Андропов еврей

 → Юрий Владимирович Андропов

Версия о еврейском происхождении Юрия Андропова — совокупность встречающихся в литературе утверждений о том, что генеральный секретарь ЦК КПСС Юрий Владимирович Андропов был наполовину евреем (по матери).

По официальной версии Юрий Андропов родился 2 (15) июня 1914 года в семье железнодорожника на станции Нагутская Ставропольского края. Отец Владимир Константинович Андропов — железнодорожный служащий. Мать Андропова, учительница музыки Евгения Карловна Флекенштейн, была, со слов самого Юрия Андропова, приёмной дочерью уроженцев Финляндии — торговца часами и ювелирными изделиями Карла Францевича Флекенштейна и Евдокии Михайловны Флекенштейн. По одной версии Флекенштейн был евреем, по другой — немцем-лютеранином из Великого княжества Финляндского.

Сам Андропов утверждал, что Карл Флекенштейн пострадал от еврейского погрома:

Мать моя младенцем была взята в семью Флекенштейн. сам Флекенштейн был часовой мастер. Имел часовую мастерскую. В 1915 году во время еврейского погрома мастерская его была разгромлена, а сам он умер в 1915 году[1].


Исследователь антисемитизма Г. Костырченко указывает, что утверждение о еврейском характере погрома ошибочно, в 1915 году в Москве был немецкий погром на волне ура-патриотических антинемецких настроений.[2]

Скептики ставят под сомнение официально поддерживавшуюся Андроповым версию о том, что он приемный сын, и утверждают, что биологическую дочь Евгению Карловну «сделали» приемной дочерью, чтобы избежать репрессий при советской власти из-за социального происхождения, легендировано было также и место рождения Юрия Владимировича, так как в 1913—1915 г.г. Евгения Карловна преподавала в московской женской гимназии Мансбах, а не была на достаточно глухой окраине империи. Костырченко уточняет, владелица гимназии Фелица Францевна Мансбах была этнической немкой. Также в ходе партийных проверок 1930-х выяснилось, что Андропов прибегал к мистификации, выдавая свою няню-гувернантку за «тетю», утверждая, что она якобы сестра родной бабки (по матери).[3] Костырченко указывает, что с другой стороны, если эти показания самого Андропова, данные в ходе проверки конца 1930-х, верны, то из них следует, что его настоящая бабушка по матери была родом из Рязани, откуда приехала в Москву на заработки, подряжаясь прислугой в богатые дома. Далее Костырченко предполагает, что она могла служить горничной и в доме Флекенштейнов, а мать Андропова Евгения — ее внебрачная дочь от купца Флекенштейна.[4]


Странностью является указываемое в ранних документах Андропова двойное имя «Юрий-Григорий» (так в Свидетельстве о рождении, выписанном Моздокским горсоветом рабочих, крестьянских и казачьих депутатов Терского округа) иногда — просто «Григорий». Костырченко говорит, что имя «Григорий» было весьма популярно во второй половине XIX века в семьях ассимилированных российских евреев, и может косвенно свидетельствовать в пользу еврейской версии происхождения, как и «характерные левантийские черты лица» Андропова. С другой стороны, двойное имя может указывать на протестантские корни.

В работах ряда авторов, включая историка Марка Штейнберга[5], А. Авторханова, Роя Медведева,[6] Леонида Млечина[7] и др., поддерживается теория о еврейском происхождении Андропова (что его мать была еврейкой), и эта версия стала довольно популярной.

Историк Марк Штейнберг приводит версию, что отца его звали Вэлв (Владимир) Либерман, мать — Геня (Евгения) Файнштейн[8]. Историк антисемитизма Костырченко относит эту версию к мифам советского времени, распространяемым с целью дискредитации Андропова «русской партией».


Мнения о том что Андропов был «полуевреем» придерживался Михаил Горбачёв[9]. Валерий Легостаев, помощник Е. К. Лигачёва, таким увидел Андропова в гробу: « Мелькнула мысль, что врачи слишком долго не позволяли душе изнуренного болезнями генсека освободиться от земных уз. Но вслед за этим в мозгу вдруг вспыхнула удивительная догадка, что человек, чьё лицо в круге яркого света лежало сейчас передо мной на гробовой подушке, при жизни, вне всяких сомнений, был евреем.»[10]

По другим версиям, Андропову приписывались русские, армянские, греческие или финские корни, в том числе в книге В.Соловьёва и Е.Клепиковой «Юрий Андропов: тайный ход в Кремль».

Источник: cyclowiki.org

И еще одна графа в них осталась так и незаполненной: о его национальности. Даже когда в «Правде» появилась официальная биография Андропова уже в качестве генсека, то и там о его национальности не сказано было ни слова. Естественно, это породило множество слухов и спекуляций, и до самого последнего времени они не иссякают. Кроме непонятной таинственности, их подогревают ярко выраженные семитские черты лица Юрия Андропова, особенно в детском и юношеском возрасте.

Впрочем, исследования последнего десятилетия, пожалуй, впервые дали возможность назвать точные этнические корни этого загадочного человека.


м более что сегодня раскрыты некоторые архивы Лубянки, а уж там о национальности своего шефа знали доподлинно. И понимали, почему он предпочитал не фиксировать внимание на этом аспекте своей биографии. Более того, предпринимал вполне серьезные меры, чтобы скрыть свое национальное происхождение. Потому что был Юрий Владимирович чистокровным евреем, а уж об отношении в СССР к представителям этой национальности, думается, нашим читателям рассказывать излишне.

Хотя о еврейских корнях Андропова еще в советские времена писали эмигрант А. Авторханов, диссидент Рой Медведев. Но уж после крушения «империи зла» вышло множество публикаций, где об этом говорится вполне откровенно. Назову книги В. Болдина «Крушение пьедестала», Ю. Дроздова и В. Фортычева «Юрий Андропов и Владимир Путин», М. Калашникова «Сломанный меч империи», О. Платонова «Терновый венец России», С. Лихова «Призрак Агасфера», публикации И. Черняка, Н. Петровского, И. Зевцова, Е. Батуевой, А. Игнатьева и многих других.

