Западный фронт 1914

«На восточно-прусском фронте упорные бои. Настойчивые атаки германцев в районе Бакаларжево спокойно отбиваются нашими войсками. За Вислой – теснимые нами неприятельские арьергарды на фронте Лодзь-Завихваст. В числе другой добычи наши войска захватили парки, тяжелые орудия и аэропланы. В районе Тарлова отступавшие австрийцы 16-го окт. были встречены нашими войсками, переправлявшимися через Вислу южнее Юзефова. Окопавшись под перекрестным огнем, неприятель понес большие потери убитыми и ранеными и до 1000 чел. пленными. В Карпатах австрийцы проявляют деятельность в районе Турка».

Весьма странной редакции эта телеграмма. Как будто ее писало не то лицо, которое писало раньше. В обзоре «Нового Времени» сказано, что немцы отступают на Иржисуха. Австрийцы на Кельцы. Мое тяготение к Ново-Место и далее на Капек с самого начала операции имело бы свои важные последствия. В том же обзоре «Нового Времени» (18-го) говорится о Галицийской группе и упоминается ряд взятых селений: Ильник, Лоснец, Мендза, Броды, Синевудко, Красна, Станиславово, Грабовец, Тисшеначаны. Тщательно отыскивая их, нашел только Броды и Грабовец, но западнее Вислы, к югу от Илфанки.


Возможно, что войска наши, продвинувшись из-за Вислы, оттеснили в эту сторону австрийцев. В официальном донесении говорится о боях у Тарлова с войсками, отошедшими от Вислы против Юзефова. Какие бы то ни были заключения и предположения с имеющимися данными неуместны.

Одно довольно правдоподобно. Наступавшая против нас к Висле неприятельская масса пошла назад. Это очень много. Но если она отойдет, хотя бы потеряв орудия, пленных, кой-какие обозы, то это не то, что нам нужно. Принимая свое решение, великий князь[20], без всякого сомнения, имел в виду не то, а уничтожение этих сил. Соответственно этому, надо думать, велась вся операция. Дело в ходу. Исполнение могло запоздать. Противник, предвидя опасность, мог отойти раньше, и сущность задуманной операции могла, таким образом, ускользнуть от нас. Все это возможно, но пока рано приходить к такому заключению. Возможно, что противник остановится и сам начнет действовать наступательно, стремясь сбросить нас в Вислу. И это возможно, по крайней мере в Опатовском районе. В районах к северу теперь на это не похоже. Те м больше оснований для нашей безопасности и для действительной угрозы противника, являлось осуществление мысли о действиях наших от Пилицы на юге при содействии наших армий от Вислы, выше устья Пилицы. Более чем вероятно, что в этом смысле работает Рузский{1} или Иванов{2} – не знаю, кто там распоряжается. Ошибочнее всего было бы дать себя отвлечь к стороне Сувалок, несмотря на очевидную и всегдашнюю опасность нашим сообщениям с этой стороны.


Нам нужен полный успех, т. е. пленение или уничтожение части германо-австрийской армии, вторгнувшейся в наши пределы. Только такой успех может повлиять на изменение к лучшему нашего тяжелого общего положения. Как его исправить и как достигнуть такое положение, при котором мы в состоянии будем из оборонительного состояния (оборонительной стратегии) перейти к наступательному, об этом можно рассуждать, когда это большое дело будет нами закончено.

Мы с первых дней войны, как дети, думали о наступлении в Познань и Силезию, примерно, как говорили все, на Бреславль. Но мы совершенно не отдавали себе отчета, что для этого надо раньше сделать. Прошло почти три месяца, и общее положение наше не улучшилось. Армия хотя и закалилась, но растрепалась. Офицерский состав уменьшился в угрожающем размере. Вероятно, и конский состав пришел в отчаянный вид. Дороги испортились невообразимо. Левобережная Польша, богатая в начале, – высосана, истощена и разграблена, и зависимость армии от своих трех железнодорожных магистралей дает себя чувствовать все сильнее. Враг в Восточной Пруссии укрепился сильнее на нашей же земле, откуда он может грозить этим сообщениям и притом очень большими силами, если обстоятельства за Рейном в скором времени, как это уже чувствуется, для него сложатся не благоприятно и он перейдет там к обороне.


