Осада войсками батыя козельска


Оборона Козельска
Основной конфликт: Монгольское нашествие на Русь
Oborona Kozelska.jpg
Дата март-май 1238
Место Козельск
Итог Победа Монгольской империи, город сровнен с землей
Противники

Черниговское княжество

Монгольская империя


Командующие

князь Василий

Батый, Субэдэй

Силы сторон

нет данных

нет данных

Потери

всё население города

в последний день осады:
* 4000

Оборона Козельска — одно из основных событий Западного (кипчакского) похода монголов (1236—1242) и монгольского нашествия на Русь (1237—1240) в конце монгольского похода на Северо-Восточную Русь (1237—1238).


1054;сада весной 1238 года города Козельск — одного из удельных княжеских центров Черниговского княжества в бывшей земле вятичей.

Предыстория

Взяв город Торжок 5 марта после дв.


#1086;коло 100 верст, около Игнач Креста повернули на юг в половецкие степи, разделившись на две группы и продолжая по пути уничтожать уцелевшие города.

Часть сил во главе с Каданом и Бури прошла более восточным маршрутом через рязанские земли.


1054;сновные силы во главе с Батыем прошли через Долгомостье в 30 км восточнее Смоленска, затем вошли в пределы Черниговского княжества на верхней Десне, сожгли Вщиж, но затем резко пове&#.

91; на реке Жиздре.

В то время город был столицей княжества во главе с двенадцатилетним князем Василием, внуком Мстислава Святославича Черниговского, погибшего в битве на Калке в 1223 году.


1043;ород был хорошо укреплён: обнесён земляными валами с построенными на них крепостными стенами, но монголы располагали мощной осадной техникой. Наступившая в апреле распутица[1] сделала невозможной помощь Михаила Всеволодовича Черниговского столице одного из подчинённых ему удельных княжеств.

Оборона


Подойдя к городу, войска монголов потребовали его сдачи. Жители Козельска решили на совете: «Наш Князь младенец, но мы, как правоверные, должны за него умереть, чтобы в м&#.


86;я положити за христианскую веру»
. Началась семинедельная осада.

Арабский историк Рашид-ад-Дин, рассказывая о длительной осаде Козельска, говорил, что город был взят за три дня только тогда, когда через 2 месяца подошли войска Кадана и Бури. По предположению Каргалова В.В., Козельск был назначен местом сбора войск, а Бури и Кадан привезли с собой осадные орудия, до этого город не штурмовался.

С помощью стенобитных машин-пороков монголам удалось разрушить часть крепостных стен и подняться на вал, где «бысть брань велика и сеча зла». Разгорелась кровавая схватка, «Козляне же ножи резахуся с ними» (судя по всему, имеются в виду упоминаемые в «Слове о полку Игореве» т. н. засапожные ножи). Судя по всему, осаждённым удалось отбить атаку, потому что сразу вслед за этим было принято решение о вылазке. Козельчанам удалось уничтожить осадные машины и 4000 монголов (в том числе троих сыновей темников), но и сами участники вылазки погибли (во время строительства в конце XIX века железной дороги на Тулу строители обнаружили захоронение из 267 черепов[2], что примерно соответствует оценке академиком Рыбаковым Б. А. населения русского княжеского замка того времени). Лишившись своих защитников, город пал. Завоеватели не пощадили никого, включая грудных младенцев, «отрочят сосущих млеко». Малолетний князь Василий, по этому же летописному преданию утонул в крови: «о князи Василии не ведомо се: инии глаголяху, яко в крови утопе, понеж бо млад бе». Чудовищный по последствиям для Северо-Восточной Руси набег был закончен.

Историческое значение

Батый был взбешен неслыханным сопротивлением козельчан. Он запретил называть город Козельском, а повелел звать его «Злым градом». Козельск отнял у него 7 недель, уступая в длительности сопротивления лишь Киеву (оборона длилась 13 или, по другим данным, 11 недель). Третье место занимает Торжок (2 недели), остальные города, включая крупные (Рязань, Владимир, Галич), сопротивлялись не более 6 дней. Из пяти месяцев зимней кампании 1237/38 годов против Руси два месяца Батый потратил на Козельск. Беспримерная стойкость козельчан, зафиксированная в летописях, есть основа их героического подвига, сохранившегося в памяти поколений.

