Софья августа

21 августа 1745 года

Из всех детей Петра Великого и Екатерины I повзрослеть смогли только две дочери — Анна и Елизавета. Остальные умерли маленькими. Анну, любимую дочку Петра, выдали замуж за герцога Карла Фридриха Гольштейн-Готторпского. Она родила ему сына Карла Петера Ульриха и умерла от последствий тяжелых родов… Елизавета же осталась в России, замуж не вышла, хотя многие сватались к ней, ведь она была не только дочерью царя, но и признанной красавицей! В 1741 году Елизавета встала во главе военного переворота и взошла на трон. «Искру Петра» с радостью признали императрицей, и правление ее было одним из самых благополучных в России, но выйти замуж она так и не решилась: опасалась, что супруг будет соперничать с ней за трон. Однако вопрос престолонаследия надо было решать, и Елизавета назначила своим наследником единственного, в ком текла кровь ее великого отца, — своего племянника Карла Петера Ульриха. Мальчика привезли в Россию, и он принял православие, сделавшись великим князем Петром Федоровичем. Увы, от деда и от тетки он не унаследовал ничего: Елизавета понимала, что из взбалмошного, глуповатого, злоупотребляющего алкоголем наследника не выйдет достойного правителя. Надежда была только на министров, которые будут окружать его… И на жену, которую Елизавета ему подыщет.


Великий князь Петр Федорович и принцесса Софья-Фредерика-Августа Ангальт-Цербстская. Художник Г. Гроот

Выбор русской императрицы пал на принцессу Софью-Фредерику-Августу Ангальт-Цербстская. Она происходила из семьи небогатой и из герцогства настолько маленького, что, в отличие от более могущественных стран, родина невесты наследника престола российского не могла попытаться влиять на политику России. К тому же Софья-Фредерика-Августа, которую домашние называли Фигхен, или Фике, была здорова, что важно для продолжения рода, и, по отзывам, несмотря на юный возраст, умна.

Елизавета повелела, чтобы пятнадцатилетняя Софья-Фредери-ка-Августа вместе с матерью Иоанной-Елизаветой Ангальт-Цербстской прибыли в Россию. Собирались спешно, да и собирать было нечего. «Два или три платья, дюжина сорочек, столько же чулок и носовых платков», — вспоминала Иоанна-Елизавета. За Фике приданого не давали, российская императрица обещала полностью одеть и осыпать украшениями невесту своего племянника.

В России приняли обеих принцесс торжественно и ласково. И тут обе они — и мать, и дочь — проявили себя по-разному.


ть от обилия роскошных подарков и почтения, которого у себя на родине не видела, зазналась, понадеялась, что теперь имеет какую-то власть, какой не имела прежде, и вообще неправильно оценила свое положение при дворе и неправильно себя повела. Не говоря уже о том, что наделала многотысячных карточных долгов и вообще вела себя «нескромно». И была очень груба со своей дочерью, которая в свою очередь пленила всех придворных своею скромностью, умом и прилежанием. Фике так старательно учила русский язык, что даже ночью вставала — чтобы повторить урок. В результате, сидя над книгами по ночам, Фике простудилась и захворала так тяжело, что едва не скончалась. Мать уже хотела звать к ней пастора для совершения последнего обряда… Но Фике, в полуобмороке от жара, попросила позвать Симеона Тодорского, православного священника, который уже воспитывал великого князя и еще только познакомился с будущей великой княгиней. Даже будучи при смерти, эта девочка проявила себя умной и дальновидной. Ее стремление к православной вере оценили и при дворе ее полюбили.

28 июня 1744 года Софья-Фредерика-Августа перешла из лютеранства в православие. Она получила имя Екатерины Алексеевны: то же имя и отчество, что и у матери Елизаветы — Екатерины I, бывшей Марты Скавронской. На следующий день она была обручена с будущим императором. К свадьбе готовились долго и старательно, день торжества несколько раз откладывали, потому что императрица Елизавета хотела устроить по-настоящему великолепный праздник.


Историк Кондратий Валишевский писал:

«В России не бывало еще церемонии подобного рода. Брак царевича Алексея, сына Петра I, совершился в Торгау, в Саксонии, а до него наследники московского престола не были будущими императорами. Написали во Францию, где только что отпраздновали свадьбу дофина; справились и в Саксонии. Как из Версаля, так и из Дрездена пришли самые точные описания, даже рисунки, изображающие малейшие подробности торжества; их надлежало не только повторить, но и превзойти. Как только вскрылась Нева, стали приходить немецкие и английские пароходы, привозя экипажи, мебели, материи, ливреи, заказанные во всей Европе. Христиан-Август прислал несколько цербстских материй, вытканных золотом и серебром. Тогда носили узорчатые шелка с золотыми и серебряными цветами на светлом фоне. Они вырабатывались в Англии и Цербсте, занимавшем, по отзыву знатоков, второе место в этом производстве. Празднества должны были продолжаться до 30-го.

