Забавы петра 1

Забавы петра 1

В этот день, 9 июня 1672 года (30 мая по старому стилю), в Московском кремле появился на свет царевич Петр Алексеевич. Будущий царь Московский и первый император всероссийский — Петр Великий.

В летописях сказано, что Пётр родился в Теремном дворце Кремля в 7180 году — по принятому тогда летоисчислению «от сотворения мира». Младенец был довольно крупным, и на третий день после его рождения царь Алексей Михайлович велел снять с царевича «меру». Выяснилось, что новорожденный был 11 вершков (48,9 см) в длину и 3 вершка (13,3 см) в ширину.

Пётр — 12-й ребёнок, но первый от второй жены царя, Натальи Нарышкиной. Алексей Михайлович скончался через четыре года после рождения Петра, и опекуном царевича стал его сводный брат, крёстный отец и новый царь Фёдор Алексеевич.

Ещё ребёнком Пётр поражал красотой и живостью своего лица и фигуры. А, повзрослев, из-за своего высокого роста (2,7 метра) был выше толпы на целую голову. «От природы он был силач… Мог не только свернуть в трубку серебряную тарелку, но и перерезать ножом кусок сукна на лету», — пишет про юного царевича историк Ключевский.


Читайте также: Как Петр I боярам свинью подложил

Физически крепкий, подвижный, любознательный Пётр освоил при участии дворцовых мастеров столярное, кузнечное, оружейное, часовое и типографское ремесла. Большое влияние на формирование его интересов оказали иностранцы — Лефорт, Брюс, Гордон.

Царь с детства знал немецкий, позже изучил голландский, отчасти английский и французский языки, был весьма образованным человеком. Но окружающих пугали сильные судорожные подёргивания лица Петра, особенно в минуты гнева и волнения. Его грубоватые манеры во время визита в Европу страшили утонченных аристократов.

Будущий император Всероссийский получил домашнее образование под надзором «дядьки» Никиты Зотова. Тот сетовал, что царевич к 11 годам не слишком успевал в грамоте, истории и географии, захваченный «экзерцициями солдатского строя» — военными «потехами» вначале в селе Воробьёво, а затем — в селе Преображенском. В этих забавах будущего царя участвовали специально созданные «потешные полки», ставшие впоследствии гвардией и ядром русской регулярной армии.


Интерес к военному делу был настолько велик, что Пётр одел и вооружил своё «потешное» войско, состоявшее из сверстников по мальчишеским играм. В 1685 году его «потешные», одетые в иностранные кафтаны, под барабанный бой полковым строем шли через Москву из Преображенского в село Воробьёво. Сам Пётр «служил» в своей армии простым барабанщиком.

Читайте также: Тайная канцелярия Петра I: слово и дело

В 1686 году огнестрельный мастер Фёдор Зоммер показал царю гранатное и огнестрельное дело, и вскоре уже 14-летний Пётр завёл при своих «потешных полках» самую настоящую артиллерию. Для управления тяжёлыми орудиями он взял из Конюшенного приказа охочих к военному делу взрослых служителей, которых одели в мундиры иноземного покроя и определили «потешными пушкарями».

Вскоре «потешный полк» стал называться Преображенским, по месту своего расквартирования — селу Преображенское под Москвой. Здесь же, на берегу Яузы, соорудили «потешный городок».

При постройке «игрушечной» крепости Прешбург Пётр не сидел сложа руки: помогал рубить бревна, устанавливать пушки. Тогда же, в 1686 году, появились под Прешбургом на Яузе первые потешные суда — большой шняк и струг с лодками.

«Потешных» полков вскоре стало два: к Преображенскому прибавился Семёновский, расположившийся в селе Семёновское. Игрушечная же сначала крепость Прешбург уже вполне походила на настоящую цитадель. Для командования полками и изучения военной науки нужны были люди знающие и опытные, но среди русских придворных таких не было. И Пётр решил получить необходимые знания самостоятельно в Немецкой слободе.


Став царем, он отправил в Западную Европу «Великое посольство», которым руководили генерал-адмирал Ф. Я. Лефорт, генерал Ф. А.Головин и начальник Посольского приказа П. Б.Возницын. Около 250 человек, среди которых под именем урядника Преображенского полка Петра Михайлова неофициально находился и сам царь. Он посетил Ригу, Кёнигсберг, Бранденбург, Голландию, Англию, Австрию.

