Корабли царской россии

Корабли царской россии

На фото: Спуск на воду на Балтийском судоремонтном заводе крейсера-броненосца "Победа", 24 мая 1900 г.

Вы все, там, на верхней палубе! Прекратить насмешки!

Система управления огнем была французская, mod. 1899. Комплект приборов был впервые представлен на выставке в Париже и немедленно приобретен для РИФ его командующим Великим князем Алексеем Александровичем (по воспоминаниям родственников, le Beau Brummel, едва ли не постоянно проживавшим во Франции).

В боевой рубке устанавливались горизонтально-базовые дальномеры марки Barr and Studd. Применялись котлы конструкции Белльвиля. Прожекторы Манжена. Паровые насосы системы Вортингтона. Якоря Мартина. Помпы Стона. Орудия среднего и противоминного калибра — 152- и 75-мм пушки системы Canet. Скорострельные 47 мм пушки Hotchkiss. Торпеды системы Уайтхеда.


Сам проект “Бородино” представлял видоизмененный проект броненосца “Цесаревич”, спроектированного и построенного для Русского Императорского флота специалистами французской верфи “Форж и Шантье”.

Во избежание недоразумений и необоснованных упреков необходимо сделать пояснение для широкой аудитории. Хорошая новостьбольшая часть зарубежных названий в конструкции ЭБР “Бородино” принадлежала системам, произведенным по лицензии в России. С технической стороны они также соответствовали лучшим мировым стандартам. Например, общепринятая конструкция секционного котла системы Бельвилля и очень удачные пушки Гюстава Канэ.

Впрочем, уже одна французская система управления стрельбой на русском ЭБРе заставляет задуматься. Зачем и почему? Выглядит так же нелепо, как “Иджис” на советском “Орлане”.

Плохих новостей две.

Великая империя с населением 130 млн. человек, с качественной системой образования (для избранных) и развитой научной школой — Менделеев, Попов, Яблочков. И при том кругом сплошные зарубежные технологии! Где наш отечественный “Белльвиль”? А ведь он был — инженер-изобретатель В. Шухов, сотрудник российского филиала фирмы “Бабкок&Уилксос”, запатентовавший вертикальный котел собственной конструкции.


В теории всё было. На практике — сплошные Бельвилли, братья Никлосс и ЭБР “Цесаревич” на верфи “Форж и Шантье” в качестве образца-эталона для русского флота.

Но, что особенно обидно, корабли на отечественных верфях строились в разы медленнее. Четыре года для ЭБР “Бородино” против двух с половиной лет для “Ретвизана” (“Крэмп & Санс”). Сейчас не стоит уподобляться узнаваемому герою и вопрошать: “А почему? Кто это сделал?” Ответ находится на поверхности — нехватка инструмента, станков, опыта и умелых рук.

Другая проблема заключена состоит в том, что даже при “взаимовыгодном сотрудничестве” в условиях “открытого мирового рынка” что-то не наблюдается торпед конструкции Макарова на вооружении французского флота. Да и вообще не наблюдается ничего, что бы указывало на обмен технологиями. Всё, всё по старой, проверенной схеме. Мы им — деньги и золото, они взамен — свои технические новинки. Котел Бельвилля. Мина Уайтхэда. Айфон-6. Потому, что русские монголы в плане творческого процесса — полные импотенты.


Если говорить конкретно за флот, то даже лицензий хватало не всегда. Приходилось просто брать и размещать заказы на зарубежных верфях.

Уже не скрывается факт, что крейсер “Варяг” был построен в США. Гораздо менее известно, что второй участник легендарного боя, канонерка “Кореец”, строилась в Швеции.

Бронепалубный крейсер «Светлана», место постройки — Гавр, Франция.
Бронепалубный крейсер «Адмирал Корнилов» — Сен-Назер, Франция.
Бронепалубный крейсер «Аскольд» — Киль, Германия.
Бронепалубный крейсер «Боярин» — Копенгаген, Дания.
Броненосный крейсер «Баян» — Тулон, Франция.
Броненосный крейсер «Адмирал Макаров», построен на верфи «Форж & Шантье».
Броненосный крейсер «Рюрик», построен на английской верфи «Барроу-инн-Фёрнесс».
Броненосец «Ретвизан», построен компанией «Крэмп & Санс» в Филадельфии, США.
Серия миноносцев «Кит», верфь Фридриха Шихау, Германия.
Серия миноносцев «Форель», строились на заводе А.


рмана во Франции.

Серия «Лейтенант Бураков» — «Форж & Шантье», Франция.
Серия эсминцев «Инженер-механик Зверев» — верфь Шихау, Германия.
Головные миноносцы серий «Всадник» и «Сокол» были построены в Германии и, соответственно, Великобритании.
«Батум» — на верфи Ярроу в Глазго, Великобритания (список неполный!).

Очень едко по этому поводу высказался постоянный участник “Военного обозрения”:

Ну, понятно у немцев заказывали корабли. Они хорошо строили, машины на них были отличные. Ну, ясно во Франции, типа союзник, плюс откаты Великим князьям. Можно понять и заказ американцу Крампу. Делал быстро, много обещал и откатывал всяко не хуже французов. Но мы, оказывается, при царе-батюшке даже в Дании заказывали крейсеры.

Комментарий от Эдуарда (qwert).


Раздражение хорошо объяснимо. При том колоссальном разрыве в технологиях и производительности труда постройка серии бронепалубных крейсеров эквивалентна постройке современного космодрома. Отдавать столь “жирные” проекты на откуп иностранным подрядчикам убыточно и неэффективно по всем статьям. Эти деньги должны доставаться рабочим адмиралтейских верфей и двигать отечественную экономику. А вместе с ней развивать собственную науку и промышленность. Так стремились поступать все во все времена. Воровать с прибыли, а не убытков. Но у нас так не принято.

У нас делалось иначе. Схема звалась “чтоб украсть рубль, навреди стране на миллион”. Французам контракт, они, кому надо, — откат. Свои верфи сидят без заказов. Промышленность деградирует. Квалифицированные кадры не нужны.

Было время даже пытались строить линкоры-дредноуты, так лучше бы не пытались. При реализации сложнейшего проекта отчетливо проявились все недостатки дореволюционной России. Повсеместный недостаток производственного опыта, станков и грамотных специалистов. Помноженный на некомпетентность, кумовство, откаты и бардак в кабинетах Адмиралтейства.


В результате грозный “Севастополь” строился шесть лет и к моменту подъёма Андреевского флага совершенно устарел. Ничуть не лучше оказалась “Императрица Мария”. Посмотрите на их ровесников. Кто одновременно с ними вступил в строй в 1915 году? Случаем не 15-дюймовый “Куин Элизабет”? И после этого скажите, что автор необъективен.

Говорят, еще был могучий “Измаил”. Или не был. Линейный крейсер “Измаил” оказался непосильной ношей для РИ. Довольно странная привычка — выдавать за достижение то, чего не сделали.

Даже в мирное время, при непосредственной помощи зарубежных подрядчиков, корабли раз за разом превращались в долгострои. С крейсером все оказалось еще серьёзнее. Когда степень готовности “Измаила” достигла 43%, Россия ввязалась в войну, в которой отсутствовала всякая цель, объективная польза, и в которой было невозможно победить. Для “Измаила” это был конец, т.к. часть его механизмов импортировалась из Германии.

Если вести разговор вне политики, то ЛКР “Измаил” также не являлся показателем расцвета империи. На Востоке уже заалел рассвет. Во весь рост вставала Япония со своим 16-дюймовым “Нагато”. Таким, от которого опешили даже их учителя-британцы.


Время шло, прогресса особо не наблюдалось. С точки зрения автора, промышленность в царской России находилась в полном упадке. Вы можете иметь отличное от авторского мнение, которое, впрочем, доказать будет непросто.

Спуститесь в машинное отделение эсминца “Новик” и прочтите, что выбито на его турбинах. Ну-ка, подайте сюда свет. Неужели? A.G. Vulkan Stettin. Дойчес Кайзеррайх.

С моторами не заладилось с самого начала. Заберитесь в мотогондолу того же “Ильи Муромца”. Что там увидите? Двигатели марки “Горыныч”? Право, сюрприз. Renault.

Легендарное царское качество

Все факты свидетельствуют о том, что Российская империя плелась где-то в самом конце списка развитых государств. После Великобритании, Германии, Штатов, Франции и даже Японии, которая, пройдя позднюю модернизацию Мэйдзи, к 1910-гг. сумела во всем обойти РИ.


В общем, Россия была совсем не там, где подобает империи с такими амбициями.