Английский посланник Гиндфорд пишет в своих депешах, что он никогда не видывал кортежа более великолепного, чем тот, что сопровождал Екатерину в Казанский собор. Церковный обряд начался в десять часов утра и кончился лишь в четыре часа пополудни. Православная церковь, по-видимому, добросовестно отправила свои обязанности. В продолжение последующих десяти дней празднества шли непрерывной чередой. Балы, маскарады, обеды, ужины, итальянская опера, французская комедия, иллюминации, фейерверки — программа была полная.


Принцесса Цербстская оставила нам любопытное описание самого интересного дня — дня бракосочетания: “Бал продолжался всего полтора часа. Затем ее императорское величество направилась в брачные покои, предшествуемая церемониймейстерами, обер-гофмейстером ее двора, обер-гофмаршалом и обер-камергером двора великого князя; за ней шли новобрачные, держась за руку, я, мой брат, принцесса Гессенская, гофмейстерина, статс-дамы, камер-фрейлины, фрейлины. По прибытии в апартаменты мужчины удалились тотчас же, как вошли все дамы, и двери закрылись. Молодой супруг прошел в комнату, где ему надлежало переодеться. Принялись раздевать новобрачную. Ее императорское величество сняла с нее корону; я уступила принцессе Гессенской честь одеть на нее сорочку, гофмейстерина надела на нее халат, а остальные дополнили ее великолепный домашний туалет.

За исключением этой церемонии, — замечает принцесса Цербстская, — раздевание невесты берет здесь гораздо менее времени, чем у нас. Ни один мужчина не смеет войти с той минуты, как супруг вошел к себе, чтобы переодеться на ночь. Здесь не танцуют танца с гирляндой и не раздают подвязок. Когда великая княгиня была готова, ее императорское величество прошла к великому князю, которого одевали обер-егермейстер граф Разумовский и мой брат. Императрица привела его к нам. Его одеяние было схоже с одеянием его супруги, но было менее красиво. Ее императорское величество преподала им свое благословение; они приняли его, стоя на коленях. Она их нежно поцеловала и оставила принцессу Гессенскую, графиню Румянцеву и меня, чтобы мы уложили их в кровать. Я попыталась было выразить ей свою благодарность, но она меня осмеяла».


Мы обязаны также перу Иоанны-Елизаветы описанием апартаментов, отведенных молодым супругам.

«Эти апартаменты состоят из четырех комнат, одна прекраснее другой. Богаче всех кабинет: он обтянут затканной серебром материей с великолепной шелковой вышивкой разных цветов; вся меблировка подходящая: стулья, шторы, занавеси. Спальня обтянута пунцовым, отливающим алым бархатом, вышитым серебряными выпуклыми столбиками и гирляндами; кровать вся покрыта им; вся меблировка подходящая. Она так красива, величественна, что нельзя смотреть на нее без восторга».

Торжества закончились особой церемонией, никогда уже более не повторявшейся. В последний раз был спуск на воду «дедушки русского флота», ботика, построенного, согласно преданию, самим Петром Великим. Указом от 2 сентября 1724 года Петр повелел спускать его каждый год 30 августа, а остальное время года сохранять в Александро-Невской лавре. После его смерти и ботик и указ были забыты. Елизавета вспомнила про них лишь в 1744 году и повторила эту церемонию на следующий год по случаю бракосочетания своего племянника. Пришлось построить плот, чтобы поддерживать ботик, так как он уже не держался на воде. Елизавета торжественно взошла на него и поцеловала портрет своего отца, прикрепленный к мачте.


Через месяц Иоганне-Елизавете пришлось оставить русский двор, хотя ей очень этого не хотелось: она привыкла к здешней роскоши и не хотела возвращаться в Цербст, казавшийся ей теперь убогим. Но причин задерживаться далее не было. Во время официального прощания она бросилась к ногам императрицы Елизаветы и умоляла простить ей все причиненные неприятности — возможно, в надежде на то, что добрая императрица смилуется и позволит ей еще погостить. Елизавета отвечала, что «говорить об этом слишком поздно и что если бы принцесса была всегда так скромна, это было бы гораздо лучше для всех». А тем временем дочь Иоганны-Елизаветы, в прошлом — принцесса Фике, а теперь — шестнадцатилетняя великая княгиня Екатерина Алексеевна, делала первые шаги к своему будущему, которое в истории останется как «золотой век Екатерины».

Следующая глава >

Источник: info.wikireading.ru

Молодые годы

София Фредерика Августа Ангальт-Цербстская родилась 2 мая 1729 года в германском Штеттине, которым управлял ее отец. Дядя Софии Августы был королем Швеции. Вообще родословная этой девушки была богата известными и знатными личностями, правда, в основном, они пришлись на материнскую ветвь ее генеалогического древа. Венчал материнскую родословную Кристиан I — правитель Дании, Норвегии и Швеции, первый герцог Шлезвиг-Голштейнский.

София Фредерика Августа Ангальт-Цербстская


Семья Софии не отличалась большим достатком, но девушка получила домашнее образование. Она преуспела в изучении иностранных языков и гуманитарных наук, была активной, любознательной, напористой. Обожала верховую езду в целом и прогулки верхом в частности. Мать Фредерики не питала особой любви к своей дочке, поскольку все ждали сына, а родилась дочь, и дома девочку звали Фике.

