7 боярщина

Состав Семибоярщины

  • Фёдор Иванович Мстиславкий (ок. 1550-1622) — боярин, князь, военачальник, государственный деятель
  • Иван Михайлович Воротынский-младший (XVI век — 1627) — боярин, военачальник
  • Андрей Васильевич Трубецкой (?—1612) — боярин
  • Андрей Васильевич Голицын ( (?-1611) — боярин
  • Иван Никитич Романов (1560-е-1640) — боярин, дядя первого царя из рода Романовых Михаила Фёдоровича
  • Фёдор Иванович Шереметев (?-1650) — боярин, государственный деятель
  • Борис Михайлович Лыков-Оболенский (1576-1646) — боярин, военачальник. государственный деятель

Причины появления Семибоярщины

Весной 1610 года умер Михаил Васильевич Скопин-Шуйский, родственник царя Василия Шуйского, талантливый военачальник, уважаемый, авторитетный в народе государственный деятель. С его смертью значительно осложнилось положение самого царя Василия.

в начале лета у смоленской деревни Клушино от польских сил потерпело поражение войско князя Дмитрия Шуйского. Поражение подвело черту под правлением Василия Шуйского. В июле он был свергнут. Москва осталась без власти. На неё претендовали 15-летний королевич Владислав, сын польского короля Сигизмунда, и Лжедмитрий-Второй, известный в истории под кличкой Вор.


Не смотря на заключённый под смоленском 4 февраля 1610 года договор о принятии русского престола Владиславом, дело застопорилось из-за деструктивной политики Сигизмунда, желавшего править Русью за спиной сына. Вора-Лжедмитрия боялось и не желало боярство и многие законопослушные русские люди. Вакуум власти был заполнен Семибоярщиной

История Семибоярщины. Кратко

  • 1610, 23 апреля — смерть Михаила Васильевича Скопина-Шуйского
  • 1610, 14 июня — осада гетмана Жолкевского русского войска во главе с воеводами Елецким и Волуевым в смоленской деревне Царёво-Займище
  • 1610, 24 июня — поражение русских под Клушиным
  • 1610, 17 июля — низвержение Шуйского
  • 1610, 19 июля — во избежании интриг свергнутого царя «опять тот же Захар Ляпунов с тремя князьями — Засекиным, Тюфякиным и Мерином-Волконским, да еще с каким-то Михайлою Аксеновым и другими, взявши с собою монахов из Чудова монастыря, пошли к отставленному царю и объявили, что для успокоения народа он должен постричься»
  • 1610, 20 июля — польское войско под командой Жолкевского выступило из Можайска к Москве, правительству сообщив, что главной его заботой является желание охранить столицу от «вора». Семибоярщина ответила, что не нуждается в его помощи.
  • 1610, 24 июля — Жолкевский в семи верстах от Москвы. В это же время к городу подступали отряды самозванца. Так что Семибоярщине первой пришлось вступить в переговоры с Жолкевским о судьбе королевича Владислава

  • 1610, 17 августа — на Девичьем Поле князья Ф. И. Мстиславский, В. В. Голицын и Д. И. Мезецкий, в сопровождении двух думских дьяков, Василия Телепнева и Томилы Луговского, заключили договор с Жолкевским. В основу был принят Тушинский договор от 4 февраля 1610 года; новые посредники ввели только некоторые поправки
    за представителями главных княжеских родов было признано право старшинства, и им было обеспечено преимущество в милостях ограничение самодержавия, принятое тушинцами, было сохранено
    исключена только статья, касающаяся права свободного выезда за границу с торговыми и научными целями.
    Была включена статья, ставящая условием, чтобы Тушинский вор был покорен общими силами

Жолкевский от имени короля обязался вывести польские войска из всех занятых ими территорий
Не могли придти к соглашению в особенности относительно обращения в православие будущего царя, решение этого вопроса было отложено до непосредственных переговоров с Сигизмундом


