо применять математические основы моделирования ядерных взрывов, прежде всего для расчетов мощности ядерных зарядов. Такие расчеты были организованы в ЛИПАН С. Л. Соболевым и в Отделении прикладной математики МИАН (ныне ИПМ им. М. В. Келдыша РАН) А. А. Самарским, еще до появления первых отечественных компьютеров, с помощью бригад расчетчиков на настольных счетно-клавишных машинах. Уже тогда они предложили эффективные алгоритмы численного решения уравнений математической физики, которыми описывались процессы ядерного взрыва. В 1953 г. вышло второе издание монографии А. А. Самарского и А. Н. Тихонова “Уравнения математической физики” [1], в которой был отражен полученный ими опыт (естественно, без ссылок на расчеты, послужившие источником этого опыта).


Поддержка исследований физиков со стороны вычислительной математики оказалась чрезвычайно важной на первой стадии советской ядерной программы, когда коллектив И. В. Курчатова стоял перед необходимостью принимать безошибочные решения. Как считает академик Е. П. Велихов, “если бы нам не удалось в августе 1949 г. испытать атомную бомбу, физики в СССР больше не было бы. По-видимому у Сталина была уже «запасная» команда физиков, готовая сменить коллектив, которым руководил И. В. Курчатов”. Это предположение выглядит весьма правдоподобным, потому что в стране тогда политическим руководителем ядерной программы был нарком внутренних дел Берия. Физическое уничтожение людей, объявляемых “врагами народа”, было ведь в 40-х годах в порядке вещей. Любопытно отметить, что подобная ситуация наблюдалась и в США. Ведь первая официальная бумага генерала Л. Гровса, отвечавшего в США за Манхэттенский проект, — письмо генеральному прокурору США об аресте физиков Энрико Ферми и Лео Сцилларда как якобы иностранных шпионов.

Первые программы для машины “Стрела”, реализующие алгоритмы численного решения задач моделирования ядерного взрыва, были разработаны в ИПМ АН СССР. Хотя производительность и, главное, надежность этой машины для решения таких задач не были достаточными, первые задачи были решены благодаря виртуозной работе программистов. Крупнейший специалист по программированию М.Р. Шура-Бура по этому поводу образно высказался: “Как мы победили «Стрелу»«.


В 50-х годах А. А. Самарский и А. Н. Тихонов активно развивали теорию разностных схем, позволявшую сводить численное решение дифференциальных и интегральных уравнений математической физики к решению алгебраических разностных уравнений. Эти результаты, опубликованные в Докладах АН СССР в 1956-1959 гг. [2] в дальнейшем использовались при алгоритмизации и программировании задач советской ядерной программы на машинах М-20 и М-220, БЭСМ-6 в Институте прикладной математики АН СССР, Институте атомной энергии, ВНИИ экспериментальной физики (»Арзамас-16”), ВНИИ технической физики (Снежинск, “Челябинск-70”).

Основные события истории советской ядерной программы представлены на сайте музея ядерного оружия ВНИИЭФ (г. Саров) [3].

В 1953 г. в СССР было произведено испытание первой в мире водородной бомбы. Она была разработана ВНИИЭФ (“Арзамас-16”). Для работ по численному моделированию ядерного оружия, расчетов конструкций бомбы этого типа в ВНИИЭФ были привлечены в 1953-1956 гг. ведущие математики М. А. Лаврентьев, Д. В. Ширков.

Еще задолго до этого М. А. Лаврентьев предложил гидродинамическую трактовку явления кумуляции. Основная (и на первый взгляд парадоксальная) идея М. А. Лаврентьева состояла в том, что при достаточно высоких давлениях, которые возникают при взрывах, можно рассматривать металл как идеальную несжимаемую жидкость, а образование кумулятивной струи — как задачу о взаимодействии струй жидкости. Для этого в механике уже имелся готовый математический аппарат. Стало быть можно было строить теории и проводить расчеты направленного взрыва.


М. А. Лаврентьев вместе с В. С. Владимировым, Л. В. Овсянниковым и Д. В. Ширковым выполнили расчеты конструкций атомных снарядов для артиллерии, которые обеспечивали возможность применения ядерного оружия на поле боя (а не бомбометанием “по площадям”) — “пушечного сближения”, как называли тогда в США эту возможность.

За выполнение этой работы М. А. Лаврентьев и все трое упомянутых участников были удостоены Ленинской премии.

В 1961 г. на Новой Земле было произведено атмосферное испытание самой мощной в истории термоядерной бомбы мощностью 58 мегатонн тротилового эквивалента, а в 1962 г. СССР произвел на Новой Земле свое последнее воздушное испытание ядерного оружия. После этого основным методом испытаний ядерного оружия стали математические модели или подземные ядерные взрывы.

В 1970 г. на вооружение Советской Армии были поставлены первые межконтинентальные ракеты с разделяющимися ядерными боевыми головками.

Проблемы “миниатюризации” ядерного оружия решались во ВНИИ технической физики (Снежинск) под руководством К. Н. Щелкина. Именно они легли в основу разделяющихся головных частей ракетного вооружения Советской Армии в 70-х годах. Как писал академик А. Д. Сахаров в книге “Воспоминания”, “большое” изделие (мощностью 100 мегатонн тротилового эквивалента) в военном смысле — дело пустое, так как для него не было подходящей ракеты-носителя, а бомбардировщик, несущий это изделие, может быть легко сбит. Идея для военных — торпеда, запускаемая с подводной лодки“. Такие морские ракеты, включая ракеты с разделяющимися головками, разрабатывало КБ академика В. П. Макеева в г. Миасс.

В 1979-1987 гг. на вооружение Советской Армии поступило новое поколение стратегических ракетных комплексов стационарного и подвижного (в том числе на подводных лодках) базирования.