три месяца мы одерживали успехи, пережили неудачи, и очень чувствительные, но существенного в смысле улучшения нашего положения не сделали. И на юге мы отбиваемся и не знаем, каков будет исход его. А если отобьёмся, то и тогда это событие существенно повлиять на наше положение не может. Австрийцы очистят Галицию, оставят там слабые части (если теперь мы заставим их отойти) и усилят себя со стороны Карпат. Времени для подготовки в Венгрии базы мы им дадим поневоле. Поэтому если не последует разгрома теперь, единственный благоприятный случай может быть упущен. Мы будем топтаться на месте, и у нас не будет возможности сделать что-либо серьезное. А впереди возможность политических осложнений. Турция уже выступила. Но, может быть, ничего другого нельзя было сделать за эти три месяца?

На это я отвечу прежде всего: l’art est difficile et la critique ais[21], затем неправильное сосредоточение (развертывание) сил в начале войны, едва ли поправимо в течении компании. До сих пор нам не удалось улучшать нашего положения. Теперь мы на рубеже: или эта возможность будет, или – к созданию такого положения встретятся новые затруднения. Я никого не виню, никого не обвиняю, но констатирую факт. Мы не подготовились, а разготовилися в мирное время для этой борьбы. Наши соображения мирного времени, очень остроумные, может быть, вылились в сосредоточение, которое не отвечало действительности.


о охватывало частности, но не обнимало собою общего положения и не способствовало достижению конечной цели. Неудачи в Восточной Пруссии сугубо ухудшили это положение. От меня никто не требует, чтобы я сказал, что же следовало сделать? Да и никто и не спрашивал. Но главные мои мысли изложены мною в августе. Они лишь набросаны, не разработаны и касаются лишь одной оперативной части. Было бы очень легко мысленно предполагать, что одними оперативными соображениями можно было исправить все сделанное у недоделанное в мирное время, а потому этим моим соображениям надо отвести должное, скромное, им место. Теперь мы, так сказать, на переломе событий, когда наша работа, освещенная опытом трех месяцев, может получить иное, благоприятное для нас течение. Армия все дает и все делает, чтобы обеспечить мысли, возможность выполнить ее предначертания. Чем дальше, тем условия борьбы сделаются более серьезным и сложным.

Пока мы были на правом берегу Вислы, условия и положение были одни; они были проще и легче; теперь они труднее и сложнее. Мы боремся с австрийцами и небольшою частью (полевых) германцев.

Нам придется столкнуться с большою частью германских полевых сил, когда те, под давлением событий на Рейне, в течение известного, по-моему, не очень длительного периода подготовки наших союзников к наступлению, вынуждены будут обороняться. Но находить, что и то и это нехорошо – легко; что же делать, чтобы было хорошо? На это отвечу, что надо закончить начатую операцию.


и ведут и заканчивают, и тогда последует дальнейшее решение. Но как теперь, так и в начале войны надо было обезвредить Австрию и Восточную Пруссию. Это не удалось, а потому теперь следует идти по тому же пути. Из немногого, что узнал, может быть, Верховный главнокомандующий{3} озабочен этим и теперь. Проявиться оно не может еще, но какие-то признаки, по-моему, имеются. Из-за путей и по многим другим причинам нелегко это будет исполнить, но хорошо то, что есть намеки на это.

Во всяком случае, при успехе на нашем Завислянском фронте, прежде чем думать о наступлении на Бреславль, надо создать себе соответствующее положение рядом сложившихся действий как со стороны Познань-Торна, так, может быть, к стороне Западной Галиции или Карпат. Черновицы заняты довольно сильною частью – почти в роде 2-ой дивизии. Это большой для нас минус.

