Время правления анны иоанновны

В 1726 году князем Александром Меншиковым, который сам намеревался стать герцогом Курляндским, был расстроен брак Анны Иоанновны с графом Морицем Саксонским (внебрачный сын польского короля Августа II и графини Авроры Кенигсмарк).

После смерти императора Петра II в конце января 1730 года Верховный тайный совет по предложению князей Дмитрия Голицына и Василия Долгорукова избрал Анну Иоанновну, как старейшую в роде Романовых, на российский престол на условиях ограничения власти. Согласно доставленным в Митаву и подписанным 6 февраля (25 января по старому стилю) 1730 года «кондициям» или «пунктам», Анна Иоанновна должна была заботиться о распространении в России православия, обещала не вступать в брак, не назначать по своему усмотрению наследника престола и сохранить Верховный тайный совет. Без его согласия императрица не имела права объявлять войну и заключать мир, облагать своих подданных новыми налогами, повышать в чины служащих как в военной, так и в гражданской службе, раздавать придворные должности и производить государственные расходы.


26 (15 по старому стилю) февраля 1730 года Анна Иоанновна торжественно въехала в Москву, где на основании «кондиций» 1 2 марта (20 21 февраля по старому стилю) ей принесли присягу высшие сановники государства и генералитет. 

Сторонники самодержавной власти императрицы, находившиеся в оппозиции Верховному тайному совету, в лице Андрея Остермана, Гавриила Головкина, архиепископа Феофана (Прокоповича), Петра Ягужинского, Антиоха Кантемира, а также большинства генералитета, офицеров гвардейских полков и дворянства, составили челобитную Анне Иоанновне со 166 подписями о восстановлении самодержавия, которую 6 марта (25 февраля по старому стилю) 1730 года подал князь Иван Трубецкой. Выслушав челобитную, Анна Иоанновна публично разорвала «кондиции», обвинив их составителей в обмане. 9 марта (28 февраля по старому стилю) со всех была взята новая присяга Анне Иоанновне как самодержавной императрице. Императрица была коронована в Москве 9 мая (28 апреля по старому стилю) 1730 года.

Став императрицей, Анна начала возвышать иностранцев и подвергла опале русскую знать. Вся власть в стране фактически принадлежала канцлеру Андрею (Генриху Иоганну Фридриху) Остерману и фавориту Анны Эрнсту Иоганну Бирону, вызванному ею из Курляндии. Во главе армии стоял немец — фельдмаршал Христофор Миних (Бурхард Кристоф фон Мюнних). Верховный тайный совет был упразднен. Инакомыслие жестоко преследовалось.


Источник: ria.ru

Правление Анны Иоанновны (1730г.—1740г.). Анна Иоаннов­на окружила себя преданными и близкими ей людьми. Из Курляндии был вызван ее фаворит — оберкамергер Эрнст Иоганн Бирон. С тех пор он постоянно находился рядом с царицей и направлял ее действия. Человек представительный и образованный, Бирон предпочитал оставаться в тени, но держал в руках все нити управления страной. Коренные интересы России Бирону были чужды.

Лина Иоанновна уничтожила Верховный тайный совет, вместо него появился Кабинет в составе трех человек. Ведущий роль в нем принадлежала А.И. Остерману. Была возидана и Тайная канцелярия (орган политического сыска).

По настоянию Бирона и Остермана Анна Иоанновна удалила от власти Д.М. Голицына, который оказался в Шлиссельбургской крепости. Долгоруких разослали по их имениям, а потом отправили в Березов, где еще недав­но томился Меншиков.

Для упрочения своего положения Анна Иоанновна приняла ряд мероприятий. Срок службы дворян был установлен в 25 лет. Был отменен закон о единонаследии, теперь имения можно было дробить между сыновьями; поместья были окончательно уравнены с вотчинами и должны были именоваться имение — вотчина. Был создан Кадетский корпус, откуда дворянские дети выходили сразу офицерами и не должны были, как при Петре, тянуть солдатскую лямку. Все это примирило дворянское сословие с властью.


Новое правительство пошло навстречу промышленникам: старые порядки обеспечения предприятий крепостным трудом подтверждались. Более того, предпринимателям разрешалось покупать крестьян и без земли. Сфера крепостного труда в экономике расширилась.

Времена Анны Иоанновны иногда называют бироновщиной. Однако нельзя связывать бироновщину только с засильем лиц немецкого происхождения. Скорее, это был клан, члены которого были преданы царице, но в основе той преданности находились, как правило, материальные интересы — получаемые ключевые посты обеспечивали высокие доходы, возможность обогащаться за счет взяток и расхищения государственной казны.

В понятие «бироновщина» входит создание в России сильного политического сыска, мощной репрессивной организации. Тайная канцелярия сосредоточилась на преследовании тех, кто выступал против императрицы и ее фаворита. Наиболее громким делом Тайной канцелярии стал процесс над прекрасным администратором А.П. Волынским, выступившим против немецкого засилья в стране. Он был казнен.

Со второй половины 1730-х гг. Анна Иоанновна все меньше занималась государственными делами. Тяга императрицы к развлечениям и роскоши расцвела пышным цветом. Балы, маскарады, торжественные обеды и ужины, сопровождаемые иллюминациями и фейерверками, сменяли друг друга.

В середине 1730-х гг., стремясь удовлетворить амбиции Анны Иоанновны, ее фаворита и ближайшего окружения, Россия ввязалась в войны с Польшей и Турцией, которые еще больше подорвали финансовое положение страны.

Источник: histerl.ru

  • Главная >>
  • >>
  • Российская империя в правлении Анны Иоанновны и Иоанна VI.

Одиннадцатилетнее правление Анны Иоанновны и Иоанна Антоновича (1730- 1741 гг.) часто и незаслуженно демонизируют в исторической литературе, указывая в качестве главного негативного фактора господство иноземцев в стране, хотя все это лишь стало логическим следствием во многом вненациональной империи Петра Великого, в которой и сами русские дворяне и чиновники должны были отказаться от многих русских традиций, выбрав тотальную европеизацию.

Суровое время Анны Иоанновны.

В день смерти царя Петра II собрался Верховный Тайный совет, на котором тогда господствовали семейства Долгоруких и Голицыных (5 мест из 8). На нем Долгорукие пытались пустить в дело подложное завещание Петра II (князь Иван Долгорукий подписал от имени царя) в пользу своей невесты Екатерины Долгорукой, но эта фальшивка была сразу же разоблачена. Недолго думая, Верховный тайный совет по предложению Д. Голицына остановил выбор на племяннице Петра I, дочери его старшего брата Ивана — вдовствующей курляндской герцогине Анне Иоанновне (1730-1740 гг.).

