Княжение мстислава великого

Князь Новгорода и Ростова. Войны со Святославичами

 

Святополк после гибели брата Ярополка Изяславича нарушил данное новгородцам обещание пожизненно княжить в Новгороде и обосновался в Турове. А в Новгороде его место занял Мстислав, внук киевского князя Всеволода Ярославича.

 

Мстислав тоже поклялся новгородцам княжить у них до конца жизни (1086). Святославичи в 1094-ом году предъявили претензии на правление в Чернигове, Смоленске, Новгороде.

 

К тому времени Мстислав уже правил в Ростове. Давыд Святославич в этот период (1094 – 1095) сидел на престоле в Новгороде, но переходил в Смоленск, и новгородцы потом не приняли его обратно.

 

Вместе с новгородцами Мстислав в 1096 г. боролся с Олегом Святославичем, изгнанным с юга. На реке Медведице в битве с братом Олега Ярославом Святославичем Мстислав победил, а потом разбил и Олега. В 1102 г.

 

Святополк Изяславович, киевский князь, захотел в Новгороде посадить своего сына вместо Мстислава. Но новгородцы ответили Святополку угрожающе, мол, можно и прислать нового князя, если у него две головы. При Мстиславе в Новгороде был расширен Детинец (1116), началось строительство церкви Благовещенья (1103), Николо – Дворищеского собора (1113). Князь Белгорода. В 1117-ом году отец велел Мстиславу отправиться на княжение в Белгород.

 

Этот перевод на юг не понравился Ярославу Святополчичу, зятю Мстислава, потому он и изгнал его с Волыни. Летописцы осуждают Ярослава Святополчича за то, что он противоборствовал своему тестю Мстиславу. А в Новгороде был посажен его сын Всеволод.

 

Великий Киевский князь

 

Умер Владимир Мономах (1125). На правах его старшего сына Мстислав стал наследником Киевского княжества. Это не вызвало сопротивления со стороны Святославичей Черниговских. Законность престолонаследия Мстислава признали также все братья. Но в его ведении поначалу была исключительно Киев. Расширить свои владения Мстислав решил в ходе борьбы за черниговское княжение (1127).

 

В результате военных и дипломатических манипуляций Курск и Посемье отошли Мстиславу, где он сразу посадил своего сына Изяслава, а Муром и Рязань обособились от Чернигова, там правил Ярослав и его потомки. В 1127-ом году произошли еще некоторые передвижения: Вячеслав Владимирович оставил Смоленск, перейдя в Туров, а Смоленск возглавил сын Мстислава – Ростислав, который впоследствии основал местную династию.

 

Тогда же, в 1127 г., Мстислав предпринял поход на полоцкие земли, в результате которого были разорены и разграблены несколько городов, а в Полоцке Давыд Всеславич был свергнут, его место занял брат – Рогволод. На следующий (1128) год Рогволод умер. В Полоцк снова вернулся Давыд, который не захотел мира с Мстиславом. А во время очередного похода (1129) Мстислав захватил в плен Давыда, Ростислава и Святослава Всеславичей вместе с их семьями.

 

Полоцкое княжество присоединил к Киевскому, а на полоцкой земле оставил второстепенного князя Василька Святославича в г. Изяславле. Пленных князей полоцких Мстислав выслал в Константинополь. В прибалтийских землях военные кампании Мстислава имели переменный успех: чудь обложил данью (1130), поражение у Юрьева (1131), удачный поход в Литву (1132) и разгром на обратном пути.

 

После смерти Мстислава

 

Умер Мстислав 14. 04. 1132, передав княжение в Киеве брату Ярополку, с которым был заключен договор о передаче Переяславля Всеволоду Мстиславичу. Этот план реализовать не удалось по причине несогласия младших Владимировичей и по причине потери Новгорода и Полоцка.

 

Ольговичи в свою очередь использовали конфронтацию Владимировичей и Мстиславичей и вернули себе Посемье, включились а борьбу за главный престол. Год смерти Мстислава Владимировича Великого историки датируют началом распада Киевской Руси на отдельные самостоятельные княжества.

Источник: worknet-info.ru

МСТИСЛАВ ВЛАДИМИРОВИЧ ВЕЛИКИЙ — князь нов­го­род­ский [1091(92) год (по другим дан­ным, 1088(89)-1094 годы (по другим дан­ным, 1095 год); 1096-1117 годы], бел­го­род­ский (1117-1125 годы), ки­ев­ский (1125-1132 годы).

Из ди­на­стии Рю­ри­ко­ви­чей, стар­ший сын князя Вла­ди­ми­ра Все­во­ло­до­ви­ча Мо­но­ма­ха от пер­во­го бра­ка с Ги­дой, до­че­рью по­след­не­го анг­лосак­сон­ско­го ко­ро­ля Ха­раль­да (Га­роль­да) II. От пер­во­го бра­ка с Хри­сти­ной (Кри­сти­ной), до­че­рью шведского ко­ро­ля Ин­ге I Стар­ше­го, Мстислав имел че­ты­рёх сы­но­вей (Все­во­ло­да Мсти­сла­ви­ча, Изя­сла­ва Мсти­сла­ви­ча, Рос­ти­сла­ва Мсти­сла­ви­ча, Свя­то­пол­ка Мсти­сла­ви­ча) и по край­ней ме­ре семь до­че­рей. От вто­ро­го бра­ка (1122) Мстислав с до­черью нов­го­род­ско­го по­сад­ни­ка Дмит­ра За­ви­до­ви­ча ро­ди­лись сы­но­вья Яро­полк Мсти­сла­вич и Вла­ди­мир Мсти­сла­вич Ма­че­шич и дочь Ев­фро­си­ния Мсти­слав­на (впо­след­ст­вии же­на венг. ко­ро­ля Ге­зы II).