Следующая глава >

Источник: military.wikireading.ru

Робин Нилланс

«Генералы Великой войны. Западный фронт 1914–1918»

СЛОВА ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ

Прежде чем начать работу над первым вариантом рукописи, мне в моих попытках построить выводы и заключения на основе конкретных фактов пришлось обратиться за консультацией к целому ряду специалистов по истории Первой мировой войны. В силу этого обстоятельства я хотел бы сказать спасибо всей армии историков этого периода войны, которые прочли мою рукопись и внесли свои полезные предложения. Насколько мне удалось установить, еще не выходило в свет книги, подобной этой. Здесь действия генералов Первой мировой рассматриваются не изолированно, а как действия некоей группы. Анализ же их действий на Западном фронте дается с позиций подчиненных им офицеров. Подобный подход к теме характеризуется исключительной сложностью, и если бы не щедрая помощь ученых и специалистов, упомянутых ниже, я ни за что не смог бы написать эту книгу.


Поэтому я благодарю Колина Фокса, а также моих коллег и сокурсников, слушавших вместе со мной его курс по истории Первой мировой войны в Итоне в 1996/97 году. Это были разные люди, начиная с библиотекаря Генерального штаба и вплоть до чиновника Комитета по военным кладбищам Британского содружества наций (последний прочел нам захватывающую лекцию по истории создания военных кладбищ). Однако любой из них хотел знать больше о событиях Первой мировой войны, и их энтузиазм не мог не разбудить мой интерес к этой теме. Я благодарю Лайла Колина за его замечания по вопросу о «Восточниках». За то что они сопровождали меня в десятидневном походе по рубежам былых сражений от Диксмуда до самой Соммы, спасибо Джону Горринджу, Питеру и Теренсу Нии, — их отец участвовал во многих сражениях из тех, что мы обсуждали по дороге, — а также Питеру Чэмберсу, Кейту Хауэллу и Дэвиду Эллиоту. Кейт любезно согласился прочесть черновой вариант моей книги с позиций «интересующегося дилетанта», и это избавило меня от множества ошибок. Так же поступил и Тоби Бачен — мой редактор и надежная опора в течение всех двух лет работы над книгой. Я благодарен также и Тэрри Брауну, который в течение более чем сорока лет выступал в качестве моего «оппонента» из ВМС Великобритании, за его великолепные схемы и карты.


Не могу не отдать должное и не поблагодарить Джеффри Уильямса, автора книги «Бинг, барон Вими» (Byng of Vimy), а также полковника Тэрри Кэйва из Ассоциации фронтовиков Западного фронта; последний прочел каждую главу чернового варианта и сделал такие поправки, которые были приняты мною без всяких колебаний. Джон Хасси, знаток истории Первой мировой войны, которому нет равных, а также полковник Майк Крошоу из военного обозрения «Бритиш Арми Ревью», они тоже прочли первоначальные наброски данной работы, нашли в ней ряд ошибок и указали на них, не уничтожая книгу в целом. Все ошибки, сохранившиеся и оставшиеся в книге, — это моя вина, а не их, и я всецело несу ответственность за мнения, высказанные в ней.

Я благодарен Ричарду Тимминсу и Робину Прюитту. Так же как и Кейт Хауэлл, они прочли черновики с позиций «интересующегося дилетанта» и помогли мне сохранить простоту и ясность изложения и не уходить в сторону от конкретной обсуждаемой темы. Когда работаешь над такой громадной темой, как Первая мировая война, очень нетрудно отклониться от основного направления и увязнуть в дискуссии по какой-то второстепенной интриге. Тимминс и Прюитт помогали мне сосредоточиться на сведениях, относящихся непосредственно к генералам этой войны, то есть именно на том, о чем и писалась данная книга. Благодарю также бывшего офицера королевской морской пехоты, ныне преподавателя Лондонского королевского колледжа генерал-майора Джулиана Томпсона, кавалера ордена Британской империи (офицерский класс). Он прочел предпоследний черновой вариант рукописи и указал мне на те ошибки, которые как-то вкрались туда.


