Задачи и итоги великого посольства петра 1

Русские послы в Гааге

Великое посольство — дипломатическая миссия России в Западную Европу в 1697—1698 годах.

Цели Великого посольства

Посольству предстояло выполнить несколько важных задач:

  1. Заручиться поддержкой европейских стран в борьбе против Османской империи и Крымского ханства;
  2. Благодаря поддержке европейских держав получить северное побережье Чёрного моря;
  3. Поднять престиж России в Европе сообщениями о победе в Азовских походах;
  4. пригласить на русскую службу иностранных специалистов, заказать и закупить военные материалы, вооружение.

Однако практическим его результатом стало создание предпосылок для организации коалиции против Швеции.

Полномочные послы во время Великого посольства

Великими полномочными послами были назначены:

  1. Лефорт Франц Яковлевич — генерал-адмирал, Новгородский наместник;
  2. Головин Фёдор Алексеевич — генерал и воинский комиссарий, Сибирский наместник;
  3. Возницын Прокофий Богданович — думный дьяк, Белёвский наместник.

При них было более 20 дворян и до 35 волонтёров, среди которых находился урядник Преображенского полка Пётр Михайлов — сам царь Пётр I.

Формально Пётр следовал инкогнито, но его заметная внешность легко выдавала его. Да и сам царь во время путешествия нередко предпочитал лично возглавлять переговоры с иностранными правителями. Возможно, такое поведение объясняется стремлением упростить условности, связанные с дипломатическим этикетом.

Намеченные места посещения

Пётр I в Голландии

Согласно приказанию царя посольство направлялось в Австрию, Саксонию, Бранденбург, Голландию, Англию, Венецию и к папе римскому. Путь посольства шёл через Ригу и Кёнигсберг в Голландию и Англию, из Англии посольство возвратилось назад в Голландию, а затем оно посетило Вену; до Венеции посольство не доехало.

Начало Великого посольства

9 — 10 марта 1697 года посольство отправилось из Москвы в Лифляндию. В Риге, которая тогда была владением Швеции, Пётр хотел осмотреть укрепления этой крепости, но шведский губернатор, генерал Дальберг, отказал ему в просьбе. Царь очень сильно рассердился, назвал Ригу «проклятым местом», но кое-что важное для себя подметил: уезжая в Митаву, он написал в Москву о Риге так:


Ехали мы черезъ городъ и замокъ, где солдаты стояли въ пяти местахъ, было ихъ меньше 1,000 человекъ, а сказываютъ, что все были. Городъ укреплен гораздо, только не доделан. Зело здесь боятся, и въ городъ и иныя места и съ карауломъ не пускаютъ, и мало приятны.

Посольство двинулось через Курляндию в Бранденбург, объехав стороной Польшу, где было междуцарствие.

В Либаве Пётр покинул посольство и морем отправился в Кёнигсберг, куда прибыл 7 мая после пятидневного морского путешествия на корабле «Святой Георгий» (отплытие 2 мая). В Кёнигсберге Пётр I был радушно принят курфюрстом Фридрихом III (который позднее стал прусским королём Фридрихом I).

Так как Пётр I прибыл в Кёнигсберг инкогнито, поселили его не в городском замке, а в одном из частных домов на Кнайпхофе.

Следовавшее сухопутным путём посольство отставало от Петра, поэтому в Пиллау (ныне Балтийск), чтобы не терять времени, царь стал учиться артиллерии у прусского подполковника Штейтнера фон Штернфельда. Учитель выдал ему аттестат, в котором свидетельствовал, что «господинъ Петръ Михайловъ везде за исправнаго, осторожнаго, благоискуснаго, мужественнаго и безстрашнаго огнестрельнаго мастера и художника признаваемъ и почитаемъ быть можетъ.»


Кроме изучения артиллерии, Пётр много веселился и развлекался. В местечке Коппенбрюгге Пётр познакомился с двумя очень образованными дамами того времени — с курфюрстиной ганноверской Софией и её дочерью Софией-Шарлоттой, курфюрстиной бранденбургской.

Но дело не ограничивалось одними развлечениями и учёбой. Как известно, курфюрст Бранденбурга Фридрих III Гогенцоллерн планировал объявить себя королём Восточной Пруссии, что позволило бы ему резко повысить свой статус в Священной Римской империи, что и было осуществлено несколько лет спустя. В преддверии этого события Фридрих предложил Петру заключить оборонительный и наступательный союз, однако царь ограничился устным обещанием военной поддержки. В составленном договоре речь шла исключительно о торговле — праве России провозить свои товары в европейские страны через территорию курфюршества, а Бранденбургу — в Персию и Китай по российской территории. Первая (тайная) встреча между Петром I и Фридрихом III состоялась 9 мая.

Польский вопрос

В Бранденбурге Петра больше всего волновал вопрос, касавшийся Польши. Во время Великого посольства в Речи Посполитой после смерти Яна Собеского началось междуцарствие. Кандидатов на престол было много: сын покойного короля Яна, Иаков Собеский, пфальцграф Карл, герцог лотарингский Леопольд, маркграф баденский Людовик, внук папы Одескальки, французский принц Конти, курфюрст саксонский Фридрих Август II и несколько польских вельмож. Главными претендентами были Конти и Август.


Отношения России к этому избранию были просты: кто бы ни был на польском престоле — всё равно, лишь бы до заключения общего мира с турками Польша не выходила из священного союза четырёх держав; поэтому Россия должна была противиться только одному кандидату — принцу Конти, потому что Франция находилась в дружественных отношениях с Османской империей и враждебных к Австрии. Польша с королём-французом легко могла подчиниться французской политике, и действительно, французский посланник заявил польским вельможам обещание султана заключить с Польшею отдельный мир и возвратить ей Каменец-Подольский, если королем будет избран французский принц. Так как это заявление очень усиливало французскую партию, то Пётр в посланном польским панам из Кёнигсберга письме заявил, что, если польские вельможи будут продолжать поддерживать принца Конти, то это очень сильно скажется на взаимоотношениях России с Речью Посполитой.

17 июня совершились двойные выборы: одна партия провозгласила Конти, другая — курфюрста саксонского. Это ещё больше отразилось на внутреннем положении страны: противоборство двух враждующих партий только усилилось. Приверженцы Августа сильно опирались на царскую грамоту, в их поддержку Пётр прислал ещё другую того же содержания; поэтому саксонская партия начала брать явный перевес. Чтобы поддержать Августа, Пётр выдвинул к литовской границе русское войско. Эти действия Петра позволили саксонскому курфюрсту вступить в Польшу и короноваться, приняв католичество. При этом он дал ему слово оказывать России поддержку в борьбе с Османской империей и Крымским ханством.