  • 1610, 18-19 августа (27-28 августа по н. ст.) — москвичи присягнули новому государю: в первый день присягнули 10000 человек; гетман с своей стороны именем Владислава присягнул в соблюдении договора. На другой день присяга происходила в Успенском соборе, в присутствии патриарха. В указе, разосланном по областям, сказано было, что Владислав обязался принять венец из рук верховного святителя, что могло сойти за обещание отречься от католичества. В договоре об этом ни слова не было сказано, но ему приписывали все, чего хотели
  • 1610, 21 августа (ст. ст.) — к гетману поступило письмо от короля, где тот требовал, чтоб Московское государство было упрочено за ним самим, а не за сыном его… Гетман счел невозможным исполнить желание короля, чьё имя было ненавистно московскому народу, но начал приводить в исполнение статью договора, в которой обязывался прогнать Лжедмитрия от Москвы
  • 1610, 11 сентября — Москву покинуло посольство к польскому королю Сигизмунду для окончательных переговоров об условиях правления Московией Владислава. Оно удерживалось Сигизмундом до 1619 года
  • 1610, 21 сентября — поляки тихо проникли в Москву, заняли Кремль и два центральных квартала, Китай-город и Белый Город, Новодевичий монастырь, а так же Можайск, Борисов, Верею для безопасности сообщений своих с королем. Для решений распрей между поляками и москвичами Жолковский распорядился создать суд с равным числом судей из обоих народов; суд был беспристрастный и строгий…

  • 1610, 30 сентября — послы к Сигизмунду писали в Москву, что многие русские дворяне приезжают к королю под Смоленск и по воле королевской присягают уже не одному королевичу, но и самому королю
  • 1610, начало октября — гетман Жолкевский покинул Москву. Он знал, что восстание в Москве вспыхнет при первой вести о нежелании короля отпустить Владислава в Москву. Личным присутствием хотел уговорить короля исполнить договор. Бояре провожали его далеко за город, даже простой народ обнаружил к нему расположение, платя ласкою за ласку; когда он ехал по улицам, то москвичи забегали вперед и желали счастливого пути. Гетман передал Гонсевскому командование над гарнизоном, состоявшим уже только из 4000 поляков и нескольких тысяч наемников из иностранцев

Итог семибоярщины

«По всей стране бродят казаки, везде грабят и жгут, опустошают и убивают. Это казаки, или вышедшие из Тушина после его разорения, или действовавшие самостоятельными маленькими шайками безо всякого отношения к тушинцам, ради одного грабежа. Северо-западная часть государства находится в руках шведов. Их войско после Клушина отступило на север и с того времени, как Москва признала Владислава, открыло враждебные действия против русских, стало забирать города, ибо Москва, соединяясь с Польшей, тем самым делалась врагом Швеции. Но и Польша не прекращала военных действий против Руси. Поляки осаждали Смоленск и разоряли юго-западные области.


ма Москва занята польским гарнизоном, вся московская администрация — под польским влиянием. Король враждебного государства, Сигизмунд, из-под Смоленска распоряжается Русью своим именем, как государь, без всякого права держит в то же время, как бы в плену, великое московское посольство, притесняет его и не соглашается с самыми существенными, на московский взгляд, условиями договора Москвы с Владиславом» (Платонов «Полный курс русской истории»)

Источник: ChtoOznachaet.ru

9. 2-Е ополчение, 1612 г.

2-е ополчение начало формироваться в Нижнем Новгороде, его организатором стал Кузьма Минин.

Кузьма Минин – нижегородский купец, земский староста, организовал сбор денег не 2-е ополчение, пожертвовал треть своего состояния. (Позднее царь Михаил Романов наградит его дворянским титулом и вотчиной)

Дмитрий Пожарский – князь, начал государеву службу в 15 лет в 1583 г. при Иване Грозном, служил при дворе Федора Иоанновича; приняв присягу царю Борису Годунову, остался верен ему до последних дней. Когда на троне воцарился Лжедмитрий, Пожарский вынужден был возобновить службу, в политических интригах не участвовал, в заговоре против Лжедмитрия не участвовал тоже. Участвовал в 1-м ополчении, его отряд единственный из всех действовал успешно.