Говоря о специалистах-историках, я не могу не поблагодарить Питера Лиддла из Собрания Лиддла при Университете в Лидсе, а также доктора Джона Борна из университета Бирмингема. Я особо благодарен сотрудникам Лондонского Имперского военного музея Питеру Симкинсу, Саймону Роббинсу и Лори Милнеру за их помощь в работе с документами, раскрывающими политику Великобритании перед Первой мировой войной, а также Гари Шеффилду из Королевской военной академии в Сэндхэрсте, он дал мне массу полезных советов. Спасибо Эндрю Робертшоу из Лондонского национального музея армии за его помощь при работе с документами Роулинсона, а еще за предложение посетить лекцию о генералах Первой мировой войны, прочитанную в том же музее. Это его приглашение удивительным образом помогло мне сконцентрировать свой ум на поставленной задаче. Я благодарю также доктора Эй. Дж. Пикока, редактора журнала «Ганфайер», за то, что он присылал мне экземпляры своего великолепного журнала и любезно разрешал использовать их в моей работе, а также подполковника баронета сэра Джона Бэйнса за его мнение о генерале сэре Айворе Мэксзе.

Я шлю слова благодарности в Канаду Джеку Дженсену, моему старому другу, а также соратнику и коллеге-историку.


умер от рака еще до того, как была завершена работа над данной книгой. По дороге в больницу Джек Дженсен остановил автомобиль, чтобы послать мне по почте ряд канадских изданий, которые я просил его разыскать. Большое спасибо канадскому историку Доналду Грейвзу, который не согласился с большей частью высказанных мной заключений, но тем не менее помог мне и который вместе со своей женой Дианой, бывшей сотрудницей туристского агентства «Холтс турс», не зная усталости, проверял всю информацию по истории великолепного Канадского корпуса и разыскивал фотографии генерала сэра Артура Карри. Помимо этого мы тогда великолепно провели время в Оттаве, но это уже другая история. Я также должен сказать спасибо Дону Баудену из Дэйсленда (провинция Альберта) — одному из моих постоянных помощников в этой прекрасной стране. Благодаря его усилиям я смог собрать больше сведений о генерале Карри.

В Соединенные Штаты я шлю слова благодарности писателю и военному историку Байрону Фаруэллу. Его новая книга «Там, далеко» об истории Американского экспедиционного корпуса должна выйти из печати одновременно с этой книгой, и я намерен встать во главе очереди желающих приобрести ее. Спасибо также и Джеку Кэйпелу за высказанное им мнение по вопросам подготовки пехоты, а также всему личному составу библиотеки Военной академии США в Вест-Пойнте.

В Австралии я говорю спасибо Дереку Лу Лукасу из Чэколы (Новый Южный Уэльс) — моему старому «оппоненту» из королевского отряда коммандос, а также Энни Ямасаки, которая провела ряд ценных исследований в Австралийском военном мемориале в Канберре и раскопала несколько полезных книг и другой справочной литературы. Такую же услугу оказал мне еще один морской пехотинец — Джо Картрайт из Южной Африки. Я благодарен ему за эту помощь, а также за нашу многолетнюю дружбу.


Но помимо их помощи и советов, наиболее ценным вкладом, сделанным этими людьми, был энтузиазм, с которым они встретили саму идею создания подобной книги. Действительно, давно назрела необходимость изменить коренным образом сложившееся общественное мнение и сделать так, чтобы правда о генералах Первой мировой войны стала известной как можно более широко. Просто поразительно, что в общественном мнении до сих пор преобладают самые различные мифы об их поведении и о самой войне, поскольку множество великолепных писателей и историков, включая Гари Шеффилда, Пэдди Гриффитса, Робина Прайора, Тревора Вильсона, Шэйна Шрейбера, Билла Роулинга, а также Питера Симкинса и в наибольшей степени Джона Террейна, из года в год продолжают воевать с подобными легендами, и тем не менее убеждение, что генералы той войны были в сущности бесполезны, прочно укоренилось в сознании людей.

Трудно сказать, насколько знакомство с этой книгой сможет изменить господствующие убеждения; я могу только утверждать, что работа над ней изменила мои представления. Я попытался расположить в надлежащем порядке причины и следствия всего, что происходило на Западном фронте, и изложил все это таким образом, который позволяет надеяться, что общественность, в настоящее время в основном не имеющая никакой военной подготовки, смогла бы разобраться в них, а теперь прошу ее соотносить задачи, стоявшие перед генералами, со своим собственным жизненным опытом и использовать собственный здравый смысл.

