Выступление генерала корнилова 1917 кратко

«Тогда во Временном правительстве я говорил, что нужно немедленно уволить Корнилова, что мы должны, если хотим восстановить дисциплину в армии, показать пример наверху. Это мое предложение не прошло, а Корнилов понял эту снисходительность власти как ясное доказательство ее бессилия. <…> Я признаю себя виновным в том, что не настоял до конца на немедленном тогда же смещении Корнилова. <…> Но тогда было такое страшное время, на фронте так настоятельна была потребность в волевой личности», — говорил позже Александр Керенский следственной комиссии по делу Корнилова.

«Во время наших неудач под Тарнополем генерал Корнилов, несмотря на отмену смертной казни, первый решился применить расстрелы, и тем не менее ему, то есть лицу, фактически введшему казнь, был предложен пост Верховного главнокомандующего. Это назначение создало и укрепило в нем сознание, что не соблюдение буквы закона, а исполнение своего долга, хотя бы и очень тяжелого, находит оправдание и одобрение», — объяснял и. о. директора дипломатической канцелярии Верховного главнокомандующего князь Григорий Трубецкой.


Корнилов издал ряд приказов, направленных на повышение боеспособности армии, усиление дисциплины, борьбу с братаниями, дезертирством, укрепление военно-революционных судов и ограничение деятельности армейских комитетов. Эти действия обеспечили Корнилову популярность в среде правого офицерства и его крупнейших организациях, среди которых выделялись Союз офицеров армии и флота и Союз Георгиевских кавалеров.

Вместе с начальником своего штаба генералом Александром Лукомским Корнилов составил соответствующую докладную записку. 3 (16) августа он прибыл в Петроград с намерением обсудить ее на заседании Временного правительства. Однако управляющий Военным и морским министерством Борис Савинков попросил Корнилова не выносить записку на обсуждение кабинета, так как он уже работал над аналогичным документом вместе с комиссаром при Верховном главнокомандующем Максимилианом Филоненко. Корнилов согласился на это. Александр Керенский объяснял просьбу Савинкова тем, что в записке Корнилова «был изложен целый ряд мер в огромном большинстве вполне приемлемых, но в такой редакции и с такой аргументацией, что оглашение ее привело бы к обратным результатам. Во всяком случае был бы взрыв, и при опубликовании ее сохранить Корнилова главнокомандующим было бы невозможным».

Тогда же состоялась и первая встреча Керенского и Корнилова после назначения последнего Главковерхом. «В разговоре со мной А.Ф. Керенский коснулся вопроса, между прочим, о том, что со времени моего назначения Верховным главнокомандующим мои представления правительству носят слишком ультимативный характер. Я заявил, что эти требования диктуются не мной, а обстановкой», — вспоминал Корнилов.


«Личное свидание главы правительства и главы армии в начале августа только разожгло их взаимную антипатию. «Этот легковесный краснобай хочет мною командовать? » — должен был сказать себе Корнилов. «Этот ограниченный и невежественный казак собирается спасать Россию?» — не мог не подумать Керенский», — писал об их встрече Лев Троцкий.

На заседании Временного правительства 3 (16) августа также произошел инцидент, который произвел на Корнилова чрезвычайно неприятное впечатление. Сам он позже так рассказывал об этом следственной комиссии: «Когда я коснулся вопроса о том, на каком фронте можно было бы перейти в наступление при наличии некоторых условий, министр-председатель, сидевший со мной рядом, наклонившись ко мне, шепотом предупредил, «что в этом вопросе нужно быть осторожным». Предупреждение это было вызвано запиской, которую Керенский получил от Савинкова и от Терещенко (министр иностранных дел Михаил Терещенко — прим. ТАСС). «Уверен ли министр-председатель, — спрашивал первый из них, — что допускаемые генералом Корниловым государственные и союзные тайны не станут известны противнику в товарищеском порядке? » «Я был страшно поражен и возмущен тем, что в Совете министров Российского государства Верховный главнокомандующий не может без опаски касаться таких вопросов, о которых он в интересах обороны страны считает необходимым поставить правительство в известность».


