Реформа косыгина по расширению самостоятельности предприятий

Реформа косыгина по расширению самостоятельности предприятий

Экономическая реформа 1965 г. в СССР, (в СССР известна как Косыгинская реформа, на Западе как реформа Либермана) — реформа управления народным хозяйством и планирования, осуществлённая в 1965—1970 гг. Характеризовалась внедрением экономических методов управления, расширением хозяйственной самостоятельности предприятий, объединений и организаций, широким использованием приёмов материального стимулирования. Связывается с именем председателя Совета Министров СССР А. Н. Косыгина.

Общесоюзная экономическая дискуссия 1962—1964 годов

Традиционно проведение реформы связывали с усложнением экономических связей, что снижало эффективность директивного планирования (в 1966 промышленность СССР включала более трёхсот отраслей, 47 тыс. предприятий, 12,8 тыс. первичных строительных организаций), и со стремлением более полно использовать интенсивные факторы экономического роста. Последнее было достижимо посредством повышения производительности труда через улучшение его культуры, интенсивности и организации, а также эффективного использования имеющихся ресурсов. Было признано, что существующая система планирования недостаточно заинтересовывает предприятия в принятии высоких плановых заданий, во внедрении организационных и технических новаций.


Впервые основные идеи реформы были обнародованы в статье профессора Харьковского инженерно-экономического института и Харьковского государственного университета Е. Г. Либермана «План, прибыль, премия» в газете «Правда» и его докладе «О совершенствовании планирования и материального поощрения работы промышленных предприятий», направленном в ЦК КПСС. Поддержку предложениям Либермана высказали ведущие экономисты ак. В. С. Немчинов, ак. С. Г. Струмилин, эксперты Госплана СССР, руководители предприятий и др.

Статья положила начало общесоюзной экономической дискуссии в прессе и ряду экономических экспериментов, подтвердивших эффективность предложенных мероприятий. В западной прессе и советологии концепция реформ получила названиелиберманизм.

Как альтернатива реформе в среде интеллигенции радикального «технократического» направления рассматривались идеи академика В. М. Глушкова, с 1962 г. развивавшего программу тотальной информатизации экономических процессов с применением системы ОГАС, которая должна была базироваться на создававшейся Единой Государственной Сети вычислительных центров (ЕГС ВЦ).


Решающим аргументом стало то, что Либерман издержки на проведение своей реформы оценил в стоимость бумаги, на которой будут напечатаны соответствующие указы, а первые результаты пообещал уже через считанные месяцы. Косыгин — самый «прижимистый» член Политбюро, умевший считать народную копейку, — выбрал реформу Либермана.

Основные положения реформы

Реализуемая после отстранения от власти Н. С. Хрущева реформа представлялась как разрыв с проявлениями присущего советской экономической политике второй половины 1950-х — начала 60-х гг. «субъективизма» и «прожектёрства», практикой административных и волевых решений. Декларировалось повышение научного уровня руководства экономикой, основанного на законах политэкономии социализма. Проведение реформы осуществлялось под руководством Председателя Совета Министров СССР А. Н. Косыгина.

Реформа вводилась в действие группой постановлений ЦК КПСС и Совета Министров СССР, распространявших её положения на отдельные отрасли и сектора народного хозяйства:

• «Об улучшении управления промышленностью, совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства» (Постановление сентябрьского 1965 г. Пленума ЦК КПСС)


• «О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства» (постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 4 октября 1965 г.)

• «Положение о социалистическом государственном производственном предприятии», утверждено СМ СССР 4 октября 1965 г.

• «О мерах по дальнейшему улучшению кредитования и расчетов в народном хозяйстве и повышению роли кредита в стимулировании производства» (постановление СМ СССР от 3 апреля 1967 г.)

• «О переводе совхозов и других государственных сельскохозяйственных предприятий на полный хозяйственный расчёт» (13 апреля 1967 г.)

• «О переводе предприятий Министерства гражданской авиации на новую систему планирования и экономического стимулирования» (от 7 июня 1967 г.)

• «О переводе железных дорог Министерства путей сообщения на новую систему планирования и экономического стимулирования» (от 23 июня 1967 г.)

• «О переводе предприятий Министерства морского флота на новую систему планирования и экономического стимулирования» (от 7 июля 1967 г.)

• «О переводе предприятий речного транспорта союзных республик на новую систему планирования и экономического стимулирования» (7 июля 1967 г.)

• «О переводе эксплуатационных предприятий и производственно-технических управлений связи системы Министерства связи СССР на новую систему планирования и экономического стимулирования» (8 июля 1968 г.)


• «О совершенствовании планирования и капитального строительства и об усилении экономического стимулирования строительного производства» (28 мая 1969 г.)

Реформа представляла собой комплекс из пяти групп мероприятий:

Реформа косыгина по расширению самостоятельности предприятий

  1. Ликвидировались органы территориального хозяйственного управления и планирования — советы народного хозяйства, созданные в 1957 г., предприятия становились основной хозяйственной единицей. Восстанавливалась система отраслевого управления промышленностью, общесоюзные, союзно-республиканские и республиканские министерства и ведомства.