Великое посольство в Голландии


Беседа Петра I в Голландии. Неизвестный голландский художник. 1690-е гг. ГЭ

Беседа Петра I в Голландии. Неизвестный голландский художник. 1690-е гг. ГЭ

Добравшись в начале 1697 года до Рейна, Пётр по реке и каналам спустился до Амстердама. Голландия давно уже привлекала царя, и ни в какой другой стране Европы тех времён не знали так хорошо Россию, как в Голландии. Голландские купцы были постоянными гостями единственного русского морского порта того времени — города Архангельск. Ещё при царе Алексее Михайловиче, отце Петра, в Москве было большое количество голландских ремесленников; первые учителя Петра в морском деле, с Тиммерманом и Кортом во главе, были голландцы, много голландских корабельных плотников работало на воронежских верфях при строительстве кораблей для взятия Азова. Амстердамский бургомистр Николаас Витсен был в России ещё при царе Алексее Михайловиче и ездил даже на Каспий. Во время своего путешествия Витзен завязал прочные отношения с московским двором; он исполнял поручения царского правительства по заказу судов в Голландии, нанимал корабельщиков и всяких мастеров для России.


Не останавливаясь в Амстердаме, Пётр отправился в Заандам, небольшой городок, славившийся множеством верфей и кораблестроительных мастерских. На другой день царь под именем Петра Михайлова записался на верфи Линста Рогге.

В Заандаме Пётр жил в деревянном домике на улице Кримп. После восьмидневного пребывания в Заандаме Пётр перебрался в Амстердам. Через бургомистра города Витзена он выхлопотал себе разрешение работать на верфях Ост-Индской компании.

Узнав о страсти русских гостей к кораблестроению, голландская сторона заложила на амстердамской верфи новый корабль (фрегат «Пётр и Павел»), над строительством которого трудились волонтёры, в том числе и Пётр Михайлов. 16 ноября корабль был успешно спущен на воду.

Одновременно, была развёрнута деятельность по найму иностранных специалистов для нужд армии и флота. Всего было нанято около 700 человек. Было закуплено и оружие.

Но не одним кораблестроением занимался Пётр в Голландии: он ездил с Витзеном и Лефортом в Утрехт для свидания с штатгальтером нидерландским Вильгельмом Оранским. Витзен водил Петра на китобойные суда, в госпитали, воспитательные дома, фабрики, мастерские. Пётр изучил механизм ветряной мельницы, посетил писчебумажную фабрику.


анатомическом кабинете профессора Рюйша царь присутствовал на лекциях по анатомии и особенно заинтересовался способами бальзамирования трупов, чем славился профессор. В Лейдене в анатомическом театре Бургаве Пётр сам принимал участие в вскрытии трупов. Увлечение анатомией в будущем послужило причиной создания первого российского музея — Кунсткамеры. Помимо этого Пётр изучил технику гравировки и даже сделал собственную гравюру, названную им «Торжество христианства над исламом».

Четыре с половиной месяца Пётр провёл в Голландии. Но царь был недоволен своими наставниками-голландцами. В написанном им предисловии к Морскому регламенту, Пётр так объясняет причину своего недовольства:

На Остъ-Индской верфи, вдавъ себя съ прочими волонтерами въ наученіе корабельной архитектуры, государь въ краткое время совершился въ томъ, что подобало доброму плотнику знать, и своими трудами и мастерствомъ новый корабль построилъ и на воду спустилъ. Потомъ просилъ тоя верфи баса Яна Поля, дабы училъ его пропорціи корабельной, который ему черезъ четыре дня показалъ. Но понеже въ Голландіи нетъ на сие мастерство совершенства геометрическимъ образомъ, но точію некоторыя принципіи, прочее же съ долговременной практики, о чемъ и вышереченный басъ сказалъ, и что всего на чертежъ показать не умеетъ, тогда дело ему стало противно, что такой дальній путь для сего восприял, а желаемаго конца не достигъ.


по несколькихъ дняхъ прилучилось быть его величеству на загородномъ дворе купца Яна Тессинга въ компаніи, где сидел гораздо невеселъ ради вышеописанной причины, но когда между разговоровъ спрошенъ былъ: для чего такъ печаленъ, тогда оную причину объявилъ. Въ той компаніи былъ одинъ англичанинъ, который, слыша сие, сказалъ, что у нихъ, въ Англии, сия архитектура такъ въ совершенстве, какъ и другия, и что краткимъ временемъ научиться можно. Сие слово его величество зело обрадовало, по которому немедленно въ Англію поехал и тамъ черезъ четыре месяца оную науку окончилъ.

Великое посольство в Англии

Готфрид Кнеллер «Пётр I», 1698

По личному приглашению английского короля Вильгельма III, который одновременно являлся правителем Голландии, Пётр в начале 1698 года посетил Англию.

В Англии Пётр пробыл около трёх месяцев, сначала в Лондоне, а потом, главным образом, в Дептфорде, где на королевской верфи под руководством известного английского кораблестроителя и политика Энтони Дина (старшего) пополнил своё кораблестроительное образование.

В Англии он вёл тот же образ жизни, что и в Голландии. В Лондоне, Портсмуте, Вуличе осматривал арсеналы, доки, мастерские, музеи, кабинеты редкостей, часто ездил на военные корабли английского флота, детально рассматривал их устройство. Раза два Пётр заходил в англиканскую церковь, был на заседании парламента. Пётр I посетил Гринвичскую обсерваторию, Монетный двор, Английское королевское общество, Оксфордский университет. Царь изучил технологию изготовления часов. Считается, что он встречался с Ньютоном.

Однако, как заметил В. О. Ключевский:


Повидимому, у Петра не было ни охоты ни досуга всматриваться въ политическій и общественный порядокъ Западной Европы, въ отношения и понятия людей западнаго мира. Попавъ въ Западную Европу, онъ прежде всего забежалъ в мастерскую ея цивилизации и не хотѣлъ ни идти никуда дальше, по крайней мере оставался рассеяннымъ, безучастнымъ зрителемъ, когда ему показывали другия стороны западноевропейской жизни. Когда онъ въ августе 1698 г. возвращался въ отечество съ собранными за полтора года путешествия впечатлениями, Западная Европа должна была представляться ему въ виде шумной и дымной мастерской съ ея машинами, молотками, фабриками, пушками, кораблями и т. д.

При своём визите английскому королю Пётр оставил совершенно без внимания прекрасную картинную галерею Кенсингтонского дворца, но очень заинтересовался прибором для наблюдения за направлением ветра, находившимся в комнате короля.