171;Я, разумеется, не имел в виду обвинять кого-либо из министров в сношениях с противником, но я знал, что некоторые члены Временного правительства находятся в постоянном и товарищеском общении с членами Исполнительного комитета Совета рабочих и солдатских депутатов, среди коих, по сведениям контрразведки, имелись лица, заподозренные в сношениях с противником», — объяснялся потом по этому поводу Савинков.

Несмотря на усилия Керенского не разглашать доклад Корнилова «4 (17) августа, то есть на другой день, копия доклада находилась уже в редакционном портфеле советского официоза «Известия», и с 5 (18) августа началось печатание выдержек из него и одновременно широкая травля верховного командования», — вспоминал командующий Юго-Западным фронтом в те дни генерал Антон Деникин. Стали широко распространяться слухи о предстоящей отставке Корнилова. Павел Милюков вспоминал: «Сообщения <…>, что вопрос об отставке Корнилова стоит серьезно, конечно, не могли не дойти до Ставки. В Ставке и в кругах, ей дружественных, эти слухи вызвали чрезвычайное волнение. <…> Совет Союза казачьих войск «заявлял громко и твердо о полном и всемерном подчинении своему вождю-герою » и «считал нравственным долгом заявить Временному правительству и народу, что он снимает с себя возложенную на него ответственность за поведение казачьих войск на фронте и в тылу при смене генерала Корнилова».


> Союз офицеров <…>, возлагая «все свои надежды на любимого вождя», <…> изъявлял готовность «всемерно поддерживать его законные требования до последней капли крови». В заседании георгиевских кавалеров <…> совещание <…> постановило <…> «твердо заявить Временному правительству, что, если оно допустит восторжествовать клевете и генерал Корнилов будет смещен, союз <…> немедленно отдаст боевой клич всем георгиевским кавалерам о выступлении совместно с казачеством».

На фоне этого 9 (22) августа Верховный главнокомандующий вновь прибыл в Петроград для представления своего доклада на заседании Временного правительства. Вообще Корнилов не хотел ехать в столицу. «Причинами были опасение подвоха со стороны Керенского и сложившееся убеждение о безнадежности проведения корниловских мероприятий. <…> Однако Савинков и Филоненко переубедили Корнилова, и он выехал 9-го, не зная, что вслед ему послана телеграмма министра-председателя, указывающая, что его «прибытие не представляется необходимым и Временное правительство снимает с себя ответственность за последствия его отсутствия с фронта», — писал Антон Деникин. «Генерал Корнилов под влиянием штаба и всей совокупности слухов опасался какого-то непредвиденного действия относительно него», — показывал позже Филоненко.


171;Непредвиденное действие», которого опасались в Ставке, было предполагаемое покушение на жизнь Верховного главнокомандующего. «Решившись ехать, Корнилов все-таки принял меры предосторожности», — пояснял Павел Милюков. Сам Керенский, принимавший Корнилова в Зимнем дворце, жаловался впоследствии комиссии, расследовавшей дело Корнилова: «Прибыл и вошел ко мне с пулеметами — вот насколько было с его стороны отношение дружеское. <…> Впереди ехал автомобиль с пулеметом и сзади автомобиль с пулеметом. Текинцы внесли два мешка с пулеметами и положили в вестибюле». Уроженцы Средней Азии, текинцы были личной охраной Корнилова. Они были необычайно преданны генералу и называли его Великим Бояром.