После этого шутки про “лампочку Ильина” и государственную программу ликвидации неграмотности уже не кажутся такими смешными. Прошли годы, и страна вылечилась. Полностью. Она станет государством с лучшим в мире образованием, с передовой наукой и развитой промышленностью, которая умела делать все. Импортозамещение в важнейших отраслях (военпром, атом, космос) составляло 100%.

А потомки разбежавшихся дегенератов будут еще долго скулить в Париже о “России, которую они потеряли”.

Автор: А. Долганов

Военное обозрение

Источник: spetsialny.livejournal.com

Происхождение названия

Линкор — сокращение от «линейный корабль». Так в России в 1907 году назвали новый тип судов в память о старинных деревянных парусных линейных кораблях. Первоначально предполагалось, что новые корабли возродят линейную тактику, однако от неё вскоре отказались.

 

Появление линейных кораблей


Массовое изготовление тяжёлых артиллерийских орудий в течение долгого времени было весьма затруднено, поэтому вплоть до XIX века самыми крупными из устанавливаемых на корабли оставались 32…42-фунтовые. Но и работа с ними при заряжании и наведении была весьма осложнена из-за отсутствия сервоприводов, что требовало огромного расчёта для их обслуживания: весили такие орудия по несколько тонн каждое. Поэтому в течение столетий корабли старались вооружить как можно большим количеством сравнительно небольших орудий, которые располагались вдоль борта. Вместе с тем, по соображениям прочности длина военного корабля с деревянным корпусом ограничена примерно 70-80 метрами, что ограничивало и длину бортовой батареи. Более двух-трёх десятков орудий можно было разместить только лишь в несколько рядов.

Так возникли военные корабли с несколькими орудийными палубами (деками), несущие вплоть до полутора сотен орудий различного калибра. Следует сразу отметить, что называется деком и учитываются при определении ранга корабля только закрытые орудийные палубы, над которыми расположена ещё одна палуба. Например, двудечный корабль (в русском флоте — двухполосный) имел обычно две закрытые орудийные палубы и одну открытую (верхнюю).


Термин «линейный корабль» возник во времена парусного флота, когда в бою многопалубные корабли стали выстраивать в линию — так, чтобы во время своего залпа быть повёрнутыми противнику бортом, ведь наибольший урон цели наносил одновременный залп всех бортовых орудий. Такая тактика называлась линейной. Построение в линию во время морского боя впервые стало применяться флотами Англии и Испании в начале XVII века.

Первые линейные корабли появились во флотах европейских стран в начале XVII века. Они были легче и короче существовавших в то время «кораблей-башен» — галеонов, что позволяло быстро выстроиться в линию бортом к противнику, причем нос последующего корабля смотрел на корму предыдущего.

Появившиеся в результате этого многопалубные парусные линейные корабли более чем 250 лет являлись основным средством ведения войны на море и позволили таким странам как Голландия, Великобритания и Испания создать огромные торговые империи.

 

Линейный корабль «Святой Павел» 90 (84?)-пушечный линейный корабль «Св. Павел» был заложен на Николаевской верфи 20 ноября 1791 года и спущен на воду 9 августа 1794 года. Этот корабль вошел в историю военно-морского искусства, с его именем связана блестящая операция русских моряков и флотоводцев по взятию крепости на острове Корфу в 1799 году.

Но реальную революцию в кораблестроении, ознаменовавшую действительно новый класс кораблей, произвела постройка «Дредноута», законченная в 1906 году.

Авторство нового скачка в развитии больших артиллерийских кораблей приписывают английскому адмиралу Фишеру. Ещё в 1899 г., командуя средиземноморской эскадрой, он отметил, что стрельбу главным калибром можно вести на гораздо большее расстояние, если ориентироваться по всплескам от падения снарядов. Однако при этом требовалось унифицировать всю артиллерию, чтобы избежать путаницы в определении всплесков снарядов главного калибра и среднекалиберной артиллерии. Так родилась концепция all-big-guns (только большие пушки), легшая в основу кораблей нового типа. Дальность эффективной стрельбы возрастала с 10—15 до 90—120 кабельтовых.

Другими новшествами, легшими в основу нового типа кораблей, стали централизованное управление огнём с единого общекорабельного поста и распространение электроприводов, ускоривших наведение тяжелых орудий. Серьёзно изменились и сами пушки, в связи с переходом на бездымный порох и новые высокопрочные стали. Теперь пристрелку мог осуществлять только головной корабль, а идущие за ним в кильватер ориентировались по всплескам его снарядов. Таким образом, построение в кильватерные колонны вновь позволило в России в 1907 году возвратить термин линейный корабль. В США, Англии и Франции термин «линейный корабль» не возрождали, а новые корабли продолжали называть «battleship» или «cuirassé». В России «линейный корабль» остался официальным термином, а на практике утвердилось сокращение линкор.

Русско-японская война окончательно утвердила превосходство в скорости и дальнобойной артиллерии как главных преимуществ в морском бою. Разговоры о новом типе кораблей велись во всех странах, в Италии с идеей нового линкора выступал Витторио Куниберти, а в США была запланирована постройка кораблей типа «Мичиган», но англичанам удалось опередить всех за счёт промышленного превосходства.

Линкоры Российского Императорского Флота

 

Первым таким кораблём стал английский «Дредноут», имя которого стало нарицательным для всех кораблей этого класса. Корабль был построен в рекордные сроки, выйдя на ходовые испытания 2 сентября 1906 г., через год и один день после закладки. Линкор с водоизмещением 22500 тонн благодаря впервые применённой на столь крупном корабле силовой установке нового типа, с паровой турбиной, мог развивать скорость до 22 узлов. На «Дредноуте» было установлено 10 орудий калибра 305 мм (из-за спешки были взяты двухорудийные башни достраивавшихся эскадренных броненосцев 1904 года закладки), вторым калибром был противоминный — 24 орудия калибра 76 мм; артиллерия среднего калибра отсутствовала.Причина тому-средний калибр был менее дальнобойным чем главный и в бою часто не участвовал, а против эсминцев можно было применять орудия калибром 70-120 мм.

Появление «Дредноута» сделало все остальные крупные броненосные корабли морально устаревшими.

 

Для России, потерявшей в русско-японской войне почти все свои балтийские и тихоокеанские броненосцы, начавшаяся «дредноутная лихорадка” оказалась весьма кстати: к возрождению флота можно было приступить, не принимая в расчет устаревшие броненосные армады потенциальных противников. И уже в 1906 году, опросив большинство морских офицеров — участников войны с Японией, Главный морской штаб разработал задание на проектирование нового линкора для Балтийского моря. А в конце следующего года, после утверждения Николаем II так называемой «малой судостроительной программы”, был объявлен всемирный конкурс на лучший проект линейного корабля для Российского флота.

В конкурсе приняли участие 6 русских заводов и 21 иностранная фирма, среди которых были такие известные компании, как английские «Армстронг”, «Джон Браун”, «Виккерс”, германские «Вулкан”, «Шихау”, «Блом унд Фосс”, американская «Крамп”, и другие. Предложили свои проекты и частные лица — например, инженеры В. Куниберти и Л. Коромальди. Лучшим, по мнению авторитетного жюри, была разработка фирмы «Блом унд Фосс”, но по разным причинам — прежде всего политическим — от услуг вероятного противника решили отказаться. В итоге на первом месте оказался проект Балтийского завода, хотя злые языки утверждали, что тут свою роль сыграло наличие мощного лобби в липе А.Н. Крылова — одновременно и председателя жюри, и соавтора проекта-победителя.

Главная особенность нового линкора — состав и размещение артиллерии. Поскольку 12-дюймовая пушка с длиной ствола в 40 калибров, являвшаяся главным оружием всех русских броненосцев, начиная с «Трех Святителей” и «Сисоя Великого”, уже безнадежно устарела, решено было срочно разработать новое 52-калиберное орудие. Обуховский завод успешно справился с заданием, а Петербургский металлический завод параллельно спроектировал трехорудийную башенную установку, дававшую по сравнению с двухорудийной 15-процентную экономию в весе на один ствол.

Таким образом русские дредноуты получили необычайно мощное вооружение — 12 305-мм орудий в бортовом залпе, позволявших в сумме выпускать за минуту до 24 471-кг снарядов с начальной скоростью в 762 м/с. Обуховские пушки для своего калибра по праву считались лучшими в мире, превосходя по баллистическим характеристикам и английские, и австрийские, и даже знаменитые крупповские, считавшиеся гордостью германского флота.