В прав­ле­ние Мстислава в Нов­го­ро­де на­ча­ло фор­ми­ро­вать­ся по­сад­ни­че­ст­во, дей­ст­вую­щее на­ря­ду с кня­же­ской вла­стью, в ре­зуль­та­те по­ло­же­ние Мстислава ока­за­лось двой­ст­вен­ным. С од­ной сто­ро­ны, он «род­ной» для Нов­го­ро­да, и нов­го­род­цы в 1102 году от­ка­за­лись (ве­ро­ят­но, не без мол­ча­ли­вой под­держ­ки Вла­ди­ми­ра Мо­но­ма­ха) при­нять на его ме­сто Яро­сла­ва, сы­на Свя­то­пол­ка Изя­сла­ви­ча, быв­ше­го в то вре­мя ки­ев­ским кня­зем, объ­яс­няя это тем, что они «вскор­ми­ли со­бе князь»; с дру­гой — власть нов­го­род­ско­го кня­зя ог­ра­ни­чи­ва­лась. След­ст­ви­ем на­пря­жён­но­сти ме­ж­ду го­ро­дом и кня­зем стал пе­ре­нос кня­же­ской ре­зи­ден­ции из Нов­го­ро­да на Го­ро­ди­ще (Рю­ри­ко­во го­ро­ди­ще), где Мстислав в 1103 году воз­вёл ка­мен­ную церковь Бла­го­ве­ще­ния, вкла­дом в ко­то­рую ста­ло зна­ме­ни­тое Мсти­сла­во­во Еван­ге­лие.

В 1095-1096 годах (по другим дан­ным, в 1094-1096 годах) Мстислав ухо­дил на кня­же­ние в Рос­тов, во вре­мя ко­то­ро­го в 1096 году на­нёс по­ра­же­ние вой­скам князя Оле­га Свя­то­сла­ви­ча, на­пав­шим на Северо-Восточную Русь, на реке Ко­лок­ша, а за­тем при­ми­рил раз­би­то­го про­тив­ни­ка с от­цом. Уча­ст­во­вал в по­ло­вец­ких по­хо­дах рус. кня­зей (1107, 1111). В 1110-е годы по­зи­ции Мстислава в Нов­го­ро­де, по всей ви­ди­мо­сти, сно­ва ук­ре­пи­лись. Об этом сви­де­тель­ст­ву­ют за­клад­ка в 1113 году Мстиславом кня­же­ско­го со­бо­ра на Яро­сла­во­вом дво­ри­ще (так называемый Ни­ко­ло-Дво­ри­щен­ский со­бор), на­ча­ло строи­тель­ст­ва кня­зем но­вых, бо­лее об­шир­ных городских ук­ре­п­ле­ний (1116), уси­ле­ние его во­енной ак­тив­но­сти в от­но­ше­нии дан­ни­че­ской пе­ри­фе­рии Нов­го­ро­да: по­хо­ды на оче­лу (по­гра­нич­ное летт­ское пле­мя к юго-за­па­ду от Пско­ва; 1111), на чудь в рай­он города Оден­пе (ны­не Оте­пя, Эс­то­ния; 1113, 1116). Около 1115 года, оче­вид­но при по­сред­ни­че­ст­ве или да­же по ини­циа­ти­ве Мстислава, в Нов­го­роде в ре­зуль­та­те со­еди­не­ния ме­ст­но­го и ки­ев­ско­го ле­то­пи­са­ния воз­ник пер­вый дос­то­вер­но фик­си­руе­мый ле­то­пис­ный свод (по тер­ми­но­ло­гии А.А. Гип­пиу­са — «свод Мсти­сла­ва Вла­ди­ми­ро­ви­ча»).

В 1117 за­ни­мав­ший ки­ев­ский стол Вла­ди­мир Все­во­ло­до­вич Мо­но­мах пе­ре­вёл Мстислава. на кня­же­ние в город Бел­го­род Ки­ев­ский, а не­сколь­ко позд­нее дал ему, вме­сте с его млад­шим бра­том Яро­пол­ком Вла­ди­ми­ро­ви­чем, Пе­ре­яс­лавль (Рус­ский), на­ме­ре­ва­ясь из­ме­нить по­ря­док на­сле­до­ва­ния ки­ев­ско­го сто­ла и ос­та­вить его не ди­на­сти­че­ски стар­ше­му в сле­дую­щем по­ко­ле­нии Рю­ри­ко­ви­чей — Яро­сла­ву Свя­то­пол­чи­чу, а Мстиславу. Как по­ка­за­ли по­сле­дую­щие со­бы­тия, это бы­ла на­стоя­щая ди­на­стическая ре­фор­ма, в ней клю­че­вая роль от­во­ди­лась имен­но Мстиславу, ко­то­рый дол­жен был в сою­зе с без­дет­ным бра­том Яро­пол­ком Вла­ди­ми­ро­ви­чем обес­пе­чить за­кре­п­ле­ние Кие­ва за свои­ми стар­ши­ми сы­новь­я­ми в об­ход млад­ших брать­ев — Вя­че­сла­ва Вла­ди­ми­ро­ви­ча, Юрия Вла­ди­ми­ро­ви­ча Дол­го­ру­ко­го и Ан­д­рея Вла­ди­ми­ро­ви­ча. По­сле 1117 года Мстислав ино­гда вы­сту­па­ет в ис­точ­ни­ках как со­пра­ви­тель от­ца.

На сле­дую­щий день по­сле смер­ти от­ца, 20.05.1125 года, Мстислав бес­пре­пят­ст­вен­но за­нял ки­ев­ский стол. Фак­ти­че­ски под пря­мым кон­тро­лем Мстислава на­хо­ди­лись Нов­го­род и Смо­ленск, где кня­жи­ли его сы­но­вья Все­во­лод (с 1117 года) и Рос­ти­слав (с 1125 года). В 1127 году в кон­флик­те ме­ж­ду чер­ни­гов­ским кн. Яро­сла­вом Свя­то­сла­ви­чем и из­гнав­шим его из Чер­ни­го­ва пле­мян­ни­ком Все­во­ло­дом Оль­го­ви­чем Мстислав, на­ру­шив дан­ное ра­нее обе­ща­ние, под­дер­жал по­след­не­го, вы­дав за не­го за­муж дочь. Ле­том 1127 года Мстислав ор­га­ни­зо­вал об­ще­рус­ский по­ход на По­лоц­кое княжество, за­вер­шив­ший­ся сме­ще­ни­ем по­лоц­ко­го князя Да­ви­да Все­сла­ви­ча и воз­ве­де­ни­ем на по­лоц­кий стол его бра­та Рог­во­ло­да-Бо­ри­са Все­сла­ви­ча.