Корнилов рассчитывал получить окончательное согласие правительства на предлагаемые им реформы, однако Керенский, без ведома которого генерал был вызван в Петроград, заявил, что он не ознакомлен с новым вариантом записки, в котором были ранее отсутствовавшие разделы о милитаризации заводов и железных дорог. Он отказался рассматривать записку на заседании кабинета и внес ее лишь на обсуждение «триумвирата» Временного правительства, состоявшего из него самого, его заместителя Николая Некрасова и министра иностранных дел Михаила Терещенко. «По рассмотрении доклада мне было заявлено, что правительство соглашается на все предложенные мной меры, вопрос же об их осуществлении является вопросом темпа правительственных мероприятий», — показывал позже генерал Корнилов.


При этом фактический составитель записки — Борис Савинков — на совещание допущен не был, очевидно, из-за обиды Керенского на вызов Корнилова без его санкции. Вообще, отношения Керенского с Савинковым в этот период резко ухудшились. Когда Керенский заявил о записке Корнилова, «что он ни в каком случае и ни при каких обстоятельствах такой докладной записки не подпишет», Савинков ответил, что «в таком случае докладную записку во Временное правительство представит сам генерал Корнилов», и подал в отставку. Дальнейшие события вокруг отставки Савинкова — это отдельная маленькая эпопея. Суть ее субъективно, но весьма лаконично изложена Николаем Сухановым: «Перед отъездом на совещание в Москву он (Савинков — прим. ТАСС) подал в отставку; это произошло на почве колебаний Керенского полностью удовлетворить требования Корнилова. Но это было несерьезно — заведомо для всех. Это было наивное вымогательство у расхлябанного Керенского, причем Савинков исходил из правильной предпосылки, что серьезных и принципиальных разногласий между премьером и Главковерхом нет. По возвращении из Москвы было сообщено официально, что Савинков остается».

«Члены Временного правительства узнали о приезде Верховного только 10 (23) августа из газет, и на вопрос Федора Кокошкина (Федор Кокошкин — кадет, государственный контролер Временного правительства) министр-председатель обещал, что доклад состоится вечером.


день прошел, и 11 (24) августа, также из газет, они узнали о предстоящем оставлении своего поста Савинковым ввиду разногласий с военным министром и невозможности провести известные военные реформы, а также с большим изумлением прочли, что Корнилов ночью отбыл в Ставку. В этот же день Кокошкин предъявил министру-председателю ультимативное требование, чтобы правительство немедленно было ознакомлено с запиской Корнилова, угрожая в противном случае выходом в отставку всей кадетской группы <…>. Вечером состоялось заседание, в котором Керенский прочел первую записку Корнилова и дал по ней весьма уклончивые объяснения», — писал Антон Деникин.

Керенский затягивал рассмотрение «корниловской программы» Временным правительством, потому что опасался реакции Советов на проведение подобных реформ, которые были бы восприняты ими как наступление на завоевания революции и могли стоить ему премьерского кресла, так как Советы были по сути единственной опорой Керенского.

В такой обстановке страна подходила к Государственному совещанию, которое должно было пройти в Москве с 12 по 15 (25–28) августа.

Источник: 1917.tass.ru

В хаотическом калейдоскопе событий в России, последовавших после Февральской революции, особо выделяется мятеж генерала Л. Г. Корнилова. Историки до сих пор ломают копья: какая оценка правомерна тем августовским событиям 1917 года? Как стали бы развиваться события в России, окажись выступление Корнилова успешным?


Думается, что размышления вокруг этих событий будут вестись ещё долгое время…

Атмосфера в Петрограде была неспокойной с весны 17-го года. В обстановке полного тупика, в котором к этому времени оказалась армия (уже практически не воевавшая и стоящая на грани полнейшего разложения), большинство людей в армейских кругах видели единственным выходом из сложившегося положения введение военной диктатуры.

Идея «крепкой руки» витала и в кругах значительной части бывшего царского чиновничества, которое связывала с новой сменой власти надежды на возвращение на государственную службу.

Даже в самом Временном правительстве находились умеренные революционеры (в основном, из числа «кадетов»), разочаровавшиеся в бесконечном потоке лозунгов и увещеваний на митингах, и тоже видевшие спасение в установлении диктатуры.