  2. Сокращалось количество директивных плановых показателей (с 30 до 9-ти). Действующими оставались показатели по: общему объёму продукции в действующих оптовых ценах; важнейшей продукции в натуральном измерении; общему фонду заработной платы; общей суммы прибыли и рентабельности, выраженной как отношение прибыли к сумме основных фондов и нормируемых оборотных средств; платежам в бюджет и ассигнованиям из бюджета; общему объёму капитальных вложений; заданий по внедрению новой техники; объёму поставок сырья, материалов и оборудования.


  3. Расширялась хозяйственная самостоятельность предприятий. Предприятия обязаны были самостоятельно определять детальную номенклатуру и ассортимент продукции, за счёт собственных средств осуществлять инвестиции в производство, устанавливать долговременные договорные связи с поставщиками и потребителями, определять численность персонала, размеры его материального поощрения. За невыполнение договорных обязательств предприятия подвергались финансовым санкциям, усиливалось значение хозяйственного арбитража.

  4. Ключевое значение придавалось интегральным показателям экономической эффективности производства — прибыли и рентабельности. За счёт прибыли предприятия получали возможность формировать ряд фондов — фонды развития производства, материального поощрения, социально-культурного назначения, жилищного строительства, др. Использовать фонды предприятия могли по своему усмотрению (разумеется, в рамках существующего законодательства).

  5. Ценовая политика: оптовая цена реализации должна была обеспечивать предприятию заданную рентабельность производства. Вводились нормативы длительного действия — не подлежащие пересмотру в течение определённого периода нормы плановой себестоимости продукции.

В сельском хозяйстве закупочные цены на продукцию повышались в 1,5-2 раза, вводилась льготная оплата сверхпланового урожая, снижались цены на запчасти и технику, уменьшились ставки подоходного налога на крестьян.

Новая система народнохозяйственного планирования была закреплена в ст. 16 Конституции СССР 1977 г.:


Экономика СССР составляет единый народнохозяйственный комплекс, охватывающий все звенья общественного производства, распределения и обмена на территории страны. Руководство экономикой осуществляется на основе государственных планов экономического и социального развития, с учётом отраслевого и территориального принципов, при сочетании централизованного управления с хозяйственной самостоятельностью и инициативой предприятий, объединений и других организаций. При этом активно используется хозяйственный расчёт, прибыль, себестоимость, другие экономические рычаги и стимулы.

Источник: StudFiles.net

«Реформа Либермана»

Западные советологи и их последователи в России чаще называют экономическую реформу 1965 года не косыгинской, а «реформой Либермана». Действительно, ещё в 1962 году газета «Правда» опубликовала статью Е. Г. Либермана «План, прибыль, премия», в которой предлагалось усилить роль товарно-денежных инструментов в управлении социалистической экономикой. Однако при всём уважении к этому профессору из Харькова нельзя сбрасывать со счетов активную поддержку этой идеи двумя московскими академиками, Струмилиным и Немчиновым. Без их лоббирования записка «О совершенствовании планирования и материального поощрения работы промышленных предприятий», которую Либерман направил в ЦК КПСС, осталась бы без практических последствий.


Более того, последующее наполнение реформы 1965 года конкретным содержанием — подготовка постановлений партии и правительства и проведение их в жизнь проходило уже без участия Либермана, в то время как носителем и претворителем идей реформы все годы был и оставался предсовмина Косыгин.

Отстаивая название «реформа Косыгина» в противовес «реформе Либермана», критики указывают, что с тем же успехом и на тех же основаниях известную реформу Столыпина (также названную по фамилии председателя Совета министров) можно было бы называть «реформой Герценштейна» для увековечения памяти профессора Московского университета, одного из активных политиков-аграриев времён первой русской революции.

История

Приняв эстафету власти от Хрущёва, снятого в октябре 1964 г. со всех должностей, новое руководство СССР и КПСС приступило к экономической реформе 1965 г. По имени А.Н.Косыгина, который как Председатель Совета министров СССР руководил соответствующими преобразованиями, её иногда называют «косыгинская реформа».

Перед новым руководством встала непростая задача: дезавуировать амбициозное заявление Хрущёва о вступлении СССР в новый этап «строительства коммунизма» и найти компромиссную альтернативу определения сущности текущего этапа развития формации. Поскольку материально-техническая база социализма и соответствующие ей производственные отношения социализма были, в основном, выстроены уже перед войной, то новый этап получил в советской историографии название «строительство развитого социализма».


«Нулевым» этапом реформы стала отмена наиболее сомнительных новаций периода правления Хрущёва. Совнархозы были ликвидированы; восстановилась отраслевая система управления; были сняты запреты на личные подсобные хозяйства. В районы традиционного земледелия вновь стала поступать сельхозтехника, которую ранее направляли только на целину. Эти меры стали приносить эффект сразу, что позволило не спешить с принятием новых постановлений, и завершить ранее начатую научную дискуссию о дальнейших путях развития плановой экономики.

Основополагающие документы были приняты год спустя. Это были постановления:

  • «Об улучшении управления промышленностью, совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства» (сентябрь 1965 г.), и
  • «О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства» (октябрь 1965 г.)

Содержание реформы сводилось к следующему:

1. В восстановленной системе отраслевого управления промышленностью (общесоюзные, союзно-республиканские и республиканские министерства и ведомства) основной хозяйственной единицей были объявлены предприятия («Положение о социалистическом государственном производственном предприятии» от 4 октября 1965 г.);
2.