Но самыми, пожалуй, полноценными исследованиями этого вопроса являются книги Сергея Семанова и недавняя обширная публикация Валерия Легостаева «Гебист магический».

Суммируя генеалогические исследования этих, да и других, неназванных здесь, биографов Андропова, можно вполне достоверно констатировать, что появился он на свет в еврейской семье.


ца его звали Вэлв (Владимир) Либерман, мать — Геня (Евгения) Файнштейн. Личностью отца немало занимался публицист А. Игнатьев. Но и он никаких документов о нем или его фотографий не отыскал. Выяснил лишь, что работал он телеграфистом на станции Нагутской и умер от сыпного тифа в 1919 году.

Это подтверждал и единственный, пожалуй, свидетель некоторых фактов биографии Андропова — бывший первый секретарь Краснодарского крайкома КПСС Сергей Федорович Медунов. Вот что пишет Валерий Легостаев: «Медунов в одном из интервью рассказал, что его собственный отец работал на железнодорожной станции вместе с отцом Андропова и хорошо его знал. Медунов-старший говорил, что того звали Вэлв Либерман, и по национальности он был польский еврей, а жену — Пеней, и она тоже еврейка». Кстати, судя по всему, именно знание таких деталей родословной шефа КГБ стоило самому Медунову крушения карьеры и других крупных неприятностей.

Евгения Файнштейн после смерти мужа перебралась с 6-летним сыном в Моздок, где вскоре вышла замуж за грека Андропуло, который и усыновил Юрия. Впрочем, как утверждает большинство исследователей, отчим вскоре умер, и от него у будущего генсека осталась лишь фамилия, усовершенствованная на русский лад, и сводная сестра Валентина.


В Моздоке мать работала в фабрично-заводской школе-семилетке учительницей музыки и, по сравнительно достоверным данным, умерла от туберкулеза в 1932 году. Никаких документов об этом не сохранилось, как и о месте ее захоронения. Нет сведений и о сестре Валентине. Лишь намек на ее существование дает Ю. Тешкин в книге «Андропов и другие», которую он назвал документально-художественным повествованием и где трудно отличить факты от авторского вымысла.

Впрочем, у этой книги есть и немалая ценность. В ней — собранные автором фотографии Андропова с юных лет и до 42-летнего возраста. Остальные общеизвестны, но не нужно быть специалистом в вопросах антропологических (не сочтите за каламбур!), чтобы узнать ярко выраженные семитские черты лица будущего шефа КГБ и генсека КПСС. Такие черты не часто встретишь и у вполне документированных евреев, особенно в молодом возрасте.

Итак, сегодня не возникает сомнений, что человек, занимавший в прошлом столетии в течение 15-ти лет сакраментальнейший пост шефа КГБ, а затем вознесенный и на вершину власти в Советском Союзе, был этнически чистокровным евреем. Проследим же, хотя бы весьма лаконично, его восхождение к этим высотам.

КАРЬЕРА АНДРОПОВА

В 16 лет, имея за плечами ту самую школу-семилетку, где преподавала его мать, Юрий уходит из дому на заработки. Работал киномехаником, рабочим на телеграфе, матросом на волжском буксире. В1934 году он поступил в Рыбинский техникум речного транспорта, который окончил в 1936 году. Последний год Юрий был комсоргом этого техникума.


При выпуске он получил назначение на Рыбинскую судоверфь в качестве штурмана 1-го разряда речного парохода. Однако уже в следующем году Андропов становится освобожденным секретарем комсомольской организации судоверфи, а в 1938 избирается 1-м секретарем Ярославского обкома ВЛКСМ и через год он — 1-й секретарь ЦК ВЛКСМ в Карело-Финской республике. Такая ошеломляюще быстрая карьера объясняется не столько выдающимися способностями молодого человека, сколько обстановкой обвальных репрессий того времени, создававших ежедневно множество вакансий во всех эшелонах партийного, комсомольского и другого руководства, которые заполнялись теми, кто, как говорится, оказался под рукой.

Но, в данном случае, под рукой оказалась личность вполне энергичная и талантливая, и Юрий Андропов за три года, уже к началу Великой Отечественной войны, заработал репутацию опытного комсомольского вожака самого высокого уровня.

В годы войны он служил, не имея воинского звания, в штабе Карельского фронта, занимался вопросами подпольной работы в тылу противника. Кстати, только Карельский фронт немцы и финны так и не смогли особенно потеснить за всю войну. Есть в этом и некоторая заслуга Андропова, который был, пожалуй, единственным человеком в штабе фронта, носившим цивильную одежду. В его функции входила подготовка комсомольских работников для партизанских отрядов и разведывательно-диверсионных подразделений Карельского фронта.


После освобождения Петрозаводска Андропов становится 2-м секретарем горкома, а с 1947 года — и обкома партии в этом городе. Там же заочно оканчивает местный университет, куда поступил, не имея и среднего образования. В 1951 году он перебирается в аппарат ЦК КПСС. Стартует на должности инспектора, но в следующем году он уже зав. подотделом. А с 1953 года — на дипломатической работе. Его направляют послом в Венгрию, и в его бытность там происходит восстание против советских марионеток — венгерских правителей, в подавлении которого есть немалая заслуга Юрия Андропова.

Затем его карьера продолжается в ЦК КПСС, где он становится заведующим отделом, а с 1962 года — секретарем ЦК. Но великий перелом в его судьбе произошел в 1967 году, когда Юрия Андропова назначили на пост Председателя Комитета госбезопасности. В мои задачи не входит анализ служебной или партийной деятельности Андропова. Скажу лишь, что такой длительный срок — 15 лет — на этом весьма и весьма скользком месте не усидел никто. В январе 1982 года Андропов снова секретарь ЦК вместо умершего Суслова, а через десять месяцев он становится Генеральным секретарем, на этом посту и умирает в феврале 1984 года.