Память

В художественной литературе
  • Дмитрий Силов. Злой город. — 2006. — ISBN 5-699-19694-3.
  • Владимир Чивилихин. Память. Книга вторая

См. также

  • Оборона Рязани
  • Битва у Коломны
  • Оборона Владимира
  • Битва на реке Сити
  • Оборона Киева (1240)

Литература

  • Никифоровская летопись. Том 35
  • Рашид-Эддин. Сборник Летописей. История Монголов. Сочинение Рашид-Эддина. Введение: О турецких и монгольских племенах / Пер. с персидского, с введением и примечаниями И. П. Березина // Записки импер. Археол. общества. 1858. Т. 14.
  • Карамзин Николай Михайлович. История государства Российского. Том 3

Источник: www.gpedia.com

25 марта 1238 года началась героическая оборона города Козельска от полчищ Батыя, длившаяся целых семь недель. Жители рокового города показали себя мастерами оборонительной тактики и стали примером несгибаемого русского духа.
Осада войсками батыя козельска
Город Козельск занимал важное стратегическое положение с момента своего основания. Это была граница Руси со степью и населяющими ее враждебными племенами. Козельск выступал как форпост Руси от нашествий сначала хазар, а позднее – печенегов и половцев. На протяжении всей истории городу тотально не везло. Редкий враг земли русской проходил мимо этого рокового места. Помимо Батыя его сжег хан Ахмат, раздосадованный итогами стояния на Угре, досталось ему и от наступавшего Наполеона в 1812 году, а 8 октября 1941 году Козельск был захвачен немцами.
Осада войсками батыя козельска

Оборона Козельска 1238 г. Миниатюра из летописи

Жители Козельска, зная, что монгольская армия не щадила сдавшихся в плен, решили, что будут сражаться с полчищами врагов до последнего. В городе княжил тогда двенадцатилетний князь Василий. В виду своего малолетства он не мог организовать должной обороны, поэтому козельцы, с общего согласия, решили не сдаваться Батыю, говоря так: «Хоть наш князь молод, но отдадим жизнь свою за него, и здесь славу света сего примем, и там получим небесные венцы от Христа Бога». Жители города сражались за князя, веру и свою жизнь.

Одной из главных причин, почему Батый пошел на Козельск, была его давняя злоба к этому городу. А все потому, что первый козельский князь Мстислав участвовал в убийстве монгольских послов, которое произошло перед битвой на Калке 1223 г. И хотя Мстислав к 1238 году уже умер, монголы, руководствуясь понятием коллективной ответственности, хотели отомстить городу за поступок его князя. И при этом все подданные князя должны были разделить с ним равную ответственность за злодеяние уже потому, что соглашались иметь его своим князем. Причины жестокой расправы с Козельском были хорошо понятны современникам: монголы осаждали Козельск семь недель, и никто из русских не пришел на помощь жителям города.
Осада войсками батыя козельска
Козельск был построен так, что учитывались географические особенности местности, которые могли помочь усилить обороноспособность города. Защитники Козельска знали толк в обороне. Сам город был расположен на высоком холме, окруженный со всех сторон водой: с востока текла река Жиздра, с запада от холма – Другусна. Течения обеих рек образовали крутые обрывы по обоим сторонам холма – так, что невозможно было подобраться к городу ни с Запада, ни с Востока. На севере жители Козельска прорыли между реками искусственный канал, который защищал город и замедлял течение рек, что в итоге приводило к заболачиванию местности. Появление болот сильно затрудняло возможность подобраться к городу, что особенно сильно проявлялось, когда начинал таять снег, и город, находящийся на холме, превращался в остров, окруженный со всех сторон водой. Таким образом, Батый, оказавшись вместе со своей армией весной под Козельском, попал в очень непростую ситуацию. Кочевники-монголы, привыкшие воевать в условиях степи, не могли взять город, расположенный на возвышенности, к тому же, окруженный со всех сторон водой. Последнее обстоятельство не давало возможность поставить осадные машины, которые татары научились делать у китайцев. Помимо того, что город обладал защитой в виде природных преград, он был еще обнесен защитным насыпным валом. К тому же, его окружал деревянный частокол с башнями, из которых стреляли лучники. Ни боевые машины врага, ни сама армия не могли пробраться в хорошо укрепленный детинец (укрепленная часть) города, но жители, используя свои преимущества, эффективно отстреливались от напиравших полчищ.
Осада войсками батыя козельска
Неприступная крепость Козельска, могла пасть из-за предательства. Косвенно это подтверждается одним примером: под Козельском есть деревня Дешовка, которая в народном толковании получила свое название из-за предательства ее жителей Орде. Возможно, что в 1238 году именно ее жители, запуганные монголами, указали слабые места в козельской крепости, которая благодаря влиянию природных факторов казалась неприступной.