сширилась хозяйственная самостоятельность предприятий. С них начиналось составление плана по номенклатуре и ассортименту; собственные средства становились источником инвестиции в расширение производства, и на них же накладывались финансовые санкции. Усилилась роль арбитража в разрешении хозяйственных споров.
3. Количество директивных плановых показателей сократилось с 30 до 9. При том, что объём продукции устанавливался в рублях, по важнейшим благам остались и натуральные измерители.
4. Прибыль и рентабельность приобрели ключевое значение в ряду интегральных показателей эффективности производства. Полученную прибыль предприятия могли использовать по своему усмотрению, в рамках действующего законодательства.
5. Предприятия стали участвовать в ценообразовании на свою продукцию. Нормы плановой себестоимости не подлежали пересмотру в течение определённого периода.

Участники новой системы планирования и экономического стимулирования работали на принципах самофинансирования и самоокупаемости, или, иначе «полного хозяйственного расчёта». Переход на эту систему начался после принятия в апреле 1967 г. постановления о повышении роли кредита в стимулировании производства. На полный хозрасчёт были переведены: совхозы (апрель), министерства гражданской авиации и путей сообщения (июнь), морского флота и речного транспорта, а также связи (июль). К осени 1967 г. на хозрасчёт перешло 5,5 тыс. предприятий, обеспечивавших ⅓ промышленной продукции.


Данные за апрель 1969 г. (32 тыс. предприятий, 77% продукции) говорят, что реформа шла от более крупных производств к мелким. В мае 1969 г. она распространилась на капитальное строительство и строительное производство.

Концепция, положенная в основу реформы 1965 г., не была безальтернативной. В 1962–63 гг. под руководством акад. В.М.Глушкова, развивая идеи отвергнутой программы А.И.Китова (предложения по созданию единой АСУ для армии и народного хозяйства) был разработан проект, известный в дальнейшем как ОГАС (Общегосударственная автоматизированная система). При его рассмотрении в 1964 г. затраты на его полную реализацию (15–20 млрд. руб. на протяжении 15–20 лет) были сочтены неприемлемыми, и в конечном итоге проект не был реализован. Получили развитие лишь некоторые базовые компоненты этой идеи, например АСУ уровня предприятия. Начиная с 1967 г. (Львовский телевизионный завод), типовые АСУ были установлены более, чем на 600 предприятиях ВПК.

См. также

  • Восьмая пятилетка

Источник: kommynist.ru

Косыгинская реформа (экономическая реформа 1965 года) – комплекс преобразований, направленных на реформирование системы планирования и управления народным хозяйством в СССР.

Реформы проводились с 1965 по 1970 год, и получили свое название в честь А.Н. Косыгина, председателя Совета Министров СССР, который занимался разработкой и контролировал проведение реформы в Советском Союзе. На Западе эта реформа также известна как «Реформа Либермана» — в честь советского экономиста Е.Г. Либермана, который стал еще одним автором основной концепции данной экономической реформы.

Основная суть Косыгинской реформы заключалась во внедрении новых экономических методов управления, расширении хозяйственной самостоятельности предприятий и широком использовании инновационных приемов материального стимулирования.

Краткая биография Косыгина

Алексей Николаевич Косыгин родился 21 февраля 1904 года в Санкт-Петербурге в семье Николая Ильича и Матроны Александровны Косыгиных. С 1919 по 1921 год Алексей служил в 7-ой армии на военно-полевом строительстве участка Петроград-Мурманск, а затем стал слушателем Всероссийских продовольственных курсов Наркомпрома и поступил в Ленинградский кооперативный техникум, после окончания которого был отправлен в Новосибирск. В 1927 году был принят в члены ВКП(б), а с 1928 года работал заведующим плановым отделением Сибирского краевого союза потребкооперации. В 1930 году, после возвращения в Ленинград, поступил в Ленинградский текстильный институт, который окончил в 1935 году.

Карьера Косыгина развивалась достаточно быстро. С 1936 по 1937 год он работал простым мастером, затем начальником смены, а потом и директором фабрики «Октябрьская». Сразу после этого в 1938 году назначен на пост заведующего промышленно-транспортным отделом Ленинградского обкома ВКП(б), а в 1939 году был избран членом ЦК ВКП(б). Так началась его политическая деятельность.

До войны Косыгин занимал разные посты, а в 1941 году возглавил группу комиссаров Комитета по Гражданской Обороне. Группа занималась эвакуацией и снабжением продовольствием мирного населения в осажденном Ленинграде, сам Косыгин принял участие в создании знаменитой «Дороги жизни».

После войны Косыгин назначен на пост председателя Оперативного бюро Совета народных комиссаров РСФСР, а в 1946 году стал Председателем Совета Министров СССР и членом политбюро ЦК КПСС. В эти годы начинается его активная политическая и экономическая деятельность, самое заметное место в которой занимает экономическая реформа 1965 года. Разработанная и проведенная Косыгиным и Либерманом, она существенно меняет экономику СССР и направляет ее в новое русло.

В 1980 году Косыгина освобождают от должности члена Политбюро ЦК КПСС и от должности Председателя Совета Министров СССР в связи со значительным ухудшением здоровья. Косыгин умирает 18 декабря 1980 года.

За год своей работы Косыгин внес значительный вклад не только в разработку новой экономики, но и во внешнюю политику СССР – благодаря его стараниям удалось нормализовать отношения между СССР и Китаем.