Написанный во время этой поездки в Англию Готфридом Кнеллером портрет стал примером для подражания. Портреты Пётра I, написанные в кнеллеровском стиле, получили широкое распространения в XVIII веке.


Тем не менее, не надо думать, что Пётр совершенно не замечал, кроме технической, никаких других сторон западноевропейской жизни.

Проведя три месяца в Англии, Пётр переехал в Голландию, но после пустых переговоров направился в Вену.

Политические переговоры в Голландии не удались — голландцы не согласились встать на сторону России в конфликте с Османской империей. Выдающийся историк С.М. Соловьёв в своей книге «История России с древнейших времён» объяснил это тем, что

Штаты вместе с английским королем хлопотали о заключении мира между Австриею и Турциею. Этот мир был необходим для Голландии и Англии, чтоб дать австрийскому императору возможность свободно действовать против Франции: предстояла страшная война за наследство испанского престола, то есть для сокрушения опасного для всей Европы могущества Франции. Но во сколько для Англии и Голландии было выгодно заключение мира между Австрией и Турциею, во столько же им было выгодно продолжение войны между Россией и Турцией, чтоб последняя была занята и не могла снова отвлечь силы Австрии от войны за общеевропейские интересы. Но эти интересы находились в противоположности с интересами России: Пётр трудился изо всех сил, чтобы окончить с успехом войну с Турциею, заключить выгодный мир; но мог ли он надеяться с успехом вести войну и окончить её один, без Австрии и Венеции? Следовательно, главною заботою Петра теперь было — или уговорить императора к продолжению войны с турками, или по крайней мере настоять, чтоб мирные переговоры были ведены сообща и все союзники были одинаково удовлетворены.

Конец Великого посольства

Путь Петра лежал через Лейпциг, Дрезден и Прагу в столицу Австрии Вену. По дороге пришли известия о намерении Австрии и Венеции заключить с Османской империей мирный договор. Долгие переговоры в Вене не дали результата — Австрия отказывалась включать в требования договора передачу Керчи России и предлагала согласиться на сохранение уже завоёванных территорий. Однако это перечёркивало усилия по обеспечению выхода к Чёрному морю.3

14 июля 1698 года состоялась прощальная встреча Петра I с императором Священной римской империи (правителем Австрии) Леопольдом I. Посольство намеревалось выехать в Венецию, но неожиданно из Москвы пришли известия о бунте стрельцов и поездка была отменена.

Для продолжения переговоров в Вене был оставлен П.Б.Возницын. На Карловицком конгрессе он должен был отстаивать интересы России. Однако из-за дипломатических просчётов русскому послу удалось добиться лишь заключения двухгодичного перемирия с Османской империей.

Итоги Великого посольства

По дороге в Москву царь узнал о подавлении бунта. 31 июля в Раве Пётр I встретился с королём Речи Посполитой Августом II. Общение двух монархов, бывших ровесниками, продолжалось в течение трёх дней. В результате возникла личная дружба и наметилось создание союза против Швеции. Окончательно тайный договор с саксонским курфюрстом и польским королём был заключён 1 ноября 1699 года. По нему Август должен был начать войну против Швеции вторжением в Ливонию. Назревал конфликт между Россией и Швецией, который вылился в Северную войну 1700—1721 годов.

25 августа 1698 года Пётр I прибыл в Москву.

Интересные факты

Почти сразу же после возвращения из Великого посольства на острове Котлин началось строительство крепостей. Проект этих крепостей был утверждён лично царём, и был составлен по образцу крепости Фридрихсбург, которую Пётр осматривал в Кёнигсберге. До наших дней от этой крепости сохранились только главные ворота, однако они были построены в середине XIX века в ходе модернизации вместо старых.

В честь трёхсотлетия Великого посольства одна из набережных Калининграда стала называться «Набережная Петра Великого». На этой набережной расположен Музей Мирового океана, в котором к 300-летию Великого посольства была устроена специальная выставка.

Источник: www.encyclopaedia-russia.ru

в чем были задачи и итоги Великого посольства Петра 1?

  1. Великое посольство в составе 250 человек выехало из Москвы 9 марта 1697 года. Формально его возглавлял адмирал Ф. Лефорт и генерал Ф. Головин, но в его составе находился и сам Петр I под именем урядника Преображенского полка Петра Михайлова. Кроме поисков союзников, Петр поставил перед собой задачу изучения кораблестроения и кораблевождения в Англии и Голландии. Посольство посетило Пруссию, Польшу, Францию, Голландию, Англию, Австрию. Петр в течение полугода работал на верфях Саардама и Амстердама.

    В ходе переговоров стало совершенно очевидно, что шансов на заключение в Европе союза для войны с Турцией нет, так как Европа стояла на пороге войны за испанское наследство. Это исключало возможность продолжения войны с Турцией, но давало возможность начать войну за выход к Балтике без риска, что Швеция получит поддержку одной из крупных стран Европы. Россия может попытаться привлечь на свою сторону Польшу и Данию, у которых были серьезные противоречия со Швецией в Прибалтике. Особенно важна позиция Польши, поэтому ей оказывалась как дипломатическая, так и военная помощь для выбора королем и утверждения на польском престоле саксонского курфюрста Августа, что создало условия для сближения политики Польши и России. В результате Россия могла иметь в войне со Швецией союзниками Польшу и Данию, союзников правда, ненадежных, и не очень заинтересованных в усилении России.

    Что же касается второй цели путешествия, то Петр провел 8 дней на голландской верфи в Саардаме, рекомендованной ему одним из московских знакомцев. Он удивил население маленького городка своим экстравагантным поведением. В январе 1698 года Петр поехал в Англию и оставался там три с половиной месяца, работая преимущественно на верфи в Дептфорде.

    Хотя главная цель посольства не была достигнута — Россия не смогла найти союзников для войны с Турцией, зато Петр употребил время пребывания в Голландии и Англии для приобретения новых знаний, а посольство занималось закупкой оружия и всевозможных корабельных припасов, наймом моряков, ремесленников и т. п. На европейских наблюдателей Петр произвел впечатление любознательного дикаря, заинтересованного преимущественно ремеслами, прикладными знаниями и всевозможными диковинами и недостаточно развитого, чтобы интересоваться существенными чертами европейской политической и культурной жизни. Его изображают человеком вспыльчивым и нервным, быстро меняющим настроение и планы и неумеющим владеть собой в минуты гнева, особенно под влиянием вина.