Однако прекрасное вооружение стало, увы, единственным достоинством первых русских дредноутов типа «Севастополь”. В целом же эти корабли следует признать, мягко говоря, малоудачными. Стремление объединить в одном проекте противоречивые требования — мощное вооружение, внушительную защиту, высокую скорость хода и солидную дальность, плавания — превратилось для конструкторов в невыполнимую задачу. Пришлось чем-то жертвовать — и в первую очередь броней. Кстати, тут плохую службу сослужил упомянутый опрос морских офицеров. Конечно же, те, побывав под губительным огнем японской эскадры, хотели бы вновь пойти в бой на быстроходных кораблях с мощной артиллерией. Что же касается защиты, то они уделяли больше внимания площади бронирования, чем его толщине, не учитывая при этом прогресса в развитии снарядов и пушек. Опыт русско-японской войны не был серьезно взвешен, и эмоции возобладали над беспристрастным анализом.

В результате «Севастополи” оказались очень близкими (даже внешне!) к представителям итальянской кораблестроительной школы — быстроходными, сильно вооруженными, но слишком уязвимыми для вражеской артиллерии. «Проект напуганных” — такой эпитет дал первым балтийским дредноутам военно-морской историк М.М. Дементьев.

Слабость броневой защиты стала, к сожалению, не единственным недостатком линкоров типа «Севастополь”. С целью обеспечить наибольшую дальность плавания проект предусматривал комбинированную энергетическую установку с паровыми турбинами для полного хода и дизелями для экономического. Увы, применение дизелей вызвало ряд технических проблем, и от них отказались уже на стадии разработки чертежей, осталась лишь оригинальная 4-вальная установка с 10 (!) турбинами Парсонса, и фактическая дальность плавания при нормальном запасе топлива (816 т угля и 200 т нефти) составила всего 1625 миль 13-узловым ходом. Это в полтора-два, а то и в три раза меньше, чем у любого из русских броненосцев, начиная с «Петра Великого”. Так называемый «усиленный” запас топлива (2500 т угля и 1100 т нефти) с трудом «дотягивал” дальность плавания до приемлемых норм, но катастрофически ухудшал остальные параметры и без того перегруженного корабля. Никудышной оказалась и мореходность, что наглядно подтвердило единственное океанское плавание линкора этого типа — речь идет о переходе «Парижской коммуны” (бывшего «Севастополя”) на Черное море в 1929 году. Ну а об условиях обитаемости нечего и говорить: комфортом для экипажа пожертвовали в первую очередь. Пожалуй, хуже, чем нашим морякам, жилось на борту своих линкоров только привыкшим к суровой обстановке японцам. На фоне сказанного утверждения некоторых отечественных источников о том, что линкоры типа «Севастополь” являлись чуть ли не лучшими в мире, выглядит несколько преувеличенными.

Все четыре первых российских дредноута заложены на петербургских заводах в 1909 году, а летом-осенью 1911-го их спустили на воду. Но достройка линкоров на плаву затянулась — сказалось множество нововведений в конструкции кораблей, к которым отечественная промышленность еще не была готова. В срыв сроков внесли свои вклад и германские подрядчики, поставлявшие различные механизмы и отнюдь не заинтересованные в быстром усилении Балтфлота. В конце концов корабли типа «Севастополь” вступили в строй только в ноябре-декабре 1914 года, когда уже вовсю бушевал пожар мировой войны.

 

Линейный корабль «Севастополь»   (с 31 марта 1921 года по 31 мая 1943 года — «Парижская Коммуна»)1909 — 1956

Заложен 3 июня 1909 года на Балтийском заводе в Санкт-Петербурге. 16 мая 1911 года зачислен в списки судов Балтийского флота. Спущен на воду 16 июня 1911 года.  Вступил в строй 4 ноября 1914 года.  В августе 1915 года, совместно с линкором «Гангут» прикрывал минные постановки в Ирбенском проливе.  Прошел капитальный ремонт в 1922-1923 годах, 1924-1925 годах и 1928-1929 годах (модернизация).  22 ноября 1929 года убыл из Кронштадта на Черное море. 18 января 1930 года прибыл в Севастополь  и вошел в состав Морских сил Черного моря. С 11 января 1935 года входил в состав ЧФ.

 Прошел капитальный ремонт и модернизацию в 1933-1938 годах.  В 1941 году было усилено зенитное вооружение. Участвовал в Великой Отечественной войне  (оборона Севастополя и Керченского полуострова в 1941-1942 годах).  8 июля 1945 года награжден орденом Красного Знамени. 24 июля 1954 года переклассифицирован в учебный линейный корабль,  а 17 февраля 1956 года исключен из списков судов ВМФ в связи с передачей в отдел фондового имущества  для демонтажа и реализации, 7 июля 1956 года расформирован и в 1956 — 1957 годах разделан  на базе «Главвторчермета» в Севастополе на металл

 Водоизмещение стандартное 23288 полное 26900 тонн

Размерения 181.2×26.9×8.5 м  в 1943 году — 25500/30395 тонн 184.8×32.5×9.65 м

 Воружение 12 — 305/52, 16 — 120/50, 2 — 75 мм зенит., 1 — 47 мм зенит., 4 ПТА 457 мм
 в 1943 году 12 — 305/52, 16 — 120/50, 6 — 76/55 76К, 16 — 37 мм 70К, 2х4 12.7 мм пулеметов Виккерса и 12 — 12.7 мм ДШК

 Бронирование — пояс крупповской брони 75 — 225 мм, казематы противоминной артиллерии — 127 мм,
 башни главного калибра от 76 до 203 мм, боевая рубка 254 мм, палубы — 12-76 мм, скосы 50 мм
 в 1943 году — борт- верхний пояс 125+37.5 мм, нижний пояс 225+50 мм, палубы 37.5-75-25 мм,
 траверзы 50-125 мм, рубка 250/120 мм пол 70 мм, башни 305/203/152 мм

 Механизмы 4 турбины Парсонса до 52000 л.с. (в 1943 — 61000 л.с.) 25 котлов Ярроу  (в 1943 — 12 системы английского Адмиралтейства).

4 винта.  Скорость 23 узла Дальность плавания 1625 миль на 13 узлах. Экипаж 31 офицер 28 кондукторов и 1065 нижних чинов.  В 1943 году скорость 21.5 узла Дальность плавания 2160 миль на 14 узлах.

Экипаж 72 офицера 255 старшин и 1219 матросов

 

Линейный корабль «Гангут» (с 27 июня 1925 года — «Октябрьская Революция») 1909 — 1956

 

Линейный корабль «Полтава» (с 7 ноября 1926 года — «Фрунзе») 1909 — 1949

 

Линейный корабль «Петропавловск» Линкоры Российского Императорского Флота(с 31 марта 1921 года по 31 мая 1943 года — «Марат»)

 (с 28 ноября 1950 года — «Волхов») 1909 — 1953

Поступившая информация о том, что Турция тоже собирается пополнить свой флот дредноутами, потребовала от России принятия адекватных мер и на южном направлении. В мае 1911 года царь утвердил программу обновления Черноморского флота, предусматривавшую строительство трех линкоров типа «Императрица Мария”. В качестве прототипа был выбран «Севастополь”, однако с учетом особенностей театра военных действий проект основательно переработали: пропорции корпуса сделали более полными, скорость и мощность механизмов уменьшили, зато существенно усилили броню, вес которой теперь достигает 7045 т (31% от проектного водоизмещения против 26% на «Севастополе”). Причем размер броневых плит подогнали к шагу шпангоутов — так. чтобы те служили дополнительной опорой, предохраняющей от вдавливания плиты в корпус. Несколько увеличился и нормальный запас топлива — 1200 т угля и 500 т нефти, что обеспечило мало-мальски приличную дальность плавания (около 3000 миль экономическим ходом). Зато от перегрузки черноморские дредноуты страдали больше, чем их балтийские собратья. Дело усугублялось тем, что из-за ошибки в расчётах «Императрица Мария” получила заметный дифферент на нос, еще более ухудшивший и без того неважную мореходность; Чтобы хоть как-то исправить положение, пришлось уменьшить боезапас двух носовых башен главного калибра до 70 выстрелов на ствол вместо 100 по штату. А на третьем линкоре «Император Александр III” с этой же целью сняли два носовых 130-мм орудия. По сути, корабли типа «Императрица Мария” представляли собой более сбалансированные линкоры, чем их предшественники, которые, имей они больший радиус действия и лучшую мореходность, могли бы считаться скорее линейными крейсерами. Однако при проектировании третьей серии дредноутов вновь возобладали крейсерские тенденции — видимо, нашим адмиралам не давала покоя та легкость, с которой более быстроходная японская эскадра осуществляла охват головы русской кильватерной колонны…

Линейный корабль «Императрица Мария»   1911 — 1916

 11 октября 1911 года зачислен в списки судов Черноморского флота и 17 октября 1911 года заложен
 на заводе «Руссуд» в Николаеве, спущен на воду 19 октября 1913 года,  вступил в строй 23 июня 1915 года.
 Погиб 7 октября 1916 года в Северной бухте Севастополя от взрыва погребов 130-мм снарядов.
 К 31 мая 1919 года поднят и введен в Северный док Севастополя, а в июне 1925 года  продан Севморзаводу для демонтажа и разделки на металл и 21 ноября 1925 года исключен  из списков судов РККФ. Разобран на металл в 1927 году.