Косыгинская экономическая реформа

В октябре 1964 года происходит отставка Н.С. Хрущева с поста главы государства, а вместе с этим заканчивается и эпоха «хрущевской оттепели», характеризующаяся частыми и серьезными (но зачастую непродуманными) реформами всех сфер жизни. Наступает время более умеренных преобразований, возвращавших страну обратно к консерватизму.

Несмотря на то, что вместе с Хрущёвым ушла определенная свобода, возвращения к сталинизму не произошло – новое руководство страны во главе с Л. Брежневым решило продолжить курс умеренных, но все же преобразований, призванных и далее совершенствовать социализм. Для того, чтобы эти преобразования были возможны, а также для того, чтобы соответствовать резкому научно-техническому скачку, произошедшему в мире, было принято решение разработать и провести социально-экономическую реформу. Разработку и проведение поручили Косыгину.

Суть Косыгинской реформы

Общая суть реформы состояла в том, чтобы дать различным предприятиям большую степень экономической свободы, а также в качестве основного движущего стимула выбрать материальные ценности и поощрения.

Основные положения реформы:

  • Восстановление системы отраслевого управления промышленностью, ликвидация органов территориального управления хозяйством;
  • Сокращение количества директивных плановых показателей с целью уменьшения бюрократизации;
  • Ключевыми показателями экономической состоятельности предприятия становились прибыль и рентабельность;
  • Новая ценовая политика.

Однако проведение реформы столкнулось с определенными трудностями. Прежде всего, необходимо было также реформировать аграрный сектор, чтобы он смог настроиться на работу в новой экономической системе – время проведения реформ было продлено и внедрение изменений заняло пять лет, с 1965 по 1970 год, после чего они были свернуты, так и не достигнув значительного успеха.

Итоги реформ

В ходе реформ была сделана попытка перейти к интенсивному качеству роста экономики СССР, был создан фундамент для дальнейшего развития постиндустриальной экономики, где важную часть занимали показатели эффективности. К сожалению, проведение Косыгинской реформы нельзя назвать удачным.

В современной исторической науке доминирует мнение о том, что реформы Косыгина были свернуты или просто провалились из-за большого количества нестыковок и проблем в административно-управленческом корпусе, который мешал внедрению новой экономической политики. Кроме того, на проведение реформ необходимы были деньги, которых у государства не было – в результате реформы постепенно пошли на убыль и были свернуты.

Результаты Косыгинской реформы были взяты за основу для проведения экономических реформ 1987-1988 годов.

Источник: historykratko.com

Гизатуллина Эльвира Фаридовна

Кубанский государственный аграрный университет

им. И.Т. Трубилина (e-mail: [email protected])

Расширение хозяйственной самостоятельности предприятий как основное направление «косыгинских» реформ: сущность и правовое закрепление

В статье раскрывается содержание партийно-правовых актов, определявших расширение хозяйственной самостоятельности социалистических государственных производственных предприятий в период «косыгинских» реформ 1965 г. Отмечается, что предприятия действительно получили определенную свободу экономической деятельности, однако меры по расширению хозяйственной самостоятельности так и не дали ожидаемых результатов, поскольку реформы проводились в сохранявшейся административно-идеологической системе.

Ключевые слова: хозяйственная самостоятельность, государственное предприятие, «косы-гинские» реформы, правовой акт, конституция, экономическая деятельность.

E.F. Gizatullina, Kuban State Agrarian University named after I.T. Trubilin; e-mail: [email protected]

The expansion of economic independence of enterprises as the main direction of «Kosygin» reforms: nature and legal consolidation

In article contents of the party legal acts determining expansion of economic independence of socialist state production enterprises during the period of «Kosygin» reforms of 1965 reveal. It is noted that entities really received certain freedom of economic activity however measures for expansion of economic independence didn't give the expected results as reforms were undertaken in the remaining administrative and ideological system.

Key words: economic independence, the state enterprise, «Kosygin» reforms, legal act, Constitution, economic activity.

Ключевым тезисом при подготовке и реализации «косыгинских» реформ 1965 г. было расширение хозяйственной самостоятельности социалистических государственных предприятий. Так, в совместном постановлении ЦК КПСС, Совета Министров СССР от 4 октября 1965 г. «О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства» прямо указывалось: «Признать необходимым расширить хозяйственную самостоятельность промышленных предприятий, в связи с чем сократить число показателей плана, утверждаемых предприятиям вышестоящими организациями » [1].

Показатели в этом партийно-правовом акте классифицировались на производственные показатели, показатели по труду, финансовые показатели, показатели по капитальному строительству, показатели по внедрению новой техники и показатели по материально-тех-

ническому снабжению. В число минимально предписываемых плановых показателей, в частности, включались: общий объем реализуемой продукции в действующих оптовых ценах (при этом делалась оговорка, суть которой в том, что применительно к ряду отраслей промышленности допускалось использовать другой показатель, а именно объем отгруженной продукции); номенклатура и объемы основных видов промышленной продукции, изготавливаемой на предприятии, в натуральном выражении, включая качественные характеристики выпускаемой продукции на промышленном предприятии; общий фонд заработной платы для всех работников предприятия, включая рабочих, инженерно-технических работников, руководящий состав; общая сумма прибыли и рентабельность, исчисляемые по отношению к стоимости основных фондов и стоимости оборотных средств, находящихся в распоряжении предприятия; платежи в бюджет и ассигнова-

179

ния из бюджета (местного, республиканского и союзного); общий объем централизованных капвложений, где отдельной строкой выделялся объем СМР (строительно-монтажных работ, осуществляемых в рамках запланированных сумм); ввод в действие основных фондов, а также мощностей производственного характера за счет централизованных капвложений; освоение выпуска новых видов продукции, изготавливаемой на предприятии; внедрение новых технологий, комплексной механизации и автоматизации производственных процессов; объем поставок сырья, материалов и оборудования, выделяемых вышестоящей организацией для предприятия.