Источник: www.litmir.me

Одним из основных направлений, где шли наиболее значимые и кровопролитные бои Первой мировой, кратко говоря, был Западный фронт. Протянувшись от Шельды до границы Швейцарии в длину и от Рейна до Кале в глубину, он проходил по бельгийской, люксенбургской, эльзаской, лотарингской территориям, охватывал несколько германских провинций, расположенных по брегу Рейна, и северо-восточные французские земли.

Начало боевых действий

Наступление германской армии на этом направлении началось с вторжения на территории Бельгии и Люксембурга. После этого германское командование предполагало посредством быстрых и стремительных маневров в короткие сроки разгромить французскую армию, и вынудить Францию капитулировать, приняв все условия Германии. В своем плане нападавшие делали основной упор на захват наиболее важных промышленных регионов противника. Противостояли германцам на этом фронте французы, бельгийцы и британцы.
Без особых трудностей захватив бельгийские и люксембургские крепости и территории, германцы подошли к границам Франции.
В результате реализации нескольких военных операций и проведения ряда сражений, германские войска постепенно начали продвигаться к Парижу.
Одной из крупнейших битв первого военного года на этом фронте была Марнская.
Итогом этого семидневного сражения стал окончательный провал планов германского командования по быстрому захвату Франции. Обе противоборствующие армии практически прекратили маневры и закрепились на своих позициях.

Позиционная война

События второго военного года на Западном фронте Первой мировой войны, кратко говоря, сводились к небольшим оборонительным столкновениям. Крупных боев в этот период на этом направлении не велось, так основные силы германской армии были сосредоточены на Восточной фронте против русской армии.
Однако именно в этот период произошла знаменитая битва на Ипре, в ходе которой германские войска впервые в истории крупномасштабно применили в бою отравляющие газы.
Проведена газовая атака была 22 апреля. В результате нее погибли несколько тысяч человек. Через два дня германцы решили осуществить еще одну такую же операцию. Однако во второй раз ущерб был уже не таким значительным, так как противники применили средства индивидуальной защиты (в том числе и противогазы).
Также в этот год французский пилот впервые использовал пулемет для воздушной атаки, разместив его за ведущим винтом своего самолета.

Битва при Вердене и истощение войск

1916 год вошел в историю Западного фронта, как самый кровопролитный и тяжелый. Самой крупной военной операцией этого периода было Верденское сражение, получившее также название «Верденской мясорубки». Оно длилось 11 месяцев и унесло жизни более полумиллиона человек. Огромные потери при довольно-таки скромных успехах обеих армий не принесли каких-либо значимых результатов кроме ослаблению войск.
Еще одним значительным сражением стала битва на Сомме, в которой впервые британскими военными были использованы танки.

Наступление Антанты, поражение Германии

Согласно тщательно разработанному плану, в 1917 союзные франко-британские войска, при поддержке американских солдат, прибывших на фронт после вступления США в войну, начали наступательную операцию. Стремительные атаки, сменявшиеся не менее быстрыми и массированными контратаками привели к тому, что к концу года противники остались практически на тех же позициях.
Однако Германия, изначально не рассчитывающая на затяжную войну оказалась в довольно сложном положении.
В результате выхода из военных действий российской стороны и прекращения боев на Восточном фронте, германское командование, перебросив все свои силы на Запад, решило попытаться еще раз перехватить инициативу в свои руки.
В марте 1918 Германия вновь начала наступление, но быстро потерпела поражение. После этого было предпринято еще несколько попыток, но каждый раз они заканчивались для германской армии весьма неудачно.
С августа в наступление пошли союзные войска Антанты, и их операции были успешными. Кратко описывая события тех дней, можно отметить, что последним крупным сражением на Западном фронте Первой мировой войны стала битва у реки Марна, в результате которого германские войска окончательно утратили все свои позиции и перешли к отступлению.

Источник: pervaya-mirovaya.ru

Западный фронт в годы Первой Мировой войны

Немецким генералом Шлиффеном был разработан план быстрого удара по Франции, проведя наступление через Бельгию и Люксембург. Атакой на эти страны 2 августа 1914 года начались боевые действия на Западном фронте Первой Мировой войны.