    Заграничное путешествие Петра Великого имело очень большое значение. Во-первых, пребывание в чужих краях в течение полутора лет окончательно выработало личность Петра. Он получил много полезных знаний, привык к культурным формам европейской жизни, умственно созрел. Во-вторых, путешествие царя на Запад оживило отношения Москвы с Западом, усилило обмен людьми между Русью и Европой. В-третьих, за границей Петр узнал действительные политические отношения держав, и вместо несбыточных мечтаний об изгнании турок в Азию выработал трезвый план борьбы со Швецией за Балтийское побережье.

  2. Ослабление, захват территории и разрушение системы власти в империи Великой Тартарии, е провинцией — Московией. Завершая разрушение империи Великой Тартарии, принялся за военную реформу на западный манер. Установил механизм получения материального дохода с христианской церкви. Ввл крепостное право, в то время как в Европе от него избавлялись. Допустил в Российскую империю множество иностранцев (в т. ч. и военных) с привилегиями. Раньше их мало пускали в империю. И их же воровство и коррупция. Начало масштабного переписывания истории империи Великой Тартарии.

Источник: info-4all.ru

ЭПОХА В ИСТОРИИ, НЕ ТОЛЬКО РОССИИ

Знаменитый английский историк Маколей, говоря о пребывании Петра за границей, замечает: «Это путешествие составляет эпоху в истории, не только России, но и в истории Англии и во всемирной истории».

Путешествие Петра было необходимым следствием многолетнего пребывания юного царя в Немецкой слободе. В свою очередь, оно повело к непосредственному сближению России с Западной Европой. Внешним поводом к этому путешествию служило желание подготовить все способы к усиленной борьбе с турками и татарами. На возвратном пути из-за границы созрела мысль и о нападении на Швецию. Таким образом, это путешествие занимает видное место в истории восточного вопроса и в то же время служит как бы введением в историю Северной войны.

А.Г. Брикнер История Петра Великого

 

ВЫХОД В СВЕТ

«Царь очень высокого роста, лицо его очень красиво, он очень строен. Он обладает большой живостью ума, его суждения быстры и справедливы. Но наряду со всеми выдающимися качествами, которыми одарила его природа, следовало бы пожелать, чтобы его вкусы были менее грубы… Его общество доставило нам много удовольствия. Это человек совсем необыкновенный. Невозможно его описать и даже составить о нем понятие, не видав его… Он нам сказал, что сам работает над постройкой кораблей, показал свои руки и заставил потрогать мозоли, образовавшиеся на них от работы».

Отзыв курфюрстины ганноверской Софии. Цит. по Романовы. Исторические портреты. (В 2-х томах.) Под ред. А.Н. Сахарова. М., 1997

 

ЦАРЬ ЗА ГРАНИЦЕЙ

Для поиска союзников в войне с Турецкой Османской империей за границу в марте 1697 г. выехало Великое посольство. Называлось оно так, по статусу послов. Его возглавили великие послы — Ф. Лефорт, Ф.А. Головин и П.Б. Возницын. Посольство было большим по числу участников. В его составе значились дипломаты, переводчики, волонтеры, ехавшие изучать военно-морское дело и кораблестроение, священники, лекари, слуги, солдаты и офицеры охраны, повара и даже 4 шута-карлика. В общей численности набралось более 250 человек. Обоз посольства насчитывал тысячи саней.

В начале 1697 г. Россия заключила с Австрией и Венецией союз против Турции сроком на 3 года. В Великом посольстве полагали, что этот союз можно расширить привлечением в него Англии, Голландии и ряда других европейских государств. Но надежды не оправдались: Западная Европа не желала войны с Османской империей, потому что готовилась к борьбе за «испанское наследство»  Англия и Голландия к тому же были заинтересованы в торговле с турками. Австрия находилась тогда в состоянии войны с Турцией, но австрийский император Леопольд I сообщил, что намерен заключить с османами мир. Русские, чтобы не остаться в изоляции, вынуждены были дать согласие на свое участие в мирных переговорах с турками.

Несмотря на провал дипломатической миссии Великого посольства, оно принесло большую пользу Петру. Царь инкогнито ехал в составе посольства под именем десятника волонтеров Петра Михайлова. В течение полутора лет он посетил Голландию, Англию, Австрию и некоторые другие страны. Петр имел возможность сравнить свою родину с западными странами. Царь познакомился с европейской жизнью: он видел войска европейских держав, города и села, учился на голландских верфях под Амстердамом мастерству корабельщика, принимал участие в дипломатических переговорах, посещал дворы европейских монархов. Наверное, Петр осознал, насколько отстала Россия в хозяйстве, культуре, военной области от Европы, и обдумывал преобразования.

Тем временем Великое посольство сумело решить ряд практических задач. Для русской армии в Европе закупили 10 тыс. ружей, 5 тыс. мушкетов, 3,2 тыс. штыков, корабельные принадлежности и прочее. На российскую службу наняли множество офицеров, инженеров, около 350 матросов и боцманов, специалистов иных профессий.

Посольство намеревалось побывать еще в Венеции, но из Московии пришли тревожные вести. Управлявшие Россией в отсутствие Петра князь Федор Ромодановский и боярин Тихон Стрешнев сообщали о стрелецком бунте. Петр заспешил на родину.

На пути домой он встретился с саксонским курфюрстом и одновременно королем Речи Посполитой Августом II. Монархи беседовали без свидетелей. Оба сошлись на том, что их общий враг — Швеция, господствовьшая в Прибалтике. Петр и Август обменялись «крепкими словами о дружбе». Из этой устной договоренности впоследствии вырос антишведский Северный союз России, Саксонии, Речи Посполитой и присоединившейся к ним Дании.

Внешнеполитический курс России резко изменился. Вместо борьбы с Турцией за южные моря, она начинала борьбу со Швецией, намереваясь отвоевать потерянные в Смутное время русские владения у Финского залива и утвердится на берегах Балтики.

 

«ТАК ПРОИЗОШЕЛ ЭТОТ ЭПИЗОД»

Оправдательное донесение Карлу XII рижскаго губернатора Дальберга (по поводу посещения Риги Петром Великим в 1697 году).

Ваше величество!

Когда посольство приблизилось к городу Риге, я выслал ему на встречу подполковника Пальмстранка и мaиopa Ранка с моей каретой, запряженной 6 лошадьми, в сопровождении 12 драбантов в придворной ливрее и 10 из пажей моих и лакеев, роскошно одетых. За ними следовали 50 карет, принадлежащих как офицерам, так и другим частным лицам, а также карета магистрата, запряженная также 6 лошадьми. Сверх того, отряд в 36 человек, в одеяниях с галунами и с белыми плюмажами на шляпах, обыкновенно называемые «Swarten-haupten»; за ними другой отряд граждан верхом, числом в 140 челов., разодетых и вооруженных, с их знаменами, бубнами и трубами, с обнаженными саблями, в конце шествия. Все было установлено, дабы оказать наибольший почет этому посольству, там как никто не станет отрицать, что торжественность приема в данном случае значительно превзошла то, что делалось прежде, как здесь, так и в других местах, для Московитских посольств.