Стал военным руководителем 2-го ополчения, был приглашен Кузьмой Минин, когда находился в Нижнем Новгороде, залечивая раны, полученные в боях под Москвой в 1-ом ополчении.


В августе 1612 г. силы 2-го ополчения подошли к Москве. Они разбили польский отряд, пришедший из речи Посполитой на помощь тем полякам, которые засели в Москве.

26 октября 1612 г. польский гарнизон в Москве капитулировал. Военные действия против поляков были завершены. Именно простые русские люди сумели спасти свою столицу и свою страну от интервентов.

10. Земский собор 1613 г.

Для скорейшего завершения Смуты стране был нужен законный признанный всеми слоями общества монарх. В конце 1612 г. лидеры 2-го ополчения разослали грамоты с требованием выслать представителей сословий на Земский собор.

Земский собор начал свою работу в 1613 г. После ожесточенных споров и интриг 21 февраля 1613 г. царем был провозглашен 16-летний Михаил Романов.

Поляки попытались уничтожить вероятного претендента на российский престол М.Романова, который находился под Костромой в Ипатьевском монастыре. Костромской крестьянин Иван Сусанин завел польский отряд в болота и ценой собственной жизни погубил их.

Источник: StudFiles.net

Состав Семибоярщины

Члены Семибоярщины:

  1. Ф.И. Мстиславский.
  2. И.М. Воротынский
  3. А.В. Трубецкой
  4. А.В. Голицын
  5. Б.М. Лыков
  6. И.Н. Романов
  7. Ф.И. Шереметев

Еще раз повторю, что это были предатели, которые во преки интересам своей страны присягнули польскому королю и просили на российский престол польского царевича.

Обращение к Польше и принятие ее власти

Правление Семибоярщины

В августе 1610 года польские войска вплотную подошли к Москве. Бояре, видя плачевность ситуации, предложили сыну польского короля Владиславу, возглавить Россию. Единственным условием русских было принятие новым царем православия. Патриарх московский Гермоген был против, в городе начались волнения. Семибоярщина решили впустить в Москву польские войска, чтобы те усмирили жителей.

Москвичи впустили в Москву войска Жолкевского и в городе воцарились поляки. В Москве возник новое правительство в ожидании Владислава. Возглавили его боярин Михаил Салтыков и торговый мужик, то есть купец, Федор Андронов. Обратите внимание, в правительстве Москвы появился представитель Посадского люда. Это означает что московский посадский люд, его богатая часть, активно агитировала и выступала за польского королевича на русском престоле. То есть фактически тоже выступили в качестве предателей.

Пользуясь слабостью России, Шведы оккупировали северную часть страны. В это время в действительности стоял вопрос о выживании России, как государства. Шведы удерживали Новгород. Лжедмитрий 2 возобновил свою деятельность в России. Польские войска хозяйничали в западных землях страны и в Москве. Они вели себя, как завоеватели. Семибоярщина уважением народа не пользовалась.


Восстание против Семибоярщины

В этот тяжелый момент русскому народу самому пришлось спасать страну. Поднялось народное ополчение. Первыми подняли восстание против оккупантов Рязанцы. Восстание поднял Прокопий Лупянов. В марте 1611 года главные силы ополчения, которыми руководил князь Дмитрий Пожарский, стояли у стен Москвы. К этим силам присоединились и жители Москвы. Поляки отчаянно сражались и вынудили народ отступить.

Летом 1611 года положение в стране значительно ухудшилось. Смоленск, который 20 месяцев сопротивлялся полякам, вынужден был капитулировать. Новгород был полностью оккупирован шведами. Крымский Хан подвергал набегам юные рубежи государства. На этом фоне началось новое народное освободительное движение, которое было поднято в Нижнем Новгороде осенью 1611 года. Организатором ополчения стал Кузьма Мини. Силы восставших были малы. Понимая это, Минин направляет грамоты по всем городам России, призывая все подняться на борьбу с иноземными захватчиками. Люди со всех городов стягивались к Нижнему Новгороду. Войско народного ополчения вновь возглавил Пожарский. Понимая, что воевать с врагом нужно по отдельности, желая всеми силами не допустить союза Польши и Швеции, Пожарский сумел убедить шведов, что россияне поддержат идею передачи русского престола шведскому принцу.