В данном акте определялись и другие позиции, которые давали социалистическим предприятиям значительно большую, чем раньше, свободу хозяйственной деятельности. Так, согласно п. 5 постановления указывалось, что предприятия самостоятельно «планируют объем производства, детальную номенклатуру и ассортимент продукции на основе доводимых до предприятий вышестоящими организациями плановых заданий, а также заказов, принятых предприятиями в порядке прямых связей с потребителями или сбытовыми и торгующими организациями; устанавливают и расширяют там, где это хозяйственно целесообразно, долговременные связи с потребителями продукции и поставщиками сырья, материалов, комплектующих изделий, оборудования и других изделий на основе планов материально-технического снабжения; планируют и осуществляют за счет нецентрализованных капитальных вложений мероприятия по совершенствованию производства, в частности по замене устаревшего и малопроизводительного оборудования, внедрению новых технологических процессов, методов и средств контроля, устранению узких мест производства, и другие мероприятия, обеспечивающие повышение эффективности производства; планируют производительность труда, численность работников и среднюю заработную плату, устанавливают наиболее рациональную структуру управления предприятием» [1].

В сравнении с тем, что большинство из указанных показателей до этого определялись директивно вышестоящими органами управления, конечно, можно говорить о существенном продвижении вперед в вопросе хозяйственной самостоятельности социалистических предприятий в рамках «косыгинских» реформ. На-

пример, до «косыгинских» реформ поставщики сырья и организации, для которых предназначалась выпускаемая продукция, назначались сверху, а согласно постановлению предприятия теперь могли самостоятельно «устанавливать и расширять там, где это хозяйственно целесообразно», экономические отношения по своему усмотрению; при этом, однако, действовали ограничители, связанные с лимитами материально-технического обеспечения.

По своей сути отмеченное и другие направления по расширению хозяйственной самостоятельности социалистических предприятий являлись не чем иным, как элементами предпринимательской деятельности, присущей капиталистической (буржуазной) системе хозяйствования и финансирования экономики [2, с. 83]. Но тогда в Советском государстве, разумеется, официальная политология (гуманитарные науки, публикации в средствах массовой информации, выступления на разного рода съездах, пленумах, совещаниях, собраниях и т.д.) ни в коей мере не могла признать это. Напротив, мощные пропагандистские силы были брошены на то, чтобы показать, что именно такая свобода хозяйственной деятельности органично присуща социалистической системе экономического развития.

Вместе с тем, следует иметь в виду, что хозяйственная самостоятельность предприятий хотя и была расширена, но оставалась в рамках существенных ограничений, вытекающих из экономических основ Советского государства (общегосударственная собственность на средства производства, запрет предпринимательской деятельности и др.) и присущих СССР методов государственного управления (приоритет административных мер) [3, с. 62]. Так, указанный выше перечень утверждаемых сверху показателей для предприятия означал, что предприятия обязаны были неукоснительно выполнять эти показатели, за что предприятия (в лице руководителей) отчитывались перед вышестоящими органами хозяйственного управления (производственные объединения, тресты, министерства, советы министров союзных республик, Совет Министров СССР), а также перед территориальными партийными организациями, советами депутатов трудящихся (после 1977 г. — советами народных депутатов).

Если иметь в виду партийные организации, то руководители предприятий и их подразделений (цехов, участков, мастерских и т.д.), а они

180

в абсолютном большинстве являлись членами КПСС, отчитывались перед первичной партячейкой предприятия (как правило, такие отчеты носили формальный характер, поскольку работники вместе работали в одном коллективе, многие находились друг у друга в подчинении, соответственно, степень критичности резко снижалась); на следующем уровне отчет держали руководители предприятий и вышестоящих хозорганов — перед городским (районным), областным комитетами КПСС, ЦК компартий союзных республик. Если иметь в виду советские органы, то руководители предприятий и хозорганов держали отчет перед городскими (районными), областными советами депутатов трудящихся, верховными советами автономных и союзных республик, которые в советской политической системе представляли собой государственную власть разных уровней [4; 5].

Как видно, бюрократические отношения были довольно разветвленными. И в этом смысле хозяйственная самостоятельность субъектов хозяйственной деятельности в период «косыгинских» реформ была, конечно, весьма относительной. Эта относительность, на наш взгляд, существенно возрастала в связи с тем, что, как следует из Положения о социалистическом государственном производственном предприятии [6], руководители предприятий, объединений, министерств осуществляли руководство на основе принципа единоначалия. При этом все руководители субъектов хозяйственной деятельности являлись, по сути, наемными работниками — другого варианта в Советском государстве согласно Конституции СССР (общегосударственная собственность, запрет эксплуатации человека человеком и т.д.) не могло быть по определению. Соответственно, если руководитель не вписывался в стратегию вышестоящего хозяйственного органа, то он мог быть просто отстранен от должности и заменен другим человеком.