В вышеписанном порядке они вошли чрез городские ворота, называемые «Sandport», где был выставлен батальон под ружьем; за тем проследовали чрез город, проехав чрез рынок, где был выставлен другой батальон; а при выезде из городских ворот, назывыемых «Carlsport», стоял третий батальон. Все эти три батальона были с военной музыкой. Посольству были отведены квартиры в предместье, называемом «Castadien», где все предшествовавшия посольства были помещаемы. Во все время их пребывания поручик с 50 солдатами содержал караул пред домом, где помещалось посольство. При въезде и выезде из города посольство было встречено салютом в 16 выстрелов из пушек большаго калибра.

Я послал к ним мaиopa Врангеля и капитана Лилиеншерна поздравить от моего имени с счастливым прибытием, и они с своей стороны отправили ко мне одного подполковника с кузеном г-на Лефорта, чтобы благодарить.

В виду того, что во время их пребывания некоторыя лица из посольства стали объезжать верхом кругом города и в особенности окружающия возвышенности, при чем не ограничивались тем, что осматривали крепость из подзорных трубок, но даже стали составлять план города и измерять глубину рвов, прогуливаясь по валу и гласису, все это принудило меня просить г. Лефорта запретить своим людям такого рода вольности, так как, будучи сам генералом, он должен был знать, что подобные поступки не допускаются в Европе ни в какой крепости. Он принял это заявление весьма хорошо, извиняясь в том, что произошло и обещая запретить на будущее время подобные поступки своим неучам Москвитам. Так произошел этот эпизод, о котором они повествуют, жалуясь без всякаго основания и заявляя, что их будто бы содержали так строго, что даже им не дозволено было выходить из квартиры. Это совершенно не верно; напротив, они с полной свободой прохаживались по городу толпами, входили во все лавки и к ремесленникам, в харчевни и всюду, куда им приходило в голову. Все жители Риги могут это засвидетельствовать.

Впрочем, странно заявление царских коммисаров, что будто бы, в виду нахождения августейшей особы Его Царскаго Величества при посольстве, следовало мне сделать несколько более того, что по их словам было сделано при приеме, ибо под страхом смертной казни было запрещено членам посольства сообщать о присутствии этого великаго Государя между ними. Поэтому и с нашей стороны имели основание полагать, что было бы неугодно Его Царскому Величеству, если бы мы делали вид, что имеем некоторыя сведения о его высочайшем присутствии у нас.

Е. Дальберг.

Рига, 8 Марта 1700.

Полностью

 

В.О. КЛЮЧЕВСКИЙ О ВЕЛИКОМ ПОСОЛЬСТВЕ

Сообразно со своими наклонностями Петр спешил ближе ознакомиться с Голландией и Англией, с теми странами Западной Европы, в которых особенно была развита военно-морская и промышленная техника. Опередив посольство с немногими спутниками, Петр с неделю работал простым плотником на частной верфи в местечке Саардаме среди кипучего голландского кораблестроительства, нанимая каморку у случайно встреченного им кузнеца, которого знал по Москве, между делом осматривал фабрики, заводы, лесопильни, сукновальни, навещая семьи голландских плотников, уехавших в Москву. Однако красная фризовая куртка и белые холщевые штаны голландского рабочего не укрыли Петра от досадливых разоблачений, и скоро ему не стало прохода в Саардаме от любопытных зевак, собиравшихся посмотреть на царя-плотника. Лефорт с товарищами приехал в Амстердам 16 августа 1697 г.; 17 августа были в комедии, 19-го присутствовали на торжественном обеде от города с фейерверком, а 20-го Петр, съездив ночью в Саардам за своими инструментами, перебрался со спутниками прямо на верфь Ост-индской голландской компании, где амстердамский бургомистр Витзен, или «Вицын», человек бывалый в Москве, выхлопотал Петру разрешение поработать. Все волонтеры посольства, посланные учиться, «розданы были по местам», как писал Петр в Москву, рассованы на разные работы «по охоте»: 11 человек с самим царем и А. Меншиковым пошли на Ост-индскую верфь плотничать, из остальных 18 — кто к парусному делу, кто в матросы, кто мачты делать. Для Петра на верфи заложили фрегат, который делали «наши люди», и недель через 9 спустили на воду. Петр целый день на работе, но и в свободное время редко сидит дома, все осматривает, всюду бегает. В Утрехте, куда он поехал на свидание с королем английским и штатгалтером голландским Вильгельмом Оранским, Витзен должен был провожать его всюду. Петр слушал лекции профессора анатомии Рюйша, присутствовал при операциях и, увидав в его анатомическом кабинете превосходно препарированный труп ребенка, который улыбался, как живой, не утерпел и поцеловал его. В Лейдене он заглянул в анатомический театр доктора Боэргава, медицинского светила того времени, и, заметив, что некоторые из русской свиты высказывают отвращение к мертвому телу, заставил их зубами разрывать мускулы трупа. Петр постоянно в движении, осматривает всевозможные редкости и достопримечательности, фабрики, заводы, кунсткамеры, госпитали, воспитательные дома, военные и торговые суда, влезает на обсерваторию, принимает у себя или посещает иноземцев, ездит к корабельным мастерам. Поработав месяца четыре в Голландии, Петр узнал, «что подобало доброму плотнику знать», но, недовольный слабостью голландских мастеров в теории кораблестроения, в начале 1698 г. отправился в Англию для изучения процветавшей там корабельной архитектуры, радушно был встречен королем, подарившим ему свою лучшую новенькую яхту, в Лондоне побывал в Королевском обществе наук, где видел «всякие дивные вещи», и перебрался неподалеку на королевскую верфь в городок Дептфорд, чтобы довершить свои познания в кораблестроении и из простого плотника стать ученым мастером. Отсюда он ездил в Лондон, в Оксфорд, особенно часто в Вулич, где в лаборатории наблюдал приготовление артиллерийских снарядов и «отведывал метания бомб». В Портсмуте он осматривал военные корабли, тщательно замечая число пушек и калибр их, вес ядер. У острова Байта для него дано было примерное морское сражение. Юрнал заграничного путешествия изо дня в день отмечает занятия, наблюдения и посещения Петра с товарищами. Бывали в театре, заходили в «костелы», однажды принимали английских епископов, которые посидели с полчаса и уехали, призывали к себе женщину-великана, четырех аршин ростом, и под ее горизонтально вытянутую руку Петр прошел, не нагибаясь, ездили на обсерваторию, обедали у разных лиц и приезжали домой «веселы», не раз бывали в Тауэре, привлекавшем своим монетным двором и политической тюрьмой, «где английских честных людей сажают за караул», и раз заглянули в парламент. Сохранилось особое сказание об этом «скрытном» посещении, очевидно Верхней палаты, где Петр видел короля на троне и всех вельмож королевства на скамьях. Выслушав прения с помощью переводчика, Петр сказал своим русским спутникам: «Весело слушать, когда подданные открыто говорят своему государю правду; вот чему надо учиться у англичан». Изредка Юрнал отмечает: «Были дома и веселились довольно», т. е. пили целый день за полночь. Есть документ, освещающий это домашнее времяпровождение. В Дептфорде Петру со свитой отвели помещение в частном доме близ верфи, оборудовав его по приказу короля, как подобало для такого высокого гостя. Когда после трехмесячного жительства царь и его свита уехали, домовладелец подал, куда следовало, счет повреждений, произведенных уехавшими гостями. Ужас охватывает, когда читаешь эту опись, едва ли преувеличенную. Полы и стены были заплеваны, запачканы следами веселья, мебель поломана, занавески оборваны, картины на стенах прорваны, так как служили мишенью для стрельбы, газоны в саду так затоптаны, словно там маршировал целый полк в железных сапогах. Всех повреждений было насчитано на 350 фунтов стерлингов, до 5 тысяч рублей на наши деньги по тогдашнему отношению московского рубля к фунту стерлингов. Видно, что, пустившись на Запад за его наукой, московские ученики не подумали, как держаться в тамошней обстановке. Зорко следя там за мастерствами, они не считали нужным всмотреться в тамошние нравы и порядки, не заметили, что у себя в Немецкой слободе они знались с отбросами того мира, с которым теперь встретились лицом к лицу в Амстердаме и Лондоне, и, вторгнувшись в непривычное им порядочное общество, всюду оставляли здесь следы своих москворецких обычаев, заставлявшие мыслящих людей недоумевать, неужели это властные просветители своей страны. Такое именно впечатление вынес из беседы с Петром английский епископ Бернет. Петр одинаково поразил его своими способностями и недостатками, даже пороками, особенно грубостью, и ученый английский иерарх не совсем набожно отказывается понять неисповедимые пути провидения, вручившего такому необузданному человеку безграничную власть над столь значительною частью света.

