Ольга 945 969

Ольга 945 969

Ольга 945 969

 

 

 

Святая равноапостольная великая княгиня Ольга, в крещении Елена (ок. 890 — 11 июля 969), правила Киевской Русью после гибели мужа, князя Игоря Рюриковича с 945 до 962 года. Первая из русских правителей приняла христианство ещё до крещения Руси, первая русская святая. Имя Княгини Ольги находится в истоке русской истории, и связано с величайшими событиями основания первой династии, с первым утверждением на Руси христианства и ярких черт западной цивилизации. Великая княгиня вошла в историю как великая созидательница государственной жизни и культуры Киевской Руси. После смерти простой народ назвал ее хитрой, церковь – святой, история — мудрой. 

Великая княгиня Ольга (ок. 890 — 11 июля 969) была супругой великого князя Киевского Игоря.


Ольга 945 969

Князь Игорь

Основные сведения о жизни Ольги, признанные достоверными, содержатся в «Повести временных лет», Житии из Степенной книги, агиографической работе монаха Иакова «Память и похвала князю рускому Володимеру» и сочинении Константина Багрянородного «О церемониях византийского двора». Другие источники сообщают дополнительные сведения об Ольге, но их достоверность не может быть точно определена.

Ольга происходила из славного рода Гостомысла (правителя Великого Новгорода ещё до князя Рюрика). Родилась в Псковской земле, в селе Выбуты, в 12 км от Пскова выше по реке Великой, в языческой семье из династии князей Изборских. Споры о точной дате рождения Ольги ведутся до сих пор — одни историки настаивают на дате ок.890 года, другие — на дате 920 года (хотя эта дата абсурдна в силу того, что Ольга вышла замуж за Игоря при Вещем Олеге, который погиб в 912 году). Обе даты можно подвергнуть сомнению, поэтому их принимают условно. Имена родителей Ольги не сохранились.


Когда Ольге уже исполнилось 13 лет, она стала супругой великого князя Киевского Игоря. Согласно преданию, князь Игорь занимался охотой. Однажды, когда он охотился в псковских лесах, то выслеживая зверя, он вышел к берегу реки. Решив переправиться через реку, он попросил проходящую мимо на лодке Ольгу перевезти его, приняв ее сначала за юношу. Когда они плыли, Игорь, внимательно всматриваясь в лицо гребца, увидел, что это не юноша, а девица. Девушка оказалась очень красивой, умной и чистой помыслами. Красота Ольги уязвила сердце Игоря, и он начал прельщать ее словами, склоняя к нечистому плотскому смешению. Однако целомудренная девица, уразу­мев помыслы Игоря, разжигаемого похотью, пристыдила его мудрым увещанием. Удивился князь столь выдающемуся разуму и целомудрию юной девицы, и не стал её домогаться.

Князь ИгорьИгорь был единственным сыном новгородского князя Рюрика (+879). Когда отец умер, княжич был ещё очень молод. Перед смертью Рюрик передал правление в Новгороде своему родственнику и воеводе Олегу и назначил его опекуном Игоря. Олег был удачным воином и мудрым правителем. В народе его прозвали Вещим.


завоевал город Киев и объединил вокруг себя многие славянские племена. Олег любил Игоря как родного сына и вырастил из него настоящего воина. А когда настала пора искать ему невесту, в Киеве устроили смотрины красивых девиц, чтобы среди них найти девушку, достойную княжеского чертога, но ни одна из них
не по­любилась князю. Ибо в сердце его уже давно был сделан выбор невесты: он велел вызвать ту прекрасную лодочницу, которая перевезла его через реку. Князь Олег с великой честью привез Ольгу в Киев, и Игорь вступил в с нею в брак. Женив молодого княжича на Ольге, стареющий Олег стал усердно приносить жертвы богам, чтобы дали Игорю наследника. За долгих девять лет много кровавых жертв идолам принёс Олег, столько людей и быков заживо спалил, ждал, что дадут славянские боги Игорю сына. Не дождался. Умер в 912 году от укуса змеи, выползшей из черепа его бывшего коня.

Княгиня Ольга молилась христианскому БогуЯзыческие идолы начали разочаровывать княгиню: многолетние жертвоприношения идолам не дали ей желаемого наследника. А ну как Игорь поступит по человеческому обыкновению и возьмёт себе другую жену, третью? Гарем заведёт. Кем она тогда будет? И тогда княгиня решилась молиться христианскому Богу. И стала Ольга по ночам горячо просить у Него сына-наследника.


И вот в 942 году,на двадцать четвертом году совместной жизни, родился у князя Игоря наследник — Святослав! Завалил князь Ольгу подарками. Она же самые дорогие отнесла в церковь Илии — для христианского Бога. Понеслись счастливые годочки. Стала задумываться Ольга над верой христианской да о выгодах от неё для страны. Только Игорь мыслей таких не разделял: его боги в битвах ни разу ему не изменяли.

Согласно летописи, в 945 году князь Игорь погибает от рук древлян после неоднократного взимания с них дани (он стал первым правителем в истории России, который погиб от народного негодования). Игоря Рюриковича казнили, в урочище, с помощью почетной «размычки». Нагнув два молодых, гибких дуба, привязали за руки и ноги, и отпустили…

Казнь Игоря

Ф.Бруни. Казнь Игоря

Наследнику престола Святославу тогда было только 3 года, поэтому фактическим правителем Киевской Руси в 945 году стала Ольга. Дружина Игоря подчинилась ей, признав Ольгу представителем законного наследника престола.