Вот только трон Анне «верховники» предложили на определённых условиях – «кондициях», согласно которым императрица фактически становилась безвластной марионеткой в руках членов Верховного Тайного совета.


з него императрица не имела права назначать наследника, начинать войну и заключать мир, вводить новые подати, жаловать в знатные чины выше полковничьего ранга, раздавать и отнимать вотчины и имения и т.д. Затем кондиции дополнили еще двумя пунктами: подчинением гвардии Совету и обязательством императрицы: «…Буде чего по сему обещанию не исполню, то лишена буду короны Российской».

В исторической литературе много писалось по поводу того, что кондиции 1730 г. по ограничения самодержавия могли бы направить Россию на путь конституционной монархии. Однако следует помнить, что все инициативы по такому ограничению шли от феодальной верхушки, стремящейся «прибавить себе волю» (по выражению главного идеолога кондиций Дмитрия Голицына), а значит, по определению не могли быть прогрессивными.

Анна Иоанновна легко подписала эти условия, мечтая любой ценой получить корону огромной империи, но, приехав в Россию, получила от дворян и гвардии «челобитную», в которой они высказывали недовольство кондициями. Рядовое дворяне сразу воспротивилось ограничению самодержавия в пользу аристократического Тайного совета, полагая, что при такой олигархической системе интересы дворянства не будут соблюдены. Поэтому они дружно выступили за неограниченное самодержавие.

Получив от дворян и гвардии мощную поддержку Анна разорвала кондиции и упразднив Верховный Тайный совет стала править так как и все до нее самодержавно, но знаково более жестко.


знены и жестоко наказаны были все «верховники» пытавшиеся ограничить власть Анны. Другой особенностью ее правления стало то, что и в окружении императрицы и в правительственных кругах, в отличие от предыдущих российских правителей стало больше иностранцев, особенно прибалтийских немцев, что слишком задевало национальные чувства русских аристократов. Неслучайно в XIX веке в российской дворянской историографии ее правление стало рисоваться в черных тонах как засилье немцев — «бироновщина».

Знаменитые российские историки (дореволюционной эпохи) рисовали довольно неприглядный политический портрет новой государыни. Н.И. Костомаров: «Ленивая, неряшливая, с неповоротливым умом и вместе с тем надменная, чванливая, злобная, не прощающая другим ни малейшего шага, который почему-либо ей был противен». Не менее ядовитую характеристику дал и В.О. Ключевский: «Рослая и тучная, с лицом более мужским, чем женским, черствая по природе и еще более очерствевшая при раннем вдовстве среди дипломатических козней и придворных приключений в Курляндии, где ею помыкали, как русско-прусско-польской игрушкой, она, имея уже 37 лет, привезла в Москву злой и малообразованный ум с ожесточенной жаждой запоздалых удовольствий и грубых развлечений».

Испанский дипломат и ее современник герцог де Лириа более деликатен в оценках русской императрицы: «В обхождении она приятна, ласкова и чрезвычайно внимательно. Щедра до расточительности, любит пышность чрезмерно, отчего ее двор великолепием превосходит все прочие европейские. Она строго требует повиновения себе и желает знать все, что делается в ее государстве, не забывает услуг, ей оказанных, но вместе с тем хорошо помнит и нанесенные ей оскорбления».


Анна была человеком своего времени, еще далекого от плодов настоящего Просвещения. По характеру она была типичной барыней-помещицей, которую рисует русская классическая литература. Для Анны, судя по всему, доставляло удовольствие унижать гордых и родовитых людей. Так, она завела шутов из знатнейших аристократических фамилий (князь М.А. Голицын, князь Н.Ф. Волконский, граф А.П. Апраксин), низведенных до этого положения за какие-то проступки.

Среди наиболее известных развлечений, в которых императрица Анна любила участвовать значились: стрельба по птицам (прямо из окон дворца), всевозможные дворцовые увеселения, безумные кривляния шутов (среди которых были и князья) и шутих, карточная игра, бильярд, верховая езда…

Светская жизнь и всевозможные развлечения при Анне достигли своего максимума. Бал и маскарад мог порой продлиться до 10 дней. На содержание царского двора, с праздничными различными мероприятиями, включая и свадьбы шутов, многочисленной псарней, и т.д., из казны уходило огромные суммы денег. Испанский посланник де Лирия отмечал, что петербургский двор «богаче, чем даже в Париже». Английский дипломат Клавдий Рондо писал своему начальству: «Ваше превосходительство, не можете вообразить себе до какого великолепия русский двор дошел в настоящее царствование, несмотря на то, что в казне нет ни гроша, а потому никому не платят».


Все объясняла смета некоторых расходов при Анне Иоанновне. Так, на содержание царского двора ежегодно уходило- 260000 р.; на содержание конюшни для Бирона- 100000 р.; на мелкие нужды императрицы- 42622 р.; на две Академии (наук и Адмиралтейскую) — 47371 р.; на народное образование- 4500 р. (по Заичкин А.И., Почкаев И. Н. Русская история). Нельзя сказать, что императрица вовсе не уделяла внимание государственным делам, однако, с каждым годом, все более старея, ей становилось все более тягостно вникать в государственные проблемы. Она все больше была поглощена бытовыми мелочами придворной жизни, передоверив все нити управления Кабинету министров и своему любимцу Бирону.

Мрачную известность в правлении Анны получил орган политического сыска- Канцелярия тайных розыскных дел, которую тогда возглавлял А.И. Ушаков. Именно эта канцелярия, которая следила за всеми кто был нелоялен императрицы и ее любимцу Бирону и стала зловещим символом эпохи Анны Иоанновны. Ведь за любое неосторожное слово в адрес самой императрицы и Бирона следовали застенок, каторга, мучительная казнь. Донос в виде возгласа «слово и дело» тогда вызывал у многих ужас, ведь за возможным и часто легковесным обвинением в государственной измене начинался страшный судебный процесс, сопровождаемый пытками, конфискацией имущества и казнями обвиняемых. По некоторым данным, за все правление Анны только в Сибирь было сослано свыше 20 тысяч человек, 37000 человек было замучены в застенках, около 5000 было казнено (по М. Евгеньевой).


Особенный резонанс в дворянском обществе произвели расправы с высокородными вельможами: князьями Долгорукими и кабинет- министром Волынским. Бывшего фаворита Петра II Ивана Долгорукого колесовали, а Артемия Волынского за дурные отзывы об императрице, приговорили в 1740 г. к посажению на кол, но потом отрубили голову, предварительно вырезав язык. Мучительной смерти были подвергнуты и другие сановники, включая и представителей духовенства.