 

Линейный корабль «Императрица Екатерина Великая»  (до 14 июня 1915 года — «Екатерина II») (после 16 апреля 1917 года — «Свободная Россия») 1911 — 1918

 11 октября 1911 года зачислен в списки судов Черноморского флота и 17 октября 1911 года заложен  на заводе «Наваль» (ОНЗиВ) в Николаеве, спущен на воду 24 мая 1914 года,  вступил в строй 5 октября 1915 года.
 16 декабря 1917 года вошел в состав Красного Черноморского флота.
 30 апреля 1918 года убыл из Севастополя в Новороссийск, где 18 июня 1918 года по решению советского  правительства во избежании захвата германскими оккупантами потоплен торпедами, выпущенными с эсминца «Керчь».
 В начале 30-х годов ЭПРОН вел работы по подъему корабля. Была поднята вся артиллерия ГК и СК, но затем произошел  взрыв боезапаса ГК, в результате чего корпус разломился под водой на несколько частей.

Линейный корабль «Император Александр III»  (с 29 апреля 1917 года — «Воля») (после октября 1919 года — «Генерал Алексеев») 1911 — 1936

 11 октября 1911 года зачислен в списки судов Черноморского флота и 17 октября 1911 года заложен
 на заводе «Руссуд» в Николаеве, спущен на воду 2 апреля 1914 года,  вступил в строй 15 июня 1917 года.
 16 декабря 1917 года вошел в состав Красного Черноморского флота.
 30 апреля 1918 года убыл из Севастополя в Новороссийск, но 19 июня 1918 года вновь вернулся в Севастополь,  где был захвачен германскими войсками и 1 октября 1918 года включен в состав их ВМС на Черном море.
 24 ноября 1918 года захвачен у немцев англо-французскими интервентами и  вскоре уведен в порт Измир на Мраморном море. С октября 1919 года входил в состав  белогвардейских морских сил Юга России, 14 ноября 1920 года уведен врангелевцами при эвакуации  из Севастополя в Стамбул и 29 декабря 1920 года интернирован французскими властями в Бизерте (Тунис).
 29 октября 1924 года признан правительством Франции собственностью СССР, но из-за сложной  международной обстановки возвращен не был. В конце 1920-х годов продан «Рудметаллторгом»  французской частной фирме на слом и в 1936 году разделан в Бресте (Франция) на металл.

Следующие четыре корабля для Балтики согласно принятой в 1911 году «Программе усиленного судостроения” изначально создавались как линейные крейсера, головной из которых получил название «Измаил”.

Новые корабли стали крупнейшими из когда-либо строившихся в России. Согласно первоначальному проекту их водоизмещение должно было составить 32,5 тыс. т, но в ходе строительства оно возросло еще больше. Огромная скорость хода достигалась за счет повышения мощности паровых турбин до 66 тыс. л.с. (а при форсировке — до 70 тыс.л.с.). Существенно усиливалось бронирование, а по мощи вооружения «Измаил” превосходил все иностранные аналоги: новые 356-мм орудия должны были иметь длину ствола в 52 калибра, в то время как за рубежом этот показатель не превышал 48 калибров. Вес снаряда новых пушек равнялся 748 кг, начальная скорость — 855 м/с. Позже, когда из-за затянувшегося строительства понадобилось еще более увеличить огневую мощь дредноутов, был разработан проект перевооружения «Измаила” 8 и даже 10 406-мм орудиями,

В декабре 1912 года все 4 «Измаила” официально заложили на стапелях, освободившихся после спуска на воду линкоров типа «Севастополь”. Строительство уже шло полным ходом, когда были получены результаты натурных испытаний по расстрелу бывшей «Чесмы”, и эти результаты ввергли кораблестроителей в состояние шока. Выяснилось, что 305-мм фугасный снаряд образца 1911 года пробивает главный пояс «Севастополя” уже с дальности в 63 кабельтова, а на больших дистанциях стрельбы деформирует расположенную за броней рубашку, нарушая герметичность корпуса. Обе броневые палубы оказались слишком тонкими — снаряды не только пробивали их, но и дробили на мелкие осколки, вызывающие еще большие разрушения… Стало очевидным, что встреча «Севастополя” в море с любым из германских дредноутов не сулит нашим морякам ничего хорошего: одно случайное попадание в район погребов боезапаса неизбежно приведет к катастрофе. Русское командование поняло это еще в 1913 году, и именно поэтому оно не выпускало балтийские дредноуты в море, предпочитая держать их в Гельсингфорсе в качестве резерва позади перекрывшей Финский залив минно-артиллерийской позиции…

Самым скверным в данной ситуации были то, что ничего нельзя уже было исправить. О внесении каких-либо принципиальных изменений в строившиеся 4 балтийских и 3 черноморских линкора нечего было и думать. На «измаилах” ограничились усовершенствованием систем крепления броневых плит, усилением набора позади брони, внедрением 3-дюймовой деревянной подкладки под поясом и изменением развесовки горизонтальной брони на верхней и средней палубах. Единственным же кораблем, на котором опыт расстрела «Чесмы” учли в полной мере, стал «Император Николай I” — четвертый линкор для Черного моря.

Решение о строительстве этого корабля пришло перед самым началом войны. Любопытно, что официально его закладывали два раза: сначала в июне 1914 года, а затем в апреле следующего, в присутствии царя. Новый линкор являлся усовершенствованным вариантом «Императрицы Марии”, но при идентичном вооружении имел большие размерения и существенно усиленную броневую защиту. Вес брони даже без учета башен теперь достигал 9417 т, то есть 34,5% от проектного водоизмещения. Но дело было не только в количестве, но и в качестве: помимо усиления опорной рубашки все броневые плиты соединили вертикальными шпонками типа «двойной ласточкин хвост”, превратившими главный пояс в монолитный 262-м

 

Линейный корабль «Император Николай I»   (с 16 апреля 1917 года — «Демократия»)

1914 — 1927

 Заложен 9 июня 1914 года (официально 15 апреля 1915 года) на заводе «Наваль» в Николаеве  и 2 июля 1915 года зачислен в списки судов Черноморского флота, спущен на воду 5 октября 1916 года,  но 11 октября 1917 года в связи с малой степенью готовности вооружения, механизмов и оборудования снят  со строительства и поставлен на прикол. В июне 1918 года был захвачен германскими войсками  и 1 октября 1918 года включен в состав их флота на Черном море. Немцы планировали использовать корабль  в качестве базы для гидросамолетов, но из-за отсутствия личного состава от этих планов отказались.
 После освобождения Николаева частями РККА линкор поставили на прикол. 11 апреля 1927 года продан  Севморзаводу на слом и 28 июня 1927 года отправлен на буксире из Николаева в Севастополь для разделки на металл.

 

Линейный крейсер «Бородино»   1912 — 1923

Заложен 6 декабря 1912 года на Новом Адмиралтействе в Санкт-Петербурге.  Спущен на воду 19 июля 1915 года.
 21 августа 1923 года продан немецкой судоразделочной фирме и  16 октября подготовлен к буксировке в Киль,  где вскоре корабль был разделан на металл.

 

Линейный крейсер «Наварин»   1912 — 1923

Заложен 6 декабря 1912 года на Новом Адмиралтействе в Санкт-Петербурге.
 Спущен на воду 9 ноября 1916 года
 21 августа 1923 года продан немецкой судоразделочной фирме и  16 октября подготовлен к буксировке в Гамбург,  где вскоре корабль был разделан на металл.

 

Линкоры Российского Императорского Флота

Линейный крейсер «Кинбурн»   1912 — 1923

Заложен 6 декабря 1912 года на Балтийском заводе в Санкт-Петербурге.
 Спущен на воду 30 октября 1915 года
 21 августа 1923 года продан немецкой судоразделочной фирме и  16 октября подготовлен к буксировке в Киль,  где вскоре корабль был разделан на металл.