ЖЕНЫ И ДЕТИ АНДРОПОВА

Еще в бытность свою в Рыбинском речном училище Юрий Андропов влюбился в длинноногую волейболистку Нину Енгалычеву, свою сокурсницу, и в 1935 году они поженились. Через год родилась дочь, которую назвали Евгенией в честь Юриной матери. Кстати, сына, родившегося вскоре, назвали тоже согласно традиции — Владимиром.

Судьбы этих людей сложились по-разному, но в общем не слишком-то счастливо. Нина Ивановна всю жизнь прожила в Ярославле, где и умерла в 1994 году. Евгения Юрьевна поступила там же в мед-институт и осталась работать, теперь она на пенсии и живет в Ярославле. Владимир же пошел по дурной дорожке, попал в блатную компанию, воровал, сидел. К 23 годам имел уже две судимости. После освобождения уехал в Тирасполь, сильно пил и умер там же от цирроза печени в 35-летнем возрасте.

Скорее всего, в несчастной судьбе сына и в не больно-то завидном бытии жены и дочери трагическую роль сыграло то, что когда Юрия Андропова перевели в Карелию, он нашел там вторую и главную женщину своей жизни — Татьяну Филипповну Лебедеву, сошелся с ней и женился, разведясь с Ниной. В 1941 году Татьяна родила сына, названного Игорем, а спустя пять лет — дочь Ирину.


Ирина окончила филфак МГУ, вышла замуж за известного артиста Михаила Филиппова, работала редактором в издательстве «Жизнь замечательных людей» и в журнале «Советская музыка». После смерти отца она разошлась с артистом, сейчас на пенсии, живет крайне замкнуто.

Иная судьба у ее брата Игоря. Окончив престижный МГИМО, он стал, как и полагается его питомцам, дипломатом. Поднимался успешно по карьерной лестнице, вершиной которой стала должность посла в Греции. Там, обнаружив супружескую измену, запил, набедокурил и был отозван. С женой развелся, женился на известной актрисе Людмиле Чурсиной, но брак вскоре распался. Игорь вернулся к первой жене, с которой и живет сегодня, работая в российском МИДе послом по особым поручениям.

В преддверии 90-летия со дня рождения Юрия Андропова в России шли жаркие дискуссии по поводу того, что сделал он для страны на двух главных постах, где царил в последние 17 лет жизни. Вторая же тема этих дискуссий звучит вполне в аспектах сослагательного наклонения: что было бы со страной, да и с планетой тоже, кабы генсек Юрий Андропов не умер так скоропостижно.

ПРОЕКТ «М»

Так называют сегодня андроповский «Мобилизационный проект», неизвестно, реально ли существовавший документ. В общем виде под таким названием подразумевают план Андропова, направленный на мобилизацию всех усилий советского общества, политического руководства страны для того, чтобы создать новую эффективную систему экономики.

Созданная им команда, еще до того, как он стал генсеком, разработала предложения, чтобы спасти СССР от распада. Эти предложения сводились к устранению КПСС от руководства страной и передаче ее функций некой «силовой структуре». Экономика должна была стать гораздо более эффективной и продуктивной за счет введения элементов частной собственности, рыночных принципов. Планировалось ввести значительную самостоятельность предприятий потребительского сектора, сельскохозяйственных форм, сделав упор на кооперативных.

Такое «осторожное реформаторство», не затрагивающее стратегических основ советской государственной системы, было призвано не допустить коллапса СССР, который и произошел в 1991 году. По этому поводу выдающийся политолог, профессор Калифорнийского университета в Беркли Кен Джавитт Робсон пишет: «Если бы Андропов не умер так скоро, то мы и сегодня жили бы еще при Советском Союзе. Конечно, он не распустил бы КПСС, а круто начал бы реформы, посадив за решетку коррупционеров и приведя к власти молодых технократов. Сакраментально, что бывший пекинский генсек Цзян Цзэминь неоднократно высказывался в том смысле, что Китай пошел именно по андроповскому плану и благодаря этому избежал экономической и социальной катастрофы».

Однако гораздо более многочисленна в России группа, которая отстаивает диаметрально противоположные мнения.

ПЛАН ВСЕСИЛЬНОГО ЕВРЕЯ

Именно так называет андроповский план «М» московский публицист Сергей Кирьянов, обвиняя его в подготовке крушения Советского Союза. Приведу несколько цитат из обширной публикации Валерия Легостаева:

В современной России и на Западе есть немало влиятельных лиц и организаций, кровно заинтересованных в сокрытии того бесспорного факта, что многолетний председатель всесильного КГБ по национальности был евреем.

Национальная принадлежность Андропова, в силу определенных российских традиций, вроде бы и не давала ему поводов для особенных амбициозных планов, а потому упрощала проблему партийного контроля за деятельностью КГБ. Вот эта иллюзия и оказалась самой катастрофической. Со временем она вышла боком и триумвирату Брежнев — Косыгин — Подгорный, и всему советскому обществу. В этом очерке изложены основные мнения об Андропове как о государственном деятеле. Хотелось бы дополнить рассказ некоторыми характеристиками его как человека, потому что скромность Юрия Владимировича поражала даже его коллег по ЦК и по КГБ. Когда он умер, родственникам не осталось практически ничего, кроме личных вещей. Вот уж кто действительно жил на одну зарплату, которую до гроша и отдавал жене.

Жил он в скромной для такого лица квартире, в которой одна из комнат была отдана охране, а вообще полжизни провел в деревянной двухэтажной даче на Москве-реке. Все подарки пунктуально сдавал государству. Категорически отказывался от присвоения ему воинских званий. Когда же, по прямому указанию Брежнева, ему присвоили генерала армии, то всю генеральскую долю зарплаты он перечислял в один из детских домов, сохраняя это в тайне от коллег по Политбюро.