Тот факт, что ряд казненных (особенно Волынский) были открытыми противниками самого Бирона и ряда высокопоставленных немцев в правительстве Анны, породило позже устойчивую в дореволюционной историографии «патриотическую» концепцию о борьбе «русской партии» против иноземной партии. Сегодня историки располагая многими архивными материалами о той эпохе, не склонны преувеличивать роль иностранцев, особенно Бирона в расхищении казны и других злоупотреблениях, по простой причине, что среди лиц творящих подобный произвол было немало самих и русских вельмож. Известно также, что казненный Артемий Волынский сам был уличен во многих хищениях, взятках и других должностных злоупотреблениях.

Анна Иоанновна, покончила с коротким московским периодом и снова переехала со своим двором в Петербург (1732). При ней произошли некоторые перемены в системе государственного управления. Вместо ликвидированного Верховного Тайного совета при ней был создан Кабинет министров (1731), сосредоточивший в себе все функции внутреннего управления и поставленный выше Сената. Главными политическими фигурами в нем стали А. Остерман, Р. Левенвольде, Г. Головкин, но первенствовал именно Андрей Остерман.


Анна Иоанновна, также не смогла стать самодержавной правительницей, все более передоверяя решение многих дел Кабинету министров. С 1735 г. подпись 3-х кабинет министров по ее же указу приравнивалась к подписи императрицы. По образному выражению фельдмаршала графа Эрнста Миниха, Андрей Остерман, Рейнгольд Левенвольде, Эрнст Бирон стали «триумвирами» начала царствования императрицы Анны (по Петрухинцеву Н.Н). Впрочем, сам фельдмаршал Миних, возглавлявший тогда Военную коллегию, играл также значительную роль. Необходимо также отметить, что все важные сановники Анны, что русские, что и иностранцы усиленно интриговали друг против друга в борьбе за власть, что негативно влияло на государственную политику.

Бирон во многом знаковая фигура всего правления Анны Иоанновны. Неслучайно все правление императрицы будет связано с его (Бироном) именем, причем в зловещем формате – «бироновщина». Любопытно, что Бирон, будучи бессменным фаворитом императрицы Анны, не обладал крупными государственными должностями. У Бирона была придворная должность обер-камергера, что не позволяла ему формально принимать важные государственные решения.

Но фактом является то, что Бирон (с 1737 г. получивший титул герцога Курляндского) оказывал на Анну Иоанновну огромное неформальное влияние. Последняя буквально была порабощена личностью Бирона и выполняла все его требования и капризы. Можно сказать, что он фактически выступал в качестве теневого соправителя российской императрицы, которая еще к тому же вынуждена была делить свою власть с Кабинетом министров. Все современники наделяли Бирона самыми негативными характеристиками, подчеркивая его корыстолюбие, властолюбие, мстительность и жестокость, особенно по отношению к русским вельможам.

«Полтавский победитель был принижен,- писал дореволюционный историк С. М. Соловьев,- рабствовал Бирону, который говорил: «Вы, русские». Однако даже его противники отмечали в Бироне ум, энергию и волю. Впрочем, Бирона излишне демонизировала вся дореволюционная историография. Характерно, что Александр Пушкин, лишенный субъективной пристрастности по поводу Бирона сказал следующее: «Он (Бирон) имел несчастие быть немцем; на него свалили весь ужас царствования Анны, которое было в духе его времени и в нравах народа». Касаясь иноземного, «немецкого» фактора на развитие российской государственности того времени, следует заметить, что здесь любая абсолютизация этого фактора, как «за», так и «против» будет неверной. Иностранный фактор в развитие российской государственности стал неизбежным его спутником петровских реформ, так и постпетровского времени, который стал его логическим продолжением.

Иностранцы оказались важным модернизационным ресурсом для российского абсолютизма, стремившегося построить образцовую европейскую монархию. Но жить в такой монархии мечтали и европеизированные русские дворяне, бесконечно далекие от нужд миллионов своих крестьян. Но мечта русских дворян состояла лишь в одном, они как можно скорее хотели занять высокие места в государственном управлении, которые занимали более ловкие и предприимчивые иностранцы, пользовавшие покровительством царского двора.

Правительственная политика в царствование Анны Иоанновны.

Императрица Анна помнила, кому она была обязана своей самодержавной властью. Российское дворянство при ней получило невиданные доселе права и привилегии. В марте 1731 г. были отменены положения петровского Указа о единонаследии 1714 г., запрещавшего раздел имения между несколькими наследниками, что ограничивало права дворянства по распоряжению земельной собственностью. В этом указе императрица дала свободу дворянам завещать как вотчины, так и поместья, причем законом уничтожила всякое различие между поместьями и вотчинами. Фактически это означало, что дворянство получило в наследственную собственность массу земель, которые закон считал до тех пор государственными.

С Анны вошло «в моду» практика раздача государственных земель дворянам, прекращенную Петром, причем земля уже давалась в полную собственность. В том же году императрица для детей дворян учредила так называемый Сухопутный шляхетский кадетский корпус. Одним из прав, какими пользовались воспитанники шляхетского корпуса, было право производства в офицеры, «не быв в солдатах, матросах и других нижних чинах». В 1736 г., срок службы дворян был ограничен 25 годами, а возраст поступления на службу определен в 20 лет. До этого возраста дворянин был обязан получать домашнее или казенное образование, причем для качества его проверки была создана строгая система, в виде дворянских смотров, на которые должны были являться юноши, начиная с 13 лет. Именно в правление Анны Иоанновны установилась монополия дворянства на владение землей и крестьянами.

В то же время на само дворянство постепенно перекладывается роль ответственного опекуна крестьянских имений, с которых правительство получало подати. Здесь государство стремилось соблюсти свой интерес, который не всегда совпадал с узкосословными интересами дворянства. Со второй половины царствования Анна Иоанновны появляется ряд указов, в которых главными виновниками хронических недоимок были названы помещики, причем в первую очередь крупные. Правительство грозило им всевозможными карами вплоть до конфискации имений и смертной казни (по А. Каменскому).

В царствование Анны Иоанновны происходил постепенный рост промышленности. Утвержденный Анной Иоанновной в 1739 г. Берг-регламент позволил приступить к приватизации казенных заводов и мануфактур. Нехватку рабочих на предприятиях велено было пополнять с помощью покупки крестьян для работы на заводах, но без земли и «не полными деревнями» (указ 1736 г.). Это дало новый промышленный импульс. Так, по некоторым подсчетам, вывоз из России железа в 1730-е гг. вырос в 5, а хлеба- в 22 раза (по Анисимову Е.В.). Развитию торговли способствовало и успешное развитие промышленного производства, прежде всего железоделательного, и к концу 1730-х гг. Россия вышла на первое место в мире по производству чугуна.