 

Судьба у большинства русских дредноутов оказалась довольно печальной. Линкоры типа «Севастополь” всю первую мировую войну простояли на рейдах, что отнюдь не способствовало поднятию боевого духа экипажей. Наоборот, именно линкоры стали центром революционного брожения на флоте — здесь наибольшим авторитетом пользовались анархисты и эсеры. В ходе гражданской войны линкоры дважды побывали в бою: в июне 1919 года «Петропавловск” несколько дней подряд обстреливал мятежный форт «Красная Горка”, израсходовав 568 снарядов главного калибра, а в марте 1921 года оказавшиеся в центре антибольшевистского Кронштадтского мятежа «Петропавловск” и «Севастополь” вели дуэль с береговыми батареями, получив при этом ряд попаданий. Тем не менее они были восстановлены и вместе с «Гангутом” еще долго служили в Красном флоте. А вот четвертому кораблю — «Полтаве” — не повезло. Два пожара — первый в 1919-м, а второй в 1923 году — сделали линкор полностью небоеспособным, хотя выгоревший корпус еще два десятилетия стоял на Морском полигоне, возбуждая советских конструкторов на всевозможные полуфантастические проекты его восстановления — вплоть до превращения в авианосец.

Черноморские дредноуты в отличие от балтийских использовались куда активнее, хотя в настоящем бою довелось побывать лишь одному из них — «Императрице Екатерине Великой”, встретившей в декабре 1915 года германо-турецкий «Гебен”. Последний, правда, использовал свое преимущество в скорости и ушел в Босфор, хотя уже был накрыт залпами русского линкора.

Самая известная и одновременно загадочная трагедия произошла утром 7 октября 1916 года на внутреннем рейде Севастополя, Пожар в носовом погребе боезапаса, а затем серия мощных взрывов превратили «Императрицу Марию” в груду искореженного железа. В 7 часов 16 минут линкор перевернулся вверх килем и затонул. Жертвами катастрофы стали 228 членов экипажа.

«Екатерина” пережила свою сестру меньше, чем на два года. Переименованная в «Свободную Россию”, она в конце концов оказалась в Новороссийске, где и была в соответствии с приказом Ленина потоплена 18 июня 1918 года четырьмя торпедами с эсминца «Керчь”…

Император Александр III” вступил в строй летом 1917 года уже под именем «Воля” и вскоре «пошел по рукам”: андреевский флаг на гафеле его мачты сменил украинский, затем — германский, английский и снова андреевский, когда Севастополь опять оказался в руках Добровольческой армии. Вновь переименованный — на сей раз в «Генерал Алексеев”,— линкор до конца 1920 года оставался флагманом белого флота на Черном море, а затем убыл в эмиграцию в Бизерту, где в середине 30-х годов его разобрали на металл. Любопытно, что прекрасные 12-дюймовые пушки русского дредноута французы сохранили, а в 1939 году подарили их Финляндии, воевавшей с СССР. Первые 8 орудий достигли пункта назначения, а вот последние 4, находившиеся на борту парохода «Нина”, прибыли в Берген практически одновременно с началом гитлеровского вторжения в Норвегию. Так пушки с бывшей «Воли” оказались в руках немцев, и те использовали их при создании своего «Атлантического вала”, оснастив ими батарею «Мирус” на острове Гернси. Летом 1944 года орудия впервые открыли огонь по кораблям союзников, а в сентябре даже добились прямого попадания в американский крейсер. А остальные 8 пушек «Генерала Алексеева” в 1944 году попали в руки Красной Армии и были «репатриированы” после растянувшегося во времени путешествия вокруг Европы. Одно из этих орудий сохранилось в качестве музейного экспоната Красной Горки.

А вот наиболее совершенным нашим линкорам — «Измаилам” и «Николаю I” — так и не довелось вступить в строй. Революция, гражданская война и последующая разруха сделали достройку кораблей нереальной. В 1923 году корпуса «Бородино”, «Кинбурна” и «Наварина” были проданы на слом в Германию, куда их увели на буксире. «Николай I”, переименованный в «Демократию”, разобрали на металл в Севастополе в 1927-1928 годах. Дольше всех прожил корпус «Измаила”, который опять-таки хотели превратить в авианосец, но в начале 30-х он разделил участь своих собратьев. Зато пушки линкоров (в том числе 6 «измаильских” 14-дюймовок) еще долго служили на железнодорожных и стационарных установках советских береговых батарей.

Оригинал http://nik191-1.ucoz.ru/publ/istorija_sobytija_i_ljudi/istor…

Источник: nik191.mirtesen.ru

Происхождение названия

Линкор — сокращение от «линейный корабль». Так в России в 1907 году назвали новый тип судов в память о старинных деревянных парусных линейных кораблях. Первоначально предполагалось, что новые корабли возродят линейную тактику, однако от неё вскоре отказались.

 

Появление линейных кораблей

Массовое изготовление тяжёлых артиллерийских орудий в течение долгого времени было весьма затруднено, поэтому вплоть до XIX века самыми крупными из устанавливаемых на корабли оставались 32…42-фунтовые. Но и работа с ними при заряжании и наведении была весьма осложнена из-за отсутствия сервоприводов, что требовало огромного расчёта для их обслуживания: весили такие орудия по несколько тонн каждое. Поэтому в течение столетий корабли старались вооружить как можно большим количеством сравнительно небольших орудий, которые располагались вдоль борта. Вместе с тем, по соображениям прочности длина военного корабля с деревянным корпусом ограничена примерно 70-80 метрами, что ограничивало и длину бортовой батареи. Более двух-трёх десятков орудий можно было разместить только лишь в несколько рядов.

Так возникли военные корабли с несколькими орудийными палубами (деками), несущие вплоть до полутора сотен орудий различного калибра. Следует сразу отметить, что называется деком и учитываются при определении ранга корабля только закрытые орудийные палубы, над которыми расположена ещё одна палуба. Например, двудечный корабль (в русском флоте — двухполосный) имел обычно две закрытые орудийные палубы и одну открытую (верхнюю).

Термин «линейный корабль» возник во времена парусного флота, когда в бою многопалубные корабли стали выстраивать в линию — так, чтобы во время своего залпа быть повёрнутыми противнику бортом, ведь наибольший урон цели наносил одновременный залп всех бортовых орудий. Такая тактика называлась линейной. Построение в линию во время морского боя впервые стало применяться флотами Англии и Испании в начале XVII века.

Первые линейные корабли появились во флотах европейских стран в начале XVII века. Они были легче и короче существовавших в то время «кораблей-башен» — галеонов, что позволяло быстро выстроиться в линию бортом к противнику, причем нос последующего корабля смотрел на корму предыдущего.

Появившиеся в результате этого многопалубные парусные линейные корабли более чем 250 лет являлись основным средством ведения войны на море и позволили таким странам как Голландия, Великобритания и Испания создать огромные торговые империи.

 

Линейный корабль «Святой Павел» 90 (84?)-пушечный линейный корабль «Св. Павел» был заложен на Николаевской верфи 20 ноября 1791 года и спущен на воду 9 августа 1794 года. Этот корабль вошел в историю военно-морского искусства, с его именем связана блестящая операция русских моряков и флотоводцев по взятию крепости на острове Корфу в 1799 году.

Но реальную революцию в кораблестроении, ознаменовавшую действительно новый класс кораблей, произвела постройка «Дредноута», законченная в 1906 году.

Авторство нового скачка в развитии больших артиллерийских кораблей приписывают английскому адмиралу Фишеру. Ещё в 1899 г., командуя средиземноморской эскадрой, он отметил, что стрельбу главным калибром можно вести на гораздо большее расстояние, если ориентироваться по всплескам от падения снарядов. Однако при этом требовалось унифицировать всю артиллерию, чтобы избежать путаницы в определении всплесков снарядов главного калибра и среднекалиберной артиллерии. Так родилась концепция all-big-guns (только большие пушки), легшая в основу кораблей нового типа. Дальность эффективной стрельбы возрастала с 10—15 до 90—120 кабельтовых.

Другими новшествами, легшими в основу нового типа кораблей, стали централизованное управление огнём с единого общекорабельного поста и распространение электроприводов, ускоривших наведение тяжелых орудий. Серьёзно изменились и сами пушки, в связи с переходом на бездымный порох и новые высокопрочные стали. Теперь пристрелку мог осуществлять только головной корабль, а идущие за ним в кильватер ориентировались по всплескам его снарядов. Таким образом, построение в кильватерные колонны вновь позволило в России в 1907 году возвратить термин линейный корабль. В США, Англии и Франции термин «линейный корабль» не возрождали, а новые корабли продолжали называть «battleship» или «cuirassé». В России «линейный корабль» остался официальным термином, а на практике утвердилось сокращение линкор.