Благодаря осадной артиллерии почти сразу капитулировала главная неприступная крепость – Льеж. Затем немцы заняли Брюссель, а затем началось форсированное наступление на Париж.

В сентябре 1914 года состоялось генеральное сражение между британо-французскими и немецкими войсками на реке Марна. Солдат подвозили на любом транспорте, даже на такси. В ходе битвы союзниками был нанесен контрудар на ослабленные позиции немцев, которые перебросили часть войск в Пруссию, где в войну вошла Россия. Достигнув баланса сил, стороны начали рыть траншеи и окопы.

Западный фронт 1914

Рис. 1. Французские солдаты в Первую Мировую войну.

К 1915 году Западный фронт Первой Мировой войны представлял собой огромную площадь, изрезанную окопами, траншеями и различными земляными укреплениями. Враги вели артиллерийские перестрелки, а наступления были невозможными ввиду мощно укрепленных позиций.

Дважды (весной и осенью) союзники пытались прорвать фронт, но обе попытки были неудачными.

Весной 1916 года немцы предприняли попытку прорвать фронт союзников в районе города Верден, стянув туда свою крупнокалиберную артиллерию. Таких мощных обстрелов еще не было за все время войны, за что солдаты окрестили эту битву «Верденской мясорубкой».

Битва на Сомме и дальнейшее развитие событий

В июле 1916 года произошло важнейшее событие в военной истории – на реке Сомма в ходе одноименной битвы Британия использовала во время наступления танки. Это первый случай в мировой истории. Машины быстро ломались и медленно ездили, но психологически вселяли страх в немцев.

Западный фронт 1914

Рис. 2. Танки на Сомме.

В это время на протяжении 1916-1917 года немцами была сооружена цепь железно-бетонных укреплений, получившая название Линии Гинденбурга. Все немецкие войска в 1917 году получили приказ отступить за эту линию и занять оборону. Война вновь могла принять затяжной характер.

Исключить эту возможность смог генерал Нивель, разработавший план контрнаступления союзников, в котором приняло участие более 4 миллионов человек против 2,7 миллионов германцев. Однако фронт практически не изменился, как и расклад сил.

Линия Гинденбурга

Рис. 3. Линия Гинденбурга.

Положение союзников ухудшилось после выхода России из войны. 21 марта 1918 года началось «Весеннее наступление», в ходе которого армия Германии пыталась использовать свой последний шанс выиграть войну. Экономическая и гуманитарная истощенность вынудило немцев сесть за стол переговоров, что привело впоследствии к Версальскому миру.

Источник: obrazovaka.ru

Кампания 1914 г.

В ходе Пограничного сражения в августе 1914 г. французским войскам и британскому экспедиционному корпусу не удалось сдержать наступления семи германских армий, хлынувших через границы Бельгии и Франции. Германский план ведения войны на два фронта заключался в том, чтобы в короткий срок мощным ударом разгромить войска своих противников на Западе, овладеть Парижем и принудить Францию к капитуляции, после чего перебросить главные силы германских войск на Восточный фронт и во взаимодействии с австро-венгерской армией нанести решающее поражение России. Однако этот план был сорван благодаря активным действиям русских войск в Восточной Пруссии. Несмотря на то, что русская 2-я армия генерала Самсонова в итоге потерпела тяжелое поражение под Танненбергом, германское командование, располагая против русских весьма ограниченными силами, было вынуждено подготовить к отправке на Восток резервы – два армейских корпуса, предназначенные для усиления ударной группировки, наступающей на Париж. Это сыграло решающее значение в поражении немцев в битве на Марне.

Битва на Марне (Marne).

5 сентября 1914 г. сосредоточенная восточнее Парижа французская 6-я армия генерала Монури нанесла контрудар в незащищенный правый фланг неприятеля на реке Марна. У германского командования не было свободных сил, чтобы парировать удар, и командующий правофланговой германской 1-й армией генерал фон Клюк перебросил против армии Монури два корпуса, а затем еще две дивизии, оголив стык с соседней 2-й армией.Это позволило французской 5-й армии и британским войскам нанести второй контрудар в открывшуюся брешь. Германская 2-я армия оказалась перед угрозой окружения и была вынуждена отступать на север, потянув за собой соседние 1-ю и 3-ю армии. К 12 сентября германские войска откатились на 60 км, заняв оборону по линиям рек Эна и Вель. Таким образом, германский план разгромить Францию одним ударом потерпел крах, что предопределило неблагоприятный для Германии исход всей войны.
Во второй половине сентября – октябре обе стороны продолжали маневренные действия, пытаясь обойти противника с открытого северного фланга (т.н. «Бег к морю»), в результате чего линия фронта вытянулась до побережья Северного моря, и война приобрела позиционный характер.