Защитники Козельска держались почти два месяца, отражая вылазки татаро-монгольских войск. Но когда на помощь Батыю подошли войска монгольских военачальников Кадана и Бури – потомков самого Чингисхана, город был взят за три дня. Татаро-монголы успели подняться на вал, и разрушить часть стены детинца, когда жители города открыли главные ворота и вышли, чтобы дать отпор врагам, вооруженные одними лишь мечами. Все 300 защитников были убиты, но вместе с собой на тот свет они унесли 4000 монгольских воинов, среди которых, как передают летописи, было трое военачальников-темников из рода Чингизидов (их тела так и не были найдены среди множества трупов павших войнов). Погиб и молодой князь Василий, который, как передает летопись, «утонул в крови в виду своего малолетства».

Потери, которые понес Батый под Козельском, были настолько ощутимыми, что в качестве мести он превратил город в руины. К тому же, он запретил называть город прежним именем, а отныне именовать «злым городом» из-за стойкости жителей в борьбе против врага. Разочарование, постигшее Батыя после взятия города, было велико – в осажденном Козельске не осталось практически ничего, татаро-монголам, по словам придворного летописца Чингизидов – Рашид ад-дина, — не удалось «даже и козлиного копытца добыть». Месячная задержка под Козельском показала, что в конце похода орда стала быстро терять боеспособность. Чтобы не потерять популярность в армии и поднять ее боевой дух, Батый был вынужден объявить главной своей целью Половецкие степи, а не русские княжества.

Осада войсками батыя козельска

Памятник защитникам Козельска 1238 г. Стилизованная копия Козельского каменного креста.

Источник: historicaldis.ru

Предыстория

Взяв город Торжок 5 марта после двухнедельной осады, монголы пошли по Селигерскому пути к Новгороду, однако, не дойдя около 100 верст, около Игнач Креста повернули на юг в половецкие степи, разделившись на две группы и продолжая по пути уничтожать уцелевшие города.

Часть сил во главе с Каданом и Бури прошла более восточным маршрутом через рязанские земли. Основные силы во главе с Батыем прошли через Долгомостье в 30 км восточнее Смоленска, затем вошли в пределы Черниговского княжества на верхней Десне, сожгли Вщиж, но затем резко повернули на северо-восток, и минуя Брянск и Карачев, в конце марта 1238 года вышли к Козельску на реке Жиздре.

В то время город был столицей княжества во главе с двенадцатилетним князем Василием, внуком Мстислава Святославича Черниговского, погибшего в битве на Калке в 1223 году. Город был хорошо укреплён: обнесён земляными валами с построенными на них крепостными стенами, но монголы располагали мощной осадной техникой. Наступившая в апреле распутица[1] сделала невозможной помощь Михаила Всеволодовича Черниговского столице одного из подчинённых ему удельных княжеств.