В условиях все дальнейшей феодализации российского государства и роста помещичьего землевладения ориентированного на рынок, буржуазия в России развивалась и срасталась с государством и феодальным сектором производства. По свидетельству историка, все старейшие купеческие фамилии в Москве были тесно связаны с абсолютистским и государством и феодализмом: пользуясь привилегиями и ссудами правительства, освобождаясь от налогов, служб и постоев, получая монополию на продажу товаров и использование крепостного принудительного труда (по Аксенову А.И.). Буржуазный уклад в России, таким образом, в отличие от Западной Европы не стремился к освобождению от диктата абсолютистского государства и феодализма, а органично срастался с ними.

Ключевым торговым партнером России в это время становится капиталистическая Англия, на долю которой приходилось свыше половина российского экспорта. Особенно железа, меди, леса, пеньки, поташа, ворвани. Собственно постепенно Россия превращается в главного сырьевого партнера Лондона, который всячески стремится для себя добиться от Петербурга привилегий. В 1731 г. в соответствии с новым торговым соглашением, для английских товаров были существенно снижены тарифы.

В 1734 г. Лондон, не без помощи прямых взяток ряду высоким российским чиновникам добился заключения нового англо-русского договора, по которому англичанам разрешалась транзитная торговля с Персией. Единственным выгодным для России условием этой транзитной торговли для англичан было то, что английские товары в Персию через Россию должны были перевозиться на русских судах. С этой целью в Казани с помощью английских коммерсантов была создана судоверфь.

Англичанам удалось уговорить Петербург в том, что спущенные для каспийской торговли корабли будут ходить под британским флагом, но с русскими матросами. На территории Азербайджана, не без помощи самих русских были созданы даже британские фактории. Там английские сукна обменивались на персидский шелк- и приносили английским купцам до 80% прибыли! (см. Юхт. А.И.). Получалось, что российские власти сами себе создавали торговых конкурентов! Такую политику трудно назвать национальной.

Зато правительство Анны впервые после Петра I обратило внимание на почти бедственное положение армии и флот, оказавшиеся в сиротском положении после смерти Петра Великого. На Балтике началось строительство новых боевых судов. Было утверждено новое штатное расписание и были возобновлены регулярные учения и плавания. В армии благодаря стараниям Президента Военной коллегии генерал-фельдмаршала Миниха, удалось провести некоторые реформы (по прусскому образцу), которые подняли упавшую боеспособность русской армии. В частности был увеличен артиллерийский парк, введено новое обмундирование, появились и новые ружья. Однако эти меры не носили комплексный характер и так и не могли поднять боеспособность армии и флота на уровень петровского времени. Это в целом и повлияло на довольно скромные внешнеполитические достижения.

Во внешней политике правительственный курс отличался большей активностью, благодаря чему Россия еще более укрепила свое мировое положение. Так в ходе успешной войны за польское наследство (1733-1735 гг.), России удалось посадить на престол Речи Посполитой своего ставленника- Августа III и тем самым предотвратить появления на польском престоле антироссийской кандидатуры Франции в виде Станислава Лещинского. Французская дипломатия ответила тем, что ей удалось вовлечь в войну с Россией Османскую империю. Российская дипломатия с целью заручиться поддержкой Ирана в войне против Стамбула передала в 1735 г. бывшие персидские земли вдоль западного и южного берегов Каспийского моря, отвоеванные Петром I. Кроме этого, в русско-турецкой войне (1735-1739) союзником России выступила Австрийская монархия. И, тем не менее вся тяжесть войны пала на русскую армию, которая в этой войне одержала победы над турками и крымскими татарами, но заплатила при этом огромную цену- до 120 тысяч человек!

Поразительно, что из общего числа лишь небольшая часть (8-9%) погибших было убито в бою (по Н. Петрухинцеву). Главный урон армия понесла от жажды, болезней, эпидемий. Война высветила низкое качество провианта, снабжения и уровня медицины. Белградский мир принес России постыдно скромные результаты: Россия получала Азов, без права держать в нем гарнизон и возводить укрепления. Для защиты от степняков, на южных и юго-восточных границах империи при Анне Иоанновне возводились укрепления, Россия через Оренбургскую экспедицию (1734-1744 гг.), медленно, но неуклонно проникала вглубь Великой степи. Неслучайно, в 1731 г., бии и старшины Младшего Казахского жуза присягнули на верность императрицы Анны.

Зато в самой империи в национальной окраине Башкирии все 30-е годы время от времени вспыхивали восстания (1735-1736 гг., 1737-1738 гг., 1739-1740 гг.). Восставшие были недовольны захватом властей общинных земель башкир для строительства там крепостей и передачи части земли российским помещикам. Эти восстания жестоко подавлялись. Причем на их подавление отправляли не только части регулярной армии, но и «верных» башкир и мишарей (служилых татар). Проблемы с интеграцией восточных окраин Нижнего Поволжья и Южного Урала происходили и в последующий период.

Царское время Иоанна Антоновича и Анны Леопольдовны.

5 октября 1740 за обедом императрица неожиданно потеряла сознание и, проболев двенадцать дней, умерла, но успела назначить преемника. Им стал сын ее племянницы Анны Леопольдовны и герцога Брауншвейгского- Иоанн Антонович, которому стукнуло всего лишь 5 недель. При наследнике-младенце императрица Анна успела назначить в качестве регента И. Бирона, в руках которого сосредотачивалась вся полнота государственной власти в империи. Но ненавистный всему двору, включая и для многих иностранцев Бирон правил страной всего лишь 1 месяц.

В результате очередного ночного дворцового переворота устроенного фельдмаршалом Минихом, Бирон был арестован, лишен всех должностей и отправлен в ссылку. Весть об аресте Бирона с радостью облетела Петербург и всю империю. Однако это мало что изменило в системе политического режима, где все оставалось в руках иностранцев и людей, бесконечно далеких от насущных потребностей страны. После падения Бирона мать Иоанна принцесса Брауншвейгская Анна Леопольдовна была провозглашена правительницей России, ее супруг Антон Ульрих был объявлен генералиссимусом всех российских сухопутных и морских сил, а граф Миних- первым министром. Могущественный Миних стал следующей жертвой дворцовых интриг. Его сняли по доносу ловкого политического интригана Остермана. Теперь Остерман стал во главе Кабинета министров, при этом он умудрился пережить 5 царствований и всех до него временщиков.