Царь изучал опыт кораблестроения, военного дела и других наук, причем лично работал плотником на верфях Ост-Индской компании, посетил литейный завод, британский Арсенал, парламент, Оксфордский университет, Гринвичскую обсерваторию и Монетный двор, смотрителем которого в то время был сам Исаак Ньютон.

Вот так, благодаря с виду несерьезным, детским увлечениям русского царя и последующему перениманию им

западного опыта, произошла переориентация внешней политики России с южного направления на северное, а также сложились благоприятные условия для борьбы нашей страны за Балтику. При всей своей противоречивости Пётр Великий «поднял Россию на дыбы» и сумел кардинально изменить облик государства на долгие столетия.


Читайте также: Не сносить вам… бороды: Как Петр I европейские порядки вводил

Источник: nasledie.pravda.ru

Однако если он не был жестоким, то бурным, а порой и неукротимым в приступе гнева. Он, конечно, часто бил дубинкой, тростью или голыми руками; избиение виновного чаще всего вызывалось стремлением побудить кого- то к немедленному и часто необдуманному действию. Его огромный рост (он был приблизительно шести футов семи дюймов высоты) и заметный тик лица, который проявлялся у него в моменты напряжения, делали такое обращение даже более устрашающим для наказываемого, чем того заслуживало дело. Наиболее поразительные примеры такого поведения опять же датируются самыми напряженными поздними месяцами 1698 года. Тогда в одном случае Петр ударил Меншикова так жестоко, что кровь «била струей в изобилии из раны», а в другом — собствен­норучно швырнул Лефорта на пол и пинал его. Но поведение такого рода часто сопровождалось немедленным возвращением хорошего настроения — характерная черта Петра до конца жизни. Довольно убедительна параллель, которую великий российский историк проводил между соратниками царя и путешественниками, восхищающими­ся видом с вершины Везувия и одновременно ожидающими извержения не поддающихся контролю сил из-под их ног.

Вместе с этим недостатком самообладания, несомненной оставалась склонность к вульгарности, даже непристойности, проявляющейся в его вкусах и многих мелочах повседневного поведения.


которые вещи, например, любовь к карликам, гигантам и физическим ненормальностям всех видов, их показ в пародийных церемониях, легко находят параллель в других европейских дворах, что было стандартами этого бездушного века. В некоторых отношениях он проявлял неожиданную чувствительность, как, например, в искренней нежности к садам и озеленению, по крайней мере в свои более поздние годы (он, кажется, имел особую любовь к гвоздикам). И все же, несмотря на его бесспорную интеллигентность и широчайший диапазон интересов, остается странное впечатление массивной грубости. Непристойные и богохульные цере­монии, связанные с пьянством, служат примером этому. Сильные запои, которые продолжались до конца его жизни, затягивались настолько, что даже современники, и самые далекие от воздержания, находили их удивительными или шокирующими. Быть вынужденными принимать участие в длительных и скотских попойках с царем и его компаньонами стало с 1690-х годов общеизвестной опасностью для жизни иностранных дипломатов в Рос­сии.

В 1701 году, например, прусский чиновник умолял не посылать его туда как представителя, так как «он не мог переносить сильные спиртные напитки, особенно в избытке»; так, в 1714 году Фридрих-Вильгельм I выбрал графа фон Шлиппенбаха для дипломатической миссии к Петру частично из-за его любви к питью. «Он вовсе не гордый человек, я ручаюсь Вам,— написал английский торговец из Архангельска своему брату в 1702 году, — потому что готов есть или веселиться с любым…, он большой поклонник таких тупых парней, как моряки.


пригласил всех противных моряков обедать с ним и настолько напоил их, что некоторые расплескивали спиртное, некоторые танцевали, а другие дрались — а он среди них. И в такой компании он получает много удовольствия». Суровость гостеприимства царя иллюстрируются отчетом, данным ганноверским посланником, о развлечении, предложенном Петром, в более поздние годы его жизни, в новом дворце Петергофе, у Балтийского моря в четырнадцати милях от Санкт-Петербурга. Каждый гость, уже едва способный стоять на ногах после длительного запоя, обязан был опустошить чашу, содержащую полную пинту вина, «после чего мы совершенно лишились чувств и остались в таком неприятном положении спать, некото­рые в саду, другие в лесу, а остальные здесь и там на земле».