В этом контексте следует отметить, что в реальной советской экономической системе отсутствовал сам институт субъективных прав предприятий, которые можно было бы защитить, если эти права ограничивались вышестоящими органами (по «горизонтали» предприятия могли рассматривать споры в арбитраже). Хотя справедливо будет отметить, что в правовой литературе рассматриваемого периода данные аспекты затрагивались. Так, А.П. Лончаков в 1968 г. писал: «Субъективное право промышленного предприятия — это обеспечен-

ная законом мера не только возможного, но и должного поведения. Поэтому нарушение прав предприятия есть лишение принадлежащего ему права. Всякое субъективное право в зависимости от его содержания и назначения дает возможность предприятию использовать различные формы для восстановления нарушенного права. Объективными предпосылками для восстановления нарушенного права предприятия являются экономико-юридические факторы, оказывающие влияние на результаты деятельности не только предприятия, но и вышестоящего органа государственного управления. К числу восстановительных мер необходимо отнести также выводы государственного арбитража о причинах нарушения субъективных прав промышленных предприятий. Эти выводы должны адресоваться вышестоящему органу промышленного предприятия, а также центральным органам отраслевого управления для принятия мер по восстановлению нарушенных прав» [7, с. 91].

Однако таких научных работ были единицы, и в данном случае речь идет о публикации в Харьковском юридическом институте, известном своими относительно либеральными взглядами многих профессоров и выпускников. Здесь же отметим, что указанный автор вступил в дискуссию с С.Н. Братусем по вопросу о том, как следует расценивать управляюще-предписывающие акты, издаваемые органами хозяйственного управления в отношении государственных предприятий, работающих в СССР в условиях хозрасчета, полагая, что такие акты есть не что иное, как административно-правовые акты, в то время как С.Н. Братусь квалифицировал их как «акты-прогнозы» [8, с. 4]; в настоящее время, после распада СССР, эта проблематика, конечно, уже не является актуальной, но тогда в силу завышенного значения идеологии взгляды правоведов имели определенное влияние на формирование официальной позиции, и в данном случае официальная позиция сводилась к точке зрения С.Н. Братуся.

В реальности на деятельность предприятий в наибольшей степени влияли прежде всего вышестоящие хозяйственные органы, что вполне естественно, учитывая, что именно они назначали руководителей субъектов хозяйственной деятельности, утверждали для них планы и осуществляли текущий контроль и надзор. Партийные организации также могли существенно влиять на положение дел на

181

предприятиях и в вышестоящих хозяйственных органах [9, с. 38], однако следует иметь в виду, что партийный контроль не был текущим, а проводился периодически, а партийные структуры КПСС, как правило, вмешивались в деятельность субъектов хозяйственной деятельности в тех случаях, когда не выполнялся план. Подобным образом действовали и советы депутатов разных уровней, однако степень их влияния в сфере экономической деятельности была де-факто незначительной, несмотря даже на то обстоятельство, что советы, согласно ст. 3 Конституции СССР [10], представляли собой государственную власть; вместе с тем, нужно иметь в виду, что на местном уровне местные Советы депутатов трудящихся непосредственно управляли предприятиями, относившимися к местной промышленности, и по этому поводу издавались соответствующие правовые акты [11].

Некоторые авторы считают, что в годы «косыгинских» реформ «влияние партии было едва ли не абсолютным» [12]. Однако с этим трудно согласиться полностью, особенно в рассматриваемый период. Дело в том, что наибольшее влияние партия имела на все сферы жизни советского общества в ленинско-сталин-ский довоенный период (тогда, как известно, многие решения Политбюро ЦК ВКП(б) имели характер прямого властного действия). В годы войны статус партийных структур был несколько понижен в связи с военными действиями, а

1. О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства: постановление ЦК КПСС, Совета Министров СССР от 4 окт. 1965 г. № 729 // Собр. постановлений СССР 1965. № 19-20. Ст. 153.

2. Упоров И.В., Старков О.В. Финансовое право. М., 2013.

3. Агафонов Ю.А., Рассказов Л.П., Упоров И.В. Становление и особенности развития современного российского права. Краснодар, 2000.

4. Рассказов Л.П., Упоров И.В., Жинкин С.А. Теория права. Краснодар, 2000.

5. Упоров И.В., Старков О.В., Рассказов Л.П. Теория государства и права. М., 2005.

6. Об утверждении Положения о социалистическом государственном производственном предприятии: постановление Совета Министров СССР от 4 окт. 1965 г.

после войны — в связи с восстановлением народного хозяйства СССР. В рассматриваемый период партийное влияние имело место прежде всего на высшем иерархическом уровне, т.е. на уровне съездов и пленумов ЦК КПСС, где принимались решения принципиального, стратегического характера, как, например, при одобрении «когыгинских» реформ. А на иерархических ступенях ниже в сфере хозяйственных отношений на первый план выходили А.Н. Косыгин как Председатель Совета Министров СССР, министры и далее вниз по подчиненности.