В течение некоторого времени в российских средствах массовой информации (в газетах и на телевидении) муссировался миф о том, что советская атомная бомба была копией американской, чрезмерно преувеличивавший роль научно-технической разведки в решении ядерной проблемы. В действительности это было не так — “ученые и разведчики делали общее дело” [6]. От американских физиков из атомной лаборатории в Лос-Аламосе, действовавших по убеждению, а не за плату, Клауса Фукса и Теодора Холла (кличка по данным разведки “Персей”) советские разведчики получили не чертежи атомной бомбы (по которым И.В. Курчатов якобы сделал нашу бомбу), а схему устройства ядерного заряда с указанием его размеров и используемых в нем материалов [8]. Конечно, эта информация вместе с ответами на вопросы, которые систематически ставил И. В. Курчатов перед научно-технической разведкой, во многом способствовали отсечению неперспективных вариантов и принятию И. В. Курчатовым безошибочных решений, о чем было сказано выше. Однако не меньшую роль сыграло и применение математического моделирования. Об этом подробно рассказал академик А. А. Самарский на симпозиуме “Российская Академия наук и первое испытание отечественного ядерного оружия”, посвященном 275-летию Российской Академии наук и 50-й годовщине первого испытания советской атомной бомбы [5].

Стремление показать партийно-политическому руководству страны свою значимость было характерно для советских спецслужб. Не избежали этого соблазна и службы научно-технической разведки. П. А. Судоплатовым была сочинена легенда о том, что Нильс Бор передал нашим разведчикам ценнейшие сведения. На самом деле это были общие данные, известные нашим физикам и без обращений к Н. Бору [4].

Рассказ о советской ядерной программе будет неполным, если не упомянуть о применении компьютеров для расчетов реакторов атомных энергоблоков. Наиболее весомый вклад в этом направлении был сделан Г. И. Марчуком в 1953-1962 гг. во время его работы в Физико-энергетическом институте (ФЭИ) в г. Обнинске. Для решения задач расчета атомных реакторов тогда применялась машина М-20. Математической основой были приближенные аппроксимации уравнения Больцмана в приложениях к решению нейтронных задач.

Г. И. Марчук опубликовал результаты своих работ в двух монографиях: “Численные методы расчета ядерных реакторов” (1959 г.) и “Методы расчета ядерных реакторов” (1961 г.). За работы в области атомных реакторов Г. И. Марчук в 1961 г. был награжден Ленинской премией.

Наконец, нельзя не сказать о применении универсальных вычислительных машин для глобального моделирования климата Земли. Модели так называемой “ядерной зимы” были разработаны в ВЦ АН СССР В. В. Александровым и Г. Л. Стенчиковым под руководством академика Н. Н. Моисеева. Расчеты, выполненные с помощью машины БЭСМ-6, показали, что ждет человечество, если случится ядерная катастрофа. Они послужили серьезным предостережением для политиков и в США, и в СССР в период “холодной войны” и стимулом для переговоров о сокращении запасов ядерного оружия, запрещении ядерных испытаний в атмосфере, открытом космосе и под водой.

II. Советская космическая программа

Теперь уже всем известно, что советской космической программой руководил Главный конструктор академик С. П. Королев. Гораздо меньше широкой массе населения России известен академик М. В. Келдыш, которого в свое время в прессе журналисты называли “Главным теоретиком космонавтики”, когда эти фамилии нельзя было произносить вслух из-за жестких режимных требований секретности работ.

Институт прикладной математики АН СССР, созданный М. В. Келдышем, был инициатором и основным разработчиком программного обеспечения для расчетов траекторий баллистических ракет и космических аппаратов, необходимых при выполнении всех космических запусков искусственных спутников Земли. Для проведения таких расчетов в ИПМ, Центре управления полетами и других организациях, связанных с космической программой, применялись универсальные цифровые вычислительные машины М-20, затем БЭСМ-6 и многомашинная вычислительная система АС-6. В ИПМ алгоритмы и программы этих расчетов разрабатывались под руководством академика Д. Е. Охоцимского.

Когда в свое время журналисты писали о создании ракетно-ядерного щита страны, они называли аббревиатуру “3К” — Курчатов, Королев, Келдыш. Академик  Б. Е. Патон, оценивая важнейшее значение создания и применения компьютеров для ядерной и космической программ, говорил, что справедливо было бы назвать и академика С. А. Лебедева, создавшего компьютеры, применявшиеся в этих программах.

Универсальные вычислительные машины применялись не только для баллистических расчетов, но и для проектирования самих ракет-носителей в КБ С. П. Королева и В. Н. Челомея, главного конструктора ракет военного назначения. В части создания реактивных самолетов-снарядов военного назначения первым результатом советской программы стало создание ракет, подобных по назначению немецким “Фау-1” (V-1) и “Фау-2” (V-2), разработанным В. фон Брауном [8]. Надо пояснить, что V — начальная буква немецкого слова “Vergeltung” (возмездие), которое было придумано Геббельсом в пропагандистских целях и не имело ничего общего с характером самого оружия. Ракету, подобную по назначению немецкой V-2, создало КБ С. П. Королева (ныне НПО “Энергия”), сотрудники которого Б. Е. Черток и В. П. Мишин были командированы по окончании войны в Германию, чтобы достать трофейные образцы сохранившихся деталей жидкостных реактивных двигателей V-2 и системы автоматического управления полетом ракеты.

Ракету, подобную по назначению немецкой V-1, создало КБ В. Н. Челомея (ныне НПО машиностроения г. Реутов Московской области), в результате Советская Армия была вооружена самолетами-снарядами наиболее передового по тому времени уровня.

За этими первыми ракетами в 70-80-х годах последовала серия военных ракет-носителей.

Основными участниками создания ракетно-космических комплексов военного назначения в советской космической программе были: Южный машиностроительный завод, г. Днепропетровск; КБ “Южное” им. М. К. Янгеля; НПО машиностроения; НПО “Хартрон”.

Днепропетровским южным машиностроительным заводом (ЮМЗ) Минобщемаша СССР (генеральный директор ЮМЗ с 1986 г. Л. Д. Кучма) и КБ “Южное” им. М. К. Янгеля были созданы: ракетный комплекс “Зенит”; ракетный комплекс 15А18М, известный на западе как СС-18 “Сатана”. СС-18 был принят на вооружение в 1988 г. Он составил главную мощь ракетных войск стратегического назначения СССР и поставил последнюю точку в истории “холодной войны”, подтолкнув противоборствующие стороны к подписанию договора об ограничении стратегических вооружений.

