Кто входил в негласный комитет

НЕГЛАСНЫЙ КОМИТЕТ — законосовещательный орган при российском императоре Алек­сан­д­ре I, со­сто­яв­ший из дру­зей его юно­сти.

Дей­ст­во­вал тай­но («не­глас­но»), су­ще­ст­во­вал на­ря­ду с имев­шим официальный ста­тус Не­пре­мен­ным со­ве­том. Воз­ник по ини­циа­ти­ве Алек­сан­д­ра I, вы­ска­занной в бе­се­де с графом П. А. Стро­га­но­вым 23.04(05.05).1801 года. Идея соз­да­ния Негласного комите оформ­ле­на в двух за­пис­ках, по­дан­ных Стро­га­но­вым им­пе­ра­то­ру 09(21).05.1801 года. В них в ду­хе идей Про­све­ще­ния го­во­ри­лось о не­об­хо­ди­мо­сти уст­ра­нить воз­мож­ность для про­из­во­ла вла­сти, раз­ра­бо­тать ре­фор­му всех от­рас­лей государственного управ­ле­ния и со­ста­вить про­ект кон­сти­ту­ции, а так­же для этих це­лей уч­ре­дить Негласный комитет.

В не­го во­шли сам Алек­сандр I, Стро­га­нов, Н. Н. Но­во­силь­цов, князь А. А. Чар­то­рый­ский, граф В. П. Ко­чу­бей. Из­вест­но 39 за­се­да­ний Негласного комитета в пе­ри­од с 24.06(06.07).1801 года до 09(21).11.1803 года (про­хо­ди­ли главным образом в ка­би­не­те Алек­сан­д­ра I); по-ви­ди­мо­му, до мая 1802 года но­си­ли ре­гу­ляр­ный ха­рак­тер. В отечественной ис­то­рио­гра­фии су­ще­ст­ву­ет так­же пред­по­ло­же­ние о про­ве­де­нии не­за­про­то­ко­ли­ро­ван­ных со­б­ра­ний до 1805 года. Чле­ны Негласного комитета об­су­ж­да­ли кре­сть­ян­ский во­прос (в ча­ст­но­сти, улуч­ше­ние положения государственных и кре­по­ст­ных кре­сть­ян, идею от­ме­ны кре­по­ст­но­го пра­ва при со­хра­не­нии по­ме­щичь­е­го зем­ле­вла­де­ния), пре­об­ра­зо­ва­ния в сфе­ре про­све­ще­ния, про­бле­мы внеш­ней по­ли­ти­ки, со­стоя­ние российской ар­мии и фло­та и др. К раз­ра­бот­ке про­ек­тов чле­ны Негласного комитета при­вле­ка­ли графа А. Р. Во­рон­цо­ва, Н. С. Морд­ви­но­ва, Ф. С. де Ла­гар­па.

К ко­ро­на­ции Алек­сан­д­ра I 15(27).09.1801 года Негласный комитет при уча­стии Во­рон­цо­ва под­го­то­вил Жа­ло­ван­ную гра­мо­ту российскому на­ро­ду («Все­ми­ло­сти­вей­шую гра­мо­ту, Рос­сий­ско­му на­ро­ду жа­луе­мую»; не бы­ла об­на­ро­до­ва­на; опубликована в книге «Кон­сти­ту­ци­он­ные про­ек­ты в Рос­сии XVIII — на­ча­ло XX веков», 2000 год). Не­ко­то­рые ис­то­ри­ки оце­ни­ва­ют её как пер­вый про­ект российской кон­сти­ту­ции. В гра­мо­те дек­ла­ри­ро­ва­лись для дво­рян­ст­ва и го­ро­жан сво­бо­да сло­ва, со­вес­ти, пред­при­ни­ма­тель­ской дея­тель­но­сти, не­при­кос­но­вен­ность ча­ст­ной соб­ст­вен­но­сти, а так­же прин­ци­пы рав­но­го су­до­про­из­вод­ст­ва и пре­зумп­ции не­ви­нов­но­сти, пра­во об­ви­няе­мо­го на за­щи­ту; за­яв­ля­лось о не­об­хо­ди­мо­сти под­го­тов­ки но­во­го Уло­же­ния и при­вле­че­ния Се­на­та и кол­ле­гий к пе­ре­смот­ру дей­ст­во­вав­ше­го за­ко­но­да­тель­ст­ва.

Негласный комитет под­го­то­вил указ Алек­сан­д­ра I от 12(24).12.1801 года о пра­ве куп­цов, ме­щан и ка­зён­ных кре­сть­ян по­ку­пать не­на­се­лён­ные зем­ли, раз­ра­бо­тал ми­ни­стер­скую ре­фор­му 1802 года (в 1802-1803 годах чле­ны Негласного комитета на­зна­че­ны на вы­со­кие по­сты в об­ра­зо­ван­ных ми­ни­стер­ст­вах), ре­фор­му Се­на­та (1802 год), ини­ции­ро­вал соз­да­ние Ко­ми­те­та ми­ни­ст­ров (1802 год).

«Про­то­ко­лы» за­се­да­ний Негласного комитета (за­пи­си П. А. Стро­га­но­ва, сде­лан­ные им на французском языке по па­мя­ти) в пе­ре­во­де на русский язык час­тич­но опубликованы М. И. Бо­гда­нови­чем («Ис­то­рия цар­ст­во­ва­ния им­пера­то­ра Алек­сан­д­ра I и Рос­сии в его вре­мя», т. 1, 1869 год), в ори­ги­на­ле пол­ностью — великим князем Ни­ко­ла­ем Ми­хай­ло­ви­чем [«Граф П. А. Стро­га­нов (1774-1817 годы)», т. 2, 1903 год].