Очень опасались министры Временного правительства и сам А. Ф. Керенский и порядком преувеличенную на тот момент времени угрозу восстания большевиков. Керенский, после Июльского большевистского выступления, предпринял попытку расформирования и выведения из города заражённых большевистской пропагандой полков (Солдатская секция Петроградского совета, однако, отказала в правомерности этого решения).

Керенский, понимая, что теряет контроль над складывающейся ситуацией, решает тоже опереться на армию и сменяет «социалиста и республиканца» Брусилова Корниловым на посту Верховного Главнокомандующего армией.


Личность Корнилова стала известной в России после событий 1916 года, когда он сумел бежать из австрийского плена. 2 марта 1917 года Корнилов по поручению начальника Главного штаба генерала Михневича быд назначен ещё Николаем II командующим Петроградского военного округа.

Лавр Корнилов был сторонником самых жёстких мер в деле наведения порядка. Среди его требований было: введение смертной казни в тылу и на фронте, полное подчинение транспортной отрасли верховному командованию, привлечение работы промышленности исключительно на фронтовые нужды и абстрагирование политического руководства от военных дел.

Отдельным пунктом программы Лавра Георгиевича стояла «разгрузка» Петрограда от нежелательных и вредных военных элементов. Планировалось с помощью сохранивших боеготовность фронтовых частей произвести разоружение Петроградского гарнизона и вывести революционные войска на фронт. Кронштадтский гарнизон при этом подлежал полной ликвидации, как главный очаг революционных настроений. Сам Петроград предполагалось перевести на военное положение.

В планах по «разгрузке» Петрограда уже проявляются разногласия в политических целях, которые ставили перед собой её организаторы. А. Ф. Керенский подготавливал почву для избавления от влияния Советов и сосредоточения единоличной власти в собственных руках. Военный генералитет же (в целом оппозиционный Временному правительству) ставку делал на военную диктатуру.


Сам Корнилов, чувствующий словно наэлектризованную атмосферу, подогреваемую уставшими от хаоса и беспорядков простыми людьми, словно поверил в этот момент в свою исключительность и провиденциальность того, что именно он должен стать во главе страны.

Несмотря на то, что Корнилов считался плохим политиком даже в своём ближайшем окружении, Лавр Георгиевич разработал перед мятежом целую политическую программу. Она включала в себя множество пунктов: восстановление дисциплинарного права командиров в армии и на флоте, отстранение комиссаров Временного правительства от вмешательства в действия офицеров, ограничение прав солдатских комитетов, запрет митингов в армии и забастовок на оборонных заводах, Кроме этого, Корнилов предполагал перевести на военное положение всю систему железных дорог, промышленность, работавшую на фронтовые нужды, а действие закона о смеритной казни распространить и на тыловые части.

Политическая часть программы Корнилова включала в себя упразднение Советов в тылу и на фронте, запрещение деятельности профсоюзных комитетов на фабриках, введение цензуры в армейскую печать. Верховная власть должна была перейти к Совету народной обороны, в который бы вошли сам Корнилов, Керенский, А. В. Колчак, Б. В. Савинков и другие.

Всероссийское Учредительное собрание предполагалось созвать либо после окончания войны, либо же – созвать его и распустить в случае несогласия с решениями, принятыми верхушкой военных диктаторов.

Задумывая своё выступление в Петроград, Лавр Корнилов рассчитывал на поддержку таких организаций, как Союз офицеров, Военная Лига, и руководством именно этих организаций Корнилову был предложен план наступления на Петроград. Под обоснованием того, что 27 августа, – в честь полугодия с момента свержения царской власти, — левые силы начнут в столице демонстрации, которые затем перерастут в беспорядки с целью захвата власти, Корнилов (легально, по согласованию с Керенским) начал перебрасывать военные части к столице. Это был 3-й конный корпус дивизия генерала А. М. Крымова и Туземная (неофициально называющаяся «Дикой», состоявшей из кавказских конных воинов) генерал-лейтенанта Д. П. Багратиона. Помимо этого, с севера, со стороны Финляндии на Петроград двигался кавалерийский корпус генерал-майора А. Н. Долгорукова.