Новая правительница Анна Леопольдовна оказалась политически намного более слабой, абсолютно беспечной, чем ее тетка Анна. Она еще больше тяготилась заниматься государственными делами, проводя все время за карточной игрой со своими доверенными друзьями, чтением романов и обсуждением новых нарядов. Чтобы как-то закрепить свое шаткое положение в государстве Анна Леопольдовна в массовом порядке и незаслуженно раздавала награды направо и налево, обесценивая звания и чины. Прусский посланник Мардефельд в июле 1741 г. отмечал «плоды» такой щедрой политики правительства Анны Леопольдовны: «Нынешнее правительство самое мягкое из всех, бывших в этом государстве. Русские злоупотребляют этим. Они крадут и грабят со всех сторон и все-таки крайне недовольны, отчасти потому, что регентша не разговаривает с ними…»

Высший петербургский свет был недоволен засильем немцев Остермана, Левенвольде, герцога Антона Ульриха, саксонского посла Морица Линара- фаворита Анны Леопольдовны. Муж Анны Леопольдовны, Антон Ульрих в свою очередь пытался взять в свои руки бразды правления, особенно в военном ведомстве, но встречал отпор со стороны своей жены, открыто пренебрегавшей им. В государственных делах царил хаос. Все привычно друг против друга интриговали. «Брожение во внутренних делах»,- так охарактеризовал ситуацию при российском дворе английский посол Финч.

А тут еще появились планы условно называемой «немецкой партии» — объявить Анна Леопольдовну императрицей в случае смерти ее годовалого сына. Младенец-император Иоанн Антонович, находясь в колыбели, даже не подозревал, какие политические страсти кипят возле его колыбели. По словам историка А. Сахарова, именно «власть брауншвейгцев пробудила русское национальное самосознание, которое противилось засилью иноземцев, пренебрежением национальных интересов страны». Здесь трудно возразить, хотя бы потому, что все царствующие во главе России люди даже не разговаривали на русском языке.

Шаткость положения «Брауншвейгской фамилии» состояла еще и в том, что у всех была на виду дочь Петра Великого Елизавета, которую обожали гвардейцы. Дом ее в Петербурге был открыт для гвардейских солдат, она делал им подарки, крестила их детей. «Ты кровь Петра Великого!»- говорили ей.- «Ты- искра Петра!» По словам одного исследователя, ее считали предводительницей «русской партии», противостоящей «немецкой партии» (по М. Евгеньевой).

Любопытно, что движущей силой в борьбе против «немецкой партии» в Петербурге стал французский дипломатический двор (посол маркиз Ла Шетарди связанный с личным врачом царевны Елизаветы- Лестоком) в тесном контакте со шведским двором. Шведы в условиях политической нестабильности попытались вернуть потерянные в Северной войне земли в Прибалтике, развязав войну с Россией (1741-1743). Вот только предлог для войны шведский двор выбрал оригинальный, донеся до Петербурга, что якобы шведы намерены воевать за избавление России от «ига иноземцев». Какие шведы могли бы стать освободителями России, хорошо помнится из событий Смутного времени. Так или иначе, но воюющее со шведами правительство Анны Леопольдовны в таком случае выступало в качестве единственного суверена государственных интересов России. Возникла ситуация, когда более русскую (по матери она была нерусской) претендентку на престол- Елизавету, чем немецко-говорящую Анну Леопольдовну поддерживали геополитические противники России- французы и шведы. Такой поворот событий указывает, на во многом условный характер противостояния-деления «русских против немцев» — в борьбе за власть. К тому и саму цесаревну Елизавету внутри страны поддерживало много иностранцев на русской службе, осознававших непрочность положения Брауншвейгской фамилии.

В свою очередь Анна Леопольдовна беспечно относилась к многочисленным сведениям, поступавшим к ней, о готовящемся против нее перевороте в пользу Елизаветы. Эта беспечность стоила ей не только потери власти, но и свободы всей ее семьи с мужем. А ее царственному сыну Иоанну Антоновичу судьба уготовила, наверное, самую трагическую судьбу из всех коронованных российских императоров. Совершенный с помощью гвардейцев Елизаветой Петровной очередной дворцовый переворот, в ночь на 25 ноября 1741 г., привел не просто к смене очередного императора, но и надолго стабилизировал и упрочил политический режим абсолютной монархии и государственности в целом, смягчив в ней раздражающий многих русских вельмож фактор иностранного «засилья».

Автор: Вячеслав Бакланов.     Дата: 2017-02-25     Просмотров: 3640    

Твитнуть

Можно также почитать из рубрики:

Информация по запросу не может быть извлечена в таблице нет записей.

Источник: historick.ru

Ранняя биография

С 1682 года на российском престоле царствовали братья Пётр I и Иван V, пока в 1696 году старший, болезненный царь Иван V не скончался. В январе 1684 года Иван (или Иоанн) женился на Прасковье Федоровне Салтыковой, которая родила государю 5 дочерей, из которых выжило только три. Старшая дочь Екатерина позднее вышла замуж за герцога Мекленбург-Шверинского Карла-Леопольда, а её внук недолго побыл российским императором под именем Ивана VI. Средняя дочь Анна родилась в 1693 году и до 15 лет жила в подмосковном селе Измайлово при матери Прасковье Федоровне.

В апреле 1708 года царские родственники, включая Анну Иоанновну, перебрались в Петербург.

В 1710 году Пётр I, желая упрочить влияние России в Прибалтике, выдал Анну замуж за молодого герцога Курляндского Фридриха-Вильгельма, племянника прусского короля. Бракосочетание состоялось 31 октября в Петербурге, во дворце князя Меншикова, и после того супруги проводили время в пирах в столице России. Едва выехав из Петербурга в начале 1711 года в свои владения, Фридрих-Вильгельм скончался на Дудергофской мызе, как подозревали, из-за неумеренных излишеств на пирах.

По требованию Петра I, Анна осталась жить в Митаве (ныне западная часть Латвии) под контролем русского представителя П. М. Бестужева-Рюмина. Он управлял герцогством и долгое время являлся также любовником Анны. Анна дала было согласие на брак с Морицем Саксонским в 1726 году, но под влиянием Меншикова, имевшего виды на курляндское герцогство, брак расстроился. Примерно с этого времени в жизнь Анны вошёл человек, который сохранил на неё огромное влияние до самой её кончины.

В 1718 году на службу в канцелярию вдовствующей герцогини поступил 28-летний курляндский дворянин Эрнест-Иоганн Бюрен, позже присвоивший себе французское герцогское имя Бирона. Он никогда не был конюхом Анны, как иногда утверждали патриотически настроенные литераторы, скоро стал управляющим одного из имений, а в 1727 году полностью заменил Бестужева.