Древляне после убийства Игоря прислали к его вдове Ольге сватов звать её замуж за своего князя Мала. Княгиня жестоко отомстила древлянам, проявив хитрость и сильную волю. Месть Ольги древлянам описана обстоятельно и подробно в «Повести временных лет».


Ольга 945 969

Месть княгини Ольги

После расправы с древлянами Ольга стала править Киевской Русью до совершеннолетия Святослава, но и после этого она оставалась фактическим правителем, так как её сын большую часть времени отсутствовал в военных походах.

Князь Святослав

Князь Святослав

Внешняя политика княгини Ольги осуществлялась не военными методами, а при помощи дипломатии. Она укрепила международные связи с Германией и Византией. Отношения с Грецией открыли Ольге, насколько христианская вера выше языческой.

Ольга 945 969

В 954 году княгиня Ольга с целью религиозного паломничества и дипломатической миссии отправилась в Царьград (Константинополь), где с почетом была принята императором Константином VII Багрянородным. Целых два года знакомилась она с основами веры христианской, посещая богослужения в Софийском соборе. Её поразило величие христианских храмов и собранных в них святынь.


Крещение Ольги

Крещение Ольги

Таинство крещения над нею совершил Патриарх Константинопольский Феофилакт, а восприемником стал сам император. Имя русской княгине наречено было в честь святой царицы Елены, обретшей Крест Господень. Патриарх благословил новокрещенную княгиню крестом, вырезанным из цельного куска Животворящего древа Господня с надписью: «Обновися Русская земля Святым Крестом, его же приняла Ольга, благоверная княгиня».

Ольгин крест

Княгиня Ольга стала первым правителем Руси, принявшим крещение, хотя и дружина, и русский народ при ней были языческими. В язычестве пребывал и сын Ольги, великий князь Киевский Святослав Игоревич.

По возвращении в Киев Ольга пробовала приобщить Святослава к христианству, однако «он и не думал прислушаться к этому; но если кто собирался креститься, то не запрещал, а только насмехался над тем». Более того, Святослав гневался на мать за её уговоры, опасаясь потерять уважение дружины. Святослав Игоревич так и остался убежденным язычником.


Ольга 945 969

По возвращении из Византии Ольга ревностно несла христианское благовестие язычникам, стала воздвигать первые христианские храмы: во имя святого Николая над могилой первого киевского князя-христианина Аскольда и Святой Софии в Киеве над могилой князя Дира, храм Благовещения в Витебске, храм во имя Святой и Живоначальной Троицы в Пскове, место для которого, по свидетельству летописца, было ей указано свыше «Лучем Трисиятельного Божества» — на берегу реки Великой она увидела сходящие с неба «три пресветлых луча».

Святая княгиня Ольга скончалась в 969 году, в возрасте 80 лет и была похоронена в земле по христианскому обряду.

Княгиня Ольга. Успение

Сергей Ефошкин. Княгиня Ольга. Успение

Ее нетленные мощи покоились в Десятинной церкви в Киеве. Её внук князь Владимир I Святославич, Креститель Руси, перенес (в 1007 году) мощи святых, включая Ольгу, в основанную им церковь Успения Пресвятой Богородицы в Киеве (Десятинная церковь). Скорее всего, в княжение Владимира (970—988) княгиня Ольга начала почитаться как святая. Об этом свидетельствует перенесение её мощей в церковь и описание чудес, данное монахом Иаковом в XI веке.


В 1547 году Ольга была причислена к лику святой равноапостольной. Такой чести удостоились ещё только 5 святых женщин в христианской истории (Мария Магдалина, первомученица Фёкла, мученица Апфия, царица Елена Равноапостольная и просветительница Грузии Нина).

Икона святой равноапостольной княгини Ольги

Икона святой равноапостольной княгини Ольги

Память равноапостольной Ольги празднуется православными и католическими и другими западными церквами.

Ольга 945 969

Княгиня Ольга первой из русских князей официально приняла христианство и была канонизирована Русской православной церковью еще в домонгольский период. Крещение княгини Ольги не привело к установлению христианства на Руси, но она оказала большое влияние на внука Владимира, который продолжил ее дело. Она не вела завоевательных войн, а направила всю свою энергию на внутреннюю политику, поэтому на долгие времена народ сохранил о ней добрую память: княгиня провела административно-налоговую реформу, которая облегчила положение простых людей и упорядочила жизнь в государстве.


Ольга 945 969

Святая княгиня Ольга почитается как покровительница вдов и новообращённых христиан. Жители Пскова считают Ольгу его основательницей. В Пскове есть Ольгинская набережная, Ольгинский мост, Ольгинская часовня. Дни освобождения города от фашистских захватчиков (23 июля 1944 года) и памяти святой Ольги отмечаются в Пскове как Дни города.

Материал подготовил Сергей ШУЛЯК

для Храма Живоначальной Троицы на Воробьевых горах

Ин тропарь равноапостольной Ольги, глас 8
В тебе, Богомудрая Елено, известен спасения образ бысть в Русстей стране,/ яко, приимши баню святаго Крещения, последовала еси Христу,/ творящи же и учащи, еже оставити идольскую прелесть,/ восприяти же попечение о души, вещи безсмертней,/ темже и со Ангелы радуется, равноапостольная, дух твой.

Ин кондак равноапостольной Ольги, глас 4
Явися днесь благодать всех Бога,/ прославльши в Руси Ольгу Богомудрую,/ молитвами ей, Господи,/ людем подаждь/ грехом оставление.

Молитва святой равноапостольной княгине Ольге
О святая равноапос.