Главным конструктором ракетных комплексов в КБ “Южное” в 1960-1986 гг. был В. Г. Сергеев, дважды Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии и Государственных премий СССР и УССР, премии М. К. Янгеля.

Системы управления для ракет-носителей разрабатывало НПО “Хартрон”, г. Харьков (генеральный директор В. Г. Сергеев). Главным конструктором бортовых компьютеров для ракетных комплексов был А. И. Кривоносов.

Ракетный комплекс 15А30 был создан КБ машиностроения, г. Реутов, Московской области. Генеральный конструктор — академик В. Н. Челомей. Система управления ракетой была разработана НПО “Хартрон”.

Для отработки программно-математического обеспечения так называемого “электронного пуска” ракеты в НПО “Хартрон” использовался инструментальный комплекс на базе БЭСМ-6, который моделировал полет ракеты и реакцию системы ее управления на воздействие основных возмущающих факторов и обеспечивал эффективный и полный контроль полетных заданий. За создание технологии “Электронного пуска” коллектив разработчиков — Я. Е. Айзенберг, Б. М. Конорев, С. С. Корума, И. В. Вельбицкий и др. — был удостоен Государственной премии УССР.

Системы управления, разработанные НПО “Хартрон”, поставлялись ЮМЗ.

III. Достижение стратегического оборонного паритета между СССР и США

В противостоянии США и СССР в период “холодной войны” переломным оказался 1949 год. 29 августа 1949 г. была испытана первая отечественная атомная бомба. В США первая атомная бомба была испытана 16 июля 1945 г., а в августе 1945 г. США подвергли атомным бомбардировкам японские города Хиросиму и Нагасаки. Эти бомбардировки не имели никакого значения для непосредственных результатов войны с Японией. Они были только демонстрацией силы со стороны американской военщины, адресованной СССР, тогдашнему союзнику США и потенциальному противнику в преддверии “холодной войны”. Вопрос о том, готовили ли США агрессию против СССР или нет, долгое время обсуждался в среде политиков и ученых. Разные мнения на этот счет высказывали авторитетные ученые. Так, академик Л. А. Арцимович скептически оценивал развитие событий по такому варианту, а академик А. П. Александров, наоборот, был уверен, что агрессия США была бы неминуемой, если бы не успешные испытания советской атомной, а затем в 1953 г. водородной бомб.

С осени 1955 г. торпедами с ядерными боеголовками начали вооружаться советские дизель-электроходные подводные лодки. А с конца 50-х — начала 60-х годов в боевой состав ВМФ СССР начали поступать первые стратегические подводные лодки с ядерными двигательными установками и ядерным оружием (баллистическими ракетами) на борту. Главным конструктором первой советской атомной подводной лодки (АПЛ) был В. Перегудов, 100-летие со дня рождения которого отмечалось в июне 2002 г. В СССР первая атомная подводная лодка “Ленинский комсомол” была создана СКБ “Малахит” в 1957 г., всего на четыре года позже, чем в США была создана АПЛ “Наутилус”

Прототипом реактора для советской АПЛ был реактор атомной электростанции в Обнинске.

После того как стало ясно, что достигнут паритет в обладании ядерным оружием, важнейшим стал вопрос о наличии средств его доставки, т. е. ракет-носителей, способных доставлять ядерные заряды заданной мощности. Паритет в этой области был достигнут к середине 80-х годов (см. раздел II статьи).

“За несколько дней до переговоров Горбачева с Рейганом в Рейкъявике наша ракета (”Сатана“), выпустив десять разделившихся боеголовок, пролетела над Гавайскими островами, чтобы американцы знали, с кем имеют дело!” — рассказывал один из участников разработки системы управления ракетой 15А18М (СС-18 “Сатана”) главный инженер НПО “Киевский радиозавод” Б. Е. Василенко.

Стратегический оборонный паритет между СССР и США обеспечивался также наличием систем противоракетной обороны (ПРО). 26 мая 1972 г. был подписан договор об ограничении ПРО. По нему разрешалось каждой стороне развернуть не более двух систем ПРО, одна из которых могла быть использована для прикрытия столицы, а вторая — для защиты района пусковых установок баллистических ракет. В 1974 г. был подписан протокол к этому договору, которым количество разрешенных систем ПРО было уменьшено до одной, а район развертывания каждая сторона могла выбрать по своему усмотрению. В СССР решили “раскрыть зонтик” ПРО над Москвой, в США — над военной базой Гранд-Форкс (штат Северная Дакота).

Работы по созданию системы ПРО в СССР были начаты в 1958 г. под руководством Генерального конструктора Г. В. Кисунько. Она получила кодовое название “Система А-35”. Основу этой системы составлял универсальный вычислительный комплекс на базе машин М-40 и М-50, разработанных в ИТМ и ВТ АН СССР в 1956-1961 гг.

Для М-40, самой быстродействующей в то время в стране серийной вычислительной машины, В. С. Бурцевым впервые были предложены принципы распараллеливания вычислительного процесса на уровне аппаратных средств. Все основные устройства машины (арифметики, управления, оперативной памяти, внешней памяти) имели автономные узлы управления и работали параллельно. Впервые был использован принцип мультиплексного канала, благодаря которому удалось без замедления вычислительного процесса осуществить прием и выдачу информации с десяти асинхронно работающих линий обмена с радиолокационными станциями при общей пропускной способности 1 млн. бит/с. М-50 представляла собой модификацию М-40 для выполнения арифметических операций с плавающей точкой. Она была введена в эксплуатацию в 1959 г.

За создание вычислительных комплексов ПРО на базе М-40 и М-50 С. А. Лебедев и В. С. Бурцев были удостоены Ленинской премии.

В 1961-1968 гг. в ИТМ и ВТ были разработаны для системы ПРО высокопроизводительные вычислительные машины второго поколения — 5Э92б и ее модификация для вычислений с плавающей точкой 5Э51. Главным конструктором 5Э92б и 5Э51 был С. А. Лебедев, его заместителем — В. С. Бурцев. Впервые появилась возможность применять в системах ПРО двухпроцессорные вычислительные комплексы с общим полем оперативной памяти, строить многомашинные комплексы с общим полем внешних запоминающих устройств. Межведомственные испытания 5Э92б состоялись в 1964 г., а многомашинный вычислительный комплекс системы ПРО из восьми машин 5Э92б был испытан в реальной работе в 1967 г. В дальнейшем серийные вычислительные машины 5Э92б и 5Э51 стали основой системы ПРО в СССР. Для них было создано прикладное программное обеспечение, учитывающее аппаратные возможности, предусмотренные в архитектуре этих машин.