Ради выполнения планов директора, что являлось критерием успешной или, напротив, плохой работы предприятий, нередко допускали приписки, искусственно завышали цены на продукцию, допускали другие нарушения, и в этом смысле хозяйственная самостоятельность не мотивировала улучшение качественных показателей. Управляющие указания отмеченных выше структур и контроль с их стороны также, причем существенно, ограничивали хозяйственную самостоятельность государственных предприятий в период «косыгинских» реформ. В результате предприятия так и не получили хозяйственной самостоятельности такой степени, чтобы обеспечивать свои интересы, сбалансированные с интересами других субъектов экономической деятельности и в целом с интересами общества, и в итоге «косы-гинские» реформы к середине 1970-х гг. потеряли свою актуальность.

1. About enhancement of planning and strengthening of economic stimulation of industrial production: resolution of the Central Committee of the CPSU, Council of Ministers of the USSR d.d. Oct. 4, 1965 № 729 // Coll. of legislation of the USSR. 1965. № 19-20. Art. 153.

2. Uporov I.V., Starkov O.V. Financial law. Moscow, 2013.

3. Agafonov Yu.A., Rasskazov L.P., Uporov I.V. Formation and features of development of modern Russian law. Krasnodar, 2000.

4. Rasskazov L.P., Uporov I.V., Zhinkin S.A. Theory of law. Krasnodar, 2000.

5. Uporov I.V., Starkov O.V., Rasskazov L.P. Theory of state and law. Moscow, 2005.

6. About approval of the Regulation on socialist state production enterprise: resolution of Council of Ministers of the USSR d.d. Oct. 4, 1965 № 731 // Coll. of legislation of the USSR. 1965. № 19-20.

182

№ 731 // Собр. постановлений СССР. 1965. № 19-20.

7. Лончаков А. П. Правовые гарантии деятельности предприятия в сфере государственного управления // Проблемы социалистической законности на современном этапе развития советского государства: материалы межвуз. науч. конф. Харьков, 1968.

8. Братусь С.Н. Правовые проблемы новой системы хозяйственного управления // Ученые записки Всесоюзного научно-исследовательского института сравнительного законодательства. М., 1966. Вып. 7.

9. Волгин Е.И. Эволюция КПСС в 1985-1991 гг. (историко-политологическое исследование): дис. … канд. полит. наук. М., 2001.

10. Конституция (Основной закон) Союза Советских Социалистических Республик: утв. постановлением Чрезвычайного VIII Съезда Советов СССР от 5 дек. 1936 г. // Известия ЦИК СССР и ВЦИК. 1936. № 283.

11. О мероприятиях по дальнейшему развитию местной промышленности и художественных промыслов: постановление Совета Министров СССР от 30 сент. 1966 г. № 794 // Собр. постановлений СССР. 1966. № 23. Ст. 126.

12. Матвеев М.Н. От эсеров до «Единой России»: борьба партий за влияние в органах местного самоуправления в России // Известия Саратов. науч. центра РАН. Спецвып. «Новые гуманитарные исследования». 2005. С. 121-133.

7. Lonchakov A.P. Legal guarantees of activities of the entity in the sphere of public administration // Problem of socialist legality at the present stage of development of the Soviet state: proc. ofinterhigher education institution. sci. conf. Kharkov, 1968.

8. Bratys S.N. Legal problems of new system of economic board // Scientific notes of All-Union research institution of the comparative legislation. Moscow, 1966. Iss. 7.

9. VolginE.I. Evolutionofthe CPSUin 1985-1991 (a historical and politological research): diss. … Candidate of Political Sciences. Moscow, 2001.

10. Constitution (Fundamental law) of the Union of Soviet Socialist Republics: approved by the resolution of the Extraordinary VIII Congress of Councils of the USSR d.d. Dec. 5, 1936 // News of the Central Election Commission of the USSR and All-Russian Central Executive Committee. 1936. № 283.

11. About actions for further development of the local industry and art crafts: resolution of Council of Ministers of the USSR d.d. Sept. 30, 1966 № 794 // Coll. of legislation of the USSR. 1966. № 23. Art. 126.

12. Matveev M.N. From Social Revolutionaries to «United Russia»: fight of parties for influence in local government bodies in Russia // News of the Saratov scientific center of RAS. Special iss. «New humanitarian researches». 2005. P. 121-133.

183

Источник: cyberleninka.ru

КОСЫГИНА РЕФОРМА 1965 года, совокупность мер, направленных на повышение эффективности экономики. Осуществлялась по инициативе и под руководством председателя СМ СССР А. Н. Косыгина. В разработке реформы участвовали Н. К. Байбаков, А. В. Бачурин, Л. И. Абалкин, А. И. Анчишкин, Л. М. Гатовский, Р. А. Белоусов, В. С. Немчинов, Л. В. Канторович, С. С. Шаталин и др.

Основные цели и направления реформы были сформулированы в решениях Пленума ЦК КПСС (сентябрь 1965), постановлении ЦК КПСС и СМ СССР «О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства» от 4.10.1965 и в утверждённом тогда же СМ СССР «Положении о социалистическом государственном предприятии». Государственные комитеты по отраслям промышленности и совнархозы были упразднены, вместо них образованы общесоюзные, союзно-республиканские и республиканские министерства. Территориальный принцип в организации материально-технического снабжения был сохранён. Предполагались существенное расширение самостоятельности и прав предприятий, переход к стимулированию их деятельности в зависимости от показателей не только количественного, но и качественного, экономически эффективного роста, что должно было внести в экономическую организацию элементы состязательности ради достижения лучших результатов и даже определённой конкуренции. В качестве главного показателя эффективности работы предприятия вводился показатель объёма реализованной продукции (вместо объёма валовой продукции) и прибыли, что, как ожидалось, должно было способствовать учёту спроса населения и производственных потребителей на разнообразную, современную и качественную продукцию. Предусматривалось сокращение числа обязательных плановых показателей.