Русско-японская война окончательно утвердила превосходство в скорости и дальнобойной артиллерии как главных преимуществ в морском бою. Разговоры о новом типе кораблей велись во всех странах, в Италии с идеей нового линкора выступал Витторио Куниберти, а в США была запланирована постройка кораблей типа «Мичиган», но англичанам удалось опередить всех за счёт промышленного превосходства.

Линкоры Российского Императорского Флота

 

Первым таким кораблём стал английский «Дредноут», имя которого стало нарицательным для всех кораблей этого класса. Корабль был построен в рекордные сроки, выйдя на ходовые испытания 2 сентября 1906 г., через год и один день после закладки. Линкор с водоизмещением 22500 тонн благодаря впервые применённой на столь крупном корабле силовой установке нового типа, с паровой турбиной, мог развивать скорость до 22 узлов. На «Дредноуте» было установлено 10 орудий калибра 305 мм (из-за спешки были взяты двухорудийные башни достраивавшихся эскадренных броненосцев 1904 года закладки), вторым калибром был противоминный — 24 орудия калибра 76 мм; артиллерия среднего калибра отсутствовала.Причина тому-средний калибр был менее дальнобойным чем главный и в бою часто не участвовал, а против эсминцев можно было применять орудия калибром 70-120 мм.

Появление «Дредноута» сделало все остальные крупные броненосные корабли морально устаревшими.

 

Для России, потерявшей в русско-японской войне почти все свои балтийские и тихоокеанские броненосцы, начавшаяся «дредноутная лихорадка” оказалась весьма кстати: к возрождению флота можно было приступить, не принимая в расчет устаревшие броненосные армады потенциальных противников. И уже в 1906 году, опросив большинство морских офицеров — участников войны с Японией, Главный морской штаб разработал задание на проектирование нового линкора для Балтийского моря. А в конце следующего года, после утверждения Николаем II так называемой «малой судостроительной программы”, был объявлен всемирный конкурс на лучший проект линейного корабля для Российского флота.

В конкурсе приняли участие 6 русских заводов и 21 иностранная фирма, среди которых были такие известные компании, как английские «Армстронг”, «Джон Браун”, «Виккерс”, германские «Вулкан”, «Шихау”, «Блом унд Фосс”, американская «Крамп”, и другие. Предложили свои проекты и частные лица — например, инженеры В. Куниберти и Л. Коромальди. Лучшим, по мнению авторитетного жюри, была разработка фирмы «Блом унд Фосс”, но по разным причинам — прежде всего политическим — от услуг вероятного противника решили отказаться. В итоге на первом месте оказался проект Балтийского завода, хотя злые языки утверждали, что тут свою роль сыграло наличие мощного лобби в липе А.Н. Крылова — одновременно и председателя жюри, и соавтора проекта-победителя.

Главная особенность нового линкора — состав и размещение артиллерии. Поскольку 12-дюймовая пушка с длиной ствола в 40 калибров, являвшаяся главным оружием всех русских броненосцев, начиная с «Трех Святителей” и «Сисоя Великого”, уже безнадежно устарела, решено было срочно разработать новое 52-калиберное орудие. Обуховский завод успешно справился с заданием, а Петербургский металлический завод параллельно спроектировал трехорудийную башенную установку, дававшую по сравнению с двухорудийной 15-процентную экономию в весе на один ствол.

Таким образом русские дредноуты получили необычайно мощное вооружение — 12 305-мм орудий в бортовом залпе, позволявших в сумме выпускать за минуту до 24 471-кг снарядов с начальной скоростью в 762 м/с. Обуховские пушки для своего калибра по праву считались лучшими в мире, превосходя по баллистическим характеристикам и английские, и австрийские, и даже знаменитые крупповские, считавшиеся гордостью германского флота.

Однако прекрасное вооружение стало, увы, единственным достоинством первых русских дредноутов типа «Севастополь”. В целом же эти корабли следует признать, мягко говоря, малоудачными. Стремление объединить в одном проекте противоречивые требования — мощное вооружение, внушительную защиту, высокую скорость хода и солидную дальность, плавания — превратилось для конструкторов в невыполнимую задачу. Пришлось чем-то жертвовать — и в первую очередь броней. Кстати, тут плохую службу сослужил упомянутый опрос морских офицеров. Конечно же, те, побывав под губительным огнем японской эскадры, хотели бы вновь пойти в бой на быстроходных кораблях с мощной артиллерией. Что же касается защиты, то они уделяли больше внимания площади бронирования, чем его толщине, не учитывая при этом прогресса в развитии снарядов и пушек. Опыт русско-японской войны не был серьезно взвешен, и эмоции возобладали над беспристрастным анализом.

В результате «Севастополи” оказались очень близкими (даже внешне!) к представителям итальянской кораблестроительной школы — быстроходными, сильно вооруженными, но слишком уязвимыми для вражеской артиллерии. «Проект напуганных” — такой эпитет дал первым балтийским дредноутам военно-морской историк М.М. Дементьев.

Слабость броневой защиты стала, к сожалению, не единственным недостатком линкоров типа «Севастополь”. С целью обеспечить наибольшую дальность плавания проект предусматривал комбинированную энергетическую установку с паровыми турбинами для полного хода и дизелями для экономического. Увы, применение дизелей вызвало ряд технических проблем, и от них отказались уже на стадии разработки чертежей, осталась лишь оригинальная 4-вальная установка с 10 (!) турбинами Парсонса, и фактическая дальность плавания при нормальном запасе топлива (816 т угля и 200 т нефти) составила всего 1625 миль 13-узловым ходом. Это в полтора-два, а то и в три раза меньше, чем у любого из русских броненосцев, начиная с «Петра Великого”. Так называемый «усиленный” запас топлива (2500 т угля и 1100 т нефти) с трудом «дотягивал” дальность плавания до приемлемых норм, но катастрофически ухудшал остальные параметры и без того перегруженного корабля. Никудышной оказалась и мореходность, что наглядно подтвердило единственное океанское плавание линкора этого типа — речь идет о переходе «Парижской коммуны” (бывшего «Севастополя”) на Черное море в 1929 году. Ну а об условиях обитаемости нечего и говорить: комфортом для экипажа пожертвовали в первую очередь. Пожалуй, хуже, чем нашим морякам, жилось на борту своих линкоров только привыкшим к суровой обстановке японцам. На фоне сказанного утверждения некоторых отечественных источников о том, что линкоры типа «Севастополь” являлись чуть ли не лучшими в мире, выглядит несколько преувеличенными.

Все четыре первых российских дредноута заложены на петербургских заводах в 1909 году, а летом-осенью 1911-го их спустили на воду. Но достройка линкоров на плаву затянулась — сказалось множество нововведений в конструкции кораблей, к которым отечественная промышленность еще не была готова. В срыв сроков внесли свои вклад и германские подрядчики, поставлявшие различные механизмы и отнюдь не заинтересованные в быстром усилении Балтфлота. В конце концов корабли типа «Севастополь” вступили в строй только в ноябре-декабре 1914 года, когда уже вовсю бушевал пожар мировой войны.

 

Линейный корабль «Севастополь»   (с 31 марта 1921 года по 31 мая 1943 года — «Парижская Коммуна»)1909 — 1956

Заложен 3 июня 1909 года на Балтийском заводе в Санкт-Петербурге. 16 мая 1911 года зачислен в списки судов Балтийского флота. Спущен на воду 16 июня 1911 года.  Вступил в строй 4 ноября 1914 года.  В августе 1915 года, совместно с линкором «Гангут» прикрывал минные постановки в Ирбенском проливе.  Прошел капитальный ремонт в 1922-1923 годах, 1924-1925 годах и 1928-1929 годах (модернизация).  22 ноября 1929 года убыл из Кронштадта на Черное море. 18 января 1930 года прибыл в Севастополь  и вошел в состав Морских сил Черного моря. С 11 января 1935 года входил в состав ЧФ.