в вере, благочестии и любви Христове. В нищете и скорби сущия утеши, бедствующим подаждь руку помощи, обидимыя и напаствуемыя заступи, заблудшия от правыя веры и ересьми ослепленныя вразуми и испроси нам у Всещедраго Бога вся благая и полезная жизни временней и вечней, да тако благоугодне зде поживше, сподобимся наследия благ вечных в безконечном Царствии Христа Бога нашего, Емуже со Отцем и Святым Духом подобает всякая слава, честь и поклонение всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь.


ВЕЛИКАЯ КНЯГИНЯ ОЛЬГА (890-969)

Из цикла «История государства Российского».

Источник: hram-troicy.prihod.ru

Крещение Ольги

Вполне естественно, что, уладив внутригосударственные дела, Ольга смогла уделять больше внимания внешней политике. Такая последовательность развития событий даёт возможность провести аналогию между первыми годами правления Ольги и князя Олега. Историк С. М. Соловьёв подчёркивал сходство их характеров, если судить по тому, как они отражены в летописи. Оба отличались мудростью, хитростью, оба заботились о внутреннем устройстве государства и, лишь укрепив позиции великокняжеской власти, приступали к решению внешнеполитических задач. Олег организовал поход на Византию, чтобы подтвердить прежние привилегии Руси, полученные ею от империи ещё в IX в., а Ольга...

Княгиня Ольга пыталась повысить престиж Руси не военными походами, не завоеваниями, а умелой, мудрой дипломатией. И в связи с этим особое значение приобрело крещение Ольги. По свидетельству летописца, она «с малых лет искала мудростью, что есть самое лучшее в свете этом, и нашла многоценный жемчуг — Христа». Но дело не только в том, что княгиня, расположенная к христианству, обрела истинную веру, несмотря на своё языческое окружение. Её крещение стало не только частным делом пожилой благочестивой женщины, но приобрело важное политическое значение и способствовало укреплению международного положения Руси. Историки до сих пор спорят, когда и где именно — в Киеве или Константинополе — крестилась Ольга. Согласно летописи, в середине 50-х гг. X столетия она отправилась в Константинополь и там «возлюбила свет и оставила тьму», приняв новую веру. Народная молва вновь расцветила реальные события красочными подробностями. Византийский цесарь, прельстившись красотой и разумом Ольги (на самом же деле ей было в ту пору около 60 лет), якобы предложил ей стать его женой. Но княгиня, проявив мудрость и хитрость, «переклюкала» (обманула) его: по её просьбе император стал крёстным отцом Ольги, что по христианским канонам исключало возможность брака между ними.

Скорее всего, Ольга была знакома с христианством ещё в Киеве, в её дружине были христиане, в Константинополь её сопровождал киевский священник Григорий. Однако крещение княгини именно в Византии приобретало ярко выраженную политическую окраску: получив титул «дщери» (дочери) византийского императора, что выделяло её среди прочих государей, приняв крещение из его рук, Ольга тем самым необычайно повышала престиж светской власти Киева в международном плане. На византийском императоре всё ещё лежал багряный отблеск славы великого Рима, и часть этого отблеска озаряла теперь и киевский стол.

Однако крещение Ольги не повлекло за собой введения христианства на Руси. Даже ее сын Святослав “не думал и не прислушивался к этому… продолжая жить по языческим обычаям”. Святослав в данном случае выражал настроения своей дружины: «Как мне одному принять иную веру? А дружина моя станет насмехаться».

Вскоре Ольга отошла от государственных дел. Она занималась пропагандой христианства, построила несколько церквей. Скончалась Ольга в969 г., и, как пишет летописец, «плакали по ней плачем великим сын её, и внуки её, и все люди». Хоронили её по христианскому обряду.

Блестящую оценку правлению Ольги дал историк Н.М. Карамзин. Он писал, что она «мудрым правлением доказала, что слабая жена может иногда равняться с великими мужами».

Ольга 945 969Ольга 945 969

Источник: teacher-history.ru

Так как Игорь имел уже наследника в лице сына-младенца Святослава (род. в 942 г.), то мать последнего, Ольга, узаконена была в положении правительницы до совершеннолетия наследника. По всем признакам, начиная с самого ее имени, «Ольга» она была родом варяжка, канонизованная впоследствии и через это сугубо «обрусевшая» в памяти предания. Ольга житийно превращается в уроженку псковской земли, славянской крови и языка. Но самое имя ее, графически точно отраженное в греческих мемуарах Константина Порфирогенита, лично ее принимавшего, как ????, что точно передает широко известное древне-скандинавское имя Неlgi — Хельги. В Житии, в Четьих Минеях Макария и в Степенной Книге Ольга рисуется местной уроженкой «рода не княжеска и не вельможеска, но от простых людей», «от веси Выбутския»: — Выбуты, Лыбуты, Лабутино, в 12 верстах от Пскова по реке Великой. Житие утверждает, что это было время до построения города Пскова: «еще граду Пскову несущу». Игорь, уже утвердившийся, как единодержавный князь всей Русской земли, женился на этой, будто бы крестьянской, чуть не чернорабочей, хотя бы и красивой женщине в 903 г. Житие рассказывает об идиллической работе Ольги, как перевощицы на лодке или на пароме через реку Великую. Для нас ясно, что это легендарное искажение признака высокого социального положения Ольги-варяжки. Заведывание переправой через реку Великую, входившую в систему знаменитого военно-торгового «пути из Варяг в Греки», не могло быть в руках частного, бесконтрольного местного селянина (безразлично — славянина или финна-чудина). Это был стратегический t?tе dе pоnt под командой варяжского полковника или генерала. Хельга — Ольга, как «генеральская дочка»- варяжка, говорившая и по-варяжски (по-скандинавски) и по-славянски («по-русски»), была социальной «ровней», вполне подходящей невестой из того же правящего класса, как и сам полу бродячий викинг — Игорь. Это был брак аналогичный браку отца Константина Великого, будущего императора, на Елене, дочери смотрителя почтовой станции. Из правительственной деятельности Ольги мы выбираем только цепь фактов, интересующих историю церкви.