Создание системы ПРО обеспечило паритет СССР с США в “холодной войне” и сыграло важнейшую политическую роль в заключении договора по ограничению ПРО в 1972 г., о котором было сказано выше.

Второй вариант российской ПРО — “Система А-135” был принят на вооружение к 1994 г. Его ядром стали многофункциональная радиолокационная станция “Дон” и высокопроизводительный вычислительный комплекс, размещенные вблизи подмосковного города Софрино, как “зонтик” защиты столицы от ракетно-ядерного нападения.

Договор о сокращении ядерных потенциалов, подписанный президентами России и США В. В. Путиным и Дж. Бушем, фиксирует их уровень в 1700-2200 ядерных зарядов на стратегических ракетах-носителях. Однако этот уровень все еще очень велик. Как считает директор Института проблем международной безопасности РАН  А. Н. Кокошин, “на самом деле никто и никогда не будет знать наверняка, как работает целая система ПРО или система стратегических наступательных вооружений (СНВ). При попытке это проверить может просто не остаться тех, кто должен оценить эффективность их применения”. Поэтому не следует переоценивать возможностей американской национальной ПРО, которую США намерены создать вслед за своим выходом из договора по ПРО. Ведь понадобится спрятать всю Америку не под “зонтик”, а в бетонные бункеры, так как отбить 1700 боеголовок никакой противоракетный “зонтик” пока не в состоянии.

В течение безудержной гонки вооружений были произведены запасы ядерного оружия, теперь подлежащие уничтожению. Но и это требует значительных усилий и расходов. Снова нужны модели, алгоритмы и программы, чтобы с помощью компьютеров просчитать режимы и условия, необходимые для сооружения хранилищ материалов от ядерных зарядов, снимаемых с вооружения, без нанесения непоправимого ущерба окружающей среде.

Источник: www.computer-museum.ru

«ГОРНО-АЛТАЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

Историко-филологический факультет

Кафедра Истории России

Направление 44.03.01 Педагогическое образование

Профиль «История»

КУРСОВАЯ РАБОТА

Процесс разработки ядерной программы СССР в период восстановления народного хозяйства

Выполнил: Казанакова Аэлита Николаевна

Научный руководитель

д.и.н., профессор Чедурова Е.М.

Горно-Алтайск 2017

Содержание

Введение

1. Исторические предпосылки к созданию ядерной программы СССР

2. Послевоенное восстановление народного хозяйства СССР

3. Ядерная программа СССР

3.1 Процесс разработки ядерной программы СССР

3.2 Реализация ядерной программы СССР

4. Роль ядерной программы в международных отношениях

Заключение

Список использованных источников и литературы

Введение

Актуальность настоящего исследования состоит в том, что обращаясь к истории, общество может найти в прошлом примеры успешного решения глобальных проблем развития страны, к числу которых, несомненно, относится создание атомной индустрии, находившейся на передовых позициях мирового научно-технического прогресса.

Особое место в отечественной истории занимает процесс разработки, реализации и роли ядерной программы СССР в период восстановления народного хозяйства.

Степень изученности темы. Изучение советского атомного проекта стало возможным только в начале 90-х годов XX века. Так, в фундаментальном исследовании В.В. Игонина Игонин В.В. «Атом в СССР» подробно рассматривалась работа довоенных съездов физиков.

Авторы «А-бомбы» А.И. Иойрыш, И.Д. Морохов, С.К. Иванов постарались провести исследовательский поиск и показать роль учёных фашистской Германии, США и Советского Союза в создании атомной бомбы. Наибольшее количество изданий посвящено научному руководителю атомного проекта академику И.В. Курчатову.

Примером этого служит книга П.Т. Асташенкова «Академик И.В. Курчатов».

Особый интерес по проблеме формирования органов управления представляют документы из отечественных архивных коллекций, раннее недоступных для изучения, которые вошли в сборник под общим названием «Атомный проект СССР».

В него включены уникальные документы выдающихся советских учёных, постановления СНК, ГКО, комплекс документов, которые отражают основные направления и методы организации атомной программы, кадровый состав и роль отдельных руководителей. В журнале «Вопросы истории естествознания и техники» ветераны внешней разведки опубликовали: подборку документов, свидетельствовавших о значительном вкладе их ведомства в создание атомной промышленности.

В книгу «КГБ открывает тайны» был помещён материал о действиях научно-технической разведки с целью сбора информации об атомном проекте США.

Таким образом, несмотря на значительное число исследований, посвященных истории атомных проектов СССР и США, специальных работ, целью которых является выявление общего и особенного в советской и американской программе ядерного оружия, а также положительных и отрицательных сторон ядерной программы СССР, не существует.

Объект исследования ядерная программа СССР.

Предметом исследования являются предпосылки создания атомного оружия в СССР, основные разработки атомных проектов в Советском Союзе.

Целью исследования является анализ процесса разработки и реализации ядерной программы СССР в период восстановления народного хозяйства.

задачи:

раскрыть предпосылки к созданию ядерной программы и оружия СССР;

— рассмотреть процесс разработки и реализации ядерной программы СССР;

рассмотреть взаимосвязь ядерной программы с восстановлением народного хозяйства СССР.

Территориальные рамки охватывают территорию Советского союза.

Источниковая база. При написании курсовой работы на тему «Процесс разработки ядерной программы СССР в период восстановления народного хозяйства» были использованы следующие виды источников:

Методологическая основа. Методологическую основу данного исследования составили принципы анализа, синтеза и сравнения.

Новизна заключается в том, что на основе анализа опубликованных материалов и результатов исследований выявлены особенности советской программы ядерного оружия в СССР.