© Большая Российская Энциклопедия (БРЭ)

Источник: w.histrf.ru

Русским государям, вступавшим на трон, было очень легко начинать: достаточно было отменить, простить, реабилитировать — исправить сделанное предшественником. Пушкин вспоминал с тоской в 1822 г. прекрасные дни начала царствования Александра. В 1801 г. все были счастливы. 15 марта, через 4 дня после убийства Павла, новый царь простил 156 человек, в том числе Радищева. Последовавшими указами были помилованы другие жертвы свергнутого императора — всего 12 тыс. человек. Принимая во внимание немногочисленность правящего слоя, на который в первую очередь обрушивался гнев Павла I, это цифра очень внушительная. В марте были восстановлены дворянские выборы по губерниям; амнистированы бежавшие за границу; объявлен свободный въезд и выезд за границу; разрешены частные типографии и ввоз всяких книг из-за границы. 2 апреля восстановлена жалованная грамота дворянству и городам, данная Екатериной. Уничтожена тайная экспедиция — секретная полиция императора. 27 сентября были запрещены пытки и «пристрастные допросы». Само слово «пытка» было запрещено употреблять в делах.

В манифестах, указах, частных разговорах Александр I выражает свое горячее желание водворить на место произвола законность. Для подготовки и осуществления необходимых реформ Александр собирает вокруг себя друзей, молодых людей, которые в мае 1801 г. становятся членами особого Негласного комитета.

Состав комитета, собиравшегося на тайные заседания до сентября 1804 г., вызывал надежды у сторонников реформ и опасения у противников. Членами комитета Александр назначил четырех представителей нового поколения, воспитанных на самых передовых идеях XVIII в., отлично знавших Западную Европу. Лагарпа, приехавшего в Петербург по приглашению императора, Александр в комитет не назначил, хотя много с ним говорил.

Во второй половине XIX в. были опубликованы протоколы заседаний Негласного комитета, все его члены написали воспоминания. Первое столкновение мечтаний и реальности, пережитое Александром I, отлично документировано. Записку о необходимости создать особый Негласный комитет для обсуждения плана преобразований России представил царю граф Павел Строганов (1772-1817), единственный сын самого богатого из екатерининских вельмож, личный друг Александра. В 1790 г., вместе со своим воспитателем, французом-республиканцем, математиком Жильбером Роммом, Павел Строганов оказался в Париже. Вступил в якобинский клуб, стал любовником неистовой революционерки Теруань де Мерикур. Вызванный Екатериной в Петербург и отосланный в деревню, Павел Строганов был вскоре возвращен ко двору. С великим князем Александром его познакомил князь Адам Чарторыйский (1770-1861). Александр, метавшийся между двором Екатерины и гатчинским двором отца, выбрал себе в друзья князя Чарторыйского, находившегося в Петербурге в качестве заложника после разгрома восстания Костюшко. Дружба сохранилась и после того, как наследник стал императором. Близким отношениям не помешали даже слухи об увлечении молодой супруги наследника польским князем. Рассказывали, что когда у великой княгини Елизаветы родилась в мае 1799 г. дочь, ее показали Павлу. Император спросил у статс-дамы Ливен: «Сударыня, возможно ли, чтобы у мужа-блондина и жены-блондинки родился черненький младенец?» Статс-дама совершенно справедливо возразила: «Государь! Бог всемогущ». Адам Чарторыйский был «сослан» послом ко двору короля Сардинии, находившегося в изгнании, но остался близок Александру — и был вызван в Петербург после убийства Павла.

Третьим членом комитета был назначен двоюродный брат Павла Строганова Николай Новосильцев (1761-1836). Четвертым стал Виктор Кочубей (1768-1834), племянник канцлера Безбородко, воспитанный в Англии, в 24 года занимавший пост посла в Константинополе.

Талантливые, образованные друзья императора на первом же заседании Негласного комитета сформулировали задачи и план его работы: узнать действительное положение дел в России; реформировать правительственный механизм и, в заключение, обеспечить существование и независимость государственных учреждений конституцией, дарованной самодержавной властью и соответствующей духу русского народа. Две коренные, неизменные проблемы стояли на повестке дня: самодержавие и крепостное право. Александр понимал необходимость реформ, соглашался с Лагарпом, говорившим, что «закон выше монарха». Дилемма была квадратурой круга: как ограничить самодержавие, не ограничивая власти государя? Державин рассказывает, что, будучи министром, настаивал в разговоре с Александром на каком-то своем предложении: «Ты меня всегда хочешь учить, — государь с гневом сказал. — Я самодержавный государь и так хочу»11. Разговор имел место в самую либеральную эпоху царствования.