По­сле ско­рой смер­ти по­след­не­го (воз­мож­но, на­силь­ст­вен­ной; в ис­точ­ни­ках смут­но опи­сы­ва­ет­ся не­кое на­ру­ше­ние по­ло­ча­на­ми кре­ст­но­го це­ло­ва­ния) Мстислав в 1129 году при­нял бес­пре­це­дент­ные в древне-русской ис­то­рии ме­ры: со­слал прак­ти­че­ски всех по­лоц­ких Изя­сла­ви­чей в Ви­зан­тию, а на кня­же­ние в По­лоц­ке по­садил сво­его сы­на Изя­сла­ва. Вы­сту­пил ини­циа­то­ром по­хо­да Мсти­сла­ви­чей на чудь (1130), воз­глав­лял по­ход на лит­ву (1131), про­дол­жая тра­ди­ци­он­ное для кня­же­ния сво­его от­ца си­ло­вое дав­ле­ние на чуд­ско-балт­ское язы­че­ское по­гра­ни­чье Древне-русского государства.

Не­дос­та­точ­но яс­ным ос­та­ёт­ся со­от­но­ше­ние ме­ж­ду вла­стью ки­ев­ско­го кня­зя, а так­же на­зна­чае­мо­го им кня­зя нов­го­род­ско­го и ме­ст­ны­ми ин­сти­ту­та­ми в Нов­го­ро­де в ки­ев­ское кня­же­ние Мстислава. Со­глас­но ги­по­те­зе В.Л. Яни­на, в 1125 году или вско­ре пос­ле это­го Мстислав ук­ре­пил ог­ра­ничен­ное нов­го­род­ски­ми за­ко­на­ми иму­щественное по­ло­же­ние нов­го­род­ско­го кня­зя (ко­то­рый и по­сле Все­во­ло­да Мсти­сла­ви­ча дол­жен был про­ис­хо­дить из по­том­ков Мстислава), за­кре­пив за ним до­хо­ды с ря­да во­лос­тей на се­ве­ре Смо­лен­ско­го кн-ва. Имен­но в со­став это­го но­во­го кня­же­ско­го до­ме­на вхо­ди­ла во­ло­ст­ка Бу­ец, по­да­рен­ная Мстиславом и Все­во­ло­дом Мсти­сла­ви­чем нов­го­род­ско­му Юрь­е­ву монастырю около 1130 года (в том, что со­хра­нив­шая­ся дар­ст­вен­ная яв­ля­ет­ся ори­ги­на­лом, в по­след­ние го­ды вы­ска­зы­ва­лись обос­но­ван­ные со­мне­ния). Мстиславу, ве­ро­ят­но, при­над­ле­жат до­шед­шие в ко­ли­че­ст­ве около 20 экземпляров бул­лы двух ти­пов с изо­бра­же­ни­ем святого ве­ли­ко­му­че­ни­ка Фео­до­ра.

В об­лас­ти внеш­ней по­ли­ти­ки Мстислав под­дер­жи­вал со­юз­нические от­но­ше­ния с ви­зантийской ди­на­сти­ей Ком­ни­нов, сло­жив­шие­ся ещё в 1122 году, ко­гда од­на из до­че­рей Мстислава (в Ви­зан­тии но­сив­шая имя Ири­на) бы­ла вы­да­на за Алек­сея, сы­на и со­пра­ви­те­ля императора Ио­ан­на II Ком­ни­на (1118-1143 годы). Около 1130 года в Ки­ев из Кон­стан­ти­но­по­ля при­бы­ли 2 ико­ны Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы — Пи­ро­го­щи и по­лу­чив­шей впо­след­ст­вии назв. Вла­ди­мир­ской; для пер­вой из них Мстиславмза­ло­жил в Кие­ве в 1131 году осо­бый храм, а вто­рая пе­ре­да­на в Бо­ри­сог­леб­ский со­бор в Выш­го­ро­де.

В свя­зи с под­го­тов­кой вме­ша­тель­ст­ва в венгерские де­ла в кон­це прав­ле­ния ко­ро­ля Иш­тва­на II (1116-1131 годы) с це­лью воз­вес­ти на трон пле­мян­ни­ка Мстислава — Бо­ри­са, сы­на венгерского ко­ро­ля Каль­ма­на, не при­знан­но­го от­цом, в ис­точ­ни­ках вы­ри­со­вы­ва­ют­ся кон­ту­ры рус­ско-ви­зантийско-польского сою­за ру­бе­жа 1120-1130-х годов. Име­ют­ся так­же от­ры­воч­ные све­де­ния о ди­пло­ма­тических кон­так­тах Мстислава на Бал­ти­ке: с норвежским ко­ро­лём Си­гур­дом I (1103-1130 годы), же­на­тым на од­ной из стар­ших до­че­рей Мстислава — Мал­фри­де; датским гер­цо­гом, а за­тем обод­рит­ским ко­ро­лём Кну­том Ла­вар­дом (убит в 1131 году), же­на­тым на дру­гой до­че­ри Мстислава — Ин­ге­бор­ге. По­след­ний брак имел це­лью ук­ре­п­ле­ние сбли­же­ния Нов­го­ро­да с датским ко­ро­лём Ниль­сом (1104-1134 годы) — сою­зу с Ниль­сом Мстислав, ве­ро­ят­но, ос­тал­ся ве­рен и во вре­мя кон­флик­та датского ко­ро­ля с Кну­том Ла­вар­дом в 1129-1131 годах.