В марте 1612 года объединенное войско отправилось на Москву, через Ярославль, где войско пополнилось новыми членами народного ополчения. В июле армия вступила в Московские земли. На помощь полякам выдвинулся гетман Ходкевич, который был разбит 24 августа силами объединенного народного ополчения. В результате войска Пожарского заняли западные окраины Москвы, а остатки войск первого ополчения, под командованием Трубецкого, занимали восточные окраины. Положение польских войск, которые заняли Кремль, казалось безвыходным. Они были окружены, а Ходкевич, присланный к ним на помощь, был разбит под стенами Москвы. 22 октября 1612 года силы народного ополчения заняли Китай-город. Дальнейшее сопротивление было бесполезным. Поляки сдались и полностью покинули Москву. Польский король этого поражения не принял и желал всеми силами захватить Москву назад, но был разбит под Волоколамском и с оставшимся войском выехал в Польшу. Польский коль вновь направил войска в Россию, но не для захвата Москвы, а для убийства Михаила Романова, который считался главным кандидатом на царский престол. Его убийство могло вновь дать шанс польскому королю захватить Российскую столицу. Однако, этот замысел не удался. Простой российский крестьянин, Иван Сусанин, совершил подвиг. Он завел польское войско в непроходимое болото. Сусанин погиб, но и польское войско тоже, не выполнив приказа своего короля.

На этом закончился период междуцарствия на Руси, который принес столько бед русскому народу. Семибоярщина, преследуя только свои корыстные интересы, поставило российское государство на грань исчезновения.


Популярные статьи:


Список правителей России

Полтавская битва

Император Павел 1

Присоединение Украины

 

Последние добавления:

Источник: istoriarusi.ru

После свержения Шуйского власть перешла к совету семи бояр; это правительство так и назвали – Семибоярщина. Имя это на долгие годы стало нарицательным, причем в сугубо отрицательном смысле. Особенно это было характерно для сталинского времени. Н.П. Кончаловская в стихотворной истории Москвы для детей «Наша древняя столица» характеризовала это правительство так: «Семибоярщина была /Правительством, угодным /Полякам, шведам, королям, /Чужим вельможным панам, /Своим предателям-князьям /И всем соседним странам».

В.Д. Чарушников уже в наше время считает, что «боярам (из Семибоярщины) хотелось жить как польским панам, фактически независимым в своих вотчинах»[502], что, как представляется, является сильным преувеличением, хотя каких-то гарантий от произвола власти после уроков истории, связанных с Опричниной и последовавшими за ней событиями, они, безусловно, хотели бы. Полонофилия же части российской верхушки, распространение польских слов (вплоть до Екатерины II русское дворянство называло себя «шляхтой». – Д.В.) – факт бесспорный[503]. Но вернемся к характеристике Кончаловской.

Начнем с того, что непонятно, как можно быть угодным одновременно полякам и шведам – непримиримым врагам, а тем более «всем соседним странам», имевшим самые разные интересы. То есть поживиться за счет попавшей в тяжелое положение страны желающих всегда хватает, и Россия Смутного времени исключением не стала, но угодить всем таким желающим сразу самое антинациональное правительство не может, как бы оно того ни хотело.

Но не будем чрезмерно строги к Наталье Петровне – в конце концов, писалось это в 1947 г. (к 800-летию Москвы), когда такие несоответствия не принято было замечать. Так, в фильме 1939 г. «Минин и Пожарский» в составе армии гетмана Ходкевича действует отряд шведских наемников – а на самом деле Польша и Швеция были, как сказано, непримиримыми врагами. Вот наемники немецкие и венгерские там были, однако фильм вышел на экраны уже после подписания пакта Молотова – Риббентропа, так что упоминать в таком негативном ключе немцев и их союзников венгров стало, как бы мы сейчас сказали, неполиткорректно.