Когда девушке было пятнадцать лет, русская императрица Елизавета выбрала ее невестой для своего племянника — Карла Петера Ульриха, более известного как Петр Третий.

София Фредерика Августа Ангальт-Цербстская приехала в Российское государство в 1744 году тайно совместно со своей матерью. Меньше, чем через полгода после прибытия — 9 июля, София Фридерика вышла из лютеранства, приняла православие и была крещена именем Екатерина Алексеевна.

Роль Софии Фредерики Августы Ангальт-Цербстской в истории России

1 сентября 1745 года София Фредерика Августа Ангальт-Цербстская, ныне Екатерина Алексеевна, венчалась с Петром Федоровичем. Семейная жизнь молодых супругов не стала счастливой, новоиспеченный муж не любил жену и не интересовался ею, она старалась не ревновать и находила утешение в объятиях других мужчин. О романах этой молодой особы ходили были и небылицы и при ее жизни и после смерти.


Однако 1 октября 1754 года Екатерина родила наследника престола — Павла Петровича. Но российская императрица лишила ее возможности самостоятельно воспитывать сына, забрав ребенка себе.

Несмотря на все ужасные ситуации, происходившие в жизни Екатерины, она оставалась любознательной и продолжала образование, это в будущем окажет огромное влияние на судьбу страны.

Источник: vseonauke.com

Правление Екатерины II наложило отпечаток на всё последующее культурное развитие России. Век её правления называют Веком Просвещённого Абсолютизма. Екатерине удалось просветить своих подданных и приблизить русскую культуру к западной. Так же она сделала существенные изменения и в механизмах управления государством.

Правление Екатерины II продолжалось более трёх с половиной десятилетий (1762-1796). Оно наполнено многими событиями во внутренних и внешних делах, осуществлением замыслов, продолжавших то, что делалось при Петре Великом.

Именно благодаря Екатерине II Россия увеличила территорию на КрыМУ, В СеверноМ Причерноморье, В СевернОМ КавказЕ,НА ЗападнОЙ УкраинЕ и НА другиХ ТЕРРИТОРИЯХ. И именно Екатерина начала давать дворянам привилегии и прочие блага за хорошую службу, позволила им выходить в отставку и работать на благо собственного кошелька и, соответственно, блага страны.


Также Екатерина II привечала у себя великих ученых и людей творчества.
Она переписывалась с философами Вольтером и Дидро, создала Эрмитаж, для которого приказывала скупить известнейшие картины, скульптуры и книги. И даже сама сочиняла стихи, рассказы и драмы, и выпустила сборник пословиц и поговорок. Но самое удивительное при этом, что Великая Екатерина родилась весьма далеко от России – в Штеттине, в семье прусского генерала. Настоящее ее имя – София Фредерика Августа Ангальт-Цербстская.
По образному выражению В. О. Ключевского "Екатерина II: была последней случайностью на русском престоле и провела продолжительное и необычайное царствование, создала целую эпоху в нашей истории" и, можно добавить, в историографии. Эта "последняя случайность" XVIII в. не смогла оставить равнодушной ни своих современников, ни потомков. На протяжении более 200 лет отношение к Екатерине II было неоднозначным, но мало кто оспаривал значение ее царствования для блага России.

И это несмотря на то, что ее столь многогранную личность нельзя подвести под определенный стереотип: для одних Екатерина II -просвещенная государыня, для других — тиранка, раздаривающая "крестьянские души", для кого-то — любвеобильная особа, сбившаяся в счете любовников. Для исследователей история царствования Екатерины II была, остается и, по всей видимости, еще долгое время будет оставаться одним из любимых объектов исследований.


r /> В отечественной историографии личность Екатерины II рассматривалась как в специальных монографиях и статьях, посвященных исключительно преобразованиям ее царствования или ее биографии, так и в работах общего характера, касающихся истории XVIII в., истории дипломатии, культуры, литературы или в трудах, посвященных деятелям ее царствования или фаворитам. К началу XXI в. библиография по этой проблематике насчитывает почти 600 названий.
Однако интерес к истории екатерининского времени не ослабевает и только за последние годы вышло несколько новых крупных исследований. Большинство публикаций было приурочено к юбилеям или годовщинам определенных реформ.

Я взяла эту тему, так как мне близка сама личность Екатерины. Как она могла достичь столь значительных успехов в своём правлении? Как могла немецкая девушка добиться того, чтобы русская гвардия сама возвела её на Российский престол?

Целью моего исследования является более подробное рассмотрение биографии и политической деятельности Екатерины II.
В своей работе я использовала метод исторической реконструкции событий в годы царствования Екатерины.

СОФИЯ АВГУСТА ФРЕДЕРИКА

Будущая российская императрица родилась 21 апреля 1729 года, была крещена по лютеранскому обряду и получила имя София Августа Фредерика (в домашнем обиходе – Фике). Произошло это в Прусском королевстве, в городе Штеттин. Новорожденная принадлежала к весьма знатному и древнему роду князей Ангальт-Цербстских, не обремененному, однако, обширными владениями и богатствами. Крошечное Цербстcкое княжество приносило мизерные доходы, которые еще необходимо было делить между несколькими ветвями владетельного княжеского рода, поэтому отец Фике, князь Христиан Август, вынужден был добывать средства для жизни службой в прусской армии. Мать новорожденной, княгиня Иоганна Елизавета происходила из еще более знатного рода. Она была отпрыском младшей ветви герцогов Голштейн-Готторпских из старинного дома государей Ольдебургских – одного из славнейших и знатнейших в Германии. Однако в описываемое время дела младших Голштейнов тоже шли далеко не блестяще.