То, что Андропов писал стихи, известно стало лишь после его смерти. Между тем некоторые из них он опубликовал при жизни — под псевдонимом. Завершим очерк его четверостишием:

Мы бренны в этом мире под луной,

Жизнь — только миг, небытие — навеки,

Кружится по Вселенной шар земной,

Живут и умирают человеки…

Марк ШТЕЙНБЕРГ
Дата опубликования: 20.04.2008

источник

другие темы:

Источник: aleksei-44.livejournal.com

Продолжение темы о «дружбе народов в позднем СССР». Начало здесь:

http://oleg-butenko.livejournal.com/153494.html 
и здесь: http://oleg-butenko.livejournal.com/154125.html

Председатель КГБ в советской иерархии был чрезвычайно могущественной фигурой. Поэтому зоркий, бдительный глаз советского человека не мог не заметить в облике Ю.В. что-то «не то», что-то еврейское. А когда тов. Ю.В. Андропов стал Генсеком, т.е. достиг вершины советской иерархии, все солидарно решили – «еврей». Сам Андропов всячески избегал разговоров о своем происхождении, а официальная информация была на удивление скудной. Разумеется, такая закрытость подтверждала распространившуюся в народе гипотезу, что новый хозяин Кремля – еврей.

В постсоветской публицистике, падкой на дикие сенсации, писали, например, следующее: «Медунов в одном из интервью рассказал, что его собственный отец работал на железнодорожной станции вместе с отцом Андропова и хорошо его знал. Медунов-старший говорил, что того звали Вэлв Либерман, и по национальности он был польский еврей, а жену — Пеней, и она тоже еврейка». Но в постоветской публицистике кого только не записывали в евреи: Горбачев – турецкий еврей, Ельцин на самом деле – Эль Цин и т.п.

Обратимся к относительно достоверному источнику – воспоминаниям министра здравоохранения СССР Е. Чазова. (Вот был бы номер, если бы Чазов, по совместительству лечащий врач, поведал миру, что Андропов был обрезан; однако он такого не написал, да и само обрезание не превращает автоматически в еврея). Андропов якобы говорил Чазову: «Недавно мои люди вышли в Ростове на одного человека, который ездил по Северному Кавказу — местам, где я родился и где жили мои родители, и собирал о них сведения. Мою мать, сироту, младенцем взял к себе в дом богатый еврей». Примерно то же самое Андропов написал в своей автобиографии, только без указания на то, что купец Флекенштейн был евреем: «Мать моя родителей не помнила, она в младенческом возрасте была подкинута в семью купца Флекенштейна и воспитывалась в ней до шестнадцати лет».

Я скептически отношусь к версии, по которой в девятнадцатом веке в российской глубинке еврейский купец «взял» и «воспитывал» нееврейского ребенка. Но, допустим, так оно и было. Андропов не говорил о том, что его мать была удочерена евреем. По еврейской традиции юридическое удочерение или усыновление нееврея не делает его евреем. Для этого все равно необходимо проходить гиюр. Однако по еврейской же традиции «вoспитывающий чужoгo рeбeнка – всe равнo, чтo рoдитeль eгo».

В этой истории важно другое: Ю.В. Андропов имел право на репатриацию в Израиль. В СССР усыновленному ребенку меняли свидетельство о рождении, в которое вписывали имена усыновивших родителей. Человек мог повзрослеть и не узнать, что в раннем детстве он был усыновлен. Разумеется, об этом не знал и израильский консул, выдававший иммиграционные визы. А я уверен, что Ю.В. Андропов мог предъявить доказательства еврейского происхождения своей матушки или, на худой конец, дедушки. Или того, что матушка воспитывалась еврейским дедушкой. Даже если это был и не его дедушка.

Патриоты от негодования могут повеситься или выброситься в окно. Разумеется, они это сделают это не из-за того, что коммунистический царь России был евреем, а из-за того, что он был самым умным царем. Это же он сказал, что «мы не знаем своего общества». Действительно, не знали. Прошло 10 лет после смерти тов. Андропова, а лучшие предприятия страны задаром стали раздавать каким-то жуликам. Ужас.