Они были, однако, скоро разбужены и вынужде­ны последовать примеру царя в рубке деревьев, чтобы пробить новую аллею к берегу моря. За ужином они выпили еще одну такую дозу ликера, что их бесчувственными отнесли в кровати, но через 1,5 часа они были подняты еще раз, чтобы посетить князя Черкессии (самого в кровати со своей женой), «где на краю их кровати нам снова докучали вином и бренди до четырех часов утра, так что на следующий день ни один из нас не помнил, как он добрался домой». В восемь часов они были приглашены на завтрак, но получили бренди вместо чая или кофе.


о сопровождалось четвертым запоем на обеде, после чего гости были вынуждены скакать на никудышных лошадях, без седел или удил, для развлечения царя и царицы. Когда компания плыла назад в Санкт-Петербург, они были захвачены опасным штормом; и это сразу же позволило Петру показать храбрость и лидерство, которое сделало его великим монархом, приняв руководство на себя и самому управляя судном. Все же, когда гости высадились, после того как их помотало около семи часов, они не могли найти «и сухой одежды, ни кроватей и должны были развести костер, раздеться догола и завертываться, пока их влажная одежда сохла

Андерсон М. С. Петр Великий. Перев. с англ. Белоножко В. П. Ростов- на-Дону: Издательство «Феникс», 1997. — 352 с. Стр. 288-291

Источник: livrezon.ru

Читать первую часть

Продолжаем погружение в мир развлечений Петровской эпохи — в первой части побывали на всевозможных массовых мероприятиях, а вот «застольные» традиции на ассамблеях и прогулках в Летнем саду упомянули лишь вскользь. Давайте дальше знакомиться с нашим первым императором, ведь алкогольные возлияния, знаете ли, сближают.

Как думаете, до какой степени прилично напиваться государевым сподвижникам? Подсказка в воспоминаниях очевидцев — в одном из писем Шереметев делился с Петром, как очнулся лишь в сапогах и парике в то время, как его гость и вовсе уснул под столом, а по утру не мог из-под него выбраться. Вполне обычным приёмом было выстилать полы комнат толстым слоем сена, чтобы потом проще убирать следы «нечистот». Ну, вы поняли каких.


А раньше так не напивались? Почему мы вообще говорим о традициях употребления алкоголя именно в эпоху Петра I? Ни пиры, ни хмельные напитки в новинку не были, но дело в том, что обычно ежедневные трапезы царь проводил в одиночестве, всё было формализовано, подчинено придворным нормам. Пётр, как я упоминала в первой части рассказа, не выносил ни этих традиций, ни строгости придворной субординации. Зато часто устраивал весёлые приёмы, где все общались между собой на равных, а за излишнюю почтительность можно было и штрафную «рюмку» схлопотать. Но об этом позже.

Одна из Петровских ассамблей

При Петре получила распространение традиция устраивать грандиозные попойки в ресторанах. Частым прибежищем царя и его придворных стала гостиница «Австерия» (в некоторых источниках «Остерия»). Это первое в Петербурге питейное заведение открыл в 1703 году датчанин Иоганн Фельтен. Помимо выпивки подавали закуски, можно было купить табак, поиграть в карты. Отобедать у Фельтена любили и придворная знать, и чиновники, корабельные мастера, купцы. Для солдат, матросов, рабочего люда заведение, понятное дело, не предназначалось.


Случалось ли вам терять на пьянках дорогие сердцу вещи, телефоны или деньжата? Это ничего, ведь как-то раз вечером 6 ноября 1715 года князь Меншиков проснулся в Австерии без своего ордена Андрея Первозванного. Светлейший объявил пропажу в розыск, пообещал нашедшему 200 рублей. Крест и причитающийся ему бриллиант нашлись по отдельности — камушек уже пытались продать, всё же дело получило счастливый конец: Меншиков собрал обратно свой орден, а денежное вознаграждение разделил между участниками поисков.

Приближённые Петра в своих домах тоже устраивали приёмы разной величины. Заглянем на застолье — на пиршествах подавались блюда в три смены: холодные закуски, жаркое, затем супы. У Зотова, например, закусывали финиками, имбирём, солеными огурцами, зелёным горохом и сырой морковью. Меншиков отличался более изысканным вкусом: за его столом подавали лимон с сахаром, венецианские конфеты, инжир, финики, изюм.

Данные о количестве выпитого спиртного доходят до нас в воспоминаниях заморских посланников. Иностранцы то и дело жалуются на «тяжкие испытания», которые им приходилось сносить при дворе Петра. Так ганноверскому резиденту Веберу предлагалось «в два приёма» выпить 12 бокалов венгерского вина и полтора литра водки. Нереально, скажете вы? Действительно, без печальных последствий не обходилось. На одном из застолий князю Луке Долгорукому налили уж очень много вина. Тот подумал, что сможет в тайне от государя вылить лишнее из своего кубка, но не тут то было: Пётр за такие дела повелел семидесятилетнему трезвеннику выпить стакан водки огромных размеров. Дальше не очень весело: престарелый князь после выпитого упал в обморок и в течение часа скончался.