По страницам летописей греческих, западно-европейских, и, конечно, русских, как некий тихий гром прокатывается весть, что эта русская княгиня, попечительница киевского трона, путешествует в КПль и там торжественно принимает крещение в 955 г. Наш отечественный свидетель, монах Иаков, дает ту же дату. Говоря о смерти Ольги в 969 г., Иаков считает, что она «пожила в христианстве 15 лет». Все как будто ясно и просто. Но вот даже и наша Повесть Временных Лет вскрывает кричащую шероховатость в этом для нашей истории великом событии. Летописная редакция такова: «В лето 6463 (955 г.). Иде Ольга в Греки, и приде Царюгороду. Бе тогда царь (Костянтин, сын Леонов). И приде к нему Ольга. И видев ю добру сущу зело лицем и смыслену, удививься царь разуму ея, беседова к ней и рек ей: «Подобна если царствовати в граде с нами». Она же разумевши рече ко царю: «аз пагана есмь. Да аще мя хощеши крестити, то крести мя сам. Аще ли ни, то не крещуся». И крести ю царь с патреархом».

«Просвещена же бывши, радовашеся душею и телом. И поучи ю патриарх о вере и рече ей: «Благословенна ты в женах русских, яко возлюби свет, а тьму остави. Благословити тя хотять сынове рустии и в последнии род внук твоих». И заповеда ей о церковном уставе, о молитве и о посте, о милостыни, о вьздержании тела чиста. Она, поклонивши главу стояше, аки губа напаяема, внимающи: «Молитвами твоими, владыко, да охранена буду от сети неприязньны». Бе же речено имя ей во крещеньи Олена, яко же и древняя цариця, мати великаго Костянтина». И благослови ю патриарх и отпусти ю».

«И по крещении возва ю царь и рече ей: «хощю тя пояти собе жене». Она же рече: «како хощеши мя пояти, крестив мя сам и нарек мя дщерею, а в хрестеянех того несть закона, а ты сам веси». И рече царь: «Переклюкала (нем. klug) мя еси Ольга». И дасть ей дары многи, злато и сребро, паволоки и сьсуды различныя и отпусти ю дьщерью себе. Она же хотящи домови, приде к патреарху, благословенья просящи на дом и рече ему: «людье мои пагани и сын мой, дабы мя Бог сьблюл от всякаго зла». И рече патреарх: «Чадо верное! Во Христа крестилася еси, и во Христа облечеся. Христос имать схранити тя… и благослови ю патреарх, и иде с миром в свою землю, и приде Киеву». Далее наша летопись, не пытаясь дать никаких объяснений всей предшествующей идиллии, внезапно как бы отдергивает завесу и ошеломляет нас лаконическим и прозаическим известием, как Ольга резко и грозно устраивает дипломатический разрыв с греческим правительством, прогоняя обратно пришедшее к ней в Киев ответное греческое посольство. Вот это свидетельство Летописи.

«Си же Ольга приде Киеву. И посла к ней царь Гречьский, глаголя: «Яко многа дарих тя, ты бо глаголаше ко мне, яко аще возьвращуся в Русь, многи дары прислю ти: челядь, воск и скьру и вои в помощь». Отвещавши Ольга и рече к слом: «Аще ты, рьцы, тако же постоиши у мене в Почайне, яко же аз в Суду, то тогда ти дам»: И отпусти слы, сь рекши». Совершенно ясно после этого, что предшествующая идиллия есть официальная фикция для записи в «казенный» протокол. Но что на деле поездка в КПль принесла Ольге большие разочарования в неосуществимости тех гордых замыслов, которые были свойственны ее личному характеру. Более объективным контрольным документом о действиях и переживаниях русской княгини в греческой столице служит тоже холодная протокольная секретарская запись об обстоятельствах придворного приема русской княгини. Эта запись внесена в произведение самого, лично принимавшего Ольгу, императора «Константина Порфирогенита: «Dе сеrеmоniis Aulaе». Из протокола видно, что официально почтительный ритуал приема был выдержан, но ничем не отличался от столь же сухого, сдержанного приема, данного перед тем сарацинскому послу. Ольга именуется своим скандинавским именем Елга — ???? — Неlga, княгиня русская. Прием состоялся в среду 9-го сентября 957 г. Вошедшей княгине было указано место, близкое к императору, на которое она «сев говорила с ним, о чем ей было нужно». При ней был переводчик. Ее свите розданы были денежные подарки: ее племяннику вручено было 30 милиарисиев, ее ближайшим секретарям и фрейлинам по 20 милиарисиев. Каким-то представителям несовершеннолетнего, опекаемого князя Святослава, «людям Святославовым» — по 5 милиарисиев. Кроме династической свиты, Ольгу сопровождало и многочисленное «общественное» представительство от самой русской нации. A именно: 20 послов и 43 чиновника. Эта группа в 63 человека получила по 12 милиарисиев каждый и два их переводчика тоже по 12 мил. Очень показательно, что не в ряду переводчиков и не в толпе прочих депутатов фигурирует и «пресвитер Григорий», которому византийский двор дарит сравнительно грошевую сумму: 8 милиарисиев, ниже переводчиков и прочих послов. Ему выплачена сумма, равная тем подачкам по 8 м., которые были розданы 18 служанкам Ольги, тут же на последовавшем дессертном угощении, на котором самой кн. Ольге поднесено 500 милиарисиев. Явно, что скромная, но подчеркнутая фигура в свите Ольги священника свидетельствует или о том, что Ольга была уже крещена и Григорий был ее духовником и придворным капелланом, или это был только ее катехизитор, а Ольга лишь демонстрировала этим свою готовность немедленно креститься.