Оборона

Подойдя к городу, войска монголов потребовали его сдачи. Жители Козельска решили на совете: «Наш Князь младенец, но мы, как правоверные, должны за него умереть, чтобы в мире оставить по себе добрую славу, а за гробом принять венец бессмертия», «главы своя положити за христианскую веру». Началась семинедельная осада.

Арабский историк Рашид-ад-Дин, рассказывая о длительной осаде Козельска, говорил, что город был взят за три дня только тогда, когда через 2 месяца подошли войска Кадана и Бури.

С помощью стенобитных машин-пороков монголам удалось разрушить часть крепостных стен и подняться на вал, где «бысть брань велика и сеча зла». Разгорелась кровавая схватка, «Козляне же ножи резахуся с ними» (судя по всему, имеются ввиду упоминаемые в «Слове о полку Игореве» т. н. засапожные ножи). Судя по всему, осаждённым удалось отбить атаку, потому что сразу вслед за этим было принято решение о вылазке. Козельчанам удалось уничтожить осадные машины и 4000 монголов (в том числе троих сыновей темников), но и сами участники вылазки погибли (во время строительства в конце XIX века железной дороги на Тулу строители обнаружили захоронение из 267 черепов[2], что примерно соответствует оценке академиком Рыбаковым Б. А. населения русского княжеского замка того времени). Лишившись своих защитников, город пал. Завоеватели не пощадили никого, включая грудных младенцев, «отрочят сосущих млеко». Малолетний князь Василий, по этому же летописному преданию утонул в крови: «о князи Василии не ведомо се: инии глаголяху, яко в крови утопе, понеж бо млад бе». Чудовищный по последствиям для Северо-Восточной Руси набег был закончен.

Историческое значение

Батый был взбешен неслыханным сопротивлением козельчан. Он запретил называть город Козельском, а повелел звать его «Злым градом». Козельск отнял у него 7 недель, уступая в длительности сопротивления лишь Киеву. Третье место занимает Торжок, остальные города, включая крупные (Рязань, Владимир, Галич), сопротивлялись не более 6 дней. Из пяти месяцев зимней кампании 1237/38 годов против Руси два месяца Батый потратил на Козельск.

Причины длительной осады

На продолжительность осады, по разным версиям, могли повлиять несколько факторов в различном сочетании:

  • Общее снижение боеспособности монгольской армии после первого этапа похода, выявившаяся ещё при осаде Торжка и ставшая возможной причиной отказа от похода на Новгород.
  • Распутица сделала непроходимыми долины рек Жиздры и впадающей в неё у Козельска Другусны и заперла монгольское войско на водоразделе.
  • Распутица превратила город в островную крепость.
  • Распутица отрезала отряды Кадана и Бури от основных сил.
  • Козельск был назначен местом сбора войск.
  • До подхода всех монгольских частей Козельск не штурмовался.

В любом случае, беспримерная стойкость козельчан, зафиксированная в летописях — есть основа их героического подвига, сохранившегося в памяти поколений.

Память

В художественной литературе
  • Дмитрий Силов. [fantasy-worlds.org/lib/id13515/read/ Злой город]. — 2006. — ISBN 5-699-19694-3.

См. также

  • Оборона Рязани
  • Битва у Коломны
  • Оборона Владимира
  • Битва на реке Сити
  • Оборона Киева (1240)

Литература

  • Никифоровская летопись. Том 35
  • Рашид-Эддин. Сборник Летописей. История Монголов. Сочинение Рашид-Эддина. Введение: О турецких и монгольских племенах / Пер. с персидского, с введением и примечаниями И. П. Березина // Записки импер. Археол. общества. 1858. Т. 14.
  • Карамзин Николай Михайлович. История государства Российского. Том 3