Не менее трудным был и крестьянский вопрос. При его обсуждении в Негласном комитете были высказаны различные мнения. Чарторыйский высказался против крепостного права, ибо держать людей в рабстве неморально. Новосильцев и Строганов говорили об опасности раздражать дворянство. Единственными мерами для решения крестьянского вопроса было принятие проекта адмирала Мордвинова (долгие годы проведшего в Англии, где, как пишет его биограф, «он проникся духом английской науки и уважением к учреждениям этой страны»12) и проекта графа Румянцева о вольных хлебопашцах. Мордвинов подошел к крестьянскому вопросу с неожиданной стороны. Почитатель Адама Смита и Бентама, он считал, что необходимо создать такой экономический строй, при котором дворянство само признало бы невыгодность подневольного труда крепостных и само отказалось бы от своих прав. Мордвинов предложил дать право владеть недвижимым имуществом купцам, мещанам и казенным крестьянам, лишив таким образом дворянство монополии на владение землей. В результате, по его мнению, возникнут фермы с наемными работниками, которые явятся конкурентами крепостному хозяйству и побудят помещиков согласиться на освобождение крестьян. В 1801 г. этот проект стал законом.

В 1803 г. был принят по проекту Румянцева закон о «вольных хлебопашцах». Помещикам было разрешено отпускать крестьян на волю с земельным участком за выкуй. Крестьяне, не записываясь в другое состояние, становились «вольными хлебопашцами». Для заключения сделки было, следовательно, необходимо согласие помещика и наличие денег у крестьянина. На основании этого указа в царствование Александра I освободилось 47153 семьи, а в царствование Николая I — 67149 семей.

Закон о «вольных хлебопашцах», как и лишение дворянства монополии на владение землей, свидетельствовали о желании найти решение крестьянского вопроса и одновременно об отсутствии как плана, так и воли к его реализации. Лагарп, которого считали якобинцем и демократом, также не знал, что делать. Он считал главной нуждой России просвещение, без которого ничего сделать нельзя, но признавал одновременно, что в условиях крепостного права просвещение распространяется очень трудно. Выхода из заколдованного круга не находил даже швейцарский республиканец.

Вполне довели до конца члены Негласного комитета только одну работу — преобразование центральных органов управления. 8 сентября 1802 г. были учреждены министерства, заменившие прежние коллегии: иностранных дел, военное и морское, и новые министерства — внутренних дел, финансов, народного просвещения, юстиции и коммерции. Новый регламент Сената определял его функции как органа государственного надзора над администрацией и высшей судебной инстанции.

Деятельность Негласного комитета вызывала страхи, недовольство, сопротивление. Державин, назначенный министром юстиции, резко критиковал идею министерств, подчеркивая, что проект сочинили «князь Чарторыйский и Кочубей, люди, ни государства, ни дел гражданских основательно не знающие»13. Поэту-министру не нравились не только новые коллеги (Адам Чарторыйский был назначен товарищем министра иностранных дел графа Воронцова, а Виктор Кочубей — министром внутренних дел), но также неподготовленность закона, неопределенность прав и обязанностей министра.

Больше всего раздражал Гаврилу Державина «конституционный французский и польский дух», которым было «набито» окружение императора. Автор «Записок» называет полностью имя Чарторыйского, но ограничивается буквами, говоря о других «якобинцах»: Н[овосильцев], К[очубей], С[троганов]14. Князь Чарторыйский, ставший при Александре Воронцове, которого считали глубоким стариком (ему исполнился 61 год), практически руководителем внешней политики России, был особенно неприятен Державину, как наиболее влиятельный из «окружавших государя поляков и полек»15. Намек на «полек» был очевиден для современников, знавших, что любовницей императора была Мария Нарышкина, урожденная княжна Четвертинская, полька, следовательно, «красавица и кокетка», как о ней говорили.

Мнение Гаврилы Державина о деятельности Негласного комитета и о его членах было общепринятым в высших кругах общества.

Не только это мешало работе Комитета. Была причина, которую можно назвать административной. Мечтая о конституции, о правовом государстве, Комитет был органом бесправным, рожденным волей монарха. «Тем временем, — писал Адам Чарторыйский, — настоящее правительство — сенат и министры — продолжало управлять и вести дела по-своему, потому что стоило лишь императору покинуть туалетную комнату, в которой происходили наши собрания, как он снова поддавался влиянию старых министров и не мог осуществить ни одного из тех решений, которые принимались нами в неофициальном комитете»16. Князь Чарторыйский, писавший свои мемуары много лет спустя после своей деятельности в Негласном комитете, возлагает вину за незначительность результатов на императора, на его колебания и уступки «старым министрам». Современный историк согласен с тем, что Александр I не был готов пойти на решающие шаги в области реформ, что он «лишь чувствами воспринимал неодолимость грядущих перемен, но умом, как сын времени и представитель своей среды, он понимал, что их наступление будет означать прежде всего перемену в его собственном положении неограниченного монарха»17.

Александр Кизеветтер, автор психологического портрета Александра I, спорит с взглядом о слабости и нерешительности сына Павла. Наоборот, он подчеркивает его решительность и умение настаивать на своей точке зрения. В то же время историк признает, что среди членов Негласного комитета «Александр был наименее расположен к каким-либо решительным шагам по пути политических нововведений». И объясняет это двумя причинами. Первая — сочетание восторженного отношения к прекрасному призраку политической свободы и нежелания реального воплощения этого призрака. «Здесь не было ни неискренности, ни слабоволия; здесь была только холодная любовь к отвлеченной мечте, соединенная с боязнью, что мечта улетучится при попытках реализовать ее»18. Кроме опасений психологического порядка, жил в Александре страх совершенно реальный: его дед и его отец были убиты ближайшим окружением, недовольным их политикой.