Мстислав был по­гре­бён в ос­но­ван­ном им монастыре Св. Фео­до­ра в Кие­ве.

Дополнительная литература:

Со­ловь­ев С. М. Соч. М., 1988. Кн. 1;

Янин В. Л. Ак­то­вые пе­ча­ти Древ­ней Ру­си X–XV вв. М., 1970, 1998. Т. 1, 3 (т. 3 совм. с П. Г. Гай­ду­ко­вым); он же. Нов­го­род и Лит­ва: По­гра­нич­ные си­туа­ции XIII–XV вв. М., 1998; он же. Нов­го­род­ские по­сад­ни­ки. 2-е изд. М., 2003;

Гип­пи­ус А. А. К ис­то­рии сло­же­ния тек­ста Нов­го­род­ской пер­вой ле­то­пи­си // Нов­го­род­ский ис­то­ри­че­ский сбор­ник. СПб., 1997. Вып. 6(16);

[Ма­те­риа­лы круг­ло­го сто­ла «Мсти­слав Ве­ли­кий и его эпо­ха»] // Древ­няя Русь: во­про­сы ме­дие­ви­сти­ки. 2007. № 1(27);

Dąbrowski D. Genealogia Mścisławowiczów: pierwsze pokolenia (do początku XIV wieku). Kraków, 2008;

На­за­рен­ко А. В. Древ­няя Русь и сла­вя­не (ис­то­ри­ко-фи­ло­ло­ги­че­ские ис­сле­до­ва­ния). М., 2009.

Источник: w.histrf.ru

Мстислав Владимирович Великий, в крещении Фёдор. (1 июня 1076 — 14 апреля 1132) — Великий князь Киевский (1125—1132), сын Владимира Мономаха.  Святой Русской Православной Церкви, благоверный. Продолжал укреплять единодержавную власть великого князя и границы государства.

Сын гиды. У Владимира Мономаха было три жены. Первая, Гида — дочь печально известного в истории Альбиона короля Гарольда, погибшего в 1066г. в битве при Гастингсе, — прибыла в Киевскую Русь около 1074—1075 гг. из Дании. После трагедии при Гастингсе, когда норманны начали завоевание Альбиона, датский король Свенд II приютил у себя двор короля Гарольда и делал все, чтобы изгнанникам жилось у него хорошо. Более того, выступая в роли свата, он организовал свадьбу 18 -летней Гиды с Владимиром Мономахом, в то время княжившим в Переяславле. В 1076г. дочь Гарольда родила сына Мстислава — будущего великого князя Киевского. После этого в летописях Гида не упоминается ни разу.

По воле отца в тринадцатилетним возрасте стал новгородским князем, где правил в 1088—1093 и 1095—1117, действуя в согласии с новгородцами и способствуя укреплению (в 1116 году произошло расширение новгородского Детинца) и украшению (по его указанию заложена была церковь Благовещенья на Городище в 1103 году, и в 1113 году — Николо-Дворищенский собор) города.В 1093-1095 годах Мстислав правил в Ростовской земле и сыграл главную роль в борьбе своего отца Мономаха и Олега Святославича: в 1096 году в битве на р. Медведице он разбил брата Олега — Ярослава Святославича, а затем и самого Олега, которому пришлось оставить Муром и Рязань и бежать в степь.

В 1127 г. Вячеслав стал князем Турова, а Смоленск уступил сыну Мстислава — Ростиславу. В том же году в Чернигове князь Ярослав Святославич был свергнут своим племянником — Всеволодом Ольговичем. Мстислав и его брат Ярополк выступили против Всеволода; в ходе этой войны они захватили Курск и Посемье, где стал править старший сын Мстислава — Изяслав. Вернуть свергнутого Ярослава на черниговский престол не удалось: по миру Всеволод стал князем Чернигова, а Ярослав получил Муромо-Рязанский удел.Таким образом, с 1127 г. Мстислав владел Киевом, Новгородом (сын Всеволод), Смоленском (сын Ростислав), Посемьем (сын Изяслав), сохраняя контроль над важнейшими городами Руси и главным торговым путём «из варяг в греки».

В 1127 г. Мстислав совершил первый поход на Полоцкое княжество: были взяты и разграблены города Стрежев, Лагожск, Изяславль, а в Полоцке князь Давыд Всеславич заменён братом — Рогволодом. В 1128 г. Рогволод умер, и в Полоцке снова сел Давыд, отказавшийся от мира. Во время нового похода в 1129 г. Мстислав взял в плен трёх оставшихся Всеславичей (Давыда, Святослава и Ростислава) и всех их родных, Полоцкое княжество аннексировал: сюда был переведён на княжение Изяслав Мстиславич. В Полоцкой земле остался только второстепенный князь Василько Святославич (в Изяславле). В 1130 Мстислав выслал пленных полоцких князей в Константинополь. В его правление также происходили постоянные усобицы в Галицком княжестве из-за передела наследства князей Володаря и Василька Ростиславичей, умерших в 1124 г.; великий князь в эти усобицы, видимо, не вмешивался.

Во внешней политике Мстислав продолжал линию отца: подробности его походов против половцев неизвестны, но сообщается, что в итоге половцы были загнаны за Дон, за Волгу и за Яик (современная р. Урал). Видимо, спасаясь от русских дружин, ушёл на Кавказ из Причерноморья хан Артык (Отрок) с частью половцев, которые затем появились в Грузии в качестве наёмников. Военное могущество Мстислава было настолько неоспоримым, что именно он — единственный из всех князей Киевской Руси — заслужил в летописях произвище «Великий». Брачными союзами со скандинавскими государствами и с Византией он укрепил позиции государства на международной арене. Не всегда удачными были второстепенные кампании в Прибалтике: в 1130 г. чудь была обложена данью, однако новый поход 1131 г. закончился поражением у Юрьева. Удачен был поход на Литву (1132 г.), но на обратном пути киевляне были разбиты.14 апреля в 1132 году Мстислав I умер, уступив трон своему брату Ярополку II.  Великий князь Киевский похоронен в Киеве, в церкви Святой Софии.