Реформой предполагалось образование фондов экономического стимулирования предприятий (материального поощрения; социально-культурных мероприятий и жилищного строительства; развития производства) в зависимости от темпов роста реализации продукции и уровня расчётной рентабельности (отношение расчётной прибыли, образуемой при вычете из общей прибыли платы за основные и оборотные средства, к среднегодовому размеру этих средств) по нормативам, установленным для групп предприятий, близких по своим производственно-технологическим и экономическим характеристикам. Фонды поощрения на предприятиях планировалось формировать в значительной мере за счёт дополнительных обязательств по увеличению объёмов производства и прибыли, в том числе за счёт сокращения издержек производства, снижения численности работающих, самостоятельной реализации на сторону излишних основных фондов. Реформа системы оптовых цен должна была выправить многочисленные сложившиеся ещё в период социалистической индустриализации деформации в ценах, тем самым обеспечить нормально работающим предприятиям возмещение их затрат и формирование достаточной прибыли. Впоследствии реформа цен была дополнена реформой амортизационной политики и практики, с учётом важности политики амортизирования как для ценообразования, так и для стимулирования технического прогресса.

Первоначально реформа в основных своих направлениях была достаточно активно и с одобрением воспринята как хозяйственниками, так и всей экономической общественностью, внеся значительное оживление в научную мысль и практику. Она способствовала вскрытию и использованию внутренних резервов предприятий (при прежней хозяйственной системе в этом не были заинтересованы ни руководители, ни коллективы). К 1970 году на новые условия работы перешло свыше 90% предприятий ведущих отраслей промышленности, а также 40% совхозов. Пятилетка реформы, по данным официальной статистики, стала лучшей из всех пятилеток: объём промышленного производства вырос на 50%, производительность труда — на 39%, среднегодовые темпы прироста национального дохода составили 7,7%. Однако вскоре выявились внутренние несовершенства, противоречия реформы, не предвиденные её авторами. Отраслевая система управления через министерства, главки, объединения (которых со временем становилось всё больше) искусственно разрывала единую народно-хозяйственную систему, не позволяя осуществлять программно-целевое управление ресурсами и тем самым выхолащивая одно из главных преимуществ плановой экономики — концентрацию ресурсов на решающих направлениях. Кроме того, в отраслевой системе управления зачастую игнорировались территориальные проблемы, не обеспечивалось рациональное сочетание отраслевого и территориального аспектов управления экономикой. Капиталовложения и материальные ресурсы распределялись в большинстве случаев уравнительно, что приводило к распылению сил и средств, их длительному омертвлению, многочисленным долгостроям, срывало планы Технического перевооружения предприятий и отраслей, несмотря на крупные закупки современного оборудования за рубежом.

Практика реформы вскрыла её глубинные проблемы, состоявшие в попытке соединить противоречивые, взаимоисключающие элементы рыночной и административной системы организации экономики. Не оказались жизнеспособными и системы стимулирования по групповым нормативам, так как в реальной экономической жизни предприятия различались по множеству производственных, технологических, экономических, географических и многих других признаков. Реформа в её центральном звене, в хозяйственном механизме на уровне предприятия, не преодолела главной проблемы планово-командной организации экономики — отторжения ею Технического прогресса. При фактическом отсутствии рынка и его атрибутов (конкуренции, перелива капитала и пр.) и господстве командных начал фонды развития средств производства не смогли стать ресурсом и механизмом технологической модернизации, а показатели прибыли и реализации продукции — сыграть решающую роль в повышении эффективности производства. Цены, утверждаемые разветвлённой системой бюрократических структур, при отсутствии подлинно рыночных механизмов их формирования также не могли стать ориентирами и регуляторами хозяйственной деятельности и (наряду с другими компонентами реформы) не могли предотвратить постепенной экономической стагнации. Прежде всего, по этим причинам, а также из-за противодействия партийно-государственной номенклатуры, не видевшей своего места в реформируемой экономической системе, уже через 3-4 года эффективность Косыгина реформы стала снижаться и вскоре реформа была свёрнута, за исключением отдельных, в сущности формальных, элементов (сохранение фондов поощрения, платы за фонды и др.).

Лит.: Фирсов Ю. Косыгин и его время // Российский экономический журнал. 2004. № 5/6; Сейфетдинов Р. М. Экономическая реформа 1965 г.: Замыслы и результаты // Наше Отечество. Страницы истории. М., 2004; Золотой П. А. Экономическая реформа 1965 г. и ее теоретическая база: оценки зарубежных экономистов // Экономический журнал. 2005. № 10; Коваленко С. Г. Реформы управления народным хозяйством СССР середины 1950-х — 1970-х гг. // Вопросы истории. 2008. № 6.

Я. Н. Дубенецкий, В. В. Ивантер.

Источник: knowledge.su


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.