Что весь этот церемониал не дал Ольге и всему посольству желанного результата, видно было из того, что, спустя больше месяца, 18-го октября, в воскресенье, перед самым отъездом русских торговых караванов обратно на Русь, состоялся второй чиноприем кн. Ольги с некоторыми вариантами, как бы увеличивающими честь, воздаваемую варварской княгине, но в то же время выдерживающими и стиль казенной сухости. На этот раз Ольгу император угощал в хрисотриклине (в золоченой столовой) и ее свиту в пентакувуклии св. Павла. A денежные подношения были такие: самой княгине 200 м., племяннику ее 20 м., 18-ти фрейлинам-служанкам по 6 м. Национальные представители — 22 посла получили по 12 м. и 44 чиновника по 6 мил., два переводчика, как послы по 12 м. Все эти затраты Двора — есть только показная форма взаимно выгодных товарообменных операций. Ольга и вместе с ней вся русская торговая компания снабжала Византию обильными количествами натурального ценного сырья (мед, воск, меха и рыбы). За эти же натуральные ценности русский караван накупал себе предметы высокой византийской индустрии и византийского искусства. Высокопоставленные лица русского торгового каравана этими, здесь приобретенными предметами техники и искусства и расплачивались в нужных случаях. Так документально известно, что кн. Ольга за все эти показные милиарисии, поднесенные ей и свите, с избытком расплатилась перед византийским правительством. Новгородский архиепископ Антоний, посетивший в конце XII и начала XIII в. Царьград и оставивший нам свой «Цареградский Паломник», сообщает нам, что в его время в храме св. Софии он видел «блюдо велико злато служебное Ольги русской, когда взяла дань, ходивши Царюграду. Во блюде же Ольжине камень драгий. На том же камени написан Христос. И от того Христа емлют печати людие на все добро. У того же блюда все по верхови жемчюгом учинено». Из этого видно, что Ольга достаточно роскошно «отдаривалась» за официальные дары Двора ей и ее свите.

Итак Ольга весь сезон от апреля до октября 957 г. проболталась с своим караваном на водах Босфора и Золотого Рога, и никакой выдержкой и долготерпением не добилась все-таки от гордых «порфирогенитов» того, чего искала. Из нашей летописной фикции достаточно ясно вырисовывается претензия обрусевшей варяжки. Она мечтала о том же, чего определенно добивался потом князь Владимир: о брачных связях своей варварской династии с порфирогенитами, дабы раз навсегда выйти из черного тела «варваров» и стать династическими аристократами. На мировой политической бирже того века были единственными бесспорными аристократами «кесарями-августами», только византийские василевсы. Не исключено, что вся легенда о крещении ее в Цареграде самим патриархом при императоре восприемнике и есть конкретный план, из-за которого Ольга ездила в КПль. И терпеливо, месяцами переносила унизительное выжидание. Неполучение от византийского двора ожидаемой чести не изменило внутренней серьезности принятия Ольгой крещения. Но это лишило ее лишних шансов на победу над языческой партией своих киевских варягов, ожидавших со дня на день взятия власти под флагом подраставшего и угодного им по языческим вкусам Святослава. Может быть Ольга в КПле и предлагала Двору дать в жены Святославу византийскую принцессу и в этих пределах и самой стать свойственницей византийского двора. При глухоте и слепоте этого двора к христианским возможностям нового великого народа, Ольга могла отомстить грекам только бессильным выгоном их послов из Киева, к сожалению на радость языческой партии, окружавшей Святослава. Неудивительно поэтому, что в окружении Ольги среди варягов, уже охристианившихся, были и их родичи, послы и гости из районов Западной Европы, христиане латинского, римского патриархата, которые искренне приходили к мысли, что, если греки так горды, то Киевской Руси можно принимать крещение и иерархию из Западного папского района. Там тоже с момента коронации в 800-м году Карла Великого, царствовали миропомазанные папами «императоры», ревниво миссионерствующие от юга до севера Европы и ликвидирующие повсюду языческое варварство. Для Ольги этого было мало. Она знала, как низко котируется при византийском дворе вся помпа Западной империи. Она мечтала о приобщении не к компании «узурпаторов», а к достоинству единственно подлинных царей всего православия. Но не все в ее свите с ней могли быть согласны. Люди западной комбинации могли надеяться, что, если они привлекут в Киев западных миссионеров и епископов, то и Ольга преклонится пред совершившимся фактом. И эти мечтатели из окружения Ольги задумали тайком создать такое положение. Пользуясь непрерывно существующими организованными коммерческими и политическими сношениями с западно-европейскими государствами, эти варяжские элементы очередных посольств задумали предпринять нечто на свой страх. A именно: злоупотребляя своим посольским положением, выдать свой авантюрный план за прямое поручение княгини Ольги. Они даже торопились, ибо наступил уже срок конца опекунского положения Ольги над властью Святослава, знаменоносца язычества. Русская летопись об этой бесславной авантюре хранит скромное молчание, а западные летописцы громко кричат.