1132 г. считается годом окончательного распада Киевской Руси: с одной стороны, сыновья Мстислава (Изяслав, Ростислав, Всеволод) стали правителями самостоятельных княжеств и в дальнейшем выступали против своих дядьёв Мономаховичей; с другой — ни один из ближайших преемников Мстислава не обладал его военными и политическими талантами и не мог остановить дезинтеграции государства.

File:Gospels russia.jpg

Мстиславово евангелие (Евангелие апракос). Новгород (из церкви Благовещения на Городище). Начало 12 века (до 1117 года). Писец Алекса и златописец Жаден. На миниатюре — евангелист Иоанн с Прохором. Заставка и инициал — «византийского стила». Переписано по заказу новгородского князя Мстислава Владимировича (1076-1132). Видимо, в 1125-32 гг. уже великим князем киевским Мстислав заказал для него в Константинополе оклад, который не сохранился. В 1551 году по приказу Ивана Грозного переплет был перемонтирован.

Итоги правления

Увядающий Киев, лишенный мощной подпитки, получаемой от «варяжского пути», к середине XII века уже не мог держать в повиновении крупные и мелкие княжества. Созданная Рюриковичами пирамида с вершиной в Киеве стала по объективным причинам рушиться. Мстислав, каким бы великим он ни был, не смог бы остановить процесс разложения, дробления. Он сделал все, чтобы этот процесс проходил с наименьшими потерями для страны в целом и для каждого соотечественника в отдельности. С междоусобицей Мстислав боролся теми способами и средствами, которые считал нужными и важными. Чтобы покончить с этим злом, он решил нанести сокрушительный удар по князьям полоцким, потомкам варяжки Рогнеды, являвшимся, по мнению великого князя Киевского, первопричиной распри.

Они действительно представляли собой постоянную угрозу для мира внутри державы, вели независимую политику, часто не подчинялись высшей власти. В целом, правление Мстислава было достаточно успешным. Ему удалось хоть и ненадолго, но все же объединить Русь, снова сделать ее единым государством и сдерживать князей от междоусобиц (которые возобновились только после его смерти). При нем Русь совершила ряд победоносных военных походов на соседние территории, разбила половцев и завоевала новые территории. При Мстиславе города начали расширяться, особенно сильно это заметно в Новгороде и Новгородском княжестве. Было построено много новых церквей.

Историки отмечают, что свое прозвище Мстислав получил именно за то, что ему удалось «утихомирить» князей, заставив их снова считаться с мнением великого князя и не вести постоянные войны. При Мстиславе также была довольно честная и умеренная политика налоговых сборов, подати хоть и были, но они были не настолько высокими. Чтобы разорять крестьян и феодалов. Летописцы, а затем и некоторые историки именуют его Мстиславом Великим, отдавая тем самым заслуженную дань этому государственному деятелю.В последнее десятилетие множество печатей Мстислава Владимировича и его потомков специалисты-археологи нашли на территории археологических комплексов Великого Новгорода

Семья: В 1095 Мстислав женился на своей четвероюродной сестре, дочери шведского короля Инге I принцессе Христине, которая родила ему много детей: Ингеборга Киевская — вышла замуж за датского князя Кнуда Лаварда.
Мальмфрида Мстиславна — вышла замуж за Сигурда I Норвежского, затем Эрика II Датского.
Евпраксия Мстиславна — вышла замуж за Алексея Комнина, сына византийского императора Иоанна II Комнина
Всеволод Мстиславич — князь новгородский (1117—1136)
Мария Мстиславна — вышла замуж за Всеволода Ольговича новгород-северского
Изяслав Мстиславич — князь курский, князь Волынский, великий князь Киевский (1146—1149, 1150, 1151—1154)
Ростислав Мстиславич — князь смоленский
Святополк Мстиславич — князь полоцкий, псковский, берестейский, новгородский, луцкий и владимиро-волынский
Рогнеда Мстиславна, вышла замуж за Ярослава Святополчича, князя волынского
Ксения Мстиславна, вышла замуж за Брячислава Давыдовича, князя изяславского.

Первая жена умерла 18 января 1122. В этом же году Мстислав женился повторноЕго женой стала Любава Дмитриевна — дочь новгородского посадника Дмитрия Завидича. Дети от второго брака: Владимир Мстиславич
Ефросинья Мстиславна, вышла замуж за короля Венгрии Гезу II

Mstislav_I_of_Kiev_(Tsarskiy_titulyarnik)

Мстислав-Федор Владимирович Великий. Миниатюра из Царского Титулярника.

9761_html_m669846d5

Мстислав Владимирович Великий. Рисунок XIX в

220px-St._Nicholas_Cathedral,_Novgorod

Николо-Дворищенский собор на Ярославовом дворище в Великом Новгороде, заложенный Мстиславом

220px-Великий_Новгород_Городище

Руины церкви Благовещения на Городище.

Лит.: Дворянские роды Российской империи. Т. 1. Князья. СПб., ИПК «Вести», 1993Голубинский Е. Е. «История канонизации святых в русской церкви» (2-е изд., М., 1903);
Грушевский М. С. «История Украины — Руси» (II, изд. 2-е, Львов, 1905);
Иловайский Д. И. Становление Руси. — М.: Астрель: АСТ, 2003.
Лихачев Д. С. Новгород Великий: очерк истории культуры Новгорода XI—XVII вв. — Л.: Госполитиздат, 1945.
Назаренко А.В. Неизвестный эпизод из жизни Мстислава Великого. // Отечественная история. — 1993. — № 2.
Пресняков А. Е. «Княжое право в древней Руси» (Санкт-Петербург, 1908);
Плетнева С. А. Половцы. — М.: Наука, 1990.
Приселков М. Д. «Очерки церковно-политической истории Киевской Руси в X—XII веках» (Санкт-Петербург, 1913);
Соловьев С. М. История отношений между русскими князьями Рюрикова дома. — М.: Астрель: АСТ, 2003.
Соловьев С. М. История России с древнейших времен. — М.: Мысль, 1988. Кн.1, т.2.
Янин В. Л. Актовые печати Древней Руси X—XV вв. Новгородские печати XIII—XV вв . — М.: Наука, 1970. — Т. 2.
Янин В. Л. Новгородские посадники (2-е изд., испр. и доп.). — М.: Языки славянской культуры, 2003.