Ссылки

  • [www.tomovl.ru/century13.html Завоевание Руси татаро-монголами\Интерактивная карта]
  • [litopys.org.ua/psrl3235/lytov15.htm Никифоровская летопись. Никифорівський літопис. Том 35. Литовсько-білоруські літописи]
  • [militera.lib.ru/h/kargalov_vv/01.html Каргалов В. В. Конец ордынского ига]
  • [www.museum.ru/N27110 Диорама «Оборона Козельска 1238 г.»]
  • [www.lib.ru/PROZA/CHIWILIHIN/memory2.txt Владимир Чивилихин. Память. Книга вторая]
  • [samlib.ru/s/swechin_a/yaroslav.shtml Свечин Андрей. Вопрос o яблочках и яблонях середины XIII века]
  • [www.spsl.nsc.ru/history/gumilev/p2/r2r02a.htm Гумилев Л. Н. От Руси к России. Часть вторая. В союзе с Ордой. 2. Лицом на восток]

Отрывок, характеризующий Оборона Козельска

Подпоясав кафтан и надвинув шапку, Пьер, стараясь не шуметь и не встретить капитана, прошел по коридору и вышел на улицу.
Тот пожар, на который так равнодушно смотрел он накануне вечером, за ночь значительно увеличился. Москва горела уже с разных сторон. Горели в одно и то же время Каретный ряд, Замоскворечье, Гостиный двор, Поварская, барки на Москве реке и дровяной рынок у Дорогомиловского моста.
Путь Пьера лежал через переулки на Поварскую и оттуда на Арбат, к Николе Явленному, у которого он в воображении своем давно определил место, на котором должно быть совершено его дело. У большей части домов были заперты ворота и ставни. Улицы и переулки были пустынны. В воздухе пахло гарью и дымом. Изредка встречались русские с беспокойно робкими лицами и французы с негородским, лагерным видом, шедшие по серединам улиц. И те и другие с удивлением смотрели на Пьера. Кроме большого роста и толщины, кроме странного мрачно сосредоточенного и страдальческого выражения лица и всей фигуры, русские присматривались к Пьеру, потому что не понимали, к какому сословию мог принадлежать этот человек. Французы же с удивлением провожали его глазами, в особенности потому, что Пьер, противно всем другим русским, испуганно или любопытна смотревшим на французов, не обращал на них никакого внимания. У ворот одного дома три француза, толковавшие что то не понимавшим их русским людям, остановили Пьера, спрашивая, не знает ли он по французски?
Пьер отрицательно покачал головой и пошел дальше. В другом переулке на него крикнул часовой, стоявший у зеленого ящика, и Пьер только на повторенный грозный крик и звук ружья, взятого часовым на руку, понял, что он должен был обойти другой стороной улицы. Он ничего не слышал и не видел вокруг себя. Он, как что то страшное и чуждое ему, с поспешностью и ужасом нес в себе свое намерение, боясь – наученный опытом прошлой ночи – как нибудь растерять его. Но Пьеру не суждено было донести в целости свое настроение до того места, куда он направлялся. Кроме того, ежели бы даже он и не был ничем задержан на пути, намерение его не могло быть исполнено уже потому, что Наполеон тому назад более четырех часов проехал из Дорогомиловского предместья через Арбат в Кремль и теперь в самом мрачном расположении духа сидел в царском кабинете кремлевского дворца и отдавал подробные, обстоятельные приказания о мерах, которые немедленно должны были бытт, приняты для тушения пожара, предупреждения мародерства и успокоения жителей. Но Пьер не знал этого; он, весь поглощенный предстоящим, мучился, как мучаются люди, упрямо предпринявшие дело невозможное – не по трудностям, но по несвойственности дела с своей природой; он мучился страхом того, что он ослабеет в решительную минуту и, вследствие того, потеряет уважение к себе.
Он хотя ничего не видел и не слышал вокруг себя, но инстинктом соображал дорогу и не ошибался переулками, выводившими его на Поварскую.