Источник: oleg-butenko.livejournal.com

Сын Евгении Карловны Файнштейн боролся против «жидомасонов» Двадцать лет назад, в декабре 1983 года, генеральный секретарь ЦК КПСС Юрий Владимирович Андропов, находившийся в больнице, фактически перестал руководить государством. Он уже не мог никого принимать, перестал даже разговаривать по телефону. Юрий Владимирович был совсем плох. Только усилия самой современной на тот момент медицины удерживали его на этом свете. Охранникам пришлось возиться с ним, как с ребенком. Его носили на руках. «Мне было больно смотреть на Андропова, лежащего на специальном беспролежневом матрасе, малоподвижного, с потухшим взглядом и бледно-желтым цветом лица больного, у которого не работают почки, — вспоминал руководитель кремлевской медицины академик Евгений Чазов. — Он все меньше и меньше реагировал на окружающее, часто бывал в забытьи». Когда Андропова избрали генеральным секретарем ЦК КПСС, он уже был фактически инвалидом, самым больным человеком в руководстве страны, хотя ему не было и семидесяти. Юрий Владимирович Андропов родился 15 июня 1914 года на станции Нагутская в Ставропольском крае, в семье железнодорожного телеграфиста. Отец умер, когда сыну было всего пять лет. Его мать — учительница музыки — тоже скончалась рано — в 1927-м. Юрию Владимировичу пришлось самому пробиваться в жизни. Нерусская фамилия матери Андропова — Евгении Карловны Файнштейн — послужила основанием для слухов о его еврейском происхождении. Многие встречавшиеся с Юрием Владимировичем даже находили в его внешности семитские черты. Возможно, они хотели их увидеть. Бывший помощник Горбачева В.И. Болдин пишет, что Михаила Сергеевича раздражала популярность Андропова. Однажды он в сердцах сказал Болдину: — Да что Андропов особенного сделал для страны? Думаешь, почему бывшего председателя КГБ, пересажавшего в тюрьмы и психушки диссидентов, изгнавшего многих из страны, средства массовой информации у нас и за рубежом не сожрали с потрохами? Да он полукровка, а они своих в обиду не дают. Представления Горбачева о всемирной еврейской солидарности сходны с подозрениями первого поколения активных русских националистов, которые вроде бы даже посылали на родину Андропова гонцов изучать его генеалогическое древо. Сотрудники Комитета госбезопасности обнаружили в Ростове человека, который занимался изучением обстоятельств появления на свет Юрия Владимировича, считая его скрытым евреем. Это был тот редкий случай, когда всесильный председатель КГБ ничего не мог поделать. Андропов легко отправлял за решетку или на принудительное психиатрическое лечение любого правозащитника или либерала-диссидента, но перед патологическими антисемитами он пасовал и мог только оправдываться. Профессиональные «патриоты» подозревали всех и находили еврейских родственников даже у Брежнева. А уж благообразное лицо Андропова с крючковатым носом тем более вызывало у них подозрение. Они искали подтверждения своим догадкам и даже, кажется, нашли. Мать Андропова, сироту, приютил на Северном Кавказе богатый купец, еврей. «Патриоты» пришли к выводу, что Андропов — внебрачный сын этого купца, иначе говоря, еврей, скрывающий свое происхождение, то есть опаснейший враг России… Это определило двойственное отношение к Андропову со стороны профессиональных «патриотов». Одни восхваляют его как крепкого государственника, который держал в руках всю страну. Другие ненавидят за то, что он привел к власти Горбачева и преследовал настоящих русских патриотов. На самом деле, председатель КГБ, а затем и секретарь ЦК Юрий Владимирович Андропов следил за тем, чтобы профессиональные «патриоты» не перешли запретную черту. А запрещено было сомневаться в правоте власти. Андропов, надо полагать, знал, что товарищи считают его анкету не совсем чистой, и всем своим поведением пытался доказать им, что они ошибаются. Он в КГБ вел активную борьбу с «сионизмом», что на практике означало запрет на выезд евреев за границу, всяческое подавление интереса к изучению еврейского языка, культуры и истории народа и строгий контроль за тем, чтобы «лица некоренной национальности» не занимали слишком видные посты. В созданном по инициативе Андропова пятом (идеологическом) управлении КГБ был образован отдел по борьбе с враждебной сионистской деятельностью… Когда в Москве после Шестидневной войны 1967 года разорвали дипломатические отношения с Израилем и решили считать еврейское государство врагом мира, КГБ принял в этом посильное участие. Антиеврейской и антиизраильской пропагандой занималась так называемая служба «А» («активные мероприятия»). Обычно ее называют службой дезинформации. В 1969 году в Иерусалиме загорелась мечеть Аль-Акса. В мусульманском мире вину возложили на Израиль. Андропов отправил Брежневу секретную записку: «Резидентура КГБ в Индии располагает возможностями организовать в этой связи демонстрацию протеста перед зданием посольства США в Индии. Расходы на проведение демонстрации составят 5 тысяч индийских рупий и будут покрыты за счет средств, выделенных ЦК КПСС на проведение спецмероприятий в Индии в 1969-1971 годах. Просим рассмотреть». Брежнев написал: «Согласиться». Андропов исходил из той точки зрения, которую разделяла большая часть послесталинского руководства: евреи — сомнительный народ, поскольку они слишком тесно связаны со своими соплеменниками по всему миру, и прежде всего в Соединенных Штатах. Разумеется, полезные для страны евреи могут продолжать работать. Но в целом их не следует выдвигать на видные должности, доверять им секреты, потому что в любую минуту они могут подать заявление на выезд в Израиль и оказаться в Америке… Однажды начальник разведки ГДР генерал-полковник Маркус Вольф прилетел в Москву за помощью. Вольф хотел освободить своего агента Гюнтера Гийома, из-за которого ушел в отставку канцлер Западной Германии Вилли Брандт. Это можно было бы сделать, если бы Москва отпустила Анатолия Щаранского, физика, который упорно добивался выезда в Израиль. Щаранского обвинили в шпионаже, дали ему большой срок и не желали отпускать. Маркус Вольф попытался переубедить Андропова, но увидел, что Кремль просто помешался на Щаранском. — Товарищ Вольф, — сказал Андропов, — разве вы не понимаете, что произойдет, если мы дадим такой сигнал? Этот человек — шпион, но еще важнее то, что он еврей и выступает в защиту евреев. Он поднимет знамя для всех евреев. Антисемитские акции Сталина настроили их резко против Советской власти. А ведь у них много влиятельных друзей за границей. Нет, мы не можем себе это сейчас позволить… В отношении Ближнего Востока и советских евреев Андропов, крайне осторожный по природе, руководствовался исключительно политической целесообразностью. А рядом с ним находились люди, которые просто не могли скрыть свой антисемитизм. По мнению тогдашнего начальника пятого управления КГБ генерала Ф.Д. Бобкова, эмиграции евреев больше противились «ревностные хранители военных тайн, мало считавшиеся с нараставшими внутренними межнациональными конфликтами». В последние брежневские годы Андропов, озабоченный своим будущим, стал играть более активную роль во внутренней политике и вышел за рамки своих профессиональных обязанностей. В частности, с помощью историка Н.Н. Яковлева КГБ осуществил идеологическую операцию, нацеленную на «укрепление мнимо-оппозиционной национал-коммунистической альтернативы диссидентству, пропагандировавшему демократические и общечеловеческие ценности» (см. «Вопросы истории», 1998, № 11-12). Почему выбор пал именно на Яковлева, который занимался американистикой? Историк был сыном маршала артиллерии Н.Д. Яковлева, который после войны стал заместителем министра вооруженных сил СССР. В феврале 1952 года маршала вместе с другими крупными артиллеристами арестовали по мнимому обвинению во вредительстве — это был новый виток репрессий против высшего военного руководства. Смерть Сталина маршала спасла. В апреле 1953 года Яковлева-старшего освободили. Рассказывают, что арест отца произвел на Яковлева-младшего такое впечатление, что он всю жизнь старался быть поближе к тем, от кого зависела жизнь и смерть. Андропов внушал Яковлеву, что диссидентство, вообще противостояние власти смертельно опасно, с этим нужно бороться. Но поскольку официальная идеология изжила себя, советским людям необходимо предложить альтернативу. Яковлева снабдили литературой (взятой из эмигрантских и черносотенных источников), где свержение монархии и Февральская революция изображались как заговор масонов, ненавидящих Россию и решавших погубить великую державу. Сам Яковлев вспоминал, что «масонские» материалы он получил от генерала Бобкова. Книга Яковлева «1914 год» была сигналом к тому, что можно смело винить во всех бедах России масонов и евреев и что такая трактовка теперь поддерживается высшим начальством. Критиковать книгу Яковлева никому не позволялось, хотя даже в аппарате ЦК были поражены, прочитав «1914 год». Замысел Андропова осуществился: в обществе проснулся интерес к закулисной деятельности «жидомасонов, погубителей России». Общество отвлеклось от обсуждения жизненно важных проблем страны, оказавшейся в бедственном положении, и занялось увлекательным делом: выяснением, кто же в нашей истории был евреем и масоном. Попутно людям втолковывали, что диссидент, либерал, демократ, пацифист, еврей не может быть русским патриотом…