Так называемый «Продолжатель Регинона» (половины Х-го века), современник, под 959 г. сообщает: «Пришли к королю (Оттону I Великому), как после оказалось, лживым образом послы Елены, королевы Ругов (Неlеnaе rеginaе Rugоrum), которая при КПльском императоре Романе крестилась в КПле, и просили посвятить для этого народа епископа и священников».

Под 960 г. идет продолжение о том же: «Король праздновал праздник Рождества Христова во Франкфурте, где Либуций из братии монастыря св. Альбана (в Майне) досточтимым епископом Адальдагом посвящен в епископы Ругам (gеnti Rugоrum)».

Под 961 г. читаем: «Либуций, которого в прошедшем году некоротые дела удержали от путешествия, умер 15-го марта сего года. B преемники ему посвящен Адальберт из братии монастыря св. Максимина в Трире. Его (Адальберта) благочестивейший государь, с обычным ему милосердием, снабдив щедро всем нужным, отправил с честью к Ругам».

962 г.: «В этом году возвратился назад Адальберт, поставленный в епископы для Ругов, ибо не преуспел ни в чем том, зачем был послан, и видел все свои старания напрасными. На обратном пути некоторые из его спутников были убиты. A сам он с великим трудом едва спасся» (Pеrtz. «Mоnumеnta Gеrmaniaе» I p. 624 sq.).

Продолжателя Регинона буквально повторяет летописец Саксонский, (Annalista Saxо, XII S. Aсta SS Болланд. Junii t. 4 p. 32).

Летопись Гильдезгеймская (конца X в.) под 960 г. повествует: «К королю Оттону пришли послы русского народа (Rusсiaе gеntis) и просили его, чтобы он послал им одного из своих епископов, который показал бы им путь истины. И говорили, что хотят отстать от своего язычества и принять христианскую веру. Король внял их просьбе и послал по вере католического (fidе сathоliсum) епископа Адальберта. ?? они, как показал исход дела, во всем с?лгали» (Ibid. t. V. p. 60).

Эту летопись буквально повторяют, с некоторыми добавлениями: летопись Кведлинбургская (XI в.) и Ламберт Ашаффенбургский (XI в.). Летопись Кведлинбургская после слов «во всем солгали» добавляет: «потому что и сам указанный епископ не избежал смертельной опасности от их коварств ((ibid. p 60)». Летопись Корвейская пишет под 959 г.: «Король Оттон по прошению русской королевы послал к ней Адальберта инока нашей обители, который впоследствии стал первым епископом в Магдебурге».

Дитмар Межиборский (Мерзебургский, + 1018 г.) об Адальберте Магдебургском сообщает, что раньше он был посвящен в предстоятеля Руси — Rusсiaе, но оттуда был изгнан язычниками» (Chrоn. lib. II, с. 14). B указе императора Оттона о поставлении Адальберта в архиепископы Магдебургские тоже упоминается, что раныше он был назначен и послан в проповедники к Ругам (Rugis оlim praеdiсatоrеm dеstinatum еt missum. Pеrtz, Ibid. IV, 561).

Император Оттон Великий в истории западных европейских миссий представляет собой памятную фигуру по его активности. Он увлекался даже насильственным обращением Полабских славян (река Эльба по-славянски Лаба). B этой области Оттон учредил целых шесть миссионерских епископий во главе с Магдебургской митрополией, которою и был награжден вернувшийся из своей неудачной Киевской миссии Адальберт.

Уже если летописцы-современники и близкие к ним панегиристы успехов западной миссии сами свидетельствуют, по свежим следам происшествия, что все это приглашение якобы самой Ольгой иерархии от Оттона есть чистая фикция и авантюра лукавых послов, то нам нет решительно никаких оснований допускать даже коварное попустительство во всем этом деле самой княгини Ольги. Нет нужды ограждать память св. кн. Ольги и той любопытной справкой, которую откопал Карамзин, что около этого времени одна из династических родственниц императора Оттона, а именно Нrоswita Неlеna vоn Rоssоw в монашеском чине побывала в КПле, где выучилась греческому языку, что она именно, миссионерствуя на о. Рюгене, обитатели которого назывались «Руянами», приглашала туда миссионеров. И что якобы там, на Рюгене, и потерпел крах Адальберт. Явное искажение очень точных летописных строк во имя одного гадательного сходства имен.

Бурная, темпераментная и предприимчивая до мегаломании кн. Ольга тем и замечательна в своей христианской программе и в своем христианском поведении, что она не превратила своих христианских убеждений, своей миссионерской и церковной программы в программу политического переворота и захвата власти. Она и к главному виновнику неудачи всей ее жизни, к своему сыну Святославу и к его законным правам наследства поставила себя в подвижническое и духовно-красивое положение и любящей матери, и подлинной христианки. Наша летопись формулирует это так: «Живяще же Ольга с сыном своим Святославом и учашеть и мати креститися. И небрежаше того ни во уши приимати. Но аще кто хотяше креститися, не браняху, но ругахуся тому. Неверным бо вера хрестьянска уродьство есть…». «Яко же бо Ольга часто глаголашеть: «Аз, сыну мой, Бога познах и радуюся. Аще ты познаешь, и радоватися почнешь». Он же не внимаше того глаголя: «како аз хочю ин закон прияти один? A дружина моя сему смеятися начнуть». Она же рече ему: «аще ты крестишися, вси имуть тоже створити». Он же не послуша матере, творяше норовы поганьские».