Ходили слухи, что младший сын Бирона Карл Эрнст (родился 11 октября 1728 года) являлся на самом деле его сыном от Анны[1]. Нет никаких прямых доказательств этому, но существует косвенное свидетельство: когда Анна Иоанновна отправилась в январе 1730 года из Митавы в Москву на царство, она взяла этого младенца с собой, хотя сам Бирон с семейством остался в Курляндии.

Вступление на престол

После смерти Петра II в 1-м часу ночи 19 (30) января 1730 года года высший правящий орган, Верховный тайный совет, начал совещаться о новом государе. Будущее России определяли 7 человек: канцлер Головкин, 4 представителя рода Долгоруких и двое Голицыных (Дмитрий и Михаил). Вице-канцлер Остерман уклонился от обсуждения.

Вопрос был непростой — не осталось прямых потомков дома Романовых по мужской линии.

Члены Совета толковали о следующих кандидатах: царевне Елизавете (дочери Петра I), царице-бабке Лопухиной (1-й жене Петра I), герцоге голштинском (был женат на дочери Петра I Анне), княжне Долгорукой (была обручена с Петром II). Екатерина I в своём завещании назвала Елизавету наследницей трона в случае смерти Петра II бездетным, однако об этом не вспоминали. Елизавета отпугивала старых вельмож своей молодостью и непредсказуемостью, также родовитая знать вообще недолюбливала детей Петра I от бывшей служанки и иностранки Екатерины Алексеевны.

Затем по предложению князя Голицына решили обратиться к старшей линии царя Иоанна Алексеевича, бывшего до 1696 года номинальным соправителем Петра I.

Отвергнув замужнюю старшую дочь царя Иоанна Алексеевича, Екатерину, 8 членов Совета выбрали на царство к 8 часам утра его младшую дочь Анну Иоанновну, которая уже 19 лет жила в Курляндии и не имела в России фаворитов и партий, а значит, устроила всех. Анна казалась вельможам послушной и управляемой, не склонной к деспотизму. Пользуясь ситуацией, верховники решили ограничить самодержавную власть в свою пользу, потребовав от Анны подписания определённых условий, так называемых «Кондиций». Согласно «Кондициям» реальная власть в России переходила к Верховному тайному совету, а роль монарха сводилась к представительским функциям.

28 января (8 февраля) Анна подписала «Кондиции», согласно которым без Верховного тайного совета она не могла объявлять войну или заключать мир, вводить новые подати и налоги, расходовать казну по своему усмотрению, производить в чины выше полковника, жаловать вотчины, без суда лишать дворянина жизни и имущества, вступать в брак, назначать наследника престола.

15 (26) февраля Анна Иоанновна торжественно въехала в Москву, где войска и высшие чины государства в Успенском соборе присягнули государыне. В новой по форме присяге некоторые прежние выражения, означавшие самодержавие, были исключены, однако не было и выражений, которые бы означали новую форму правления, и, главное, не было упомянуто о правах Верховного тайного совета и о подтвержденных императрицей условиях. Перемена состояла в том, что присягали государыне и отечеству.

Борьба двух партий по отношению к новому государственному устройству продолжилась. Верховники стремились убедить Анну подтвердить их новые полномочия. Сторонники самодержавия (Остерман, Феофан Прокопович, П. И. Ягужинский, А. Д. Кантемир) и широкие круги дворянства желали пересмотра подписанных в Митаве «Кондиций». Брожение происходило прежде всего от недовольства усилением узкой группы членов Верховного тайного совета.

25 февраля (7 марта) большая группа дворянства (по разным сведениям от 150 до 800), в числе которых было много гвардейских офицеров, явилась во дворец и подала челобитную Анне Иоанновне. В челобитной выражалась просьба императрице совместно с дворянством заново рассмотреть форму правления, которая была бы угодна всему народу. Анна колебалась, но её сестра Екатерина решительно заставила императрицу подписать челобитную. Представители дворянства недолго совещались и в 4 часа дня подали новую челобитную, в которой просили императрицу принять полное самодержавие, а пункты «Кондиций» уничтожить.

Когда Анна спросила одобрения у растерянных верховников на новые условия, те лишь согласно кивнули головами. Как замечает современник: «Счастье их, что они тогда не двинулись с места; если б они показали хоть малейшее неодобрение приговору шляхетства, гвардейцы побросали бы их за окно».[2] В присутствии дворянства Анна Иоанновна разорвала «Кондиции» и своё письмо об их принятии.

1 (12) марта 1730 года народ вторично принёс присягу императрице Анне Иоанновне на условиях полного самодержавия.

Правление Анны Иоанновны

Политика государства была подчинена Кабинету министров: Великому канцлеру графу Гавриилу Головкину, князю Алексею Черкасскому и вице-канцлеру графу Андрею Остерману. Президентом Военной коллегии являлся фельдмаршал граф Бургхарт Миних.

Внутренняя политика

Придя к власти, Анна распустила Верховный тайный совет, заменив его в следующем году Кабинетом Министров, в состав которого вошли А. И. Остерман, Г. И. Головкин, А. М. Черкасский. Первый год своего правления Анна старалась аккуратно присутствовать на заседаниях Кабинета, но потом совершенно охладела к делам и уже в 1732 году бывала здесь лишь дважды. Постепенно Кабинет приобрёл новые функции, в том числе право издавать законы и указы, что делало его очень похожим на Верховный тайный совет.

В годы правления Анны был отменён указ о единонаследии (1731), учреждён Шляхетский кадетский корпус (1731), ограничена 25 годами служба дворян. Ближайшее окружение Анны составляли иностранцы (Э. И. Бирон, К. Г. Левенвольде, Б. X. Миних, П. П. Ласси)[3].

К концу правления Анны Иоанновны число жителей Российской империи, по данным ревизии 1742 года, составляло более 20 млн человек[4].

Войны России

В правление императрицы Анны были сформированы новые гвардейские полки — Лейб-гвардии Измайловский (инфантерия) и Лейб-гвардии Конный (кавалерия).

Внешняя политика в общем продолжала традиции Петра I.

В 1730-х годах началась война за польское наследство. В 1733 году умер король Август II и в стране началось бескоролевье. Франции удалось поставить своего ставленника — Станислава Лещинского. Для России это могло стать серьёзной проблемой, так как Франция создала бы блок государств вдоль границ России в составе Речи Посполитой, Швеции и Османской империи. Поэтому, когда сын Августа II Август III обратился к России, Австрии и Пруссии с «Декларацией благожелательных», в которой просил защитить польскую «форму правления» от вмешательства Франции, это дало повод для войны (1733—1735).