Практическая значимость исследования состоит в том, что данный материал может быть использован при подготовке внеклассного мероприятия, посвященного изучению космонавтики в школьном курсе отечественной истории.

1. Исторические предпосылки к созданию ядерной программы СССР

Существует несколько значимых исторических предпосылок к созданию ядерной программы Союза Советских Социалистических Республик (СССР).

Одной из них является развитие научных представлений, то есть общие формулировки идей о возможности создания атомной бомбы из урана; формулировки понятий критической массы и элементов теории ядерной цепной реакции.

Высокий уровень советских исследований также повлиял на реализацию ядерной программы, а именно: развитие теории атомного ядра; открытие ядерных изомеров и спонтанного деления урана; создание первого в Европе циклотрона; проведение Всесоюзных и международных конференций по ядерной физике; создание комиссии по атомному ядру; создание сети физических, физико-технических институтов во многих городах страны; развитие физики процессов детонации взрывчатых веществ. Еще один главный фактор появился после победы над нацистской Германией: вырисовывалась новая карта мира и новые соперники за мировое господство.

Победа над Третьим Рейхом и его союзниками досталась огромной кровью всей Европе, а особенно СССР. Будущий конфликт обозначился ещё на Ялтинской конференции 1945 года. На данной встрече решалась судьба послевоенной Европы. В это время Красная Армия уже подходила к Берлину, поэтому необходимо было произвести так называемый раздел сфер влияния. Главные преткновения бывших союзников по антигитлеровской коалиции начались после раздела Германии. Восточную часть заняли советские войска, была провозглашена Германская Демократическая Республика (ГДР). Западные территории, которые заняли союзники, вошли в состав Федеративной Республики Германия (ФРГ). Между бывшими союзниками тут же начались распри. Конфронтация в конечном итоге привела к закрытию границ между ФРГ и ГДР. Противоречия между капиталистической и социалистической моделями государственного строя привели к началу шпионских, и даже диверсионных акций, которые переросли в «холодную войну». Эта конфронтация не была войной в международно-правовом смысле.

Одной из главных составляющих конфронтации была именно идеологическая борьба. Внутренняя логика противостояния требовала от сторон участия в конфликтах и вмешательства в развитие событий в любой части мира. Усилия Соединённых Штатов Америки (США) и СССР направлялись, прежде всего, на доминирование в политической сфере. США и СССР создали свои сферы влияния, закрепив их военно-политическими блоками — Организация Североатлантического договора (НАТО) и Организация Варшавского договора (ОВД). Хотя Соединённые Штаты и СССР не вступали официально в непосредственное военное столкновение, их соперничество за влияние приводило к вспышкам локальных вооружённых конфликтов в различных частях третьего мира, протекавших обычно как опосредованные войны между двумя сверхдержавами. Советско-китайский раскол, начавшийся в конце 1950-х годов, пик напряжённости в котором пришёлся на 1969 год, значительно ослабил позиции социалистического блока. Китайская Народная Республика (КНР) и несколько её государств-союзников отошли от безоговорочной поддержки СССР и конфронтации с США, что, несомненно, повлияло на процессы принятия решений в советском руководстве.

Руководители СССР задумались о создании мощнейшего оружия, которое подтвердит лидирующее позиции страны на мировой арене.

2. Послевоенное восстановление народного хозяйства СССР

С первых дней освобождения советской территории от фашистских оккупантов начались работы по восстановлению хозяйства освобожденных районов.

В 1943 году для организации восстановительных работ в Совете Народных Комиссаров (СНК) СССР был образован специальный комитет, а в Госплане СССР управление, обеспечивающее планирование деятельности всех ведомств, причастных к этой работе.

Постановление Центрального Комитета Всесоюзной коммунистической партии большевиков (ЦК ВКП (б)) и СНК СССР от 21 августа 1943 г. «О неотложных мерах по восстановлению хозяйства в районах, освобожденных от немецкой оккупации» наметило программу восстановительных работ, определило средства для их осуществления. В Госплане СССР и научных учреждениях были разработаны краткосрочные и долгосрочные планы восстановления народного хозяйства, как в целом, так и по отдельным отраслям.

После окончания войны не смотря на усилия, довоенный уровень развития народного хозяйства по основным показателям не был достигнут.

В марте 1946 г. на сессии Верховного Совета (ВС) СССР был утвержден пятилетний план восстановления и развития народного хозяйства на 1946-1950 гг. Основная задача — восстановить пострадавшие районы страны, достичь довоенного уровня развития промышленности и сельского хозяйства, а затем превзойти его.

Отличительной чертой послевоенного периода было сочетание восстановительных работ с новым строительством промышленных предприятий. Самое главное, что, несмотря на разруху и голод, а зачастую и бездомную жизнь, доминантой общественных настроений всё же была надежда на светлое будущее.

В первые послевоенные годы в советской экономике произошли важные структурные сдвиги. Они были связаны с преимущественным развитием оборонных отраслей промышленности, тенденцией широкого использования научно-технических разработок на производстве, где в условиях начавшейся «холодной войны» шёл процесс разработки ядерного и термоядерного оружия, новых ракетных систем, новых образцов танковой и авиационной техники.

Особенностью проводимой после окончания войны реконверсии перевод экономики страны после окончания войны на производство гражданской продукции было то, что наряду с сокращением выпуска военной техники и перепрофилированием большого числа предприятий на выпуск мирной продукции огромные средства вкладывались в модернизацию предприятий оборонных отраслей и модификацию производимой там продукции в соответствии с новыми политическими и научно-техническими задачами.

На состояние советской экономики самое непосредственное воздействие оказывала складывавшаяся после войны обстановка в мире. Превращение СССР и США в ведущие мировые державы и начавшееся противоборство между ними поставило сложные задачи перед советским военно-промышленным комплексом. Особое значение имело достижение прорыва на приоритетных, весьма дорогостоящих направлениях — создании атомного оружия и разработке ракетных технологий.

3. Ядерная программа СССР

На Потсдамской (Берлинской) конференции руководителей держав — победительниц во Второй мировой войне (СССР, США и Великобритании), при обсуждении устройства послевоенного миропорядка, американский президент Гарри Трумэн известил советского лидера Иосифа Сталина о том, что в США создано «оружие чудовищной разрушительной силы».