Источник: deduhova.ru

Мстислав, сын Владимира Мономаха, является одной из самых заметных фигур позднего периода существования Киевской Руси. Вполне справедливо считать его последним князем, сумевшим сохранить единство и целостность державы. После смерти Мстислава в 1132 году распад страны стал необратимым.

Личность Мстислава примечательна также тем, что при нем в первый и в последний раз в Русском государстве раннего Средневековья передача власти от отца к сыну прошла без каких-либо эксцессов. Впервые можно отметить также, что политика сына полностью продолжала политику его отца, Владимира Всеволодовича Мономаха. Если бы такой порядок престолонаследия удавалось реализовывать в династии Рюриковичей и раньше, и позже, то многих бедствий можно было бы избежать.

Мстиславу историки обязаны, как считается, непрекращающимися спорами между «норманистами» и «антинорманистами». Под его пристальным вниманием проводилось переписывание и редактирование «Повести временных лет» в Выдубицком монастыре. Б.А. Рыбаков утверждал, что произошло искажение исторических фактов из-за того, что Владимиру Мономаху и Мстиславу хотелось подчеркнуть древность и значительность происхождения рода русских князей за счет приписывания им варяжского предка в лице Рюрика. Тогда, по мнению историка, появилась гиперболизация роли скандинавов в возникновении и развитии Русского государства, стала преувеличиваться древность Новгорода и его историческое значение на ранних этапах Киевской Руси.

Насколько справедливы такие упреки со стороны Б.А. Рыбакова ? трудно сказать. Даже если Мстислав и проявлял повышенное внимание к хроникально-литературной деятельности, все-таки не это главное в его биографии. В истории он остался мудрым и трудолюбивым государственным деятелем, проницательным политиком, талантливым полководцем. Вся деятельность Мстислава Владимировича была направлена на сохранение единства страны и защиту ее от врагов.

Он один из немногих князей, которых потомки назвали Великими ? не в смысле почетного титула великого князя, а в значении имени, отражающего суть его личности. История знает князей, которых называли Мудрыми (это и Вещий Олег, и мудрейшая Ольга, и Ярослав Владимирович Мудрый). Борис и Глеб за свою кротость и человеколюбие стали первыми русскими святыми великомучениками. Были на Руси и князья, прозвища которых отражали неприятие их действий народом: Святополк Окаянный, Юрий Долгорукий.

Мстислав Владимирович, сын Мономаха, по праву назван Великим.

В возрасте 12 лет, в 1088 году, Мстислав был отправлен в Новгород своим дедом Всеволодом. С 1095 года по 1117 год он непрерывно княжил в Новгороде в течение 22 лет, вплоть до своего отъезда в Киев. Со своенравными новгородцами, жестко контролировавшими деятельность князя, это было непросто.

Княжение в одном из самых богатых и стратегически важных городов Руси всегда было привлекательным. Великий князь киевский Святополк в 1102 году решил посадить в Новгород своего сына. Новгородцы отстояли Мстислава, который нужен был им как умный политик и умелый военачальник. «И сказали новгородцы Святополку: „Вот мы, княже, присланы к тебе, и сказали нам так: «Не хотим ни Святополка, ни сына его. Если же две головы имеет сын твой, то пошли его… сами вскормили себе князя…“ Слова насчет отсутствия двух голов у сына Святополка не были пустой угрозой. Мстислав остался в Новгороде, а Святополку пришлось своего сына устраивать по-другому.

Первым браком Мстислав был женат на шведской принцессе Христине (Кристине). Ее отцом был король Инг Стенкильсон (Стейкельс, как его называл Г.В. Вернадский). После смерти шведки Мстислав женился на новгородской боярышне знатного рода.

Свою дочь Мстислав отдал за шведского короля Сигурда, писал Б.А. Рыбаков.

Напомним, что связи со Швецией не были случайными. Брак отца с английской принцессой Гитой, матерью Мстислава, устроил шведский король, так как в Швецию Гита приехала после гибели своего отца, английского короля Гарольда Годвинсона. Прадед Мстислава, Ярослав Мудрый был женат на шведской принцессе Ингигерде.

Брачные связи в семействе князя исследовал Е.В. Пчелов. Помимо христианского имени Федор, Мстиславу дали также и скандинавское имя Харальд ? в честь его деда, английского короля. Дочери Мстислава носили скандинавские имена: Мальмфрид (Малфреда), Ингибьерг (Ингеборг), Рагнхейд (Рогнеда). Малфреда вышла замуж за норвежского конунга Сигурда Магнусона, а вторым браком ? за датчанина Эрика Эмунса, потом ставшего датским королем Эриком II. Ее сестра Ингеборг стала женой брата Эрика, герцога Шлезвига Кнута Лаварда. Своего сына Малфреда и Эрик назвали в честь деда ? Вальдемаром. Этим именем и дальше стали называть детей в Дании.

Дочь Мстислава, носившая, как считал В.Н. Татищев, русское имя Добродея, а в православном крещении ? Евпраксия, стала женой Алексея Комнина, старшего сына и соправителя византийского императора Иоанна II Комнина. Бракосочетание и коронация произошли весной 1122 года. При коронации Евпраксии дали имя Зоя. Примечательно, что Евпраксия-Зоя с юности интересовалась медициной, продолжила ее изучение в Константинополе после замужества и даже составила медицинский трактат, в котором обобщила свои знания и опыт. Манускрипт, написанный на греческом языке, дошел до наших дней и хранится во Флоренции, в библиотеке Медичи. Таким образом, Евпраксия Мстиславна (родилась около 1106 года, умерла в 1172 году) может считаться первой русской женщиной-врачом.