Колебания, нерешительность, опасения и страхи Александра имели реальные основания. Трезвый Лагарп, некоторое время бывший членом Гельветской директории, что дало ему государственный опыт, вернувшись в Россию по приглашению императора, составил для своего бывшего ученика анализ социальных сил в зависимости от их отношения к реформам. Против — по мнению Лагарпа — будет почти все дворянство, чиновничество, большая часть купечества (мечтают превратиться в дворян, владеть крепостными). Особенно воспротивятся реформам те, кого напугал «французский пример: почти все люди в зрелом возрасте; почти все иностранцы». Лагарп предостерегает от привлечения народа к участию в преобразованиях. Русские «обладают волей, смелостью, добродушием, веселостью», но их держали в рабстве, они не просвещены. Поэтому, хотя «народ желает перемен… он пойдет не туда, куда следует». Силы, на которые царь-реформатор может опереться, невелики: образованное меньшинство дворян (в особенности «молодые офицеры»), некоторая часть буржуа, несколько литераторов. Поэтому швейцарский республиканец не рекомендует ограничивать самодержавие (традиционный авторитет царского имени представляет собой огромную силу) и предлагает как можно энергичнее действовать в области просвещения19.

Историки и современники-консерваторы, в первую очередь Карамзин (сочетавший оба качества), упрекали Александра I в излишней склонности к реформам, в слабовольном следовании недобрым советникам. Либеральные историки критиковали Александра I за нерешительность в проведении реформ. Карамзин в «Записке», адресованной монарху, напоминал о «правиле мудрых», знавших, что «всякая новость в государственном порядке есть зло»20. Ключевский говорил об Александре: «прекрасный цветок, но тепличный», «он был убежден, что свобода и благоденствие водворятся сразу, сами собой, без труда и препятствий, каким-то волшебным «вдруг»21.

Во второй половине 80-х годов XX в., в первые годы «перестройки», посеявшей множество иллюзий, советские историки обратились в прошлое в поисках аналогий. Натан Эйдельман наиболее ясно изложил теорию «революции сверху», единственно возможной (не кровавой) в России. Анализируя деятельность Александра I, он пришел к выводу, что «в России «сверху виднее». Неразвитость общественно-политической жизни, многовековая практика самодержавного правления привела к тому, что «на самом верху, среди министров и царей естественно появление людей, которым виднее интересы их класса, сословия, государства в целом». Используя шахматный термин, Натан Эйдельман говорит, что те, кому «виднее», умеют считать «на два хода вперед», в то время как крепостники и большинство бюрократов — исключительно «на один ход»22.

Незначительные результаты деятельности Негласного комитета, неумение найти ответ на два главных вопроса — политический и социальный: как ограничить самодержавие, не ограничивая самодержца и как освободить крестьян, не обижая их владельцев, — не означали, что общество оставалось неподвижным. И этим движением оно было, несомненно, обязано инициативам и взглядам Александра I в это время.

Внук Екатерины, получивший в наследство империю, расширение которой будет продолжаться при нем, Александр I очень хорошо ощущал имперский характер России. Это выражалось в его интересе к проблеме управления огромной территорией. В молодости Александр проявлял интерес к федерализму, что легко объяснить влиянием Лагарпа. Вступив на престол, он делал попытки завязать отношения с Томасом Джефферсоном, избранным в 1801 г. президентом США. Отражением этого интереса была реформа губернского управления. Губернатор отдавал отчет непосредственно государю, но губернские управления были подчинены не Сенату, как раньше, а министерствам. «Становилась возможной некоторая административная децентрализация, оставлялось больше свободы местной инициативе и автономии; это было необходимо для смазки механизма и сообщения большей гибкости управлению»23.

Чувство империи выражалось в ощущении различия между ее отдельными частями. Продолжая политику Екатерины, Александр заботится о быстрой колонизации юга России. С 1803 по 1805 г. в Новороссии поселилось более 5 тыс. колонистов (немцев, чехов, южных славян). Новым поселенцам предоставлялись значительные льготы. Одесса, губернатором которой был в это время французский эмигрант герцог Ришелье (памятник Дюку до сих пор украшает город), получила статут порто-франко, т.е. право беспошлинного ввоза и вывоза товаров, и превратилась в крупный торговый порт. Освоение южных плодородных земель идет очень быстро, и Новороссия становится важным источником хлебного экспорта, прежде всего пшеницы.

После 1805 г. колонизация южных степей развивается прежде всего за счет русских крестьян: государственные крестьяне из сравнительно густо заселенных губерний (Тульской, Курской) переводятся в Новороссию, массовый вывоз иностранцев прекращается. Делая некоторые шаги в сторону децентрализации, Петербург не хотел отказаться от контроля. Дополнительным примером этой политики может быть американская эпопея. В XVIII в. русские моряки вели торговлю в сравнительно ограниченной зоне Тихого океана: у берегов Охотского моря и Камчатки, доходя до Алеутских островов и северо-американского побережья. Петербург не отзывался на просьбы моряков-торговцев оказать им поддержку. Только в 1799 г. проект Григория Шелехова (1747-1795), наиболее динамичного из русских купцов-мореходов, через 15 лет после его смерти был утвержден императором Павлом I. Была создана контролируемая государством Русско-Американская компания, получившая монопольное право торговли в Тихом океане. Образцом для статута Русско-Американской компании были хартии, данные в XVIII в. голландским, английским и французским компаниям, торговавшим с Индией и другими колониями. Александр I, продолжая дело отца, перевел правление Русско-Американской компании из Иркутска в Петербург.