Союзники СССР по войне с гитлеровской Германией и не ведали, что советская разведка регулярно сообщала Сталину об англо-американских атомных разработках. Ее агенты работали и в группе ядерного («Манхэттенского») проекта, и в британских спецслужбах. А в СССР группа физиков во главе с академиком Игорем Курчатовым трудилась над созданием атомного оружия еще с 1943 года.

В итоге, ещё за двенадцать дней до того, как первая американская атомная бомба была собрана, СССР уже получил детальное описание из своих источников. К удивлению Трумэна и британского премьера Уинстона Черчилля, советский вождь, давно знавший о «Манхэттенском» проекте и находившийся в курсе аналогичных работ английских ученых, и «бровью не повёл».

3.1 Процесс разработки ядерной программы СССР

Ядерный проект СССР представлял собой комплекс мероприятий, проведённых в 1940-х и начале 1950-х гг. по разработке собственного ядерного оружия.

28 сентября 1942 года И. Сталин подписал Распоряжение Государственного комитета обороны (ГКО) № 2372 «Об организации работ по урану» (проект распоряжения составил Народный комиссар иностранных дел СССР В. Молотов по итогам консультаций с уполномоченным ГКО по науке С. Кафтановым и вице-президентом Академии наук (АН) СССР А. Иоффе).

11 февраля 1943 года Сталин подписал решение ГКО о программе работ для создания атомной бомбы. 3 декабря 1944 года, Л. Берии поручалось «наблюдение за развитием работ по урану».

Таким образом, общее руководство проектом осуществлял советский партийный и государственный деятель Л. Берия, а научное руководство — советский физик И. Курчатов.

10 марта 1943 года при АН СССР был создан секретный Институт атомной энергии («Лаборатория № 2»).

Научно-технические проблемы были распределены следующим образом: Курчатов разрабатывал создание уран-графитового реактора и получение плутония; Алиханов работал над созданием реактора на тяжёлой воде; Кикоин занимался проблемой разделения изотопов урана методом газодиффузии; Арцимович исследовал возможность использования электромагнитного поля для разделения изотопов урана; Харитон и Щелкин разрабатывали конструкцию урановой и плутониевой бомбы.

С 1944 года все усилия разведки по атомной проблеме координируются группой «С» (с сентября 1945 — отдел «С») при НКВД (группой под руководством П. Судоплатова).

Всего с 1941 по 1945 годы разведка СССР получила около 10000 листов секретной документации, связанной с работами над атомной бомбой в США и Великобритании, именно разведка проинформировала о получении нового элемента плутония в атомном реакторе, разведка добыла решения множества технических проблем.

После испытания 16 июля 1945 года в Аламогордо первого американского атомного устройства «Фэт Мэн» (Толстяк), работы в СССР по созданию своего собственного ядерного оружия были ускорены.

После окончания войны в 1945 году, советская команда, под руководством замнаркома НКВД А. Завенягина и включавшая в своем составе советских физиков, прибыла в Германию.

Главный завод по производству урана для немецких реакторов в Ораниенбурге оказался полностью разрушен американскими бомбардировками, произведёнными за несколько дней до конца войны. Однако склад оксида урана, находившийся в другом городе, не пострадал, и в СССР было переправлено 100 тонн оксида урана.

На другом складе было обнаружено 12 тонн урана. Немецкое урановое сырьё было доставлено на завод «Электросталь» в Ногинске («Строительство № 713»). По воспоминаниям Харитона, Курчатов говорил, что немецкий уран ускорил на год создание отечественной атомной бомбы.

Вместе с ураном в СССР было доставлено несколько групп немецких физиков-ядерщиков, включая Николауса Риля, лауреата нобелевской премии Густава Герца и Манфреда фон Арденне, которые активно участвовали в работе над советской атомной бомбой в институтах возле Сухуми. С ними были заключены контракты, предусматривавшие достаточно высокую оплату. Всего в СССР приехало работать над атомной бомбой 300 немецких учёных и инженеров.

В этом же году, И. Сталин провел несколько консультаций с членами ГКО и руководителями атомного проекта. В результате этих консультаций было принято решение для руководства всеми работами, связанными с использованием атомной энергии создать Специальный комитет с чрезвычайными полномочиями под руководством Л. П. Берия.

Специальный комитет был создан на основании постановления ГКО от 20 августа 1945 года. В него входили Л. П. Берия (председатель), Г. Маленков, Н. Вознесенский, Б. Ванников, А. Завенягин, И. Курчатов, П. Капица (вскоре был отстранён), В. Махнев, М. Первухин. На Комитет было возложено «руководство всеми работами по использованию внутриатомной энергии урана».

В дальнейшем был преобразован в Специальный комитет при Совете Министров СССР. Берия с одной стороны организовывал и руководил получением всей необходимой разведывательной информации, с другой стороны — осуществлял общее руководство всем проектом.

При Спецкомитете для реализации поставленных задач было создано Первое Главное Управление при СНК СССР (ПГУ), начальником которого стал Б. Ванников. В подчинение ПГУ был передан Курчатовский центр и научно-технический отдел разведки.

Число людей, работавших в системе ПГУ, к концу 1950 года превышало 700000 человек. ПГУ имело неограниченное финансирование («открытый счёт») в Госбанке.

Международная обстановка требовала весьма сжатых сроков завершения атомного проекта. Приоритетным было признано создание технологически более сложно изготавливаемой плутониевой бомбы, однако, имеющей меньшую критическую массу, и казавшейся более экономной в условиях нехватки урана.

Основные объекты («стройки»), задействованные в советском атомном проекте: Завод «Электросталь» — производство урана; Ленинабадский горно-химический комбинат; Атомный центр Челябинск-40, включавший первый промышленный реактор и радиохимический завод «Маяк»; Атомграды Свердловск-44 и Свердловск-45, в которых проводилось промышленное разделение изотопов урана; Арзамас-16 — изготовление плутониевых и урановых бомб.