Французский флот был разбит в Гданьске (Данциг). Лещинский бежал на французском корабле. Август III стал королем Польши.

Французская дипломатия ещё во время войны, с целью ослабления усилий России на Западе, пыталась разжечь русско-турецкий конфликт. Но переговоры с турками не дали желаемых результатов, так как Порта вела войну с Ираном. Однако в 1735 году война с Турцией все же началась из-за следовавших на Кавказ и нарушивших границы 20-тыс. войск татар. Российская дипломатия, зная об агрессивных намерениях Порты, попыталась заручиться дружеской поддержкой Ирана. С этой целью Ирану были переданы в 1735 году бывшие иранские владения вдоль западного и южного берегов Каспийского моря, заключив Ганджинский трактат. Когда в Стамбуле стало известно о трактате, в Закавказье были направлены крымские татары с целью завоевать переданные Ирану земли.

Осенью 1735 года 40-тыс. корпус генерала Леонтьева, не достигнув Перекопа, повернул обратно. В 1736 года войска перешли Перекоп и заняли столицу ханства Бахчисарай, но опасаясь попасть в окружение на полуострове, командовавший войсками Миних, поспешно покинул Крым. Летом 1736 года крепость Азов успешно взята русскими. В 1737 года удалось взять крепость Очаков. В 1736—1738 годах было разгромлено Крымское ханство.

По инициативе султанского двора в 1737 году в Немирове состоялся конгресс о мировом урегулировании конфликта с участием русских, австрийцев и османов. Переговоры не привели к миру и военные действия возобновились.

В 1739 году русские войска разбили осман под Ставучанами и овладели крепостью Хотин. Но в том же году австрийцы терпят одно поражение за другим и идут на заключение сепаратного мира с Портой. В сентябре 1739 года подписан мирный договор между Россией и Портой. По Белградскому договору Россия получила Азов без права держать флот, к России отошла небольшая территория на Правобережной Украине; Большая и Малая Кабарда на Сев. Кавказе и значительная территория к югу от Азова были признаны «барьером между двумя империями».

В 1731—1732 годах объявлен протекторат над казахским Младшим жузом.

Бироновщина

В 1730 году учреждена была Канцелярия тайных розыскных дел, сменившая уничтоженный при Петре II Преображенский приказ. В короткий срок она набрала чрезвычайную силу и вскоре сделалась своеобразным символом эпохи. Анна постоянно боялась заговоров, угрожавших её правлению, поэтому злоупотребления этого ведомства были огромны. Двусмысленного слова или превратно понятого жеста часто было достаточно для того, чтобы угодить в застенок, а то и вовсе бесследно исчезнуть, возродился с «допетровских времён» призыв «Слово и дело». Всех сосланных при Анне в Сибирь считалось свыше 20 тысяч человек, впервые Камчатка стала местом ссылок; из них более 5 тысяч было таких, о которых нельзя было сыскать никакого следа, так как зачастую ссылали без всякой записи в надлежащем месте и с переменой имён ссыльных, зачастую сами ссыльные не могли ничего сказать о своём прошлом, так как продолжительное время, под пытками им внушали чужие имена, например: «Я Иван родства не помню», не сообщая о том даже Тайной канцелярии. Казнённых считали до 1000 человек, не включая сюда умерших при следствии и казнённых тайно, которых было немало.
Особенный резонанс в обществе произвели расправы с вельможами: князьями Долгорукими и кабинет-министром Волынским. Бывшего фаворита Петра II, князя Ивана Долгорукого, колесовали в ноябре 1739; двум другим Долгоруким отрубили голову. Глава рода, князь Алексей Григорьевич Долгорукий, ещё ранее умер в ссылке в 1734. Волынского за дурные отзывы об императрице приговорили летом 1740 к посажению на кол, но потом вырезали язык и просто отрубили голову.
Все злоупотребления власти при Анне Иоанновне патриотические представители российского общества в XIX веке стали связывать с так называемым засильем немцев при русском дворе, назвав бироновщиной. Архивные материалы и исследования историков не подтверждают той роли Бирона в расхищениях казны, казнях и репрессиях, какую ему приписали позднее литераторы в XIX веке.

Внешность и характер

Судя по сохранившейся переписке, Анна Иоанновна представляла собой классический тип барыни-помещицы. Она любила быть в курсе всех сплетен, личной жизни подданных, собирала вокруг себя много шутов и болтушек, которые потешали её. В письме к одной особе она пишет: «Ты знаешь наш нрав, что мы таких жалуем, которые были бы лет по сороку и так же говорливы, как та Новокщенова»[5]. Императрица была суеверна, забавлялась стрельбой по птицам (причём судя по отзывам современников и иностранных дипломатов — стреляла очень точно, что для русской женщины того времени необычно), любила яркие наряды. Государственная политика определялась узкой группой доверенных лиц, среди которых шла ожесточённая борьба за милость государыни.

Правление Анны Иоанновны ознаменовалось огромными расходами на увеселительные мероприятия, расходы на проведение балов и содержание двора в десятки раз превышали расходы на содержание армии и флота, при ней впервые появляется ледовый городок со слонами у входа, из хоботов которых фонтаном струится горящая нефть, позже при проведении шутовской свадьбы её придворного шута князя М. А. Голицына с А. И. Бужениновой, молодожёны брачную ночь провели в ледяном доме.

Леди Джейн Рондо (Jane Rondeau), супруга английского посланника при российском дворе, так описала Анну Иоанновну в 1733 году[6]:

Весьма деликатен в своем описании императрицы испанский дипломат герцог де Лириа:

Герцог был хорошим дипломатом — знал, что в России письма иностранных посланников вскрывают и читают[7].

Также существует легенда, что помимо Бирона у неё был возлюбленный — Карл Вегеле.

Окончание царствования

В 1732 году Анна Иоанновна объявила, что трон наследует потомок по мужской линии её племянницы Елизаветы-Екатерины-Христины, дочери Екатерины Иоанновны, герцогини мекленбургской. Екатерина, родная сестра Анны Иоанновны, была выдана Петром I замуж за мекленбургского герцога Карла-Леопольда, но в 1719 году с годовалой дочерью удалилась от мужа в Россию. Анна Иоанновна следила за племянницей, получившей после крещения в православие имя Анны Леопольдовны, как за своей собственной дочерью, особенно после смерти в 1733 Екатерины Иоанновны.

В июле 1739 году Анну Леопольдовну выдали замуж за герцога брауншвейгского Антона-Ульриха, и в августе 1740 у пары родился сын Иоанн Антонович.