В.О. Ключевский. Курс русской истории. Лекция пятьдесят девятая

Источник: histrf.ru

Цели Великого посольства

Посольству предстояло выполнить несколько важных задач:

  1. Заручиться поддержкой европейских стран в борьбе против Османской империи и Крымского ханства;
  2. Благодаря поддержке европейских держав получить северное побережье Чёрного моря;
  3. Поднять престиж России в Европе сообщениями о победе в Азовских походах;
  4. пригласить на русскую службу иностранных специалистов, заказать и закупить военные материалы, вооружение.

Однако практическим его результатом стало создание предпосылок для организации коалиции против Швеции.

Полномочные послы во время Великого посольства

Великими полномочными послами были назначены:

  1. Лефорт Франц Яковлевич — генерал-адмирал, Новгородский наместник;
  2. Головин Фёдор Алексеевич — генерал и воинский комиссарий, Сибирский наместник;
  3. Возницын Прокофий Богданович — думный дьяк, Белёвский наместник.

При них было более 20 дворян и до 35 волонтёров, среди которых находился урядник Преображенского полка Пётр Михайлов — сам царь Пётр I.

Формально Пётр следовал инкогнито, но его заметная внешность легко выдавала его. Да и сам царь во время путешествия нередко предпочитал лично возглавлять переговоры с иностранными правителями. Возможно, такое поведение объясняется стремлением упростить условности, связанные с дипломатическим этикетом.

Намеченные места посещения

Пётр I в Голландии

Согласно приказанию царя посольство направлялось в Австрию, Саксонию, Бранденбург, Голландию, Англию, Венецию и к папе римскому. Путь посольства шёл через Ригу и Кёнигсберг в Голландию и Англию, из Англии посольство возвратилось назад в Голландию, а затем оно посетило Вену; до Венеции посольство не доехало.

Начало Великого посольства

9 — 10 марта 1697 года посольство отправилось из Москвы в Лифляндию. В Риге, которая тогда была владением Швеции, Пётр хотел осмотреть укрепления этой крепости, но шведский губернатор, генерал Дальберг, отказал ему в просьбе. Царь очень сильно рассердился, назвал Ригу «проклятым местом», но кое-что важное для себя подметил: уезжая в Митаву, он написал в Москву о Риге так:

Ехали мы черезъ городъ и замокъ, где солдаты стояли въ пяти местахъ, было ихъ меньше 1,000 человекъ, а сказываютъ, что все были. Городъ укреплен гораздо, только не доделан. Зело здесь боятся, и въ городъ и иныя места и съ карауломъ не пускаютъ, и мало приятны.

Посольство двинулось через Курляндию в Бранденбург, объехав стороной Польшу, где было междуцарствие.

В Либаве Пётр покинул посольство и морем отправился в Кёнигсберг, куда прибыл 7 мая после пятидневного морского путешествия на корабле «Святой Георгий» (отплытие 2 мая). В Кёнигсберге Пётр I был радушно принят курфюрстом Фридрихом III (который позднее стал прусским королём Фридрихом I).

Так как Пётр I прибыл в Кёнигсберг инкогнито, поселили его не в городском замке, а в одном из частных домов на Кнайпхофе.

Следовавшее сухопутным путём посольство отставало от Петра, поэтому в Пиллау (ныне Балтийск), чтобы не терять времени, царь стал учиться артиллерии у прусского подполковника Штейтнера фон Штернфельда. Учитель выдал ему аттестат, в котором свидетельствовал, что «господинъ Петръ Михайловъ везде за исправнаго, осторожнаго, благоискуснаго, мужественнаго и безстрашнаго огнестрельнаго мастера и художника признаваемъ и почитаемъ быть можетъ.»

Кроме изучения артиллерии, Пётр много веселился и развлекался. В местечке Коппенбрюгге Пётр познакомился с двумя очень образованными дамами того времени — с курфюрстиной ганноверской Софией и её дочерью Софией-Шарлоттой, курфюрстиной бранденбургской.