Принципиальными особенностями ядерного проекта СССР являлись: новые знания в области ядерной физики, гидродинамике, радиохимии; новые технологии (ядерный реактор, выделение плутония из облученного ядерного топлива, газодиффузионное и электромагнитное разделение изотопов); новые производства в предприятии по добыче и переработке урана, комбинате по производству плутония, комбинатах по производству высокообогащенного урана.

Постановлением СМ СССР № 1286—525сс «О плане развёртывания работ КБ-11 при Лаборатории № 2 АН СССР» были определены первые задачи атомного проекта: создание под научным руководством Лаборатории № 2 атомных бомб, условно названных в постановлении «реактивными двигателями С», в двух вариантах: имплозивного типа с плутонием и атомной бомбы пушечного типа с ураном.

Основные элементы Атомного проекта: создание технологий получения ключевых ядерных материалов; создание новой атомной промышленности; создание ядерного оружейного центра; создание полигона для ядерных испытаний; развитие фундаментальных и прикладных исследований в новых областях; создание системы кооперации предприятий, организаций, институтов СССР, направленной на достижение общей цели — реализацию Атомного проекта.

3.2 Реализация ядерной программы СССР

В декабре 1946 года был запущен первый (экспериментальный) атомный реактор. Первый ядерный реактор был введен в эксплуатацию летом 1948 г.

Вскоре начал работать радиологический завод по выделению плутония. Это дало возможность изготовить первую советскую атомную бомбу, которая была испытана 29 августа 1949 года и успешно прошла испытание на Семипалатинском полигоне. Она являлась аналогом американской плутониевой бомбы, взорванной в Нагасаки. Об испытаниях официально объявлено не было, но по радиоактивным продуктам взрыва, попавшим в атмосферу, американцы к середине сентября определили, что в СССР, вероятно, была взорвана плутониевая бомба.

Первая советская урановая бомба имела оригинальную конструкцию и была испытана в 1951 году.

Американцы начали работу над водородной бомбой раньше, чем советские учёные, однако американцы сначала пошли по неверному пути. Сведения об американских разработках поступили в СССР в середине 1946 года. В СССР был сделан вывод, что американский путь создания водородной бомбы технически трудноосуществим и было решено делать бомбу оригинальной конструкции. Испытание первой советской водородной бомбы состоялось 12 августа 1953 года.

Атомный проект, в США и СССР был реализован в принципиально разных общественно-политических системах. Это стало демонстрацией альтернативных путей развития научно-технического прогресса, показом возможностей многовариантного одинаково успешного подхода к выполнению качественно новой научной и технической задачи.

Вначале ядерная отрасль в СССР создавались и развивались в государственном секторе для решения военных задач.

Возможность производства электроэнергии на реакторных установках ядерно-оружейного комплекса оказалась сопутствующим свойством, которое было применено в мирных целях. Поэтому параллельно с военными разработками стали вестись масштабные исследования возможности использования атомной энергии для восстановления народного хозяйства: для производства электроэнергии, а также применении в науке, медицине и промышленности.

Началом мирного использования ядерной энергии принято считать 26 июля 1954 г., когда в г. Обнинске под Москвой заработала первая в мире атомная электростанция (АЭС). Запуск первой АЭС породил надежды на экологически чистую энергетику с практически неограниченными ресурсными возможностями. Это событие наглядно продемонстрировало, что атомную энергию можно превратить, по словам академика И.В. Курчатова, «в мощный источник энергии, несущий благосостояние и радость всем людям на земле».

В России с 1954 г. форсировано прорабатывались 2 направления двухцелевых реакторов, которые могли бы сочетать производство электроэнергии и наработку оружейного плутония: уран-графитовый типа РБМК (реактор большой мощности канальный) и корпусной типа ВВЭР (водо-водяной энергетический реактор).

Атомная энергия произвела настоящую революцию во флоте, особенно подводном. Атомный двигатель, позволяет месяцами подводным лодкам находиться в подводном состоянии, обгонять любые надводные корабли, перемещаться на любые расстояния, что сделало атомные подводные лодки (АПЛ) главным средством поражения противника. Первая российская АПЛ — «Ленинский комсомол» — была спущена на воду в августе 1956 г., а к 1991 г. были построены 240 лодок. За этот период было создано 5 поколений АПЛ.

Еще одним направлением мирного использования ядерной энергии были ядерные взрывы в народно-хозяйственных целях. С их помощью решались такие задачи, как: глубинное зондирование с целью разведки полезных ископаемых; интенсификация добычи нефти и газа; создание подземных резервуаров; перемещение грунта; гашение газовых фонтанов; разрушение монолитности пород; другие задачи.

С помощью ядерных взрывов тушили неуправляемые газовые фонтаны, в которых сгорали ежедневно миллионы кубометров газа. Впервые в мире газовый фонтан был потушен с помощью ядерного взрыва в 1966 г. на месторождении Урта-Булак в Узбекистане.

Камуфлетный взрыв — взрыв, произведенный столь глубоко под землей, что полость взрыва не сообщается с земной поверхностью. Было проведено 15 взрывов под Астраханью, 6 взрывов под Уральском для создания хранилищ газового конденсата. В интересах народного хозяйства, в СССР в период с 1965 по 1988 гг. было проведено 124 мирных ядерных взрыва.

Итак, атомная отрасль, как и ряд других отраслей, являлись частью и основой восстановления народного хозяйства. Использование мирного атома в Советском Союзе — великолепный пример ускоренной модернизации в сфере высоких технологий.

Ядерное оружие стало неотъемлемым инструментом дипломатии СССР и США. Однако Карибский кризис 1962 года показал, что это не самое лучшее средство для решения проблем, так как в этом году — мир впервые оказался на грани ядерной катастрофы.

Причиной тому послужило размещение американских ракет средней дальности в Турции, спровоцировавший Советский Союз на экстренную установку аналогичных ракет на Кубе. К счастью, эта история не осталось не замеченной, и послужила толчком к мирным переговорам.

ядерный оружие атомный советский сосуществование

4. Роль ядерной программы в международных отношениях

Создание в СССР ядерного оружия явилось переломным моментом в середине ХХ века. Физики — участники ядерной программы — первыми поняли, что они создали оружие, которое из-за своей масштабной опасности стало инструментом сдерживания, и донесли эту точку зрения до руководителей страны.