25 августа верные Корнилову части выдвигаются на Петроград, рассчитывая ко всему прочему на поддержку ранее отбывших в город верных ему офицеров, сотрудничавших с Союзом офицеров, Военной Лигой и прочими организациями. При этом, Корнилов рассчитывал и на поддержку Правительства, считая мелкие разногласия с премьер-министром Керенским несущественными в общей для них цели: осуществления в России диктаторской власти.

У Александра Керенского, однако, как оказалось была своя точка зрения на развивающиеся события. Почуяв, что намечается что-то серьёзное, он отказывается от требования кадетов «сдать власть» и сам переходит в атаку, подписав 27 августа указ о смещении Л. Г. Корнилова с поста Главнокомандующего, при этом объявив его мятежником. Керенский распускает кабинет министров, присваивает себе «диктаторские полномочия» и объявляет себя Верховным Главнокомандующим. От каких-либо переговоров с Корниловым Керенский отказался.

Корнилов в этот момент уже оказался в проигрышном положении: действиями белорусских Советов военная Ставка (находившаяся в Могилёве) была отрезана от фронтовых территорий, армейские солдатские комитеты армий Юго-Западного фронта арестовали своих командиров, и был арестован главнокомандующий этого фронта – А. И. Деникин. Также были изолированы и другие сторонники Корнилова на фронте, в других российских городах (генерал Крымов, осознавший бесперспективность мятежных действий застрелился 31 августа). Сам Лавр Корнилов был арестован 2 сентября.
После провала корниловского мятежа Александр Керенский провозгласил Россию республикой, власть перешла Директории, состоящей из пяти человек во главе с ним самим.

Таким образом, можно сказать, что Керенский в своём стремлении балансировки между левыми силами, преобладавшими в Советах, и армейскими кругами, придерживающимися правых жёстких позиций, в определённой момент (реально угрожавшей его властным амбициям) выбрал сторону первых. В результате этого в стране возросло политическое влияние Советов, и как следствие – большевиков.

Генералитет, узники быховской тюрьмы осенью 1917 года. По номерам: 1. Л. Г. Корнилов. 2. А. И. Деникин. 3. Г. М. Ванновский. 4. И. Г. Эрдели. 5. Е. Ф. Эльснер. 6. А. С. Лукомский. 7. В. Н. Кисляков. 8. И. П. Романовский. 9. С. Л. Марков. 10. М. И. Орлов. 11. Л. Н. Новосильцев. 12. В. М. Пронин. 13. И. Г. Соотс. 14. С. Н. Ряснянский. 15. В. Е. Роженко. 16. А. П. Брагин. 17. И. А. Родионов. 18. Г. Л. Чунихин. 19. В. В. Клецанда. 20. С. Ф. Никитин. Осень 1917 года

Источник: topwar.ru

КОРНИЛОВА ВЫСТУПЛЕНИЕ 1917 года (Корниловский мятеж 1917), попытка высшего военного руководства во главе с Верховным главнокомандующим вооруженными силами России генералом от инфантерии Л. Г. Корниловым установить в стране сильную государственную власть. После неудачи Июньского наступления 1917 года военное руководство России пришло к выводу, что главной причиной распада и поражений армии являлась её демократизация в результате Февральской революции 1917 (Приказ № 1 по армии и флоту и т.п.). Корнилов выдвинул нашедшую поддержку среди значительной части офицерского корпуса программу по восстановлению обороноспособности страны: введение смертной казни в тылу, милитаризация железнодорожного транспорта и оборонных предприятий, ограничение полномочий войсковых комитетов.