Домашнее образование, которое получила Фике, было вполне добротным. Ее обучали этикету, языкам, рукоделию, танцам и пению. Она много читала, что, несомненно, способствовало ускоренному развитию интеллекта. Сопровождая мать в частых путешествиях, юная принцесса привыкла быть легкой на подъем, приобрела способность к быстрой адаптации в любом обществе. В 1738 году в возрасте 9 лет она познакомилась со своим троюродным братом и будущим мужем, 10-летним герцогом Голштейн-Готторпским Карлом Петером. Впрочем, в тот момент никто и не помышлял о возможности брачного союза двух отпрысков небогатых княжеских семей.

Все изменилось в ноябре 1741 года, когда в результате дворцового переворота в Петербурге на престол Российской империи вступила Елизавета Петровна, родная тетка Карла Петера Голштейнского. Бездетная и незамужняя императрица немедленно объявила своим наследником племянника Петрушу, сына любимой сестрицы Анны Петровны. Однако когда голштейнский отрок прибыл в Петербург, он неприятно удивил царицу явными огрехами своего воспитания и образования. Наследник явно не подавал надежд на то, что в будущем справится с ролью великого государя. Но – родная кровь, никого ближе у царицы не было. И добрая матушка Елизавета поспешила женить обретенного «сынка». Даст Бог, пойдут дети – правнуки Петра, род Романовых сохранится на царстве.

Фике была симпатичной девушкой, но красавицей ее не называли. С политической точки зрения она также не имела особых преимуществ – семья ее никаким самостоятельным влиянием не обладала. В общем, ей по-крупному повезло – в первый, но не в последний раз. Фике предстояло сделать то, что на языке XVIII именовалось «войти в случай», то есть понравиться царице, великому князю и снискать доверие при своенравном петербургском дворе. А двор был непростой. Более всего он напоминал театр, где шел перманентный спектакль с массой участников, кружившихся сверкающим хороводом вокруг непревзойденной примы – царицы Елизаветы. Реальные же дела при этом, как водится, вершились за кулисами. Трудно было органично встроиться в ансамбль виртуозов придворно-политической игры, еще труднее разобраться в хитрой механике отношений, управлявших придворным действом. Княгиня Иоганна и ее дочь на первых порах были встречены с радушием; Елизавета Петровна при встрече даже всплакнула, увидев в лице Иоганны Елизаветы черты, напомнившие покойного жениха. То была первая и последняя удача княгини при петербургском дворе. Вскоре легкомысленная Иоганна впуталась в интриги и была навсегда удалена из России.

Юная принцесса Фике, как могла, дистанцировалась от матери и всячески раболепствовала перед Елизаветой. Но главное – цербстская принцесса постаралась как можно скорее сделаться для императрицы и двора «своей». Вот выдержка из ее мемуаров: «Я, ставившая себе за правило нравиться людям, с какими мне приходилось жить, усваивала их образ действий, их манеру; я хотела быть русской, чтобы русские меня любили». Фике быстро освоила русский язык, хотя и десятилетия спустя не могла избавиться от акцента. Приняла православие, нарекшись Екатериной Алексеевной. Приобщение к русской православной церкви по тогдашним понятиям считалось присоединением к русской нации. Брак с великим князем Петром Федоровичем Романовым (он же Карл Петер Голштейн-Готторпский) окончательно установил высокое положение Екатерины при петербургском дворе.

СЕРДЦЕ ЕКАТЕРИНЫ

Брачный триумф принцессы Фике обернулся для нее самой настоящей драмой. Ибо семейная жизнь Петра и Екатерины не сложилась с самого начала. Они могли прекрасно ладить, пока были женихом и невестой – по сути, двумя детьми, оказавшимися в чужой и непонятной стране. Но став супругами, они обнаружили множество причин для взаимного недовольства. Петр отличался инфантилизмом и недостаточной воспитанностью – рано созревшей и хорошо вышколенной Екатерине он казался неотесанным, безнадежным недоумком.

Со временем у супругов проявились и более существенные расхождения взглядов и темпераментов, затрагивающие уже сферу политики. Великий князь открыто тяготился порядками, сложившимися при дворе Елизаветы, он не слишком высоко ставил Российскую империю и не скрывал своего преклонения перед Фридрихом II Прусским. Екатерина, очень многим обязанная прусскому королю и внутренне солидарная с ним по многим вопросам, считала совершенно неуместным восторженное отношение мужа к чужому монарху (далеко не дружественному по отношению к российскому государству и российской государыне). Тяжкий деспотизм императрицы Елизаветы с ее периодическими припадками раздражительности и подозрительности великая княгиня, в отличие от своего супруга, переносила терпеливо, как приступы дурной погоды, обусловленные климатическими особенностями России.