«Ассамблея при Петре Великом. Потчевание провинившегося гостя кубком Большого Орла», Н.Д. Дмитриев-Оренбургский

Вполне возможно, что в этой истории под «стаканом» водки подразумевается кубок Большого орла. Это бокал обычно ёмкостью около 1,5 литров, украшенный изображением двуглавого орла и царских регалий. Его до краёв наполняли водкой или крепким вином и заставляли осушить проштрафившегося гостя. Заслужить угощение «орлом» можно было, отказавшись от выпивки или оказав слишком большое почтение Петру, который общался со всеми запросто, на равных. Отсюда и пошла застольная русская традиция наливать штрафную рюмку опоздавшим гостям.

«Пили страшно много, а караул никого не выпускал, так что я никогда в жизни не подвергался такому тяжкому испытанию». Французский посланник Жак Кампредон.

«Кубок Большого орла» кисти В.А. Серова

Но это всё иностранные послы да старомосковские бояре брюзжат о вреде алкоголя и его печальных последствиях. Для ближайших друзей императора такие гуляния стали образом жизни. Тем более, что достаточно рано, в начале 1690-х, Пётр I придал своим попойкам вполне организованную форму: учредил Всешутейший, всепьянейший и сумасброднейший собор.

Главная цель этой шутовской организации — веселиться, пить и развратничать, причём с грандиозным размахом. Важнейшее правило участников общества — не пропустить ни дня, не напившись вусмерть. У соборян существовала своя иерархия, высшими чинами были «князь-папа» (выборная должность) и «князь-кесарь» (его Пётр назначал сам). Это такая отсылка к разделению церковной и светской власти. Да и вообще всё устройство Собора, присвоение церковных санов — один сплошной стёб над католической и православной церковью. Вот например, обряд выбора и посвящения в князь-папы.

Трёх кандидатов, выбранных из «архиереев», в отдельной комнате голышом усаживали на стулья со специальными отверстиями в сиденьях. Ответственные лица (тоже три человека) через эти самые отверстия щупали претендентов на должность за яйца, как бы удостоверяясь, что перед ними лицо мужского пола. По слухам именно такую процедуру освидетельствования проходил католический папа из-за легенды о папессе Иоанне — женщине на папском престоле, скрывшей свой пол. Когда все убедились в мужественности кандидатов, начинали процедуру голосования — каждый получал чёрный и белый шар, то есть голос «за» или «против». Один из шаров необходимо было опустить в специальную чашу. Для пущего эффекта все участники надевали накидки-епанчи наподобие католических. Голосование проводилось по каждому из трёх кандидатов, побеждал тот, кто набрал больше белых шаров.

Избранному полагались «папина мантия и шапка», в знак присяги его целовали в держащую Большого орла руку и «яя под лоном». Нового князь-папу усаживали в ковш и всей честной компанией несли к его дому, где опускали в чан с вином и пивом. Гости попивали из этого же чана и распевали похабные «молитвы». Торжественная речь нового папы гласила: «Обещаюсь вяще и вяще закон Бахусов не точию исполнять, но и врученное мне стадо денно и нощно тому поучать, еже да поможет мне честнейший отец наш Бахус

Никита Моисеевич Зотов. Первый учитель и близкий соратник Петра I

В князь-папы по очереди были избраны М. Ф. Нарышкин, Н. М. Зотов и П. И. Бутурлин. Для последнего по приказу царя устроили шутовскую церемонию венчания со вдовой предыдущего патриарха. Описание второй свадьбы не сохранилось, о бракосочетании Зотова читаем у Бергольца:

«В постели новобрачные, в присутствии царя, должны были еще раз пить водку из сосудов, имевших форму partium genetalium… и притом довольно больших. Затем их оставили одних; но в пирамиде были дыры, в которые можно было видеть, что делали молодые в своем опьянении».

Спешу разочаровать любителей пикантных подробностей: «молодой» невесте на тот момент было 60 лет, жениху за 70.