Первые годы правления Александра, время мечтаний и разговоров о реформах, были периодом религиозной терпимости, широта которой становится особенно очевидной при сравнении с политикой Николая I. В числе причин было равнодушие императора к религии, в которой он видел одну из форм просвещения народа, интерес к эзотеризму и мистике. Все члены Негласного комитета были, как считали современники, масонами. В масонстве подозревали, имея серьезные основания, князя Александра Голицина, которого Александр назначил обер-прокурором Синода, руководившего православной церковью. В 1803 г. молодого императора посетил И.В. Бебер, один из виднейших масонов своего времени. «То, что вы мне говорите об этом обществе, — сказал якобы Александр, убежденный собеседником, — меня вынуждает не только оказать ему покровительство, но даже просить о принятии меня в число масонов». По существующим разноречивым версиям, Александр I был принят в масонский орден в 1808 г. в Эрфурте, в 1812 г. в Петербурге, в 1813 г. в Париже одновременно с прусским королем Фридрихом Вильгельмом III.

Запретительные меры против «раскольников» были прекращены Екатериной II в 1783-1785 гг. При Александре, хотя и с колебаниями, старообрядцы начали получать разрешения на строительство церквей, часовен, на богослужения и кладбища. Историки называют время Александра «золотым веком» русского сектантства. Возникавшие со второй половины XVII в. многочисленные секты, отражавшие интенсивный характер духовных поисков русского народа и напряженность религиозных настроений, преследовались еще активнее, чем старообрядцы. Александр I, вступив на престол, немедленно прекратил их преследование, из тюрем были освобождены все узники-сектанты, вернулись ссыльные. Сектанты — хлысты, скопцы, духоборы, молокане и т.д. — получили возможность переселения из внутренних губерний, где их преследовали местные власти и вражда населения, на окраины: в Таврическую, Астраханскую, Самарскую губернии.

Терпимость властей способствовала пробуждению интереса к русскому «духовному христианству», к сектам в столичном высшем обществе. Особое внимание привлекали мистическая секта хлыстов и выделившиеся из них скопцы, учившие, что женская красота «весь свет поедает и к Богу идти не пущает, а поскольку никакие средства не действительны против женщин, остается лишить мужчин возможности грешить». Основатель скопческой секты Кондратий Селиванов после возвращения из ссылки в Сибири (1775- 1796) жил в Петербурге (умер в 1832 г.), где пользовался неизменным вниманием высшего общества и купечества. В 1805 г. Александр I, отъезжая в армию, нанес визит основателю скопчества. Рассказывают, что Кондратий Селиванов предсказал императору поражение под Аустерлицем.

Взгляд на религию как инструмент просвещения определял в значительной мере отношение императора к лютеранству и католицизму. «Вот почему, — пишет биограф Александра I, — лютеранские пастыри и католические ксендзы, как люди светски образованные, пользовались в глазах Александра большими правами на уважение, чем наше православное духовенство. Польские ксендзы и остзейские пастыри легко добились тогда таких привилегий, о коих не смели и мечтать русские священники»24.

Возродились планы обращения России б католицизм, казалось бы, прерванные убийством Павла I. Одним из активнейших пропагандистов католицизма был Жозеф де Местр, считавший, что следует начать с обращения в католичество дюжины аристократок. В этом направлении были достигнуты значительные успехи: духовными дочерями иезуитов были М. Нарышкина (Четвертинская), фаворитка императора, знатные дамы — Бутурлина, Голицина, Толстая, Ростопчина, Шувалова, Гагарина, Куракина.

Либеральный воздух эпохи побуждал к мечтам. Алексей Еленский, камергер последнего польского короля, поселившись в Петербурге, стал последователем скопчества и послал в 1804 г. Новосильцеву проект создания корпуса государственных пророков. Они придавались бы всем важнейшим правительственным деятелям и умилоствляли Бога своими молитвами, а также возвещали волю Духа Божьего. Место главного представителя Святого Духа при императоре Еленский предназначал «Богу» скопцов Кондратию Селиванову. Проект остался в бумагах Новосильцева, автор был сослан в монастырь. Александр посетил Селиванова год спустя.

Расширение империи за счет территорий, входивших в состав Речи Посполитой, окончательно ликвидированной после третьего раздела, привело к включению в состав России миллионного (в конце XVIII в.) еврейского населения. Возник еврейский вопрос, который не перестанет занимать государственных и политических деятелей, идеологов и публицистов и в конце XX в.

Екатерина II, вступив на престол, вынуждена была, как она рассказывает в своих «Записках», немедленно решить вопрос (пришла его очередь в Сенате) о проекте, разрешавшем евреям въезд в Россию. Выяснив, что Елизавета отвергла подобное предложение резолюцией: «Я не желаю выгоды от врагов Иисуса Христа», молодая императрица приказала отложить дело «до другого времени». По мере увеличения имперской территории и еврейского населения вопрос принимает иной характер. Проблема въезда евреев в Россию становится проблемой их жизни в империи. В 1791 г. была введена черта оседлости — территория, вне которой евреи не имели права жительства. В черту оседлости входили Малороссия, Новороссия, Крым и провинции, присоединенные в результате раздела Польши. Но и на этой территории евреи имели право жить только в городах, но не в сельской местности. В 1794 г. Екатерина обложила евреев двойной податью по сравнению с христианами.