Кампания 1915 г.

С конца 1914 г. противоборствующие стороны зарылись в землю, отстроив блиндажи, траншеи, пулеметные точки, надежно прикрытые проволочными заграждениями и минными полями. Попытки прорвать такую оборону всякий раз оборачивались для наступающей стороны огромными потерями при незначительных результатах. В изменившихся условиях военных действий наряду с усилением роли артиллерии, прежде всего тяжелой, стали развиваться новые средства ведения вооруженной борьбы, включая химическое оружие, аэропланы, танки, специально подготовленные штурмовые отряды из пехотинцев и бойцов инженерно-саперных частей. В то же время значение кавалерии, оказавшейся чрезвычайно уязвимой от огня автоматического оружия, авиационных средств поражения (бомбы, аэропланные стрелы) и отравляющих веществ, было сведено на нет. Весной 1915 г. основные усилия Германии были перенесены на Восточный фронт, и англо-французские войска попытались воспользоваться этой ситуацией для перехода в наступление. Однако предпринятая в мае – июне операция в Артуа не увенчались успехом. За две недели боев союзники потеряли 130 тыс. чел., продвинувшись вперед всего на 3-4 км на французском участке фронта и на 1 км на британском.

Конференции в замке Шантийи (Château de Chantilly).

Неудачи англо-французских войск в операциях на Западном фронте, отступление русских армий в Галиции и Польше серьезно обеспокоили военно-политическое руководство держав Антанты.

В середине 1915 г. французское правительство предложило союзникам осуществлять общую разработку будущих операций и внесло проект созыва конференции в замке Шантийи, где располагалась Главная квартира французской армии. За полтора года было проведено четыре межсоюзнических конференции. Первая конференция (июль 1915 г.) обсудила план союзников на вторую половину 1915 г. На второй конференции (декабрь 1915 г.) обсуждался общий план кампании 1916 г. и рекомендации правительствам стран Антанты по экономическим и политическим вопросам. Третья конференция (март 1916 г.) рассмотрела и одобрила план кампании 1916 г. Четвертая конференция (ноябрь 1916 г.) приняла решение о подготовке согласованных операций к весне 1917 г. На конференциях также неоднократно обсуждался вопрос о централизованном органе по координации действий союзных армий, но военно-политические противоречия между их участниками не позволили создать его. Высший военный совет Антанты был образован лишь в ноябре 1917 г.

Кампания 1916 г.

Несмотря на одержанные в 1915 г. на Восточном фронте крупные успехи, австро-германским войскам не удалось сокрушить Россию и вывести ее из войны, и германское командование решило вновь попытать счастья на Западе.

Битва за Верден (Verdun).

Главной точкой приложения сил был избран укрепленный район Вердена, против которого немцами были стянуты небывалые в истории силы артиллерии (1225 орудий, из них 703 тяжелых, 110 орудий на 1 км фронта). Предполагалось, что в битве за Верден, являющийся ключом к Парижу, французы будут вынуждены истощить свои ресурсы живой силы, вооружения и боеприпасов. Однако в ходе ожесточенных боев, продолжавшихся с февраля по декабрь 1916 г., германская армия смогла добиться лишь очень ограниченных успехов ценой огромных потерь. Этому способствовало, в частности, и то, что в течение года германскому командованию приходилось неоднократно снимать с фронта войска, чтобы поддержать свою союзницу Австро-Венгрию, оказавшейся в тяжелом положении в результате наступления русских войск (Брусиловский прорыв), предпринятом в соответствии с решениями,принятыми на совещаниях представителей генеральных штабов союзных держав в Шантийи.

Битва на Сомме (Somme).