Но самое ужасное – между супругами не наладилась гармония интимных отношений. ПозднееЕкатерина во всем обвиняла Петра – дескать, он пренебрегал супружескими обязанностями. По некоторым же данным, именно Екатерина проявляла холодность к мужу уже в первые годы брака. Ситуация для Екатерины выглядела весьма трагично, ведь главной ее обязанностью было дать потомство роду Романовых. Не выполнив ее, она могла лишиться всего достигнутого в России. Не многим лучше чувствовал себя и Петр, который в течение нескольких лет пребывания подле капризной тетушки успел проявить себя не самым лучшим образом и утратил былое императрицыно благорасположение. В конце концов, они превозмогли себя и на девятом году брака, в 1754 году сотворили отпрыска, великого князя Павла Петровича. После этого супруги практически предоставили друг другу полную свободу.

Еще до рождения Павла возле великой княгини появился красавец-аристократ Сергей Салтыков. Став вторым мужчиной в жизни Екатерины, он первым сумел разжечь в ней огонь настоящей чувственности, который затем разгорался все ярче, обогревая и опаляя многочисленных любовников. Когда Салтыкова тактично удалили от двора, его место занял знатный польский шляхтич Станислав Понятовский. Их роман вскоре перестал быть тайной для окружающих, да и для самого Петра. Понятовский, в соответствии со своей должностью при посольстве Англии, стал активным участником интриг, которые прусская и британская дипломатия сплетали в Петербурге. Петр и Екатерина также были впутаны в перипетии опасной игры, направленной против политики императрицы Елизаветы. Когда дело раскрылось, Понятовский вынужден был спешно удалиться из России.

Покинутая польским красавцем, великая княгиня недолго страдала: в 1759 году ее сердцем овладел гвардеец Григорий Орлов, боевой офицер, отчаянный храбрец, кутила и бретер. Ему суждено было сыграть решающую роль в путче, поднявшем Екатерину на престол и избавившем ее от постылого мужа. Орлов продержался возле своей возлюбленной государыни полтора десятилетия. Затем вкусы Екатерины, уже входившей в пожилой возраст, стали меняться, очарование орловской телесной мощи и удали растаяло в накале страстей большой политики, в которой бравый гвардеец не мог быть достойным партнером. Далее у Екатерины прошла целая череда сердечных увлечений. И был лишь один любовник-сподвижник, настоящий помощник в делах царствования – Григорий Потемкин, светлейший князь Таврический. Потемкин оставался в фаворе у Екатерины до самой своей смерти. Последним фаворитом стал юнец Зубов, пытавшийся играть роль выдающегося государственного деятеля и выдвигавший ради этого совершенно фантастические прожекты, которые, впрочем, никто не воспринимал всерьез.

В последние годы царствования Елизаветы Петровны молодая великая княгиня достаточно ясно осознавала свои перспективы. Ключевая мысль этого осознания была выражена еще в 1756 году в одном из писем Екатерины: «Я буду царствовать или погибну». Она понимала, что в той ситуации, которая создалась после фактического распада супружеских отношений с великим князем Петром, ей после кончины Елизаветы не удастся удержаться на престоле в качестве супруги царствующего монарха. В этих условиях у нее оставалась лишь одна надежда – на очередное взбрыкивание дикого коня, способного растоптать голштейнского принца вместе со всеми его легитимными правами на престол. Чудо-коня надо было заранее приручить и приучить к необходимости взбрыкнуть в назначенное время – для того и понадобился Григорий Орлов с его неукротимыми братьями, закадычными друзьями и собутыльниками, с их громадными связями по всем лейб-гвардейским полкам, с их общей, янычарской готовностью поставить на кон головы ради шанса поймать жар-птицу политической удачи.

ВОЙНА ПОБЕДОНОСНАЯ и БЕСПОЛЕЗНАЯ

К середине пятидесятых годов XVIII века ведущие страны Западной Европы разделились на две враждебные коалиции: Англия и Пруссия с одной стороны, Австрия и Франция с другой. У англичан и французов должен был решиться вековой спор из-за колоний и преобладания на морских торговых путях. Австрия мечтала вернуть Силезию, отторгнутую пруссаками в предыдущих войнах. Прусский король Фридрих II, постоянно нуждавшийся в деньгах для содержания своей армии, договорился с богатой Англией, получив субсидии в обмен на обязательство защищать английские интересы в Европе. Вена заключила союз с Парижем, покончив с наследственной враждой Габсбургов и Бурбонов.

Не то – Россия, которая в принципе обладала полной свободой действий, ибо не имела интереса ни в Силезии, ни в Бельгии, ни тем более в ост-индских и вест-индских колониях. Самым правильным выбором для Российской империи был бы активный нейтралитет, который позволил бы под шум большой европейской войны решить те или иные собственные задачи. Можно было бы, например, ударить по Турции и захватить кусок черноморского побережья. Примерно так действовал Петр I, овладевший берегами Балтики в момент, когда главные европейские державы заняты были войной за испанское наследство. Или, если бы не рискнули воевать с османами, можно было бы выждать подходящий момент, а потом предложить истощенным войной европейцам российский арбитраж при заключении мирного договора, подкрепив это предложение выдвижением стотысячной армии к западным рубежам империи. Были и еще варианты. А если бы захотелось воевать непременно в Европе, то логично было бы встать в единый строй со старыми друзьями – англичанами и пруссаками, получив при этом английские денежные субсидии и право захвата любых территорий к западу и юго-западу от тогдашней российской границы.