Источник: www.alefmagazine.com

Андропов сфальсифицировал свою биографию.

В личном фонде Юрия Андропова, десятилетия хранившемся под грифом "Сов. секретно", найден код доступа к его зашифрованной биографии. Официальное жизнеописание главы КГБ и генсека оказалось не более чем легендой.

Андропов еврей

Андропова, как, впрочем, и десятки его коллег по партаппарату, можно понять: в те времена "неправильное" социальное происхождение гарантировало ярлык "осколка эксплуатирующих классов" со всеми вытекающими последствиями. Видимо, поэтому и создавалась легенда, согласно которой у нашего героя появилось и новое место рождения, и "правильное" социальное происхождение, а также, судя по всему, фамилия, имя и отчество. В итоге благополучный выходец из московской буржуазной семьи превратился в потомственного пролетария из Осетии. Что ж, таковы были в ту трудную эпоху "правила выживания".

Проклятая биография

Новая биография будущего генсека писалась непросто. Согласно заявлению 18летнего помощника киномеханика из Моздока Юрия Андропова с просьбой принять его в Рыбинский речной техникум от 22 марта 1932 года, отца он лишился в двухлетнем возрасте, то есть в 1916 году. В автобиографии, написанной в августе 1937 года, 23летний Андропов уже сообщает, что его папа умер в 1919 году. Разночтения есть и при сравнении анкетных данных матери. В 1939 году Андропов указывает: "Мать умерла в 1931 году". А за пару лет до этого фигурирует дата 1930 год. Еще в одном документе Юрий Владимирович фиксирует: "Мать умерла в 1929 году". В автобиографии 1937 года появляется информация о ее социальных корнях: "Мать происходит из Москвы (семья ремесленника)". Менее чем через два года в очередной автобиографии читаем: "Мать родилась в семье прачки (или горничной)… Она была взята на воспитание в семью Флекенштейн. Сам Флекенштейн был часовых дел мастер. По документам числится как купец. Умер он в 1915 году. Жена его сейчас живет в Москве. Пенсионерка".

Бдительные партийцы информацией о "купце" живо заинтересовались в суровом 1937 году, когда вопрос о происхождении Андропова был поднят при вступлении секретаря Ярославского обкома ВЛКСМ в партию. Причем в том же году в местной партячейке прошел слух, что и отец Юры классовый враг — офицер царской армии. Казалось бы, в партию ему путь заказан. Но Андропов продемонстрировал железную выдержку и представил коллегам документы, опровергающие компромат. Затем последовала его личная встреча с инструктором ЦК ВЛКСМ Капустиной, выполнявшей роль партийного следователя. Во время беседы Андропов рассказал о себе: "Отец — железнодорожный служащий. Мать (ни в одной автобиографии и анкете он ни разу не назвал ее имя, отчество и фамилию. — "Итоги") происходит из семьи мещан Рязанской губернии. Была подкинута маленьким ребенком в семью часовых дел мастера финляндского гражданина Флекенштейна, проживавшего в Москве, где и воспитывалась. С 17летнего возраста работала в качестве учительницы". Он также сообщил, что "в данное время на иждивении его живет тетка, сестра родной бабки (по матери)". Свидетель в лице тетки в данном случае просто необходим: она крестьянка из Рязанской губернии, а значит, мать Андропова правильной "социальной ориентации".

Сын Андропова от второго брака Игорь вспоминает, как отец в середине 70х разоткровенничался: "С 39го по 45й год, когда находился в Карелии, на моей памяти было парней 10-12, которые вполне могли пройти мой путь. То, что именно я оказался наверху, это воля времени и случая". Согласно архивным материалам, случай здесь не сыграл определяющей роли. Как и некоторые другие соратники по партии, наверх Андропов пробился, адаптировав анкетные данные к текущему политическому моменту и убедив в этой легенде проверяющих.

Так или иначе, товарищ Капустина насторожилась и решила в третий раз перепроверить кандидата. С этой целью инструктор ЦК направляет ответработника Ярославского обкома ВЛКСМ Пуляева в Москву. Тот, не мудрствуя лукаво, решил опросить жену купца Флекенштейна — Евдокию Михайловну Флекенштейн, лицо, как покажут дальнейшие события, прямо заинтересованное в сокрытии истины. Она подтвердила, что мать комсомольского вожака была подкинута грудным ребенком к временному купцу 2й гильдии. Сама она после смерти торговца живет своим трудом. И вдруг дальше: "По словам приемной бабки Андропова Флекенштейн, у Андропова живет не его тетка, а его няня (Анастасия Журжалина. — "Итоги")". Вывод Капустиной неутешителен: "Тов. Андропов дал неправильные сведения о социальном происхождении своей матери". Конец карьеры? Нет: от Юрия Владимировича просто потребовали в четвертый раз объясниться.