Если подобные полуофициальные представления описывались письменными инструкциями, составленными Петром, то внутреннюю жизнь и застольные истории мы можем узнать из сохранившейся переписки соборян. Там же фигурирует их жаргон и прозвища. Пьянство и алкоголь именовался Ивашкой Хмельницким, распутство Ярёмкой. У каждого члена собора помимо «церковного» сана было своё прозвище. У самого Петра I была кличка Пахом-Пихайхуй, Бутурлина называли Петропиздом, монахини в иерархии собора именовались «монахуйнями», в общем, богатые словообразовательные возможности русского языка использовали на полную катушку.

Состав Всепьянейшего собора тоже восстанавливается по письмам. Членами были как представители старой знати — Ромодановский, генерал-фельдмаршал Апраксин, так и новая элита — Иван Мусин-Пушкин, Александр Меншиков. Обслуживали и везде сопровождали гуляк многочисленный штат шутов и балагуров.

Помимо сумасбродных междусобойчиков соборяне устраивали и не менее шумные и пьяные «выходы в свет». Проходили они примерно одинаково: члены собора вместе напивались и всей гурьбой катались по гостям, где их должны были встречать с угощениями. Отличались такие вылазки лишь деталями — на святки распевали песни, пародируя «славление», на первой неделе Великого поста выезжали в вывороченных наизнанку шубах на ослах или в санях, куда запрягали свиней, медведей, козлов. Секретарь австрийского посольства описывает рождественскую поездку князь-папы Никиты Зотова в январе 1699 года в виде процессии из 200 человек на 80-ти санях, которые разъезжали по всему городу, требуя угощений в богатых домах. Зотов при этом был разодет в наряд «патриарха»: в руках посох, на голове митра (головной убор священников), которую украшало изображение обнажённого Вакха.

«Большой маскарад в 1722 году на улицах Москвы с участием Петра I и князя-кесаря И. Ф. Ромодановского», Василий Иванович Суриков

Хозяев обычно заранее предупреждали, что к ним нагрянут почтенные гости, но порой ещё до выезда все так напивались, что ехать уже не могли. Поэтому было указано: в каждом богатом доме хранить запас продуктов на случай гульбы Всепьянейшего собора. В качестве пайка имелись «…хлеб, соль, калачи, икра, сельди, окорока, сухие куры и зайцы, ежели случится; сыр, масло, колбасы, языки, огурцы, капуста, яйцы и шабаш … вины, пиво и меды».

Если на попойки, происходившие за закрытыми дверями, можно было закрыть глаза, то парадный уличный разгул, когда Пётр и компания разъезжали по городу, вызывал множество пересудов. Вот вам и новые дровишки в костёр слухов о Петре-Антихристе или легенде о том, что во время посещения Европы государя подменили, и теперь ряженный немец рушит Россию. Хотя любовью к старомосковским обрядам и традициям Пётр не отличался и до заграничных поездок. Пьянки соборян, пародирующие церковную иерархию и обряды, кажутся злобной насмешкой над допетровским обществом. Сложно сказать, иллюстрировал ли Всепьянейший собор только личную ненависть и желание Петра втоптать в грязь старые традиции, или это было одним из средств «переучивания» на новый лад своих приближённых. Раздражение Петра тоже можно было понять, он всё-таки был любопытным, образованным человеком, а старые бояре с закостенелым образом мысли никак с новым знаниям не увязывались. Например, против переноса празднования нового года утверждали, что «Бог мог сотворить мир только в начале осени, в теплую погоду и при обилии плодов, а не в морозном зимнем месяце». Петру с глобусом в руках приходилось объяснять, как сменяются сезоны в разных частях света.

Есть мнение, что собор — просто шутовская традиция, как карнавал или маскарад, сделанная с размахом и вкусами, присущими Петру. Это вполне похоже на правду: из первой части статьи мы помним, как император ради забавы поджигал дома. Такое уж специфическое чувство юмора было у человека.

Сохранились свидетельства, что смысл обильных алкогольных возлияний был не только в увеселении. Посланник Дании Юст Юль свидетельствует, что, спаивая приближённых, Пётр развязывал им языки и внимательно слушал и записывал, что болтают люди в пьяном угаре. Кампредон также озвучивал подобную мысль, что государь специально особенно старается напоить тех, чьи секреты ему интересны. Не только дружеская обстановка застолья могла толкнуть человека разоткровенничаться: нередки были и ссоры, а тогда-то уж участники конфликта понарасскажут друг про друга много интересного. По словам современников, такие стычки не были редкостью, за них не наказывали, но до открытого махача всё же не допускали.