Отметим еще, что даже при Сталине Кончаловская осмелилась написать об Опричнине Ивана Грозного то, о чем я говорил в начале книги – что опричники разоряли страну, поскольку в своих поместьях были временщиками, а не хозяевами, и соответственно стремились только обобрать крестьянина как липку («И нес мужик в короткий срок /То, что боярину он мог /Отдать в десятилетье»). Восстановила она историческую правду и по поводу иностранных наемников в войске Ходкевича («Воевать на Русь огромную /Шли поляки не одни: /Немцев, венгров силу темную /За собой вели они»). Впрочем, тут уже мотивы были связаны с Великой Отечественной – даже терминология та же («Страна огромная… сила темная»). А мы присмотримся лучше к членам Семибоярщины и с удивлением обнаружим, что они не были такими уж аморальными типами, готовыми торговать страной оптом и в розницу.

Начнем с главы этого правительства – князя Мстиславского («Семибоярщины главарь – /Предатель князь Мстиславский /Богаче стал, чем русский царь, /Под королевской лаской»). Однако власть передавалась Мстиславскому лишь временно, до того времени, «пока Богу не будет угодно дать Москве государя» (то есть, очевидно, пока такового «всей землей» не изберут. – Д.В.)[504].

Добавим еще, что Мстиславский до того честно служил и Борису Годунову – его карьера началась с участия в отражении набега крымчаков на Москву в 1591 г.[505] Отметим, что, став царем, Годунов запретил ему, как и Василию Шуйскому, жениться. Служил Мстиславский и Шуйскому. Кстати, во время выборов царя в мае 1606 г. первоначально царем хотели выбрать именно Мстиславского, но он отказался от этой чести «по причине редкой щепетильности и порядочности» (может быть, чересчур восторженная характеристика, однако факт остается фактом: Мстиславский, как Рюрикович, имел на трон не меньше прав, чем Шуйский. – Д.В.)[506], а Семибоярщину возглавил только для того, чтобы до прихода на царство Владислава в стране была (помимо Тушинского вора) хоть какая-то власть[507].

Хранил верность Василию Шуйскому вплоть до лета 1610 г. и Иван Никитич Романов – брат Федора-Филарета[508]. Я уже не говорю еще об одном из «семи бояр» – Ф.И. Шереметеве, который, как уже говорилось, возможно, даже превосходил по своим заслугам в борьбе с «вором» и не только с ним (т. е. с врагами Шуйского) самого М.В. Скопина-Шуйского. Осенью 1612 г. он вошел в новое Временное правительство, созданное Мининым и Пожарским[509], что само по себе говорит о его безупречной репутации.

Патриотом был и князь А.В. Голицын, поддерживавший связи с руководителями Первого ополчения (о нем чуть ниже) и арестованный за это поляками; он погиб в тюрьме в 1612 г. незадолго до освобождения Кремля. Как и Ф.И. Шереметев, как и еще один член этого правительства, Б.М. Лыков, Голицын вначале поддержал Владислава, но выступил против него, когда выяснилось, что поляки обманывают и не дают своего принца на Московское царство[510].

Понятное дело, примкнули к Семибоярщине и авантюристы, как, например, тот же М. Молчанов, получивший должность «начальника панского приказа», т. е. ведомства, отвечавшего за отношения с поляками[511]. Но таких было явное меньшинство.

Выше я говорил, что Р.Г. Скрынников пишет о «Соборе, руководившем свержением Василия Шуйского», и называл это преувеличением. А вот Семибоярщина уже на третий день по свержении Шуйского, 20 июля 1610 г., разослала «по городам» грамоту о созыве Земского собора об избрании нового царя; это было первым указом боярского правительства. Договора, заключенного 4 февраля «тушинцами» о призвании Владислава они, стало быть, не признавали, и власти Тушинского вора тоже. Одновременно Семибоярщина призывала к продолжению обороны Смоленска[512].