10 января 1939 года он повторил выученную назубок легенду: "Мать моя младенцем была взята в семью Флекенштейна. А сам Флекенштейн был часовой мастер. Имел часовую мастерскую. В 1915 году во время еврейского погрома мастерская его была разгромлена, а сам он умер в 1915 году. Жена Флекенштейна жила и работала в Москве. Прав избирательных не лишалась. Родная мать моей матери была горничной в Москве. Происходила из Рязани". Как объясняется недоразумение с теткой-няней? Очень просто: "В анкете Журжалина указана мной как тетка, потому что я просто затрудняюсь определить степень родства (как и она сама)".

Андропов еврей

До Журжалиной (умерла в 1979 году) контролеры не добрались, хотя она могла бы им рассказать, что в семье Флекенштейнов исполняла обязанности сначала гувернантки, а затем няни Юрия Владимировича. Как быть с социальным положением деда? Ответ: "Я и сейчас об этом не знаю, а попытки, чтобы узнать, делал. Дед мой (заметим, не приемный дед, а "мой") торговал, но что был купцом, да еще 1й или 2й гильдии, не говорили". Напоследок Юрий Владимирович просит "как можно скорее решать обо мне вопросЙ эта проклятая биография прямо мешает мне работать". После этого от Андропова навсегда отстали. Почему?

Ювелир

Возможно, роль в удачном исходе дела сыграли сразу несколько обстоятельств. Во-первых, твердая позиция самого Андропова и неспособность партследователей довести до конца кадровое дело. Во-вторых, в конце 30х, когда классовая борьба обострилась настолько, что номенклатурные вакансии попросту некем было заполнять, в ВКП(б) стали брать и людей с непростой биографией. Кроме того, анкета Андропова, написанная 10 февраля 1939 года, была безупречна: ни в чем не участвовал, не состоял, ни к чему не привлекался.

Ну а что же было на самом деле? Мать Андропова звали Евгенией Карловной Флекенштейн. В Карельском партийном архиве сохранилась ее фотография с указанием имени и отчества. Проживала она в Москве. Это доподлинно известно. Обращаемся к открытому источнику — ежегоднику "Общий алфавит жителей гор. Москвы". Из него узнаем: в Первопрестольной по адресу Большая Лубянка, дом 26 (домашний телефон 215-30), с конца XIX века проживал ее отец Флекенштейн Карл Францевич, финляндский уроженец, торговец часами и ювелирными изделиями. Эти трафаретные сведения кочевали из ежегодника в ежегодник до 1915 года включительно, пока дед Андропова не скончался, не пережив "патриотического" погрома. Любопытная деталь: согласно одному чекистскому преданию, на Лубянке у шефа всесильного ведомства среди части коллег было прозвище Ювелир. Правда, сослуживцы были уверены, что лавку держал отец Андропова.

Сведения о деде также содержатся в ежегодно выпускавшейся "Справочной книге о лицах, получивших купеческие и промысловые свидетельства по гор. Москве". Из нее, в частности, становится ясно, что никаким купцом ни 1й, ни 2й гильдии он не был. Карл Францевич лишь имел лицензию на торговлю "ювелиркой" и часами.

Как мы узнали, Андропову в конце концов удалось доказать контролерам, что бабушка Евдокия Михайловна не имела никакого отношения к торговле драгоценностями при царском режиме. Для убедительности она даже заручилась справкой из Моссовета. Из нее следовало, что жена Флекенштейна избирательных прав не лишалась. Позднее этим документом пользовался и ее внук в ходе партийных дознаний. Хотя другие источники упрямо свидетельствуют, что после смерти мужа Евдокия Михайловна встала у руля семейного бизнеса и держала его в своих руках вплоть до Февральской революции. В справочниках о лицах, получивших купеческие и промысловые свидетельства по городу Москве после 1915 года, числится именно она. Уроженка Финляндии, живущая на Большой Лубянке, в доме 26, который ей же и принадлежал. Судя по всему, после очередного (1917 года) погрома с бизнесом решено было навсегда покончить и начать строить "пролетарскую биографию". В Конституции РСФСР 1918 года четко определялись категории граждан, имеющие избирательные права и лишенные таковых. Используя наемный труд с целью извлечения прибыли, живя с доходов от предприятия и поступлений с недвижимого имущества, бабушка Андропова должна была стать классической лишенкой с соответствующим волчьим билетом (аналогичная судьба, понятно, грозила дочери и внуку). Видимо, поэтому было принято решение съехать из многоэтажного дома на Большой Лубянке на Александровскую площадь (ныне — площадь Борьбы, недалеко от Марьиной Рощи), дом 9/1. При этом бабушка смогла перевести в новую квартиру прежний номер домашнего телефона: 215-30. Далее следовало что-то делать с документами. Затем — создать легенду о маме-подкидыше и ее жизни в Осетии. Игра стоила свеч: все эти хлопоты обеспечили Юрию Андропову головокружительный взлет по карьерной лестнице в будущем.

Оперативный псевдоним

Андропов до последних своих дней оставался легендарной во всех смыслах личностью. Незадолго до смерти он открыл лечащему врачу Евгению Чазову страшный секрет: "Недавно мои люди вышли в Ростове на одного человека, который ездил по Северному Кавказу — местам, где я родился и где жили мои родители, и собирал о них сведения. Мою мать, сироту, младенцем взял к себе в дом богатый еврей. Так даже на этом хотели сыграть, что я скрываю свое истинное происхождение".