В августе 1917 года, в условиях активизации как консервативных, так и радикальных сил после Государственного совещания 1917, правительство получало сообщения о том, что часть офицеров в Ставке Верховного главнокомандующего (г. Могилёв) готовит антиправительственный заговор, а большевики — массовое выступление, сходное с июльскими событиями 1917 года. 22 августа (4 сентября) по приказу А. Ф. Керенского в Ставку прибыл управляющий делами Военного министерства Б. В. Савинков для проверки на месте данных об антиправительственном заговоре и согласования со Ставкой мер по реализации предложений Корнилова (Керенский намеревался одобрить их официально). Для предупреждения и подавления ожидавшихся массовых выступлений Савинков и Корнилов договорились о введении военного положения и создании военно-полевых судов в столице, Петроградской губернии и Кронштадте. Для обеспечения режима военного положения решено было привлечь находившийся в районе Псков — Великие Луки 3-й конный корпус с условием заменить его командира генерал-лейтенанта А. М. Крымова, известного монархическими взглядами. Условие не было выполнено Корниловым, который также вопреки возражениям Савинкова решил использовать и Туземную («Дикую») дивизию, состоявшую из горцев Северного Кавказа. В тот же день, 22 августа (4 сентября), бывший обер-прокурор Синода В. Н. Львов от имени некоей группы лиц предложил Керенскому создать «национальное правительство» из представителей предпринимательских и военных кругов и включить в него Корнилова, подчеркнув, что многие офицеры Ставки желают установления его диктатуры. 24-25 августа (6-7 сентября) Львов дважды встретился с Корниловым в Ставке, представившись доверенным лицом Керенского, хотя и не получал от него каких-либо полномочий. Полагая, что Львов имеет поручение выяснить его отношение к установлению его собственной диктатуры, Корнилов заявил Львову, что не откажется взять власть, если к нему поступит соответствующая просьба, а также предложил Керенскому и Савинкову прибыть в Ставку для обеспечения их безопасности в случае массовых выступлений в Петрограде. Львов, представившийся посланником Корнилова, 26 августа (8 сентября) сообщил Керенскому, что Корнилов якобы требует передачи военной и гражданской власти в его руки и отставки всех министров, включая министра-председателя. Керенский, не пытаясь с достаточной основательностью проверить слова Львова, арестовал последнего и добился согласия большинства министров на предоставление ему чрезвычайных полномочий. Корнилов, действуя в соответствии с достигнутыми с Савинковым соглашениями, в тот же день, 26 августа (8 сентября), отдал приказ о движении войск под командованием Крымова на столицу. 27 августа (9 сентября) Керенский отдал приказ направить войска в места прежней дислокации, объявил об отстранении Корнилова от должности Верховного главнокомандующего и о принятии верховного командования на себя. Однако 28 августа (10 сентября) Корнилов приказал войскам продолжать движение на Петроград, заявив, что Временным правительством совершена «великая провокация» и что оно действует в соответствии с планами германского генштаба.

В этих условиях большевики, эсеры, меньшевики и другие социалистические партии выступили в защиту Временного правительства. Л. Г. Корнилова из крупных политических партий поддержала (но не оказала помощи) только Конституционно-демократическая партия [министры-кадеты 27 августа (9 сентября) подали в отставку, фактически выражая солидарность с Корниловым]. Против войск Крымова были направлены части петроградского гарнизона, моряки Балтийского флота и отряды Красной гвардии. На подступах к столице и в самом городе началось строительство оборонительных укреплений. 28-29 августа (10-11 сентября) движение войск, направленных Корниловым, прекратилось, под воздействием пропаганды левых партий они вышли из повиновения и отказались подчиняться начальникам; свою роль сыграли также саботаж железнодорожников и замешательство в войсках, вызванное противоречивыми приказами А. Ф. Керенского и Корнилова. 30 августа (12 сентября) Керенский вызвал А. М. Крымова в Петроград, где 31 августа (13 сентября) после их встречи Крымов, убедившись в провале Корнилова выступления, застрелился. Корнилов, поддержавшие его некоторые другие генералы Ставки и командующий Западным фронтом генерал-лейтенант А. И. Деникин 1-2 (14-15) сентября были арестованы и вскоре переведены в г. Быхов.