Помимо того, в программу Семибоярщины входило принятие своего рода программы национального примирения: прежде чем начать выборы нового царя, предполагалось учинить крестоцеловальную запись о том, чтобы людям «меж себя… никакого дурна не хотети и… не убивати и не грабити и зла никому ни над кем не мыслити и в измену во всякую… никуда не хотети». Боярское правительство, со своей стороны, обязывалось «всех судом праведным судити» и царя выбрать «всею землею, сославшись с городы». Василию Шуйскому было постановлено от престола «навсегда отказати и впредь ему на государстве не сидети» (обратим внимание на этот пункт – он свидетельствует о том, что Семибоярщина не признавала факт пострига Шуйского, иначе лишение его права на престол было само собой разумеющимся. – Д.В.). Бывшему царю было запрещено появляться при дворе, а братья его исключались из Боярской думы; при этом, однако, «вся земля» должна была обязаться всем Шуйским не мстить[513].

Как бы то ни было, пока так называемый Собор (а может быть, успел за это время собраться и настоящий Земский собор? – Д.В.), свергнувший Шуйского, продолжал работать в Москве, Жолкевский, также подошедший с войском к российской столице, не считал себя хозяином положения. Часть участников Собора (наиболее влиятельных) удалось услать под Смоленск в качестве посольства[514], которое, во главе с Ф. Романовым, В. Голицыным и З. Ляпуновым, и покинуло столицу 11 сентября[515], и лишь после этого 19 сентября 1610 г. поляки вошли в Москву. Но и тогда они сделали это тайно, ночью, «яко тати», обвязав копыта лошадей полотенцами, чтобы не стучали по Красной площади. Но прежде чем говорить об этом шаге, обсудим его предысторию.

17 августа 1610 г. Семибоярщина признала царем России сына Сигизмунда, Владислава, заключив договор о призвании его на царство на условиях, аналогичных условиям договора 4 февраля. Впрочем, не совсем аналогичных: новый договор отменил пожалование людей «меньших станов» (т. е. менее знатных родов) за заслуги и разрешение на поездки дворян за границу «для науки». Оно и понятно: боярская верхушка оправилась от страха, вызванного угрозой со стороны Тушинского вора, и новый договор стал более «пробоярским» и меньше учитывал интересы «меньших станов».

Кроме того, по договору 17 августа в Московское царство запрещалось въезжать евреям; что до поляков, то им разрешалось давать за царскую службу деньги и поместья, но не места и не чины, смертную казнь осуществлять только по приговору бояр или «людей думных», с отдачей имущества казненных их «невинным родственникам» (большой шаг вперед по сравнению с предыдущими временами, когда имения отбирались «на государя»! – Д.В.).

Наконец, Марине Мнишек предлагалось отказаться от титула царицы и выехать в Польшу[516]. Предполагалось материально обеспечить и «вора», но Марина Юрьевна надменно ответила парламентерам из Москвы: «Пусть король даст царю («вору». – Д.В.) Краков, а царь из милости уступит ему Варшаву». Сам Тушинский вор прибавил: «Лучше я буду служить у какого-нибудь мужика и добывать хлеб трудом, чем смотреть из рук его польского величества»[517]. Понятно, после таких ответов переговоры прервались, и в договор о призвании Владислава на царство включили пункт: «А который вор называется царевича Дмитрия именем, и на того стояти и биться, и промышляти над ним за одно»[518].

От Владислава требовали, чтобы он крестился в православие еще в Смоленске от Филарета и архиепископа Смоленского Сергия и в Москву прибыл уже православным. Помимо всего прочего, в договор включили условие о том, чтобы поместья полякам не давались в уездах у польской границы, а только во внутренних районах России[519].