В заключение хотелось бы сказать, что изучение личности Петра только в рамках его государственной деятельности можно считать неполным. Именно в повседневной жизни: досуге, житейских мелочах отражается характер монарха, среда, в рамках которой ему пришлось править страной. Развлечения Петра I — это довольно обширный пласт жизни людей той эпохи. С одной стороны, мы видим весьма свободные нравы, отказ от формализма, в то же время эта «свобода» и европеизация насаждалась деспотией. Абсолютно всем приближённым Петра, вне зависимости от собственных взглядов, приходилось не только работать, но и отдыхать по правилам императора.

Засим откланиваюсь. Всем любителям истории спасибо за внимание.

Статья написана для паблика Cat_Cat — «О прошлом: информативно и с юмором».

Источник: vk.com

Детские годы и военные забавы

Начиная с 1682 года, Петр активно занимается «потешными». Ему в распоряжение набрали целый полк, и царевич стал учиться командовать взрослыми, осваивая военное дело. В это время все забавы были исключительно мирными. Ружья заряжались холостыми снарядами, а пушки палили горохом или репой.

Изменения произошли в 1685 году, когда на Яузе был построен небольшой город, который сам Петр называл «стольный град Пресбург». С этого момента потешные игры изменились. Теперь одна армия занимала оборону в городе, а другая армия шла в атаку. Часто молодой царевич нападал на мирных людей: проезжающих купцов, бояр и других.  И это не выдумка!  Все эти истории описаны в рассказах Алексея Толстого и просто поражают своей жестокостью.

… В это время начали учить войска стрелять чугунными бомбами. Учили на совесть. Федор Зоммер, которого Петр назначил генералом потешных войск, не хотел получать деньги просто так. Это уже была не забава и не игра. В учениях они побили множество скота в полях и покалечили сотни человек в деревнях…

Алексей Толстой

В это же время численность войск заметно возрастает. Даже формируется два настоящих полка: Семеновский и Преображенский.

Взрослые забавы

Время шло, Петр взрослел, но его тяга к потешным войскам (где он был настоящим главнокомандующим!) не ослабевала.  Более того, с 1686 «армия» пополняется настоящими мужчинами, которые являются военнообязанными.  В результате этого было решено ряд задач:

  • Петр 1 получил хорошие навыки в реальном управлении войсками. Более того, эти навыки он получал с детских лет, что было очень важно.
  • В рамках миниатюрных сражений он будущий царь оттачивал тактику и военное мастерство, которое ему потом пригодилось.

Конечно, все это очень важно и нужно, но какой ценой достигалась военная грамотность Петра?  С каждым годом забавы становились все опаснее и масштабнее. Показательным является потешное сражение 1694 года.

Пример потешного сражения

Осенью 1694 года была проведена Кожуховская потешная операция. Для ее осуществления потешные полки были доукомплектованы солдатами из действующей армии.  Войска были разделены на две группы:

  • «Русская армия». Командовал Федор Ромодановский. В его распоряжении были Семеновский, Преображенский и Бутырский полки. В составе армии выделялся солдат Петр Алексеев (один из псевдонимов молодого царевича), который в сражении совершил славный подвиг и пленил генерала противника. Эта армия насчитывала порядка 9000 человек.
  • «Польская армия».  Командовал Иван Батурин. В его распоряжении было 7500 человек, большая часть которых была приведена из действующей армии, для «потехи» молодого царя.

«Поляки» обороняли крепость – «русские» наступали. Завершилось все полной победой русского войска. При этом во время сражения были следующие потери: 24 человека было убито и 50 ранено. Об этом подробно написано во многих источниках, в том числе и у Бориса Куракина.

Петр был просто в восторге от сражения. Какой размах, сколько людей! А потери в расчет не брались. Вот такие «забавы».

Потешные войска

Несколько раз в год потешные войска Петра отрабатывали нападение на населенные пункты. Царь выбирал в качестве «жертвы» одну из деревень и начинался штурм. Обычная деревня, в которой жили обычные люди и занимались своими повседневными делами. И вдруг появляется армия и начинается «потеха»: поля сжигают, людей убивают (конечно, все ради потехи и не злого умысла ради).

Потешные полки долгие годы были любимым детищем Петра. Даже в момент, когда он стал царем России и был целиком поглощён в государственные дела, он продолжительное время уделял своим детским забавам.

Популярные статьи:


Список правителей России

Полтавская битва

Император Павел 1

Присоединение Украины

 

Последние добавления:

Источник: istoriarusi.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.