Но дело не ограничивалось одними развлечениями и учёбой. Как известно, курфюрст Бранденбурга Фридрих III Гогенцоллерн планировал объявить себя королём Восточной Пруссии, что позволило бы ему резко повысить свой статус в Священной Римской империи, что и было осуществлено несколько лет спустя. В преддверии этого события Фридрих предложил Петру заключить оборонительный и наступательный союз, однако царь ограничился устным обещанием военной поддержки. В составленном договоре речь шла исключительно о торговле — праве России провозить свои товары в европейские страны через территорию курфюршества, а Бранденбургу — в Персию и Китай по российской территории. Первая (тайная) встреча между Петром I и Фридрихом III состоялась 9 мая.

Польский вопрос

В Бранденбурге Петра больше всего волновал вопрос, касавшийся Польши. Во время Великого посольства в Речи Посполитой после смерти Яна Собеского началось междуцарствие. Кандидатов на престол было много: сын покойного короля Яна, Иаков Собеский, пфальцграф Карл, герцог лотарингский Леопольд, маркграф баденский Людовик, внук папы Одескальки, французский принц Конти, курфюрст саксонский Фридрих Август II и несколько польских вельмож. Главными претендентами были Конти и Август.

Отношения России к этому избранию были просты: кто бы ни был на польском престоле — всё равно, лишь бы до заключения общего мира с турками Польша не выходила из священного союза четырёх держав; поэтому Россия должна была противиться только одному кандидату — принцу Конти, потому что Франция находилась в дружественных отношениях с Османской империей и враждебных к Австрии. Польша с королём-французом легко могла подчиниться французской политике, и действительно, французский посланник заявил польским вельможам обещание султана заключить с Польшею отдельный мир и возвратить ей Каменец-Подольский, если королем будет избран французский принц. Так как это заявление очень усиливало французскую партию, то Пётр в посланном польским панам из Кёнигсберга письме заявил, что, если польские вельможи будут продолжать поддерживать принца Конти, то это очень сильно скажется на взаимоотношениях России с Речью Посполитой.

17 июня совершились двойные выборы: одна партия провозгласила Конти, другая — курфюрста саксонского. Это ещё больше отразилось на внутреннем положении страны: противоборство двух враждующих партий только усилилось. Приверженцы Августа сильно опирались на царскую грамоту, в их поддержку Пётр прислал ещё другую того же содержания; поэтому саксонская партия начала брать явный перевес. Чтобы поддержать Августа, Пётр выдвинул к литовской границе русское войско. Эти действия Петра позволили саксонскому курфюрсту вступить в Польшу и короноваться, приняв католичество. При этом он дал ему слово оказывать России поддержку в борьбе с Османской империей и Крымским ханством.

Великое посольство в Голландии

Беседа Петра I в Голландии. Неизвестный голландский художник. 1690-е гг. ГЭ

Беседа Петра I в Голландии. Неизвестный голландский художник. 1690-е гг. ГЭ

Добравшись в начале 1697 года до Рейна, Пётр по реке и каналам спустился до Амстердама. Голландия давно уже привлекала царя, и ни в какой другой стране Европы тех времён не знали так хорошо Россию, как в Голландии. Голландские купцы были постоянными гостями единственного русского морского порта того времени — города Архангельск. Ещё при царе Алексее Михайловиче, отце Петра, в Москве было большое количество голландских ремесленников; первые учителя Петра в морском деле, с Тиммерманом и Кортом во главе, были голландцы, много голландских корабельных плотников работало на воронежских верфях при строительстве кораблей для взятия Азова. Амстердамский бургомистр Николаас Витсен был в России ещё при царе Алексее Михайловиче и ездил даже на Каспий. Во время своего путешествия Витзен завязал прочные отношения с московским двором; он исполнял поручения царского правительства по заказу судов в Голландии, нанимал корабельщиков и всяких мастеров для России.

Не останавливаясь в Амстердаме, Пётр отправился в Заандам, небольшой городок, славившийся множеством верфей и кораблестроительных мастерских. На другой день царь под именем Петра Михайлова записался на верфи Линста Рогге.

В Заандаме Пётр жил в деревянном домике на улице Кримп. После восьмидневного пребывания в Заандаме Пётр перебрался в Амстердам. Через бургомистра города Витзена он выхлопотал себе разрешение работать на верфях Ост-Индской компании.

Узнав о страсти русских гостей к кораблестроению, голландская сторона заложила на амстердамской верфи новый корабль (фрегат «Пётр и Павел»), над строительством которого трудились волонтёры, в том числе и Пётр Михайлов. 16 ноября корабль был успешно спущен на воду.

Одновременно, была развёрнута деятельность по найму иностранных специалистов для нужд армии и флота. Всего было нанято около 700 человек. Было закуплено и оружие.

Но не одним кораблестроением занимался Пётр в Голландии: он ездил с Витзеном и Лефортом в Утрехт для свидания с штатгальтером нидерландским Вильгельмом Оранским. Витзен водил Петра на китобойные суда, в госпитали, воспитательные дома, фабрики, мастерские. Пётр изучил механизм ветряной мельницы, посетил писчебумажную фабрику. В анатомическом кабинете профессора Рюйша царь присутствовал на лекциях по анатомии и особенно заинтересовался способами бальзамирования трупов, чем славился профессор. В Лейдене в анатомическом театре Бургаве Пётр сам принимал участие в вскрытии трупов. Увлечение анатомией в будущем послужило причиной создания первого российского музея — Кунсткамеры. Помимо этого Пётр изучил технику гравировки и даже сделал собственную гравюру, названную им «Торжество христианства над исламом».

Четыре с половиной месяца Пётр провёл в Голландии. Но царь был недоволен своими наставниками-голландцами. В написанном им предисловии к Морскому регламенту, Пётр так объясняет причину своего недовольства:

На Остъ-Индской верфи, вдавъ себя съ прочими волонтерами въ наученіе корабельной архитектуры, государь въ краткое время совершился въ томъ, что подобало доброму плотнику знать, и своими трудами и мастерствомъ новый корабль построилъ и на воду спустилъ. Потомъ просилъ тоя верфи баса Яна Поля, дабы училъ его пропорціи корабельной, который ему черезъ четыре дня показалъ. Но понеже въ Голландіи нетъ на сие мастерство совершенства геометрическимъ образомъ, но точію некоторыя принципіи, прочее же съ долговременной практики, о чемъ и вышереченный басъ сказалъ, и что всего на чертежъ показать не умеетъ, тогда дело ему стало противно, что такой дальній путь для сего восприял, а желаемаго конца не достигъ. И по несколькихъ дняхъ прилучилось быть его величеству на загородномъ дворе купца Яна Тессинга въ компаніи, где сидел гораздо невеселъ ради вышеописанной причины, но когда между разговоровъ спрошенъ былъ: для чего такъ печаленъ, тогда оную причину объявилъ. Въ той компаніи былъ одинъ англичанинъ, который, слыша сие, сказалъ, что у нихъ, въ Англии, сия архитектура такъ въ совершенстве, какъ и другия, и что краткимъ временемъ научиться можно. Сие слово его величество зело обрадовало, по которому немедленно въ Англію поехал и тамъ черезъ четыре месяца оную науку окончилъ.