 Прошел капитальный ремонт и модернизацию в 1933-1938 годах.  В 1941 году было усилено зенитное вооружение. Участвовал в Великой Отечественной войне  (оборона Севастополя и Керченского полуострова в 1941-1942 годах).  8 июля 1945 года награжден орденом Красного Знамени. 24 июля 1954 года переклассифицирован в учебный линейный корабль,  а 17 февраля 1956 года исключен из списков судов ВМФ в связи с передачей в отдел фондового имущества  для демонтажа и реализации, 7 июля 1956 года расформирован и в 1956 — 1957 годах разделан  на базе «Главвторчермета» в Севастополе на металл

 Водоизмещение стандартное 23288 полное 26900 тонн

Размерения 181.2×26.9×8.5 м  в 1943 году — 25500/30395 тонн 184.8×32.5×9.65 м

 Воружение 12 — 305/52, 16 — 120/50, 2 — 75 мм зенит., 1 — 47 мм зенит., 4 ПТА 457 мм
 в 1943 году 12 — 305/52, 16 — 120/50, 6 — 76/55 76К, 16 — 37 мм 70К, 2х4 12.7 мм пулеметов Виккерса и 12 — 12.7 мм ДШК

 Бронирование — пояс крупповской брони 75 — 225 мм, казематы противоминной артиллерии — 127 мм,
 башни главного калибра от 76 до 203 мм, боевая рубка 254 мм, палубы — 12-76 мм, скосы 50 мм
 в 1943 году — борт- верхний пояс 125+37.5 мм, нижний пояс 225+50 мм, палубы 37.5-75-25 мм,
 траверзы 50-125 мм, рубка 250/120 мм пол 70 мм, башни 305/203/152 мм

 Механизмы 4 турбины Парсонса до 52000 л.с. (в 1943 — 61000 л.с.) 25 котлов Ярроу  (в 1943 — 12 системы английского Адмиралтейства).

4 винта.  Скорость 23 узла Дальность плавания 1625 миль на 13 узлах. Экипаж 31 офицер 28 кондукторов и 1065 нижних чинов.  В 1943 году скорость 21.5 узла Дальность плавания 2160 миль на 14 узлах.

Экипаж 72 офицера 255 старшин и 1219 матросов

 

Линейный корабль «Гангут» (с 27 июня 1925 года — «Октябрьская Революция») 1909 — 1956

 

Линейный корабль «Полтава» (с 7 ноября 1926 года — «Фрунзе») 1909 — 1949

 

Линейный корабль «Петропавловск» Линкоры Российского Императорского Флота(с 31 марта 1921 года по 31 мая 1943 года — «Марат»)

 (с 28 ноября 1950 года — «Волхов») 1909 — 1953

Поступившая информация о том, что Турция тоже собирается пополнить свой флот дредноутами, потребовала от России принятия адекватных мер и на южном направлении. В мае 1911 года царь утвердил программу обновления Черноморского флота, предусматривавшую строительство трех линкоров типа «Императрица Мария”. В качестве прототипа был выбран «Севастополь”, однако с учетом особенностей театра военных действий проект основательно переработали: пропорции корпуса сделали более полными, скорость и мощность механизмов уменьшили, зато существенно усилили броню, вес которой теперь достигает 7045 т (31% от проектного водоизмещения против 26% на «Севастополе”). Причем размер броневых плит подогнали к шагу шпангоутов — так. чтобы те служили дополнительной опорой, предохраняющей от вдавливания плиты в корпус. Несколько увеличился и нормальный запас топлива — 1200 т угля и 500 т нефти, что обеспечило мало-мальски приличную дальность плавания (около 3000 миль экономическим ходом). Зато от перегрузки черноморские дредноуты страдали больше, чем их балтийские собратья. Дело усугублялось тем, что из-за ошибки в расчётах «Императрица Мария” получила заметный дифферент на нос, еще более ухудшивший и без того неважную мореходность; Чтобы хоть как-то исправить положение, пришлось уменьшить боезапас двух носовых башен главного калибра до 70 выстрелов на ствол вместо 100 по штату. А на третьем линкоре «Император Александр III” с этой же целью сняли два носовых 130-мм орудия. По сути, корабли типа «Императрица Мария” представляли собой более сбалансированные линкоры, чем их предшественники, которые, имей они больший радиус действия и лучшую мореходность, могли бы считаться скорее линейными крейсерами. Однако при проектировании третьей серии дредноутов вновь возобладали крейсерские тенденции — видимо, нашим адмиралам не давала покоя та легкость, с которой более быстроходная японская эскадра осуществляла охват головы русской кильватерной колонны…

Линейный корабль «Императрица Мария»   1911 — 1916

 11 октября 1911 года зачислен в списки судов Черноморского флота и 17 октября 1911 года заложен
 на заводе «Руссуд» в Николаеве, спущен на воду 19 октября 1913 года,  вступил в строй 23 июня 1915 года.
 Погиб 7 октября 1916 года в Северной бухте Севастополя от взрыва погребов 130-мм снарядов.
 К 31 мая 1919 года поднят и введен в Северный док Севастополя, а в июне 1925 года  продан Севморзаводу для демонтажа и разделки на металл и 21 ноября 1925 года исключен  из списков судов РККФ. Разобран на металл в 1927 году.

 

Линейный корабль «Императрица Екатерина Великая»  (до 14 июня 1915 года — «Екатерина II») (после 16 апреля 1917 года — «Свободная Россия») 1911 — 1918

 11 октября 1911 года зачислен в списки судов Черноморского флота и 17 октября 1911 года заложен  на заводе «Наваль» (ОНЗиВ) в Николаеве, спущен на воду 24 мая 1914 года,  вступил в строй 5 октября 1915 года.
 16 декабря 1917 года вошел в состав Красного Черноморского флота.
 30 апреля 1918 года убыл из Севастополя в Новороссийск, где 18 июня 1918 года по решению советского  правительства во избежании захвата германскими оккупантами потоплен торпедами, выпущенными с эсминца «Керчь».
 В начале 30-х годов ЭПРОН вел работы по подъему корабля. Была поднята вся артиллерия ГК и СК, но затем произошел  взрыв боезапаса ГК, в результате чего корпус разломился под водой на несколько частей.

Линейный корабль «Император Александр III»  (с 29 апреля 1917 года — «Воля») (после октября 1919 года — «Генерал Алексеев») 1911 — 1936

 11 октября 1911 года зачислен в списки судов Черноморского флота и 17 октября 1911 года заложен
 на заводе «Руссуд» в Николаеве, спущен на воду 2 апреля 1914 года,  вступил в строй 15 июня 1917 года.
 16 декабря 1917 года вошел в состав Красного Черноморского флота.
 30 апреля 1918 года убыл из Севастополя в Новороссийск, но 19 июня 1918 года вновь вернулся в Севастополь,  где был захвачен германскими войсками и 1 октября 1918 года включен в состав их ВМС на Черном море.
 24 ноября 1918 года захвачен у немцев англо-французскими интервентами и  вскоре уведен в порт Измир на Мраморном море. С октября 1919 года входил в состав  белогвардейских морских сил Юга России, 14 ноября 1920 года уведен врангелевцами при эвакуации  из Севастополя в Стамбул и 29 декабря 1920 года интернирован французскими властями в Бизерте (Тунис).
 29 октября 1924 года признан правительством Франции собственностью СССР, но из-за сложной  международной обстановки возвращен не был. В конце 1920-х годов продан «Рудметаллторгом»  французской частной фирме на слом и в 1936 году разделан в Бресте (Франция) на металл.

Следующие четыре корабля для Балтики согласно принятой в 1911 году «Программе усиленного судостроения” изначально создавались как линейные крейсера, головной из которых получил название «Измаил”.

Новые корабли стали крупнейшими из когда-либо строившихся в России. Согласно первоначальному проекту их водоизмещение должно было составить 32,5 тыс. т, но в ходе строительства оно возросло еще больше. Огромная скорость хода достигалась за счет повышения мощности паровых турбин до 66 тыс. л.с. (а при форсировке — до 70 тыс.л.с.). Существенно усиливалось бронирование, а по мощи вооружения «Измаил” превосходил все иностранные аналоги: новые 356-мм орудия должны были иметь длину ствола в 52 калибра, в то время как за рубежом этот показатель не превышал 48 калибров. Вес снаряда новых пушек равнялся 748 кг, начальная скорость — 855 м/с. Позже, когда из-за затянувшегося строительства понадобилось еще более увеличить огневую мощь дредноутов, был разработан проект перевооружения «Измаила” 8 и даже 10 406-мм орудиями,