Встав под знамена австро-французской коалиции, императрица Елизавета действовала вопреки стратегическим интересам России. Этот поворот российской политики современники пытались объяснить хитроумными маневрами венских и французских дипломатов. Однако решение Елизаветы было предопределено спецификой ее собственной политической ментальности.

Не только разумом, но всем своим матриархальным инстинктом Елизавета ощутила во Фридрихе II некую фундаментальную угрозу для своей империи и для себя лично. С другой стороны, императрица как женщина искренне сочувствовала Марии-Терезии, в самом начале своего царствования «обиженной» Фридрихом. И к женолюбивому французскому королю российская государыня питала некую виртуальную привязанность, несмотря на всю сложность тогдашних российско-французских отношений.

Ход Семилетней войны был в целом успешен для России. Российская армия заняла Восточную Пруссию, побила пруссаков при Гросс-Егерсдорфе, затем потеряла чувствительное поражение в битве при Цорндорфе, а в 1759 году полностью поквиталась за Цорндорф, наголову разбив отборные войска Фридриха при Пальциге и Кунерсдорфе. В 1760 году русские даже заняли на короткое время Берлин.

Гораздо хуже шли дела политические. Союзники воевали не слишком удачно; к тому же, боясь усиления России, они постоянно нарушали взятые на себя обязательства, стараясь поставить «варварскую» империю в положение Ивана-дурака, выручающего «друзей» из всех бед, но не получающего за это ничего взамен. В конце победоносного для России 1759 года не кто иной, как сам победитель Фридриха при Кунерсдорфе фельдмаршал Салтыков советовал Елизавете заключить сепаратный мир, чтобы русская армия перестала играть роль марионетки в руках венских и версальских манипуляторов. Елизавета упорствовала, заявляя, что продаст последнее барахло из дома, но добьет «Ирода». Однако она не дожила до чаемой победы, которая могла обернуться для России худшими бедствиями, чем самое жестокое поражение. Ибо окончательный разгром Фридриха привел бы к такому усилению союзного тандема Габсбургов и Бурбонов, при котором Россия не могла бы и мечтать о каких-либо территориальных приобретениях в Причерноморье или где-то еще в Восточной Европе.

Источник: studopedia.ru

ЕКАТЕРИНА II Алексеевна (урожд. София Августа Фредерика, принцесса Анхальт-Цербстская) [21 апреля (2 мая) 1729

ЕКАТЕРИНА II Алексеевна (урожд. София Августа Фредерика, принцесса Анхальт-Цербстская) [21 апреля (2 мая) 1729, Штеттин — 6 (17) ноября 1796, Санкт-Петербург], российская императрица (с 1762-96). Происхождение, воспитание и образование Екатерина, дочь находившегося на прусской службе принца Христиана-Августа Анхальт-Цербстского и принцессы Иоганны-Елизаветы (урожденной принцессы Голштейн-Готторпской), состояла в родстве с королевскими домами Швеции, Пруссии и Англии.

Она получила домашнее образование: обучалась немецкому и французскому языкам, танцам, музыке, основам истории, географии, богословия. Уже в детстве проявился ее независимый характер, любознательность, настойчивость и вместе с тем склонность к живым, подвижным играм. В 1744 Екатерина с матерью была вызвана в Россию императрицей Елизаветой Петровной, крещена по православному обычаю под именем Екатерины Алексеевны и наречена невестой великого князя Петра Федоровича (будущий император Петр III), с которым обвенчалась в 1745.

Жизнь в России до вступления на престол Екатерина поставила себе цель завоевать расположение императрицы, своего мужа и русского народа. Однако ее личная жизнь складывалась неудачно: Петр был инфантилен, поэтому в течение первых лет брака между ними не существовало супружеских отношений. Отдав дань веселой жизни двора, Екатерина обратилась к чтению французских просветителей и трудам по истории, юриспруденции и экономике. Эти книги сформировали ее мировоззрение.

Екатерина стала последовательной сторонницей идей Просвещения. Она также интересовалась историей, традициями и обычаями России. В начале 1750-х гг. Екатерина завела роман с гвардейским офицером С. В. Салтыковым, а в 1754 родила сына, будущего императора Павла I, однако слухи о том, что Салтыков был отцом Павла, не имеют под собой оснований.

Во второй половине 1750-х гг. у Екатерины был роман с польским дипломатом С. Понятовским (впоследствии король Станислав Август), а в начале 1760-х гг. с Г. Г. Орловым, от которого она родила в 1762 сына Алексея, получившего фамилию Бобринский. Ухудшение отношений с мужем привело к тому, что она стала опасаться за свою судьбу в случае его прихода власти и принялась вербовать себе сторонников при дворе.