В 1798 г. сенатор Гаврила Державин был отправлен в Белоруссию, чтобы «исследовать поведение евреев, не изнуряют ли они поселян в пропитании их обманами, и искать средств, чтобы они, без отягощения последних, сами трудом своим пропитывать себя могли»25. Державин, как он рассказывает в мемуарах, собрал сведения «от благоразумнейших обывателей, от езуитской академии в Плоцке, всех присутственных мест, дворянства и купечества и самих казаков, относительно образа жизни жидов…»

Сенатор Державин представил свое «мнение о евреях» Павлу I, но император оставил его без внимания. Записка Державина «пришла в движение» при Александре I. Был создан комитет. Состав его свидетельствовал о значении, которое придавалось вопросу. Членами комитета были граф Чарторыжский, граф Потоцкий, граф Валериан Зубов и Гаврила Державин26. Первым решением комитета было приглашение представителей еврейского населения для того, чтобы выслушать их мнение о выводах, сделанных Державиным. В 1804 г. было выработано «положение о евреях». Черта оседлости была сохранена, но ее территория расширена, включив Астраханскую и Кавказскую губернии. В пределах черты оседлости евреи должны были пользоваться «покровительством законов наравне со всеми другими русскими подданными». Сохранялось запрещение проживать в сельских местностях и строжайше запрещалось торговать вином. На первом месте в положении 1804 г. стоят статьи, поощряющие просвещение. Детям евреев предоставлялось право обучения во всех российских народных училищах, гимназиях и университетах. Одновременно разрешалось для желающих создание еврейских «особенных школ».

Положение 1804 г. было первым актом, регулировавшим положение евреев Российской империи. Его либеральность, терпимость — знак времени — становятся очевидными при сравнении с последующим законодательством, которое непрерывно ужесточалось.

Следующая глава >

Источник: history.wikireading.ru

НЕГЛАСНЫЙ КОМИТЕТ — законосовещательный орган при российском императоре Алек­сан­д­ре I, со­сто­яв­ший из дру­зей его юно­сти.

Дей­ст­во­вал тай­но («не­глас­но»), су­ще­ст­во­вал на­ря­ду с имев­шим официальный ста­тус Не­пре­мен­ным со­ве­том. Воз­ник по ини­циа­ти­ве Алек­сан­д­ра I, вы­ска­занной в бе­се­де с графом П. А. Стро­га­но­вым 23.04(05.05).1801 года. Идея соз­да­ния Негласного комите оформ­ле­на в двух за­пис­ках, по­дан­ных Стро­га­но­вым им­пе­ра­то­ру 09(21).05.1801 года. В них в ду­хе идей Про­све­ще­ния го­во­ри­лось о не­об­хо­ди­мо­сти уст­ра­нить воз­мож­ность для про­из­во­ла вла­сти, раз­ра­бо­тать ре­фор­му всех от­рас­лей государственного управ­ле­ния и со­ста­вить про­ект кон­сти­ту­ции, а так­же для этих це­лей уч­ре­дить Негласный комитет.

В не­го во­шли сам Алек­сандр I, Стро­га­нов, Н. Н. Но­во­силь­цов, князь А. А. Чар­то­рый­ский, граф В. П. Ко­чу­бей. Из­вест­но 39 за­се­да­ний Негласного комитета в пе­ри­од с 24.06(06.07).1801 года до 09(21).11.1803 года (про­хо­ди­ли главным образом в ка­би­не­те Алек­сан­д­ра I); по-ви­ди­мо­му, до мая 1802 года но­си­ли ре­гу­ляр­ный ха­рак­тер. В отечественной ис­то­рио­гра­фии су­ще­ст­ву­ет так­же пред­по­ло­же­ние о про­ве­де­нии не­за­про­то­ко­ли­ро­ван­ных со­б­ра­ний до 1805 года. Чле­ны Негласного комитета об­су­ж­да­ли кре­сть­ян­ский во­прос (в ча­ст­но­сти, улуч­ше­ние положения государственных и кре­по­ст­ных кре­сть­ян, идею от­ме­ны кре­по­ст­но­го пра­ва при со­хра­не­нии по­ме­щичь­е­го зем­ле­вла­де­ния), пре­об­ра­зо­ва­ния в сфе­ре про­све­ще­ния, про­бле­мы внеш­ней по­ли­ти­ки, со­стоя­ние российской ар­мии и фло­та и др. К раз­ра­бот­ке про­ек­тов чле­ны Негласного комитета при­вле­ка­ли графа А. Р. Во­рон­цо­ва, Н. С. Морд­ви­но­ва, Ф. С. де Ла­гар­па.