Великое посольство в Англии

Готфрид Кнеллер «Пётр I», 1698

По личному приглашению английского короля Вильгельма III, который одновременно являлся правителем Голландии, Пётр в начале 1698 года посетил Англию.

В Англии Пётр пробыл около трёх месяцев, сначала в Лондоне, а потом, главным образом, в Дептфорде, где на королевской верфи под руководством известного английского кораблестроителя и политика Энтони Дина (старшего) пополнил своё кораблестроительное образование.

В Англии он вёл тот же образ жизни, что и в Голландии. В Лондоне, Портсмуте, Вуличе осматривал арсеналы, доки, мастерские, музеи, кабинеты редкостей, часто ездил на военные корабли английского флота, детально рассматривал их устройство. Раза два Пётр заходил в англиканскую церковь, был на заседании парламента. Пётр I посетил Гринвичскую обсерваторию, Монетный двор, Английское королевское общество, Оксфордский университет. Царь изучил технологию изготовления часов. Считается, что он встречался с Ньютоном.

Однако, как заметил В. О. Ключевский:

Повидимому, у Петра не было ни охоты ни досуга всматриваться въ политическій и общественный порядокъ Западной Европы, въ отношения и понятия людей западнаго мира. Попавъ въ Западную Европу, онъ прежде всего забежалъ в мастерскую ея цивилизации и не хотѣлъ ни идти никуда дальше, по крайней мере оставался рассеяннымъ, безучастнымъ зрителемъ, когда ему показывали другия стороны западноевропейской жизни. Когда онъ въ августе 1698 г. возвращался въ отечество съ собранными за полтора года путешествия впечатлениями, Западная Европа должна была представляться ему въ виде шумной и дымной мастерской съ ея машинами, молотками, фабриками, пушками, кораблями и т. д.

При своём визите английскому королю Пётр оставил совершенно без внимания прекрасную картинную галерею Кенсингтонского дворца, но очень заинтересовался прибором для наблюдения за направлением ветра, находившимся в комнате короля.

Написанный во время этой поездки в Англию Готфридом Кнеллером портрет стал примером для подражания. Портреты Пётра I, написанные в кнеллеровском стиле, получили широкое распространения в XVIII веке.

Тем не менее, не надо думать, что Пётр совершенно не замечал, кроме технической, никаких других сторон западноевропейской жизни.

Проведя три месяца в Англии, Пётр переехал в Голландию, но после пустых переговоров направился в Вену.

Политические переговоры в Голландии не удались — голландцы не согласились встать на сторону России в конфликте с Османской империей. Выдающийся историк С.М. Соловьёв в своей книге «История России с древнейших времён» объяснил это тем, что

Штаты вместе с английским королем хлопотали о заключении мира между Австриею и Турциею. Этот мир был необходим для Голландии и Англии, чтоб дать австрийскому императору возможность свободно действовать против Франции: предстояла страшная война за наследство испанского престола, то есть для сокрушения опасного для всей Европы могущества Франции. Но во сколько для Англии и Голландии было выгодно заключение мира между Австрией и Турциею, во столько же им было выгодно продолжение войны между Россией и Турцией, чтоб последняя была занята и не могла снова отвлечь силы Австрии от войны за общеевропейские интересы. Но эти интересы находились в противоположности с интересами России: Пётр трудился изо всех сил, чтобы окончить с успехом войну с Турциею, заключить выгодный мир; но мог ли он надеяться с успехом вести войну и окончить её один, без Австрии и Венеции? Следовательно, главною заботою Петра теперь было — или уговорить императора к продолжению войны с турками, или по крайней мере настоять, чтоб мирные переговоры были ведены сообща и все союзники были одинаково удовлетворены.

Конец Великого посольства

Путь Петра лежал через Лейпциг, Дрезден и Прагу в столицу Австрии Вену. По дороге пришли известия о намерении Австрии и Венеции заключить с Османской империей мирный договор. Долгие переговоры в Вене не дали результата — Австрия отказывалась включать в требования договора передачу Керчи России и предлагала согласиться на сохранение уже завоёванных территорий. Однако это перечёркивало усилия по обеспечению выхода к Чёрному морю.3

14 июля 1698 года состоялась прощальная встреча Петра I с императором Священной римской империи (правителем Австрии) Леопольдом I. Посольство намеревалось выехать в Венецию, но неожиданно из Москвы пришли известия о бунте стрельцов и поездка была отменена.

Для продолжения переговоров в Вене был оставлен П.Б.Возницын. На Карловицком конгрессе он должен был отстаивать интересы России. Однако из-за дипломатических просчётов русскому послу удалось добиться лишь заключения двухгодичного перемирия с Османской империей.

Итоги Великого посольства

По дороге в Москву царь узнал о подавлении бунта. 31 июля в Раве Пётр I встретился с королём Речи Посполитой Августом II. Общение двух монархов, бывших ровесниками, продолжалось в течение трёх дней. В результате возникла личная дружба и наметилось создание союза против Швеции. Окончательно тайный договор с саксонским курфюрстом и польским королём был заключён 1 ноября 1699 года. По нему Август должен был начать войну против Швеции вторжением в Ливонию. Назревал конфликт между Россией и Швецией, который вылился в Северную войну 1700—1721 годов.

25 августа 1698 года Пётр I прибыл в Москву.

Интересные факты

Почти сразу же после возвращения из Великого посольства на острове Котлин началось строительство крепостей. Проект этих крепостей был утверждён лично царём, и был составлен по образцу крепости Фридрихсбург, которую Пётр осматривал в Кёнигсберге. До наших дней от этой крепости сохранились только главные ворота, однако они были построены в середине XIX века в ходе модернизации вместо старых.

В честь трёхсотлетия Великого посольства одна из набережных Калининграда стала называться «Набережная Петра Великого». На этой набережной расположен Музей Мирового океана, в котором к 300-летию Великого посольства была устроена специальная выставка.

Источник: www.encyclopaedia-russia.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.