Показное благочестие Екатерины, ее рассудительность, искренняя любовь к России — все это резко контрастировало с поведением Петра и позволило ей завоевать авторитет как среди великосветского столичного общества, так и в целом населения Петербурга. Вступление на престол В течение шести месяцев правления Петра III отношения Екатерины с мужем (который открыто появлялся в обществе любовницы Е. Р. Воронцовой) продолжали ухудшаться, став явно враждебными. Возникла угроза ее ареста и возможной высылки.

Екатерина тщательно готовила заговор, опираясь на поддержку братьев Орловых, Н. И. Панина, К. Г. Разумовского, Е. Р. Дашковой и др. В ночь на 28 июня 1762, когда император находился в Ораниенбауме, Екатерина тайно прибыла в Петербург и в казармах Измайловского полка была провозглашена самодержавной императрицей.

Вскоре к восставшим присоединились солдаты других полков. Весть о восшествии Екатерины на престол быстро разнеслась по городу и была с восторгом встречена петербуржцами. Для предупреждения действий свергнутого императора были посланы гонцы в армию и в Кронштадт. Между тем Петр, узнав о происшедшем, стал посылать к Екатерине предложения о переговорах, которые были отвергнуты.

Сама императрица во главе гвардейских полков выступила в Петербург и по дороге получила письменное отречение Петра от престола. Характер и образ правления Екатерина II была тонким психологом и прекрасным знатоком людей, она умело подбирала себе помощников, не боясь людей ярких и талантливых.

Именно поэтому екатерининское время отмечено появлением целой плеяды выдающихся государственных деятелей, полководцев, писателей, художников, музыкантов. В общении с подданными Екатерина была, как правило, сдержанна, терпелива, тактична. Она была прекрасным собеседником, умела внимательно выслушать каждого.

По ее собственному признанию, она не обладала творческим умом, но хорошо улавливала всякую дельную мысль и использовала ее в своих целях. За все время царствования Екатерины практически не было шумных отставок, никто из вельмож не подвергался опале, не был сослан и тем более казнен.

Поэтому сложилось представление об екатерининском царствовании как «золотом веке» русского дворянства. Вместе с тем Екатерина была очень тщеславна и более всего на свете дорожила своей властью. Ради ее сохранения она готова пойти на любые компромиссы в ущерб своим убеждениям.

Отношение к религии и крестьянскому вопросу Екатерина отличалась показной набожностью, считала себя главой и защитницей Русской православной церкви и умело использовала религию в своих политических интересах. Вера ее, по-видимому, была не слишком глубока. В духе времени она проповедовала веротерпимость.

При ней было прекращено преследование старообрядцев, строились католические и протестанские церкви, мечети, однако по-прежнему переход из православия в иную веру жестоко наказывался. Екатерина была убежденной противницей крепостного права, считая его антигуманным и противным самой природе человека. В ее бумагах сохранилось немало резких высказываний по этому поводу, а также рассуждений о различных вариантах ликвидации крепостничества.

Однако сделать что-либо конкретное в этой области она не решалась из-за вполне обоснованной боязни дворянского бунта и очередного переворота. Вместе с тем Екатерина была убеждена в духовной неразвитости русских крестьян и потому в опасности предоставления им свободы, считая, что жизнь крестьян у заботливых помещиков достаточно благополучна.

Внутренняя политика Екатерина вступила на престол, имея вполне определенную политическую программу, основанную, с одной стороны, на идеях Просвещения и, с другой, учитывавшую особенности исторического развития России. Важнейшими принципами осуществления этой программы были постепенность, последовательность, учет общественных настроений.

В первые годы своего царствования Екатерина осуществила реформу Сената (1763), сделавшую работу этого учреждения более эффективной; провела секуляризацию церковных земель (1764), значительно пополнившую государственную казну и облегчившую положение миллиона крестьян; ликвидировала гетманство на Украине, что соответствовало ее представлениям о необходимости унификации управления на всей территории империи; пригласила в Россию немецких колонистов для освоения Поволжья и Причерноморья.

В эти же годы был основан ряд новых учебных заведений, в том числе первые в России учебные заведения для женщин (Смольный институт, Екатерининское училище). В 1767 она объявила о созыве Комиссии для сочинения нового уложения, состоящей из выборных депутатов от всех социальных групп русского общества, за исключением крепостных крестьян. Екатерина написала для Комиссии «Наказ», являвшийся по сути либеральной программой ее царствования.

Призывы Екатерины не были, однако, поняты депутатами Комиссии, которые вели споры по мелким вопросам. В ходе их дискуссий обнаружились глубокие противоречия между отдельными социальными группами, низкий уровень политической культуры и откровенный консерватизм большинства членов Комиссии. В конце 1768 Уложенная комиссия была распущена. Сама Екатерина оценила опыт Комиссии как важный урок, познакомивший ее с настроениями разных слоев населения страны.

После окончания русско-турецкой войны 1768-74 и подавления восстания под предводительством Е. И. Пугачева начался новый этап екатерининских реформ, когда императрица уже сама разрабатывала важнейшие законодательные акты. В 1775 был издан манифест, дозволявший свободное заведение любых промышленных предприятий.