Корнилова выступление 1917После провала Корнилова выступления усилилось влияние в армии и советах большевиков, сыгравших активную роль в организации борьбы с Л. Г. Корниловым. Они предсказывали возможность второй «корниловщины», тем самым привлекая массы на свою сторону. Петроградский [31 августа (13 сентября)] и Московский [5(18) сентября] советы рабочих и солдатских депутатов приняли предложенные большевиками резолюции, фактически призывавшие к передаче политической власти советам. Временное правительство продолжало терять свой авторитет. Армейские высшие чины окончательно убедились в том, что правительство не способно предотвратить развал страны.

После Октябрьской революции 1917 года генерал-лейтенанты А. И. Деникин, С. Л. Марков, И. П. Романовский и др. тайно покинули г. Быхов, где они содержались после ареста по делу Корнилова. По приказу Н. Н. Духонина, отданному накануне прибытия в Ставку нового Верховного главнокомандующего — прапорщика Н. В. Крыленко, в ночь на 19 ноября (2 декабря) Быхов оставил и Корнилов в сопровождении Текинского полка, под охраной которого он находился. Прибыв в Новочеркасск, участники Корнилова выступления сформировали Добровольческую армию, которая положила начало Белому движению.

Источн.: Керенский А. Ф. Дело Корнилова. М., 1918; К истории корниловщины // Красная летопись. 1924. № 1; Савинков Б. В. Генерал Корнилов. Из воспоминаний // Былое. 1925. № 3; Мятеж Корнилова. Из белых мемуаров. Л., 1928; Революционное движение в России после свержения самодержавия. М., 1957; The Russian provisional government, 1917: documents / Ed. R. Browder, А. Kerensky. Stanford, 1961. Vol. 3; Дело генерала Л. Г. Корнилова: Материалы Чрезвычайной комиссии по расследованию дела о бывшем Верховном главнокомандующем генерале Л. Г. Корнилове и его соучастниках. Август 1917 -июнь 1918. М., 2003. [Т. 1-2].

Лит.: Владимирова В. Контрреволюция в 1917 г. (корниловщина). М., 1924; Мартынов Ε. И. Корнилов. Попытка военного переворота. Л., 1927; Иванов Н. Я. Корниловщина и ее разгром. Л., 1965; White J.-D. The Kornilov affair // Soviet Studies. 1968. Vol. 20. № 2; Иоффе Г. 3. Белое дело. Генерал Корнилов. М., 1989; Катков Г. М. Дело Корнилова. М., 2002; Ушаков А., Федюк В. Л. Корнилов. М., 2006.

Г. З. Иоффе.

Источник: knowledge.su

Корниловский мятеж 1917 года (кратко)