В июле – ноябре 1916 г. объединенное командование союзников предприняло наступательную операцию на реке Сомма, которая вошла в историю как одно из крупнейших сражений Первой мировой войны. Несмотря на многодневную артиллерийскую подготовку, наступление развивалось медленно и ценой больших потерь. Общие потери сторон убитыми и ранеными составили более 1 млн. чел. Для прорыва вражеской обороны в ходе этого сражения впервые в истории были применены танки. В итоге операции союзники на участке в 35 км прорвали германский фронт всего на 10 км. в глубину. Чтобы не допустить развития прорыва, немцам пришлось срочно создавать новую линию обороны. Потери под Верденом и на Сомме серьезно сказались на моральном духе и боеспособности германских войск. Стратегическая инициатива надолго перешла к союзникам.

Кампания 1917 г.

Кампания 1917 г. была отмечена новыми попытками союзников прорвать фронт. Этому предшествовал отход германских войск на тыловой оборонительный рубеж (линия Гинденбурга), подготовленный зимой 1916-17 гг. Сокращая линию фронта, германское командование освобождало тем самым часть своих сил.

Апрельское наступление британцев и французов под Аррасом, вошедшее в историю как «бойня Нивеля» (по имени французского главнокомандующего Робера Нивеля), не достигло поставленных целей, а понесенные в ходе него потери вызвали протестные настроения и беспорядки во французской армии на почве нежелания солдат идти в бой. Столь же малоуспешными были действия британских войск в ходе нескольких операций, предпринятых в июле – ноябре во Фландрии (битва при Пашендейле). Их результаты оставались далеки от желаемых, однако полученный опыт позволил усовершенствовать наступательную тактику союзников, успешно применявшуюся в операциях 1918 г.

Битва при Камбре (Cambrai).

В конце ноября – начале декабря 1917 г. британские войска предприняли крупномасштабную операцию против нового германского рубежа обороны в районе города Камбре, сделав ставку на массированное применение танков (476 единиц) и новую штурмовую тактику пехотных подразделений. В первый день наступления им удалось добиться ощутимых успехов, прорвав немецкий фронт на участке 12 км на 6-8 км в глубину при довольно небольших потерях. Однако задержка с вводом в прорыв канадской кавалерии позволила немцам оправиться от первоначального шока и закрыть брешь. В течение последующих дней германские войска смогли полностью остановить продвижение противника, а затем перешли в контрнаступление и оттеснили британцев на исходные позиции.
В ходе кампании 1917 г. обе стороны почти до предела истощили свои силы. Решить исход борьбы в пользу одной из них могло лишь воздействие внешних факторов. Для Германии это был выход из войны России в результате большевистской революции и возможность использования на Западном фронте дополнительных сил, переброшенных с Востока; для Великобритании и Франции – вступление в войну США на стороне Антанты и прибытие в Европу многочисленных и свежих американских войск. В такой ситуации Германия могла рассчитывать лишь на достижение решительной победы до того, как на фронте появятся достаточно крупные американские контингенты.

Кампания 1918 г.

В марте 1918 г. после заключения Брестского мира между Германией и Советской Россией германские войска предприняли на Западе ряд наступательных операций, вошедших в историю под общим названием «Битва кайзера». Немцам удалось значительно потеснить своих противников и вновь, как в 1914 году, выйти на подступы к Парижу. Однако материальные ресурсы Германии и моральный дух армии и населения были окончательно надорваны. В июле в ходе второго сражения на Марне немецкое наступление было остановлено, а в августе, прорвав германский фронт под Амьеном, англо-французские войска перешли в наступление, поддержанное прибывшими во Францию американскими войсками. Германское командование было вынуждено оставить все территории, занятые в ходе наступления, и отвести войска на тыловые позиции. Неудачи на фронте и крайне тяжелое положение в тылу привели в начале ноября к революции в Германии, монархия пала, и пришедшее к власти временное правительство подписало 11 ноября в Компьене (Compiegne) перемирие с державами Антанты, признав поражение в войне и обязавшись эвакуировать все территории, еще занимаемые германскими войсками на тот момент.

С.И. Дробязко,
кандидат исторических наук

Источник: paris1814.com


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.