В декабре 1912 года все 4 «Измаила” официально заложили на стапелях, освободившихся после спуска на воду линкоров типа «Севастополь”. Строительство уже шло полным ходом, когда были получены результаты натурных испытаний по расстрелу бывшей «Чесмы”, и эти результаты ввергли кораблестроителей в состояние шока. Выяснилось, что 305-мм фугасный снаряд образца 1911 года пробивает главный пояс «Севастополя” уже с дальности в 63 кабельтова, а на больших дистанциях стрельбы деформирует расположенную за броней рубашку, нарушая герметичность корпуса. Обе броневые палубы оказались слишком тонкими — снаряды не только пробивали их, но и дробили на мелкие осколки, вызывающие еще большие разрушения… Стало очевидным, что встреча «Севастополя” в море с любым из германских дредноутов не сулит нашим морякам ничего хорошего: одно случайное попадание в район погребов боезапаса неизбежно приведет к катастрофе. Русское командование поняло это еще в 1913 году, и именно поэтому оно не выпускало балтийские дредноуты в море, предпочитая держать их в Гельсингфорсе в качестве резерва позади перекрывшей Финский залив минно-артиллерийской позиции…

Самым скверным в данной ситуации были то, что ничего нельзя уже было исправить. О внесении каких-либо принципиальных изменений в строившиеся 4 балтийских и 3 черноморских линкора нечего было и думать. На «измаилах” ограничились усовершенствованием систем крепления броневых плит, усилением набора позади брони, внедрением 3-дюймовой деревянной подкладки под поясом и изменением развесовки горизонтальной брони на верхней и средней палубах. Единственным же кораблем, на котором опыт расстрела «Чесмы” учли в полной мере, стал «Император Николай I” — четвертый линкор для Черного моря.

Решение о строительстве этого корабля пришло перед самым началом войны. Любопытно, что официально его закладывали два раза: сначала в июне 1914 года, а затем в апреле следующего, в присутствии царя. Новый линкор являлся усовершенствованным вариантом «Императрицы Марии”, но при идентичном вооружении имел большие размерения и существенно усиленную броневую защиту. Вес брони даже без учета башен теперь достигал 9417 т, то есть 34,5% от проектного водоизмещения. Но дело было не только в количестве, но и в качестве: помимо усиления опорной рубашки все броневые плиты соединили вертикальными шпонками типа «двойной ласточкин хвост”, превратившими главный пояс в монолитный 262-м

 

Линейный корабль «Император Николай I»   (с 16 апреля 1917 года — «Демократия»)

1914 — 1927

 Заложен 9 июня 1914 года (официально 15 апреля 1915 года) на заводе «Наваль» в Николаеве  и 2 июля 1915 года зачислен в списки судов Черноморского флота, спущен на воду 5 октября 1916 года,  но 11 октября 1917 года в связи с малой степенью готовности вооружения, механизмов и оборудования снят  со строительства и поставлен на прикол. В июне 1918 года был захвачен германскими войсками  и 1 октября 1918 года включен в состав их флота на Черном море. Немцы планировали использовать корабль  в качестве базы для гидросамолетов, но из-за отсутствия личного состава от этих планов отказались.
 После освобождения Николаева частями РККА линкор поставили на прикол. 11 апреля 1927 года продан  Севморзаводу на слом и 28 июня 1927 года отправлен на буксире из Николаева в Севастополь для разделки на металл.

 

Линейный крейсер «Бородино»   1912 — 1923

Заложен 6 декабря 1912 года на Новом Адмиралтействе в Санкт-Петербурге.  Спущен на воду 19 июля 1915 года.
 21 августа 1923 года продан немецкой судоразделочной фирме и  16 октября подготовлен к буксировке в Киль,  где вскоре корабль был разделан на металл.

 

Линейный крейсер «Наварин»   1912 — 1923

Заложен 6 декабря 1912 года на Новом Адмиралтействе в Санкт-Петербурге.
 Спущен на воду 9 ноября 1916 года
 21 августа 1923 года продан немецкой судоразделочной фирме и  16 октября подготовлен к буксировке в Гамбург,  где вскоре корабль был разделан на металл.

 

Линкоры Российского Императорского Флота

Линейный крейсер «Кинбурн»   1912 — 1923

Заложен 6 декабря 1912 года на Балтийском заводе в Санкт-Петербурге.
 Спущен на воду 30 октября 1915 года
 21 августа 1923 года продан немецкой судоразделочной фирме и  16 октября подготовлен к буксировке в Киль,  где вскоре корабль был разделан на металл.

 

Судьба у большинства русских дредноутов оказалась довольно печальной. Линкоры типа «Севастополь” всю первую мировую войну простояли на рейдах, что отнюдь не способствовало поднятию боевого духа экипажей. Наоборот, именно линкоры стали центром революционного брожения на флоте — здесь наибольшим авторитетом пользовались анархисты и эсеры. В ходе гражданской войны линкоры дважды побывали в бою: в июне 1919 года «Петропавловск” несколько дней подряд обстреливал мятежный форт «Красная Горка”, израсходовав 568 снарядов главного калибра, а в марте 1921 года оказавшиеся в центре антибольшевистского Кронштадтского мятежа «Петропавловск” и «Севастополь” вели дуэль с береговыми батареями, получив при этом ряд попаданий. Тем не менее они были восстановлены и вместе с «Гангутом” еще долго служили в Красном флоте. А вот четвертому кораблю — «Полтаве” — не повезло. Два пожара — первый в 1919-м, а второй в 1923 году — сделали линкор полностью небоеспособным, хотя выгоревший корпус еще два десятилетия стоял на Морском полигоне, возбуждая советских конструкторов на всевозможные полуфантастические проекты его восстановления — вплоть до превращения в авианосец.

Черноморские дредноуты в отличие от балтийских использовались куда активнее, хотя в настоящем бою довелось побывать лишь одному из них — «Императрице Екатерине Великой”, встретившей в декабре 1915 года германо-турецкий «Гебен”. Последний, правда, использовал свое преимущество в скорости и ушел в Босфор, хотя уже был накрыт залпами русского линкора.

Самая известная и одновременно загадочная трагедия произошла утром 7 октября 1916 года на внутреннем рейде Севастополя, Пожар в носовом погребе боезапаса, а затем серия мощных взрывов превратили «Императрицу Марию” в груду искореженного железа. В 7 часов 16 минут линкор перевернулся вверх килем и затонул. Жертвами катастрофы стали 228 членов экипажа.

«Екатерина” пережила свою сестру меньше, чем на два года. Переименованная в «Свободную Россию”, она в конце концов оказалась в Новороссийске, где и была в соответствии с приказом Ленина потоплена 18 июня 1918 года четырьмя торпедами с эсминца «Керчь”…

Император Александр III” вступил в строй летом 1917 года уже под именем «Воля” и вскоре «пошел по рукам”: андреевский флаг на гафеле его мачты сменил украинский, затем — германский, английский и снова андреевский, когда Севастополь опять оказался в руках Добровольческой армии. Вновь переименованный — на сей раз в «Генерал Алексеев”,— линкор до конца 1920 года оставался флагманом белого флота на Черном море, а затем убыл в эмиграцию в Бизерту, где в середине 30-х годов его разобрали на металл. Любопытно, что прекрасные 12-дюймовые пушки русского дредноута французы сохранили, а в 1939 году подарили их Финляндии, воевавшей с СССР. Первые 8 орудий достигли пункта назначения, а вот последние 4, находившиеся на борту парохода «Нина”, прибыли в Берген практически одновременно с началом гитлеровского вторжения в Норвегию. Так пушки с бывшей «Воли” оказались в руках немцев, и те использовали их при создании своего «Атлантического вала”, оснастив ими батарею «Мирус” на острове Гернси. Летом 1944 года орудия впервые открыли огонь по кораблям союзников, а в сентябре даже добились прямого попадания в американский крейсер. А остальные 8 пушек «Генерала Алексеева” в 1944 году попали в руки Красной Армии и были «репатриированы” после растянувшегося во времени путешествия вокруг Европы. Одно из этих орудий сохранилось в качестве музейного экспоната Красной Горки.

А вот наиболее совершенным нашим линкорам — «Измаилам” и «Николаю I” — так и не довелось вступить в строй. Революция, гражданская война и последующая разруха сделали достройку кораблей нереальной. В 1923 году корпуса «Бородино”, «Кинбурна” и «Наварина” были проданы на слом в Германию, куда их увели на буксире. «Николай I”, переименованный в «Демократию”, разобрали на металл в Севастополе в 1927-1928 годах. Дольше всех прожил корпус «Измаила”, который опять-таки хотели превратить в авианосец, но в начале 30-х он разделил участь своих собратьев. Зато пушки линкоров (в том числе 6 «измаильских” 14-дюймовок) еще долго служили на железнодорожных и стационарных установках советских береговых батарей.

Оригинал http://nik191-1.ucoz.ru/publ/istorija_sobytija_i_ljudi/istor…

Источник: nik191.mirtesen.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.