К ко­ро­на­ции Алек­сан­д­ра I 15(27).09.1801 года Негласный комитет при уча­стии Во­рон­цо­ва под­го­то­вил Жа­ло­ван­ную гра­мо­ту российскому на­ро­ду («Все­ми­ло­сти­вей­шую гра­мо­ту, Рос­сий­ско­му на­ро­ду жа­луе­мую»; не бы­ла об­на­ро­до­ва­на; опубликована в книге «Кон­сти­ту­ци­он­ные про­ек­ты в Рос­сии XVIII — на­ча­ло XX веков», 2000 год). Не­ко­то­рые ис­то­ри­ки оце­ни­ва­ют её как пер­вый про­ект российской кон­сти­ту­ции. В гра­мо­те дек­ла­ри­ро­ва­лись для дво­рян­ст­ва и го­ро­жан сво­бо­да сло­ва, со­вес­ти, пред­при­ни­ма­тель­ской дея­тель­но­сти, не­при­кос­но­вен­ность ча­ст­ной соб­ст­вен­но­сти, а так­же прин­ци­пы рав­но­го су­до­про­из­вод­ст­ва и пре­зумп­ции не­ви­нов­но­сти, пра­во об­ви­няе­мо­го на за­щи­ту; за­яв­ля­лось о не­об­хо­ди­мо­сти под­го­тов­ки но­во­го Уло­же­ния и при­вле­че­ния Се­на­та и кол­ле­гий к пе­ре­смот­ру дей­ст­во­вав­ше­го за­ко­но­да­тель­ст­ва.

Негласный комитет под­го­то­вил указ Алек­сан­д­ра I от 12(24).12.1801 года о пра­ве куп­цов, ме­щан и ка­зён­ных кре­сть­ян по­ку­пать не­на­се­лён­ные зем­ли, раз­ра­бо­тал ми­ни­стер­скую ре­фор­му 1802 года (в 1802-1803 годах чле­ны Негласного комитета на­зна­че­ны на вы­со­кие по­сты в об­ра­зо­ван­ных ми­ни­стер­ст­вах), ре­фор­му Се­на­та (1802 год), ини­ции­ро­вал соз­да­ние Ко­ми­те­та ми­ни­ст­ров (1802 год).

«Про­то­ко­лы» за­се­да­ний Негласного комитета (за­пи­си П. А. Стро­га­но­ва, сде­лан­ные им на французском языке по па­мя­ти) в пе­ре­во­де на русский язык час­тич­но опубликованы М. И. Бо­гда­нови­чем («Ис­то­рия цар­ст­во­ва­ния им­пера­то­ра Алек­сан­д­ра I и Рос­сии в его вре­мя», т. 1, 1869 год), в ори­ги­на­ле пол­ностью — великим князем Ни­ко­ла­ем Ми­хай­ло­ви­чем [«Граф П. А. Стро­га­нов (1774-1817 годы)», т. 2, 1903 год].

© Большая Российская Энциклопедия (БРЭ)

Источник: w.histrf.ru

Обстоятельства создания Комитета

Историю создания негласного комитета следует начать с 1792 года. Это еще период правления Екатерины II. Ее внуку Александру всего 15 лет, однако, получая свое образование, он знакомится с молодыми государственными чиновниками. Одним из них был Виктор Кочубей, которого в конце 1792 года назначили послом в Стамбул. Ему было всего 24, то есть он был на 9 лет старше Александра. Находясь на службе Кочубей часто переписывался с молодым Романовым, а в письмах затрагивали тему реформ в России. Именно с этого знакомства возникла идея будущей организации.

Когда императором стал отец Александра Павел I, наследник престола уже был знаком со всеми участниками будущего комитета. С 1796 года сам Александр использует название «молодые друзья». В планах будущего императора было «вести государство от деспотизма к конституции». Поэтому участников будущего негласного комитета он подбирал по взглядам и интеллекту, то есть выбор падал на тех людей, которые поддерживали взгляды Александра. А взгляды эти были просты – вести реформы и менять коренным образом все, что делалось до нер, и что делалось его отцом. Именно поэтому молодому Александру очень импонировали демократические взгляды «молодых друзей». В 1801 году власть перешла к Алекснадру.  К этому моменту Негласный комитет был уже полностью сформирован.

Главное назначение негласного комитета

Создавая Негласный комитет будущий император ставил следующие задачи:

  • Модернизация государственного аппарата, в первую очередь создание эффективной административной системы.
  • Расширение прав и свобод подданных империи.
  • Ограничение власти императора с помощью принятия Конституции.

Некоторые из участников комитета находились под большим влиянием Французской революции, поэтому ее лозунг «свобода, равенство, братство» стал для них главным направлением для проведения реформ. Александр I совместно со своими «молодыми друзьями» характеризовали собственную родину, как империя, которая значительно отстает от ведущих стан мира и чтобы Россия стала развитой империей мира, ей необходимы были реформы.

Интересный факт: каждый из участников Негласного комитета имел уникальное право: в любой момент зайти к императору в кабинет и поделится своими идеями. Этим император показывал приоритет реформ для его политики.

Участник комитета

Первое свое заседание в качестве Негласного комитета при императоре Российской империи участники провели 24 июня 1801 года, через три месяца после того, как новым монархом стал Александр. Открывал заседание сам император, однако в будущем он не так часто посещал собрание комитета. Всего в состав Негласного комитета входило четыре человека:

  1. Виктор Павлович Кочубей.
  2. Павел Александрович Строганов.
  3. Адам Ежи Чарторыйский.
  4. Николай Николаевич Новосильцев.

Некоторые историки также участником комитета называют детского учителя Александра Лагарпа. Однако на заседаниях он не присутствовал, поэтому если он и был участником, то только формальным.

Кочубей В.П.

Теперь стоит более подробно остановиться на описание участников комитета. Первым из них был В.Кочубей, уже ранее упомянутый. В 1798 году он вернулся из Стамбула, набравшись там опыта и знаний, а также обрел еще большую решительность в необходимости реформ России. В 1798 году кружок «молодых друзей» был сформирован, поэтому В.Кочубей был приглашен Александром на одну из встреч, где познакомился со всеми участниками.