В 1954 -1956 гг. политики трансформировали это положение в тезис о мирном сосуществовании Решения XX съезда КПСС

Третья Программа КПСС. Принцип мирного сосуществования был положен в основу внешней политики Советского Союза. Её концепция заключалась в том, что, хотя между странами капиталистического и социалистического лагеря существуют противоречия, эти противоречия не всегда должны решаться военной силой. Этот вывод был в значительной мере связан с осознанием опасности возможности начала ядерной войны. В своей практической части данная теория толковалась как мирное сосуществование между СССР и странами Варшавского договора с одной стороны и США и странами НАТО с другой стороны.

Идеология мирного сосуществования во многом вступала в противоречие с теорией марксизма-ленинизма и принципом антагонизма двух систем, настаивающей на необратимости мировых революционных процессов. Поэтому мирное существование интерпретировалось как форма классовой борьбы. В связи с этим в 1960-е годы СССР были предприняты усилия по «разрядке» международной напряжённости и ограничению вооружений.

Началом разоружения принято считать Карибский кризис 1962 года. Одним из последствий Карибского кризиса стало возникновение на Западе мощного общественного движения в поддержку ядерного разоружения. У процесса разоружения был и экономический подтекст: наращивание ядерного арсенала несло в себе колоссальную нагрузку на экономику страны.

В 1968 году подписан многосторонний договор «О нераспространении», целью которого было поставить прочную преграду на пути расширения круга стран, обладающих ядерным оружием. Впоследствии он был подписан практически всеми странами мира (кроме Израиля, Пакистана и Индии). Первый двусторонний договор между СССР и США был подписан в 1972 году. Договор ОСВ-I был первым, который ограничивал непосредственно накопление ядерного оружия. В частности, по условиям договора стороны обязывались сохранять объём ядерных арсеналов на уровне, которого он достиг на момент ратификации. В том же году подписан договор «Об ограничении систем противоракетной обороны», обязавший стороны сократить число районов под защитой систем ПРО до двух, а количество наземных пусковых установок — до 200. Договор ОСВ-II (1979) запрещал вывод ядерного оружия в космос.

В 1987 году двусторонний Договор РСМД обязал СССР и США не испытывать, не производить и не развёртывать, а также уничтожить имеющиеся ракеты средней и малой дальности (до 5500 км). Этот договор в частности позволил освободить от ядерного оружия страны Европы. Договор СНВ-I от 1991 года ограничивал число ядерных боеголовок до 6 тысяч для каждой из сторон и запрещал разработку ракет воздушного старта. В 1992 году к нему присоединились Белоруссия, Украина и Казахстан, где некоторое время после распада СССР также находилось ядерное оружие.

Ядерная программа в международных отношениях играла значительную роль. Так как сделало третью мировую войну невозможной, а также ликвидировал ядерную монополию США. Паритет ядерного оружия двух сверхдержав обеспечил стабильное прогрессивное развитие международных отношений и стран во второй половине XX в.

Заключение

Процесс разработки, реализации и роли ядерной программы СССР в период восстановления народного хозяйства занимает особое место в Отечественной истории.

Противоречия между капиталистической и социалистической моделями государственного строя поспособствовали началу «холодной войны».

Гонка вооружений, привела к тому, что руководители СССР задумались о создании мощнейшего оружия в виде ядерной программы, которое подтвердит лидирующее позиции страны на мировой арене.

Атомная отрасль стала частью восстановления народного хозяйства. Использование мирного атома в Советском Союзе — великолепный пример ускоренной модернизации в сфере высоких технологий.

Но первоначальной целью ядерной программы оставалось решение внешнеполитических вопросов. Карибский кризис 1962 года показал, что это не самое лучшее средство для решения проблем, так как в этом году — мир впервые оказался на грани ядерной катастрофы, грозящей всему человечеству. К счастью, эта история не осталось не замеченной, и послужила толчком к мирным переговорам.

Так, удивительным образом ядерная программа, грозящая всему человечеству катастрофой, неожиданно привела к развитию международных отношений и стран во второй половине XX в., а также предотвратила третью мировую войну.

Список использованных источников и литературы

1. Александров, А.П. Атомная энергетика и научно-технический прогресс / А.П. Александров. — М.: Наука, 1978. — 244с.

2. Афанасьев, Ю.Г. Безопасность жизнедеятельности / Ю.Г. Афанасьев [и др.]. — Бийск: Изд-во АГТУ, 2003. — 169 с.

3. Бастракова, М.С. Становление советской системы организации науки (1917-1922) / М.С. Бастракова. — М.: Наука, 1981. — 677с.

4. Безбородов, А.Б. Власть и научно техническая политика в СССР середины 50-х — середины 70-х годов / А.Б. Безбородов. — М.: Мосгорархив, 1997. — 214 с.

5. Берия, С.Л. Мой отец Лаврентий Берия / С.Л. Берия. — М.: Современник, 1994. — 457с.

6. Богданов, Р.Г. Ядерное безумие в ранге государственной политики / Р.Г. Богданов. — М.: Эксмо, 1984. — 455с.

7. Боровской, Ю.В. Гражданская оборона / Ю.В. Боровской [и др.]. — М.: Просвещение, 1991. — 223 с.

8. Гусев, Н.Г. Радиоактивные выбросы в биосферу / Н.Г. Гусев, В.А. Беляев. — М.: Эксмо, 1991. — 256 с.

9. Медведев, Р.А. Никита Хрущев. Отец или отчим советской «оттепели»? / Р.А. Медведев. — М.: Эксмо, 2006. — 480с.

10. Морохов, И.Д. Хиросима /И.Д. Морохов. — М.: Мосгорархив,1979 — 590с.

11. Рябев, Л. Д. Атомный проект СССР: документы и материалы / Л. Д. Рябев [и др.]. — М.: МФТИ, 2006. — 895 с.

12. Судоплатов, П.А. Разведка и Кремль / П.А. Судоплатов. — М.: Мосархив, 1996. — 218с.

13. Шумский, В.С. Холодная смерть/В.С. Шумский.-М.:Эксмо, 1985. — 214с.

Размещено на Allbest.ru

Источник: knowledge.allbest.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.