Итак Ольге не удалось использовать срок своего регентства (до 952 г., это первый этап до 10-летия Святослава, ни следующий этап с 952-957 гг., до 15-летия Святослава) для проведения общего крещения Руси без насилия сверху и революции. Не успев в своем последнем предприятии провести крещение всего народа под знаком династического союза с Царьградом, Ольга должна была удовольствоваться уже тем эволюционным результатом, что самого Святослава, ведомого языческой партией, она воспитала в духе полной толерантности к тому неограниченному росту христианства в населении, которое мы зафиксировали к концу жизни Игоря. По летописи, никаких препятствий ни в военной, ни в служилой среде, близкой к княжескому двору, принимать христианство не было. Надо было иметь только мужество выносить насмешки отныне самоуверенных язычников — соправителей Святослава. План официального введения христианства по возвращении из КПля для Ольги закрылся. Но, сойдя со сцены правительственной, Ольга по ее заслугам имела привилегии отставной возглавительницы государства и автономной хозяйки в своих частных дворцовых имениях. И здесь имел свободу приложения ее миссионерский активизм. B этом смысле надо понимать фразу монаха Иакова, что по возвращении «в землю русскую» из Цареграда, Ольга «требища сокруши». Разумеется, полностью она могла проводить это только в пределах своих личных дворцов и поместий. Так надо толковать и рассказ Жития в Степенной Книге: «Ольга прибыла в место близь реки Великой, где был тогда большой лес и многие дубравы. Здесь, увидев видение, она предрекла построение г. Пскова и в нем храма Св. Троицы. Возвратившись в Киев, «посла много злата на Плескову реку на создание церкви Св. Троицы», Ольга стремилась воплотить наглядно христианизацию страны в храмосоздательстве. На такое обобщение наталкивает запись в одном пергаментном Апостоле нач. XIV века: «в тьже день (11 мая) священие святыя Софья Кыеве в лето 6460 (=952 г.)». B самом Киеве, где-то на своей территории Ольга сочла нужным освятить церковь во имя мировой славы — Цареградской Софии. Это гармонирует с известным теперь нам большим замыслом Ольги. B глубокой старости, за 80 лет, Ольга скончалась и была на указанном ею месте погребена по христианскому обряду. Летопись завершает повесть об Ольге тирадой, подобной художественной лирике богослужебных стихир:

«По трех днех умре Ольга. И плакася по ней сын ея и внуци ея и людье вси плачем великим. И несоша и погребоша ю на месте. И бе заповедала Ольга не творити тризны над собою. Бе бо имущи презвутер, сей похорони блаженную Ольгу. Си бысть предьтекуши крестьянстей земли, аки деньница пред солнцем и аки зоря пред светом. Си бо сьяше аки луна в нощи, так и си в неверных человецех, светящися аки бисер в кале. Кальни бо беша грехом, неомовени крещеньем святым. Си бо омыся купелью святою и совлечеся греховныя одежа ветхаго человека Адама и в новый Адам облечеся, еже есть Христос. Мы же рцем к ней: радуйся русской земли познанье к Богу. Начаток к примиренью быхом. Си первое вниде в царство небесное от Руси. Сию бо хвалят рустии сынове аки начальницю ибо по смерти моляше Бога за Русь».

Святой Владимир, создав Десятинную церковь, перенес сюда останки Ольги и положил их в каменной гробнице. При монгольском разрушении храма в 1240 г. мощи могли быть совершенно разграблены и уничтожены. Но ставший через 400 лет митрополитом Киевским энергичный Петр Могила, при реставрации запущенных и злостно разрушенных Киевских храмов, открыл, по его убеждению, останки Ольги. Однако, в XVIII веке, под цензурным давлением правительства, Синод скрыл эти останки, не ручаясь за их подлинность.

Следующая глава >

Источник: religion.wikireading.ru

Княгиня Ольга

Рената Платэ

«Благословенна ты в женах русских,
яко возлюби свет, а тьму оставь…»
         Константин Багрянородный*

Мы любили средь полей безбрежных
Вспоминать о княжеской судьбе,
В летний зной, иль средь скитаний снежных,
В песнопеньях, притчах и мольбе!

Простирая к небу горши-длани,
Там, где близок Ангел золотой,
Где поют в своём раю древляне,
Осиянны музыкой святой.

К нам ведь приносился белым криком
Плач Княгини, венчанный весной,
Где река Пскова с рекой Великой
Жизнь встречали благостной волной.

Ольга! Ольга! Бысть наш мир на воле,
Пролетев чрез смутные года,
Воскресил, и в здешней чёрной доле
Озарил красавиц жемчуга!

Ольга! Ольга! Рече: — водворится!
Крест еси , — прибежище моё, —
Женские измученные лица
Защитит вновь Игоря копьё!

Ведь княгини поднятые брови —
Это закомары у церквей,
Где богатства пышные уборы —
Майские полёты журавлей.

Яко той избавит нас от ловчи,
В лад словесе плещма осенит,
И умчится в сумрак долгой ночи
Вражий возглас от застывших плит.

Чтобы нам крыле и помощь Бога
Возвратились верностью любви,
А в Святую Русь сердец дорога
Разлилась спокойствием зари!

Ведь её преданием полночным
Золотится в пеньи южный сад,
И красой наполненные очи
Принимал с волнением Царьград!

* Высказывание приводится из древнерусской летописи «Хождение Ольги в Царьград»
В стихотворении использованы слова и фразы из церковнославянского языка (прим. автора)

Княгиня Ольга

Сергей Прилуцкий

Пока муж с сыном бились где-то,
Внутри крепила Русь ты эту,
За непокорность всех карала
И жалости совсем не знала.