Строганов П.А.

реформы при негласном комитете

Еще одним участником был П.Строганов. Был на четыре года старше Александра, проходил обучение и стажировку во Франции (родился, кстати, в Париже), а самое интересное то, что он был в Париже как раз момент начала легендарной Французской революции в 1789 году, был знаком с трудами Просветителей (Руссо, Вольтера и других). После возвращения в Россию в 1791 году он поступает на государственную службу. В 1795 году знакомится с Александром. Последнего очень впечатлила эрудированность Строганова, а также его политические взгляды. Позже именно П.Строганову принадлежала идея создания консультативного тайного комитета при императоре. Также Строганов был ярким противником крепостного права в Российской империи. Кстати, Строганов оставил воспоминания о Негласном комитете, которые служат для историков неоценимым источником.

Новосильцев Н.Н.

В том же 1795 году, когда Александр познакомился с Строгановым, произошла встреча будущего императора и Николая Новосильцева, дворянина находящегося на государственной службе. Их познакомил именно П.Строганов. Н.Новосельцев был известным на тот момент в России политиком, он даже принимал участие в подавлении польского восстания Т.Костюшко в 1794-1795 годах. В 1796году произошло знакомство Александра с последним участником будущего комитета поляком Адамом Чарторыйским. После разделов Речи Посполитой с 1772 по 1795 годами, России досталась часть Польши, следовательно, количество поляков в столице и на государственной службе увеличилось. Такими гражданами бывшей Речи Посполитой были Адам и Константин Чарторыйские. Адам получил европейское образование, был во Франции, Англии и Швейцарии, после чего разработал собственный план реформ в Российской империи.

Результаты деятельности

Учитывая, что не все проекты Негласного комитета были реализованы, поэтому приводим краткий список идей и вкладов участников:

  • П.Строганов разработал план реформы Сената, а также написал проект Конституции России.
  • Н.Новосильцев написал проект закона, запрещающий индивидуальную продажу крепостных, предлагал исключать дворян из Дворянского Собрания за неграмотность и негуманное отношение к крепостным. Кроме того, в 1802 году написал проект министерской реформы.
  • А.Чарторыйский начал свою деятельность как участник комитета с детального анализа проблем Российской империи. Примечательно то, что многие проблемы, указанные Чарторыйским, так и не были решены в XIX столетии и стали причиной революций начала ХХ.
  • В.Кочубей совместно с Новосельцевым разработал проект создания министерств в России.

Как видим, идея Негласного комитета беспрецедентна в истории России. Это был первый случай создания консультативного коллегиального органа для подготовки проектов законов. Это была своеобразная «лаборатория» разработки реформ. Однако внешнеполитическая ситуация, а особенно обострение отношение с Францией и как следствие дальнейшие войны с Наполеоном внесли коррективы в работу комитета «молодых друзей». После победы России в войне, а также подписание решений Венского конгресса привели к ограничению работы Негласного комитета.

Популярные статьи:


Полтавская битва

Император Павел 1

Присоединение Украины

 

Последние добавления:

Источник: istoriarusi.ru

Участники Негласного комитета

Комитет оправдывал свое название: это был своеобразный дружеский кружок, который действовал в обстановке негласности, то есть секретности. Основным центром, в котором разрабатывались идеи преобразований, стал так называемый Негласный комитет. В его состав вошли «молодые друзья» царя:

  • представители русской аристократии Павел Строганов и Николай Новосильцев;
  • польский князь Адам Чарторыйский;
  • потомок малороссийской казацкой старшины Виктор Кочубей.

Все они были убежденными сторонниками конституционной монархии и отмены крепостного права, единомышленниками Александра Павловича еще смолоду.

Тем не менее, именно в Негласном комитете были определены основные направления реформаторской деятельности царя и отчасти подготовлены сами реформы.

Заседания комитета

На заседаниях Негласного комитета (он работал с июня 1801 г. до мая 1802 г., а 1803 г. проведено только 4 заседания) было признано, чтобы в первую очередь выявить действительное положение дел, затем реформировать различные части администрации и, наконец, обеспечить государственные учреждения конституцией, основанной на настоящем духе народа.

Обсуждали также вопрос о повышении обороноспособности страны, основные направления ее внешней политики, прерогативы Сената, постепенную отмену крепостного права. Дискуссии и споры вокруг программы преобразований поставили молодого императора и его сторонников перед серьезной проблемой: как проводить либеральные реформы в стране, где большинство населения находилась в крепостной неволе, где отмена крепостного права неизбежно подрывало собственность и привилегии дворян, которые все же обладали некоторыми гражданскими правами. Получалось также, что только монарх, который сосредоточивал в своих руках всю полноту самодержавной власти, мог совершить такие преобразования.

Негласный комитет многие сановники сразу же оценили как «якобинскую шайку», как сборище чуть ли не революционеров. Это было совершенно несправедливо. Сохранившиеся протоколы заседаний Негласного комитета ясно показывают, насколько осторожны и умерены в своих предложениях были его члены. Речь шла о постепенных, хорошо продуманных и подготовленных преобразованиях, к которым Россию подталкивал весь ход ее развития.

В 1803 г. царь окончательно прекратил заседания Негласного комитета, однако, его членов назначил на важнейшие государственные должности, таким образом, превратив их из советников в практических исполнителей.

Источник: spravochnick.ru

You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.