Начало революции никогда не дает ответы на вопросы о том, что будет в результате. Революция всегда только открывает перспективы для новых возможностей. Ряд личностей либо партий всегда пытаются ими воспользоваться, чтобы повернуть революционный ход в свое русло. Так было во всех революциях, начиная от революции в Нидерландах в ХVI столетии и заканчивая революционными событиями ХХІ века. Однако в каждой революции всегда будут существовать силы, целью которых будет вернуть старый порядок или хотя бы сохранить основные его черты. Революционные события 1917 года в России не исключение.
В феврале 1917 года Николай ІІ отрекся от престола, власть перешла к Временному правительству. Перед новой властью встал ряд заданий, главными из них были вопросы мира и земли. На западе продолжались боевые действия между Россией и объеденными войсками Австро-Венгрии и Германии. В условиях падения монархии многие солдаты перестали выполнять приказы, в армии начались массовые дезертирства и добровольные массовые покидания фронта. Первые, кто был недоволен властью Временного правительства, были российские генералы. В июле возник так называемый «правительственный кризис», часть деятелей Временного правительства ушли в отставку, большинство заняли социалисты, а главой стал Ф.Керенский. Во время этих событий партия В.Ленина попыталась впервые захватить власть, но их планы не осуществились. Однако для многих, в частности для генералов армии, эти события показали бессилия новой власти решить задачи государственной важности. Несколько командующих решили осуществить переворот и установить военную диктатуру с возможностью возврата Романовых на трон, следовательно, с перспективой возрождения империи. Во главе этих генералов стал Лавр Георгиевич Корнилов.
Несколько слов о будущем руководителе мятежа. Генерал Российской армии в годы Первой мировой войны Л.Корнилов, а до этого участник русско-японской, в июле 1917 года был назначен Верховным главнокомандующим юго-западного фронта. Был ярым монархистом, следовательно, с началом Февральской революции особой радости не испытал. Неудачи на военном фронте (потеря части Западной Украины, оккупация немцами Риги в августе 1917 года) окончательно склонили Корнилова к организации и проведению военного переворота. Еще в июле он обратился к Временному правительству с предложением возобновить смертную казнь на фронте для усиления военной дисциплины. Однако его требования были отклонены.
25 августа 1917 года генерал Корнилов отдал приказ 3-му конному корпусу под руководством Крымова начать наступление с территории Белоруссии на Петроград. 26-27 августа по всей стране прошли известия о начале контрреволюции. Во многих городах бывшей империи были созданы Комитеты охраны революции. В них массово вступали рабочие и интеллигенция, не желавшая потерять все достижения революции. На их сторону начали переходить солдаты и генералы, и в следствие они перестали выполнять приказы генерала Корнилова. Как раз 26 августа за этими событиями впервые закрепилось определение «мятеж». Именно так назвал это военное выступление Ф.Керенский на заседании Временного правительства. 28 августа Корнилова объявили «изменником и предателем». Однако на его сторону перешли некоторые члены Союза офицеров во главе с А.Калединым. На сторону Временного правительства для победы над общим врагом переходят большевики. Еще 27 августа были арестованы ряд генералов, среди них был будущий лидер «белого» движения А.Деникин. 1 сентября арестовали самого Корнилова. Лидеров мятежа отправили в Быховскую тюрьму, недалеко от белорусского города Могилева. Контрреволюция потерпела поражение.
Многие заключенные после октябрьского большевицкого переворота смогли сбежать, и выехать на Дон, где вступили в ряды Добровольческой армии, названой в результате «белым» движением. Среди участников был и Л.Корнилов. В апреле 1918 года он погиб при боях на территории Кубани за Катеринодар (ныне Краснодар), после этого «белое» движение возглавил А.Деникин.
Главным итог Корниловского мятежа является остановка контрреволюции. Но в тоже время остались сторонники и приверженцы монархизма, вступившие позже в «белое» движение, и получавшие огромную поддержку от стран Антанты (в первую очередь, Англии и Франции). Поэтому события августа 1917 года можно считать началом гражданской войны, а вернее первым ее этапом. Главными соперниками были монархисты с одной стороны и сторонники революции в России с другой. После прихода к власти большевиков начался новый этап внутреннего противостояния, закончившийся только в 1920 году с победой Красной Армии над армией генерала Врангеля.
Корниловский мятеж был неудачным, однако он показал, что в ходе революции всегда есть место альтернативе. Ход революционных соревнований может повернуть в разные стороны. Корниловцы хотели повернуть в сторону правой идеологии: монархизма и консерватизма. Однако в итоге революция свернула влево: в сторону социализма и коммунизма. Корнилов и его сторонники окончательно показали большевикам всю слабость нового режима, а также тот факт, что действовать нужно в кратчайшие сроки. Всего через два месяца после Корниловского мятежа большевики скинули Временное правительство и захватили власть в стране.

Источник: www.istmira.com


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.