В том же году была осуществлена губернская реформа, которой введено новое административно-территориальное деление страны, сохранившееся вплоть до Октябрьской революции 1917. В 1785 Екатерина издала свои важнейшие законодательные акты — жалованные грамоты дворянству и городам. Была подготовлена также третья грамота — государственным крестьянам, но политические обстоятельства не позволили ввести ее в действие. Основное значение грамот было связано с реализацией важнейшей из целей екатерининских реформ — созданием в России полноценных сословий западноевропейского типа.

Для русского дворянства грамота означала юридическое закрепление почти всех имевшихся у него прав и привилегий. В 1780-х гг. была продолжена и реформа образования: создана сеть городских школьных учреждений, основанных на классно-урочной системе. В последние годы жизни Екатерина продолжала разрабатывать планы серьезных преобразований. На 1797 была намечена радикальная реформа центрального управления, введение законодательства о порядке наследования престола, создание высшей судебной инстанции, основанной на выборном представительстве от трех сословий.

Однако завершить свою программу реформ Екатерина не успела. В целом екатерининские реформы явились прямым продолжением преобразований Петра I. Внешняя политика Вслед за Петром I Екатерина считала, что Россия должна занимать активную позицию на мировой арене, вести наступательную (и в определенной мере агрессивную) политику. Вступив на престол, она разорвала заключенный Петром III союзный договор с Пруссией. Благодаря ее усилиям был восстановлен на курляндском престоле герцог Э. И. Бирон.

В 1763, опираясь на поддержку Пруссии, Россия добилась избрания своего ставленника Станислава Августа Понятовского на польский трон. Это привело к охлаждению отношений с Австрией, которая, опасаясь чрезмерного усиления России, стала подстрекать Турцию к войне с Российской империей.

Русско-турецкая война 1768-74 была в целом успешной для России, однако сложная внутриполитическая обстановка побуждала Россию искать мира, для чего необходимо было восстановить отношения с Австрией. В результате был достигнут компромисс, жертвой которого пала Польша: в 1772 Россия, Пруссия и Австрия осуществили первый раздел части ее территории.

С Турцией был подписан Кючук-Кайнарджийский мир, которым обеспечивалась выгодная для России независимость Крыма. В войне Англии с ее северо-американскими колониями Россия формально заняла нейтральную позицию и Екатерина отказала английскому королю помочь Великобритании войсками.

По инициативе Н. И. Панина Россия выступила с Декларацией о вооруженном нейтралитете, к которой присоединился ряд европейских государств, что объективно способствовало победе колонистов. В последующие годы происходило укрепление российских позиций в Крыму и на Кавказе, завершившееся в 1782 включением Крыма в состав Российской империи и подписанием в 1783 Георгиевского трактата с Картли-Кахетинским царем Ираклием II, обеспечившего присутствие русских войск в Грузии, а впоследствии ее присоединение к России.

Во второй половине 1770-х гг. сформировалась новая внешнеполитическая доктрина русского правительства — Греческий проект. Основной ее целью было восстановление Греческой (Византийской) империи со столицей в Константинополе и великим князем Константином Павловичем, внуком Екатерины, в качестве императора.

В 1779 Россия значительно укрепила свой международный авторитет, участвуя в качестве посредника между Австрией и Пруссией в Тешенском конгрессе. В 1787 Екатерина, сопровождаемая двором, иностранными дипломатами, австрийским императором и польским королем совершила путешествие в Крым, ставшее грандиозной демонстрацией русской военной мощи.

Вскоре после этого началась новая война с Турцией, причем Россия действовала в союзе с Австрией. Почти одновременно началась война со Швецией (1788-90), пытавшейся добиться реванша за поражение в Северной войне. Однако Россия успешно справилась с обоими противниками. Война с Турцией закончилась в 1791. В 1792 был подписан Ясский мир, закрепивший влияние России в Бессарабии и Закавказье, а также присоединение Крыма. В 1793 и 1795 произошли второй и третий разделы Польши, окончательно покончившие с польской государственностью.

К событиям в революционной Франции Екатерина первоначально отнеслась с определенной долей симпатии, видя в них результат неразумной деспотической политики французских королей. Однако после казни Людовика XVI она увидела в революции опасность для всей Европы.

Личная жизнь Время Екатерины II — это расцвет фаворитизма, характерного для европейской жизни второй половины 18 в. Расставшись в начале 1770-х гг. с Г. Г. Орловым, в последующие годы императрица сменила целый ряд фаворитов. К участию в решении политических вопросов они, как правило, не допускались. Лишь двое из известных ее любовников — Г. А. Потемкин и П. В. Завадовский — стали крупными государственными деятелями.

Со своими фаворитами Екатерина жила по несколько лет, но затем расставалась по самым разным причинам (из-за смерти фаворита, его измены или недостойного поведения), но никто из них не был подвергнут опале. Все они были щедро награждены чинами, титулами, деньгами и крепостными крестьянами.

Всю свою жизнь Екатерина искала мужчину, который был бы ее достоин, разделял бы ее увлечения, взгляды и т. д. Но найти такого человека ей, по-видимому, так и не удалось. Впрочем, существует предположение, что она тайно обвенчалась с Потемкиным, с которым сохраняла дружеские отношения вплоть до его смерти. Всевозможные слухи об оргиях при дворе, склонности Екатерины к нимфомании и т. п. — не более, чем беспочвенный миф.

Источник: www.vedu.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.