5 (16) октября 1740 года Анна Иоанновна села обедать с Бироном. Вдруг ей стало дурно, она упала без чувств. Болезнь признали опасной. Среди высших сановников начались совещания. Вопрос о престолонаследии был давно решён, своим преемником императрица назвала двухмесячного ребёнка, Иоанна Антоновича. Оставалось решить, кто будет регентом до его совершеннолетия, и Бирон смог собрать голоса в свою пользу.

16 (27) октября с больной императрицей сделался припадок, предвещавший скорую кончину. Анна Иоанновна приказала позвать Остермана и Бирона. В их присутствии она подписала обе бумаги — о наследстве после неё Иоанна Антоновича и о регентстве Бирона.

В 9 часов вечера 17 (28) октября 1740 года Анна Иоанновна скончалась на 48-м году жизни. Врачи причиной смерти объявили подагру в соединении с мочекаменной болезнью. Похоронили её в Петропавловском соборе в Петербурге.

След в искусстве

Литература

  • В. Пикуль «Слово и дело»
  • М. Н. Волконский «Князь Никита Федорович»
  • И. И. Лажечников. «Ледяной дом»
  • Коронационный альбом Анны Иоановны
  • Томсинов В. А. Междуцарствие 1730 года в России и восшествие Анны Иоанновны на императорский престол // Законодательство императрицы Анны Иоанновны / Составитель и автор вступительных статей В. А. Томсинов. М.: Зерцало, 2009. С. XV-XL.
  • Томсинов В. А. Законодательство императрицы Анны Иоанновны: комментарии // Там же. С. XLI-L.

Фильмография

  • 1970 — Баллада о Беринге и его друзьях — Нонна Мордюкова
  • 1983 — Демидовы. 2 серия. — Лидия Федосеева-Шукшина
  • 1986 — Михайло Ломоносов . Многосерийный фильм. — Мария Полицеймако
  • 2001 — Тайны дворцовых переворотов. Россия, XVIII век. Фильм 2. Завещание императрицы. — Нина Русланова
  • 2001 — Тайны дворцовых переворотов. Россия, XVIII век. Фильм 5. Вторая невеста императора. — Нина Русланова
  • 2003 — Тайны дворцовых переворотов. Россия, XVIII век. Фильм 6. Смерть юного императора. — Нина Русланова
  • 2003 — Российская Империя. Серия 3. Анна Иоанновна, Елизавета Петровна.
  • 2008 — Тайны дворцовых переворотов. Россия, XVIII век. Фильм 7. Виват, Анна! — Инна Чурикова

Интересные факты

  • Существует легенда, согласно которой, незадолго до смерти императрицу видели разговаривающей с женщиной, очень похожей на саму Анну Иоанновну. Позже императрица заявила, что это была её смерть.
  • Имя императрицы сохранилось в современной топографии (Царицынская сторожевая линия, на карте обозначена как Вал Анны Иоановны, Аннинские укрепления).
  • В свите императрицы состояла некоторое время первая в истории женщина-врач Саломея Регина Русецкая.

Источник: dik.academic.ru

ЖИЗНЕОПИСАНИЕ

Анна Иоанновна (28 января (7 февраля) 1693 – 17 (28) октября 1740), вторая дочь царя Иоанна V (брата и соправителя царя Петра I) и царицы Прасковьи Федоровны, родилась в Москве, в Кремле. Детство провела в Измайлове. В 1708 г. ненадолго переехала в Петербург. В 1710 г. выдана замуж за герцога Курляндского; овдовела вскоре после свадьбы. В октябре 1709 г. Пётр I на встрече с королем Фридрихом Вильгельмом I договрился о браке юного герцога с одной из представительниц русской царской семьи. Выбор пал на среднюю дочь царицы Прасковьи – Анну Иоанновну. С лета 1712 г. в качестве герцогини Курляндской она жила в Курляндии. В 1726 г. опрометчиво дала согласие на брак внебрачному сыну польского короля и саксонского курфюрста Августа Сильного графу Морицу Саксонскому, не входивший в политические планы Российской империи и расстроенный личным вмешательством А.Д.Меншикова (так назваемый Курляндский кризис). В 1718 г. в канцелярию герцогини поступил на службу 28-летний курляндский дворянин Эрнст Иоганн Бирон, ставший с 1727 г. её фаворитом.

После смерти Петра II в 1730 г. прямых потомков рода Романовых по мужской линии не осталось. Среди других кандидатур Верховный тайный совет обратился к старшей линии царя Иоанна V Алексеевича и пригласил на трон его дочь Анну Иоанновну, уже 19 лет жившую в Курляндии и не имевшую в России фаворитов и приверженцев. Предполагалось её царствование с ограничениями полномочий в пользу «верховников», членов Верховного тайного совета, которые потребовали от Анны Иоанновны подписания определённых условий, «Кондиций». При поддержке противников «верховников» обрела полноту власти и распустила Верховный тайный совет. По имени её фаворита время её правления получило название «бироновщины».

ЗНАЧЕНИЕ СЕНАТА ПРИ АННЕ ИОАННОВНЕ

Но вместо Сената, как мы уже знаем, поставили Верховный Тайный Совет (1726–1730 гг.): этим свели Сенат на степень коллегиа, а должность генерал-прокурора, «око государево», лишили того значения, какое придал ей Петр. Должность эта и совсем исчезла, как лишенная своего смысла. Восстановленный при Анне Иоанновне генерал-прокурор не получил прежнего значения, потому что не получил его и Сенат. Анна в 1730 г. уничтожила Верховный Тайный Совет, восстановила права Сената, разделив Сенат на 5 департаментов; но вскоре над Сенатом поставила Кабинет, аналогичный по значению Верховному тайному Совету, и этим снова уронила значение Сената и генерал-прокурора.

[…] Но при Петре приближенные к нему высшие административные лица не были организованы в учреждение и не имели того влияния, какое они получали при слабых представителях власти после Петра (женщинах и детях). Когда же у них явилось это влияние, они стремились сомкнуться в учреждение, не подчиненное общему правительственному контролю (Сенату и прокуратуре), напротив, сами взяли контроль в свои руки и управляли страной силой своих «персон», стоя над всей системой администрации. В 1730 г. они даже покусились править не только страной, но и самой властью. Попытка не удалась и повела к видоизменению того учреждения, которое ее совершало; но и при самодержавии персоны Верховного Тайного Совета и Кабинета, ниспровергнув административную систему Петра, направленную против произвола лиц, развили этот произвол.

Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории. СПб., 2000

Источник: histrf.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Adblock
detector