Однако Жолкевский тут же сумел устранить из договора «до особого Сигизмундова распоряжения» пункты о том, что Владиславу запрещается сноситься с Папой «о законе» (т. е. о вере), о смертной казни для перешедших из православия в католичество, о запрете новому царю иметь при себе более 500 поляков, о соблюдении «всей титлы царской» (в том числе титулов «государя Киевского и Львовского»), а также об обязательстве будущего царя жениться на русской[520]. Однако единство и неделимость России по-прежнему не оспаривались: «А быти государем Владиславу на Московском государстве, как и бывшим природным государям, и правити во всем Российском государстве (т. е. Польша должна была освободить все занятые ею русские земли. – Д.В.)»[521].

Снова наметилось размежевание: бояре приняли сторону Владислава, например, от «вора» ушли князья Ф. Долгорукий, А. Сицкий, Ф. Засекин, М. Туренин и многие дворяне; с ним остался только Дм. Трубецкой[522]. Представители же социальных низов склонялись к Тушинскому вору, которого Жолкевский еще до вступления в Москву, 27 августа, оттеснил из Коломенского. После того как поляки, так и русские стали покидать «вора», который вернулся в Калугу[523]. С другой стороны, примерно тогда же, в августе, Тверь, Владимир, Суздаль, Ростов и Галич раскаялись в призвании Владислава и принесли «повинную» «вору»[524].

Тем не менее, как представляется, у Владислава по-прежнему был шанс «устроить в тишине» Русскую землю. Страна в принципе готова была принять его, по крайней мере, когда на Москве 27 августа началась присяга, то в первый день все желающие просто не успели присягнуть (успело примерно 10 000 человек, а желающих было как минимум втрое больше), пришлось продолжать в следующие дни[525]. Осенью 1610 г. царя-поляка признали все – и будущий вождь Первого земского ополчения Прокопий Ляпунов, и будущий герой 1612 г. Дм. Пожарский (присягнувший ему в качестве зарайского воеводы, в каковой должности Дмитрий Михайлович в тот момент по-прежнему пребывал)[526], и даже такой консерватор и ненавистник всего иноземного, как патриарх Гермоген, тоже соглашался признать Владислава при условии его перехода в православие. Поддержал его и Филарет, несмотря на то что был «тушинским» патриархом и вроде должен был поддерживать Лжедмитрия II. Впрочем, после того, как Филарета доставили в Тушино, это неудивительно.

Это обстоятельство (поддержка обоих патриархов), как и обещание не строить в России католических церквей, а поляков приглашать на службу лишь наравне с прочими иностранцами, что предусматривалось договором 17 августа, как ранее и договором 4 февраля, резко повысило шансы польского принца.

Здесь необходимо сделать отступление насчет проблемы строительства неправославных церквей. Жолкевский от имени не то Владислава, не то Сигизмунда обещал «веры христианской у московских людей не отымати, и костелов римских не строити…»[527]; по другой версии, в Москве таки разрешалось построить костел, но только с разрешения патриарха и Боярской думы[528]. Специальным пунктом договора служившим в России полякам разрешалось входить в православные храмы, но сняв головные уборы и не вводя туда собак[529].

Некоторые авторы рисуют такие перспективы, как открытие в царствование Владислава университета в Москве или введение в российских городах магдебургского права[530]. Некто А. Головатко считает, что договор о призвании Владислава на царство (он говорит о договоре 4 февраля, но то же можно сказать и о договоре 17 августа. – Д.В.) закладывал основы правового государства в России[531].

В.Д. Чарушников резко критикует Головатко за такую позицию, равно как и за многое другое (например, за «попытки реабилитировать Лжедмитрия I», хотя последний, как мы видели, этого вполне заслуживает)[532]. Кое в чем Чарушников недалеко ушел от советского историка Л.В. Черепнина, назвавшего договор 4 февраля 1610 г. «антигосударственным актом»[533].

А я, чтобы внести ясность в этот спор, добавлю: да, договор 4 февраля (равно как и 17 августа) 1610 г. закладывал бы основы правового государства, если бы поляки были расположены его соблюдать, чего они, как мы далее убедимся, делать и не собирались.

Следующая глава >

Источник: history.wikireading.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.