По мере того как Пьер приближался к Поварской, дым становился сильнее и сильнее, становилось даже тепло от огня пожара. Изредка взвивались огненные языка из за крыш домов. Больше народу встречалось на улицах, и народ этот был тревожнее. Но Пьер, хотя и чувствовал, что что то такое необыкновенное творилось вокруг него, не отдавал себе отчета о том, что он подходил к пожару. Проходя по тропинке, шедшей по большому незастроенному месту, примыкавшему одной стороной к Поварской, другой к садам дома князя Грузинского, Пьер вдруг услыхал подле самого себя отчаянный плач женщины. Он остановился, как бы пробудившись от сна, и поднял голову.
В стороне от тропинки, на засохшей пыльной траве, были свалены кучей домашние пожитки: перины, самовар, образа и сундуки. На земле подле сундуков сидела немолодая худая женщина, с длинными высунувшимися верхними зубами, одетая в черный салоп и чепчик. Женщина эта, качаясь и приговаривая что то, надрываясь плакала. Две девочки, от десяти до двенадцати лет, одетые в грязные коротенькие платьица и салопчики, с выражением недоумения на бледных, испуганных лицах, смотрели на мать. Меньшой мальчик, лет семи, в чуйке и в чужом огромном картузе, плакал на руках старухи няньки. Босоногая грязная девка сидела на сундуке и, распустив белесую косу, обдергивала опаленные волосы, принюхиваясь к ним. Муж, невысокий сутуловатый человек в вицмундире, с колесообразными бакенбардочками и гладкими височками, видневшимися из под прямо надетого картуза, с неподвижным лицом раздвигал сундуки, поставленные один на другом, и вытаскивал из под них какие то одеяния.
Женщина почти бросилась к ногам Пьера, когда она увидала его.
– Батюшки родимые, христиане православные, спасите, помогите, голубчик!.. кто нибудь помогите, – выговаривала она сквозь рыдания. – Девочку!.. Дочь!.. Дочь мою меньшую оставили!.. Сгорела! О о оо! для того я тебя леле… О о оо!
– Полно, Марья Николаевна, – тихим голосом обратился муж к жене, очевидно, для того только, чтобы оправдаться пред посторонним человеком. – Должно, сестрица унесла, а то больше где же быть? – прибавил он.
– Истукан! Злодей! – злобно закричала женщина, вдруг прекратив плач. – Сердца в тебе нет, свое детище не жалеешь. Другой бы из огня достал. А это истукан, а не человек, не отец. Вы благородный человек, – скороговоркой, всхлипывая, обратилась женщина к Пьеру. – Загорелось рядом, – бросило к нам. Девка закричала: горит! Бросились собирать. В чем были, в том и выскочили… Вот что захватили… Божье благословенье да приданую постель, а то все пропало. Хвать детей, Катечки нет. О, господи! О о о! – и опять она зарыдала. – Дитятко мое милое, сгорело! сгорело!
– Да где, где же она осталась? – сказал Пьер. По выражению оживившегося лица его женщина поняла, что этот человек мог помочь ей.
– Батюшка! Отец! – закричала она, хватая его за ноги. – Благодетель, хоть сердце мое успокой… Аниска, иди, мерзкая, проводи, – крикнула она на девку, сердито раскрывая рот и этим движением еще больше выказывая свои длинные зубы.
– Проводи, проводи, я… я… сделаю я, – запыхавшимся голосом поспешно сказал Пьер.
Грязная девка вышла из за сундука, прибрала косу и, вздохнув, пошла тупыми босыми ногами вперед по тропинке. Пьер как бы вдруг очнулся к жизни после тяжелого обморока. Он выше поднял голову, глаза его засветились блеском жизни, и он быстрыми шагами пошел за девкой, обогнал ее и вышел на Поварскую. Вся улица была застлана тучей черного дыма. Языки пламени кое где вырывались из этой тучи. Народ большой толпой теснился перед пожаром. В середине улицы стоял французский генерал и говорил что то окружавшим его. Пьер, сопутствуемый девкой, подошел было к тому месту, где стоял генерал; но французские солдаты остановили его.
– On ne passe pas, [Тут не проходят,] – крикнул ему голос.
– Сюда, дяденька! – проговорила девка. – Мы переулком, через Никулиных пройдем.

Источник: wiki-org.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.