Информация о матери Андропова впервые появляется в ежегодном московском "Алфавитном указателе адресов жителей гор. Москвы" в 1913 году, когда Евгения Карловна стала преподавать в московской женской гимназии Минсбаха. Аналогичные записи в ежегоднике есть за 1914 и за 1915 годы. Стоп. Каким же образом Юрий Андропов в то время, когда его мать преподает московским гимназисткам, появляется на свет на глухой окраине империи в 1914 году? Понятно, что никаким. Согласно элементарной логике будущий генсек родился в Москве. Этот сенсационный вывод подкрепляет рассказ внука по первому браку Андропова Андрея. По его словам, "приемные" (здесь легенда незыблема) богатые дед и бабка нашли Евгении Карловне "подходящего супруга". Кстати, по странному стечению обстоятельств в архивах не сохранилось учетных записей за 1914 год о младенцах, появившихся на свет в Москве в районе Большой Лубянки.

Факты неумолимы: за год до начала Первой мировой войны мать будущего генсека просто не могла оказаться в Осетии и выйти там замуж за железнодорожника Владимира Андропова, который, по воспоминаниям Юрия Владимировича, безбожно пил. По большому счету так можно говорить лишь о горячо нелюбимом усопшем отчиме, а не о родном отце.

Напомним, в заявлении от 1932 года будущий генсек напишет, что отец его умер, когда ему исполнилось два года. То есть в 1916 году, и тогда все сходится. Предположительно, родной отец Андропова либо оставил семью, либо просто умер в Первопрестольной. А может быть, даже на фронте, если слух о том, что он служил в царской армии, соответствует истине. Будущий же генсек вместе с мамой все это время жил в Москве, скорее всего вплоть до февраля 1917 года. Затем мать, очевидно, благодаря богатому приданому смогла повторно выйти замуж, уехав на окраину империи, что дало впоследствии возможность исправить свою биографию, а заодно место рождения и фамилию сына.

После смерти Владимира Андропова в 1919 году от сыпного тифа Евгения Карловна в третий раз вышла замуж за помощника паровозного машиниста Федорова. Когда Андропов в 1931 году окончил семилетку, его официально звали Григорий Владимирович Андропов-Федоров. На каком этапе Григорий превратился в Юрия и когда отпала приставка Федоров, точно неизвестно. Однако, если судить по рассекреченным архивным документам, и Владимирович, и Андропов, и Федоров, и даже Юрий — это все, если хотите, оперативные псевдонимы.

Погромные годы

Почему мать с малолетним ребенком на руках решила после Февральской революции покинуть Первопрестольную? Ответ на этот вопрос частично дал сам Андропов, рассказав в 1939 году в объяснительной о погроме 1915 года, который не пережил его якобы приемный дед. Разгул военного "патриотизма", как теперь выясняется, пережили и сам Юрий Владимирович, и вся его семья.

Андропов еврей

Беспорядки начались вечером 27 мая на московских фабриках Цинделя и Шрадера — погром был изначально антинемецким. На следующее утро небольшая пока еще толпа появилась у Боровицких ворот. Люди держали портреты Николая II и пели "Боже, царя храни". Под звуки государственного гимна все более увеличивающиеся массы двинулись на Красную площадь к памятнику главным патриотам Минину и Пожарскому. Оттуда часть погромщиков устремилась в Верхние ряды, где были разгромлены магазины Эйнема и Цинделя. Расправившись с лавками в Китай-городе, толпа частью вышла на Лубянку, частью на Петровку и Кузнецкий Мост продолжать свое дело.

В ходе "патриотического" шествия москвичи били стекла и грабили магазины, чьи владельцы носили любые нерусские фамилии, благо тогда они были написаны прямо на витринах. С наступлением темноты на улицах стали показываться с награбленными вещами даже прилично одетые люди. Пропустить магазин Флекенштейна "патриоты" не могли — слишком заметная мишень. Юрий Андропов, конечно, не помнил событий 1915 года, но скорее всего знал о них по рассказам матери и бабушки. Больше того, будущий генсек и его семья, похоже, пережили погромный период и во время Февральской революции.

В архиве Кремля сохранилось сочинение 18летнего Андропова, посвященное творчеству Владимира Маяковского. Юра, в частности, пишет: "Февральская революция породила погромы и своры черных сотен. "Черт вас возьми, черносотенная сволочь!" — восклицает Маяковский". В общем, стоит ли говорить, что у семьи Андропова была масса веских причин сменить прописку и до неузнаваемости изменить историю происхождения Юрия Владимировича. После двух погромов сбежишь не только на Кавказ. Видимо, эти переживания и заставили родственников Юрия Владимировича придумать легенду для сына, которому еще жить и жить при новом режиме, с легкостью ломавшем судьбы миллионов людей. Время "с двойным дном" порождало легенды. Перед нами — только одна из них. Сколько еще таких вот "двойных" биографий таят кремлевские архивы?..

…По распоряжению Владимира Путина в конце 90х на здании ФСБ на Лубянской площади была восстановлена мемориальная доска Юрия Андропова, демонтированная в 1991 году. Между тем в Москве есть строение, у которого гвоздики и розы для кумира чекистов были бы не менее уместны. В нескольких сотнях метров от комплекса зданий ФСБ — на Большой Лубянке, у дома 26, где, судя по всему, и родился герой нашей публикации.

"Мастерская" Флекенштейнов дожила до наших дней, мало поменяв внешний облик и даже сохранив свою нумерацию. Кстати, историческая постройка не имеет никакого охранного статуса. После капитальной реконструкции 1995-2004 годов на основании распоряжения Юрия Лужкова "дом Андропова" находится в долевой собственности мэрии и фирмы-застройщика. Уже скоро строение, где увидел свет один из ярчайших персонажей новейшей истории, заселят коммерческие фирмы…

Андропов еврейАндропов еврей

Эта статья нам еще понадобится при более детальном рассмотрении истории со сносом Ипатьевского дома — ДОН (дома особого назначения) — НОД — земля изгнания.

Таким образом, у "Андропова" были личные счеты с Государем Императором Николаем II и поэтому он приложил руку, не мог не приложить, к сокрытию доказательств и улик.ожить, к сокрытию доказательств и улик.
http://www.liveinternet.ru/users/4198118/post374029536/

</div>

Источник: sandra-rimskaya.livejournal.com


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Adblock
detector