Историк В.Н. Татищев сохранил предание о князе Мстиславе, характеризующее не только его государственные и воинские таланты, но и простую житейскую мудрость, которой нередко так многим не хватает.

Занимаясь устроением дел Русской земли, князь подолгу бывал в разъездах, отсутствуя дома. Однажды по возвращении преданный ему слуга доложил, что княжеский тиун (управитель имения) Прохор Васильевич «часто со княгинею наедине бывает». Мстислав выслушал сообщение, усмехнулся и сказал, что и сам он не без греха: «Я тогда, как молодой человек, не скупо чужих жен посесчал, то она [княгиня Кристина], ведая то, нимало не оскорблялась и тех жен любовно принимала, показуя им, якобы ничего не знала, и тем наиболее меня к ея любви и почтению обязывала. Ныне я уже состарился… а княгиня, как человек молодой, хочет веселия и может учинить что и непристойное». Слуге же сказал забыть о том и никому не говорить. Впрочем, у управителя княжеского имения, любившего бывать наедине с женой своего князя, нашли провинности (людей обижал, судил не по законам) и отправили в заточение в дальний Полоцк, где Прохор и умер вскоре.

Конечно, домашние заботы менее всего беспокоили князя, философски относящегося к семейным делам. Внимания требовали князья, готовые при малейшем послаблении передраться друг с другом, не задумываясь о последствиях для своего народа.

Половцы были загнаны за Дон еще Владимиром Мономахом. В наследство от отца Мстислав получил не до конца решенную полоцкую проблему. Начиная со Всеслава Брячиславича, князя-«чародея», Полоцкая земля всегда стремилась к независимости от Киева.

Операцию по усмирению сепаратистских намерений Полоцка Мстислав тщательно продумал. Безукоризненный в стратегическом отношении план дал блестящий военный и политический результат. В 1127 году он распорядился, чтобы разными маршрутами вышли по направлению к Полоцку отряды с Волыни, Курска, Новгорода, поселений кочевников-торков по реке Рось. Был определен единый для всех отрядов срок вторжения ? как сейчас армейские штабные чины пишут в своих приказах, день «Х».

Полоцкий князь Брячислав не смог оказать сопротивление. Через два года полоцких князей выслали в Византию, где они пробыли 10 лет. Обратим внимание, что мятежных полоцких князей не казнили, не заточили в темницу, не ослепили, хотя такие примеры были как раньше, так и в более поздней русской истории. Этот факт достаточно красноречиво говорит о личности Мстислава. Он чуждался ненужной жестокости. В Византии русские князья жили на положении гостей императорского дома. В Полоцк Мстислав посадил своего сына Изяслава, в лояльности которого ему сомневаться не приходилось.

После смерти Мстислава 15 апреля 1132 года Полоцк опять обрел самостоятельность, выбрав себе нового князя, но независимость не пошла ему на пользу. Полоцкая земля сразу же стала дробиться на уделы и мельчать. Позже эти удельные владения одними из первых были поглощены набирающим силу княжеством Литовским.

Место Мстислава в русской истории лучше всего охарактеризовал В.Н. Татищев: «Он был великий правосудец, в воинстве храбр и добропорядочен, всем соседям его был страшен, к подданным милостив и рассмотрителен. Во время его [правления] все князи русские жили в совершенной тишине и не смел один другого обидеть».

После смерти Мстислава Великого на киевском престоле уже не появлялось князей, способных удержать единство Русского государства.

Лаврентьевская летопись сообщает об обстоятельствах передачи власти в Киеве после смерти Мстислава Владимировича в 1132 году: «Преставися Мстислав, сын Володимерь, месяца априля в 14 день, и седе по нем брат его Ярополк, княжа Киеве; людье бо кыяне послаша по нъ».

Как справедливо подчеркивал Б.Д. Греков, вопрос о передаче власти в Киеве решило киевское вече. Если бы Мстислав и захотел передать власть своему сыну, это ему вряд ли удалось. «Кыяне» имели свой весомый голос. К добру ли это было для Русского государства ? показала дальнейшая история.

Установившийся было порядок прямого престолонаследия (от отца к сыну) снова был нарушен. Престол опять стал передаваться по боковой линии. «Сей беспорядок, что дядья сыновьям умершаго ближайшим наследникам предпочитались, великим безпутствам и разорению государства причиною был» ? так откровенно прокомментировал сложившееся тогда положение В.Н. Татищев.

Вот что происходило на Руси после смерти Мстислава Великого.

Его сыновья, Изяслав и Святополк, поддержали в борьбе против наследовавшего престол Ярополка потомков черниговского князя Олега Святославича (Гориславича). Те требовали отдать им право распоряжаться Черниговской землей: «…Что ны отец держал… того же и мы хочем» («Чем наш отец владел, того и мы хотим»). На помощь Ольговичам, отстаивавшим свои родовые права от верховной власти Киева, были приглашены половцы. Ярополк в этой борьбе потерпел поражение, а после его смерти в 1139 году Всеволод Ольгович занял и Киев, прогнав попытавшегося наследовать своему брату Вячеслава Владимировича, старшего из оставшихся в живых сыновей Владимира Мономаха. Всеволод Ольгович оставался по-прежнему черниговским князем, рассматривая Киев скорее как свою военную добычу. Это не нравилось киевлянам, и они недвусмысленно выражали свое отношение к Всеволоду и всем Ольговичам: «…Не хочем быти [у Ольговичей] аки в задниче». На такое выражение народного мнения обращал внимание Б.Д. Греков.

Б.А. Рыбаков считал, что любитель легкого образа жизни и хитрый политик Всеволод послужил прототипом былинного Чурилы Пленковича.

Справедливость требует сказать, что Всеволоду нелегко было сохранять устойчивость власти в постоянных спорах между князьями и жителями сильных городов. Чего стоили новгородцы, у которых сначала княжил Ростислав Юрьевич, сын Юрия, будущего Долгорукого. Возникли противоречия между князем и новгородским вечем. Ростислав счел за благо уехать к отцу в Ростово-Суздальскую землю. Юрий в отместку захватил Торжок. Новгородцы пригласили к себе Святослава Ольговича, брата великого киевского князя. Но и тот был вынужден бежать в ту же Ростово-Суздальскую землю от буйных новгородцев. Те договорились с Всеволодом о том, что он даст им на княжение своего сына. Тот выехал, но не успел доехать, как вече опять решило по-другому. Опять они запросили к себе Ростислава, но вскоре тот оказался в новгородской темнице.

Неукротимость новгородцев проявлялась и в защите своих рубежей от алчных соседей. В 1142 году они отразили шведский флот в составе 60 кораблей. Пришлось им защищаться и от финнов, напавших на Ладогу.

Всеволод умел находить компромисс и даже привел к присяге киевлян и князей, что те будут верны его брату Игорю на престоле после его смерти. Но, сменив на киевском престоле умершего Всеволода, Игорь не смог удержаться у власти.

Поводом для восстания послужило недовольство киевлян княжескими управителями, доставшимися Игорю в наследство от Всеволода. Он пообещал их устранить и назначить достойных либо самому заняться судебными делами. Под влиянием советов киевских бояр Игорь передумал выполнять свое обещание. Народ кинулся громить дом и усадьбу ненавистного тиуна Ратши. Напуганные народным восстанием бояре за спиной Игоря договорились с сыном Мстислава Великого, Изяславом, о том, чтобы тот стал киевским князем: «Иди, князь добрый! Мы все за тебя; не хотим Ольговичей», ? приводит Н.М. Карамзин обращение киевлян.

Изяслав нарушил свое обещание, данное им прежнему великому князю Всеволоду, разбил войско Игоря и вступил в Киев «с великою славою и честью». Игорь Ольгович, преданный киевскими боярами, был арестован 17 августа 1146 года, пробыв у власти всего 13 дней. Дома немногочисленных сторонников Игоря в Киеве были разграблены. В отличие от брата он, по словам В.Н. Татищева, «был муж храбрый и великий охотник к ловле зверей и птиц, читатель книг и в пении церковном учен… ростом был средний и сух, смугл лицем, власы над обычай, как поп, носил долги, брада же узка и мала». Какое-то время пробыв под арестом в монастыре, Игорь был затем убит.

Ольговичи вступили в коалицию с дядей Изяслава, сыном Владимира Мономаха, Юрием. Летописное сообщение о встрече Юрия Владимировича с черниговским князем Святославом Ольговичем (отцом будущего новгород-северского князя Игоря, героя «Слова о полку Игореве») является одним из первых упоминаний о Москве, где проходили переговоры. Так начиналась борьба Юрия Долгорукого за обладание Киевом со своими племянниками: сначала с Изяславом, затем с Ростиславом Мстиславичем Смоленским.

Изяслав Мстиславич был внуком Мономаха и сыном Мстислава Великого. При прямой линии передачи власти он вправе был бы занять престол. Существующий порядок привел к тому, что он занял престол, но в обход установленного порядка и преступив крестное целование. Н.М. Карамзин с грустью пишет: «Изяслав… мог бы обещать себе и подданным дни счастливые, ибо народ любил его; но история сего времени не представляет нам ничего, кроме злодейств междоусобия».

Центробежные тенденции имели место не только на Руси, но и в государствах Западной Европы, примером чего является Германия.

Несмотря на формальное существование Германской империи и титула императора, немецкие князья проводили в своих землях собственную политику, ревниво следя, чтобы никто из них не усилился чрезмерно. Избранный в 1125 году королем саксонский герцог Лотарь III старался расширить территорию своей Саксонии за счет соседних славянских земель. Дела остальных германских княжеств его заботили мало. Свою дочь он выдал замуж за баварского герцога Генриха Вельфа, который после смерти своего тестя унаследовал и Саксонию. Территория, подвластная Вельфу, простиралась от Северного до Адриатического моря. Избрание его королем могло бы ускорить объединение Германии в единое централизованное государство. Но германские князья избрали в 1137 году королем швабского герцога Конрада Штауфена.

Краткий обзор событий после смерти Мстислава Владимировича показывает, что история Киевской Руси как единого централизованного государства закончилась с правлением Мстислава Владимировича в 1132 году. После его смерти на этой территории стало существовать, как определял Б.А. Рыбаков, 15 фактически независимых русских государств. Среди них: Киевское, Турово-Пинское, Переяславское, Чернигово-Северское, Смоленское, Рязанское, Галицко-Волынское, Полоцкое, Минское, Владимиро-Суздальское. Позже выделились Новгород-Северское, Ростовское и другие.

Политическое угасание Киева сочеталось с утратой экономической основы былого могущества. Отделяющиеся в результате дробления княжества в первую очередь заявляли о своей самостоятельности отказом платить налоги (дань). Крестовые походы и активность Венецианской республики в средиземноморской торговле привели к тому, что некогда оживленный путь «из варяг в греки» практически заглох. Потеряли свое значение и русские города на этом торговом пути.

Русь оказалась на обочине европейской истории. Наиболее достоверные сведения о Русском государстве жители Западной Европы в будущем получат из «Записок о московитских делах» («Rerum Moscovitarum Commentarii») Сигизмунда Герберштейна. Он побывал в Москве в 1517 и 1526 гг. До этого времени в течение 400 лет Русь и Европа не то что не будут взаимодействовать в культуре, торговле и промышленности, они даже не будут толком иметь информации друг о друге. В массовом европейском сознании включительно до XX века будут существовать самые фантастические представления о России и русских.

Следующая глава >

Источник: history.wikireading.ru

You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.