Но срок настал и вера в Бога
К тебе пришла вдруг как подмога
И христианства зёрна в поле
Души заколосились вскоре.

Внук твой Владимир с малолетства
Познал сие благое средство.
Не зря вы вместе в Православье
Равноапостольными стали!

Ольга. Плесков

Фомина Ольга Алексеевна

Ольга. Плесков. Здесь начало начал.
Веры Христовой вечный причал.
Древний языческий Бог многоликий
Здесь преклонился пред Ольгой Великой,
Где так же звучит колокольный трезвон,
Тысячу лет не меняется он.

Что ж подвергаем устои сомненью?
Выстоит разве без них поколенье?
Слышат ли нынче потомки княгини
Тот перезвон в многоводной долине?
Ужели прогнил вековечный причал.
Русского рода начало начал?

Святая равноапостольная княгиня Ольга

Фомина Ольга Алексеевна

«Предание нарекло Ольгу Хитрою,
Церковь Святою, история Мудрою».
                                   Н. М. Карамзин

Была верна своему долгу,
Ему служила на Руси
Равноапостольная Ольга,-
Любого русского спроси.

Она была, как все, земною,
Обычной девушкой простой,
Но отличалась красотою
От всех, какой-то неземной.

Она тогда ещё не знала.
Какой ей уготован путь.
Сама себя бы не узнала
Через пять лет каких-нибудь.

Но от судеб защиты нету,-
О том ещё поэт писал,
И не дано знать человеку,
Что сам Господь предначертал.

…На зверя дикого по нраву
Охота Игорю была.
Он ждал свой чёлн для переправы
И были в тереме дела.

Напрасно ждал ладью златую.
Досадой, нетерпенья полн,
Увидел лодочку простую,
Что приплыла по воле волн.

Сев в лодку, молвил: «К переправе!»
Кольчугу сбросив с сильных плеч,
Увидел вдруг: девица правит,
И стал держать пред нею речь:

«Откуда красота такая?
Чей род блюдёт её отец
И как зовут, и кто такая,
И не идёт ли под венец?»

«Девица, Ольга, из Плескова,
Что на Великой, на реке,» —
Так отвечала, слово в слово
На ей родимом языке.

Красой девицы покорённый,
Не смея взгляда отвести,
Её ответом ободрённый,
Схватив весло, он стал грести.

Как с равным, Ольга говорила,
Журча, как будто бы ручей,
И князя сразу покорила
Спокойной мудростью речей.

И понял князь: вернуться в терем
Без Ольги — выше его сил.
Сказал: жениться он намерен.
И стать женой его просил.

Так было в том, далёком веке.
И выше знатности краса
Там почиталась в человеке.
Так, как у девицы коса.

И князь пришёлся ей по нраву,
И после свадьбы, через год,
Явила миру Святослава,
И их дитя признал народ.

Так княжил Игорь год за годом,
И Византию брать ходил,
Но нравом, непомерно гордым.
Свою он смерть предвосхитил.

С дружиной год ходил он каждый
За данью в вотчину древлян,
И не вернулся он однажды,-
Уж очень в этом был он рьян:

«Платить вдвойне! Ужель не знали?
Вернусь за новой данью к вам!»
Но дань платить они не стали…
И разорвали пополам.

Древляне — люд, живущий вольно,
Свой гордый нрав унять не мог.
Терпеть власть Игоря довольно:
Долой его! — велел Даждьбог!

Так их недавний благодетель,
Привыкший к власти, позабыл,
Что есть на свете добродетель
И тут же вмиг растерзан был.

…Внезапно Ольга овдовела,
Оставшись с сыном на руках,
Но всё ж, собою овладела,
Преодолев державный страх.

За мужа месть была кровавой, —
Монарху было бы невмочь.
Она ж смогла, рукою правой,
Руси языческая дочь!

Тут она мудрость проявила
И хитрость женскую вполне
И бунт мятежный подавила:
Искоростень сожгла в огне.

Высокой данью обложила
Все поселения древлян,
И тем основу заложила
Для укрепления славян.

Но знала: плата непомерна
За гибель мужа своего,
И смерть невинно убиенных
Уже ей не вернёт его.

Похоронив в покоях личных
Себя, молилась день и ночь,
Но лики идолов привычных
От Ольги отвернулись прочь.

Лишь только ночь — убитых тени
Над ней теснились из углов,
И выбегала она в сени,
Но не спасал родимый кров!

Кому молиться, во что верить?
Чем заглушить души укор? —
Страданий этих не измерить,
И не поднять на сына взор,

Она нашла такую меру,
Чтоб преступленья искупить.
Переменить решилась веру:
Русь в христианство обратить!

И Ольга мудрая прошла
Святой обряд крещенья
И в вере истинной нашла
Грехам своим прощенье.

Крестивший Ольгу в Византии
Феофилакт поведал ей,
Что Ольгу в будущей России
Почтут святейшею своей.

От слов его не возгордилась,
Но их сочла за долг святой,-
Домой княгиня возвратилась
Вся окрылённая мечтой.

Благословясь, взялась за дело:
Среди других, родной Плесков
Так укрепить она сумела,
Что превратился в град он Псков.

С тех пор над Русью православной,
Прервав тысячелетний сон,
Плывёт торжественно и славно
Небесный колокольный звон.

Мы перед ней в долгу надолго,
Помянем же, перекрестясь,
Равноапостольную Ольгу,
Её святую ипостась!

Источник: veravverav.blogspot.com

Материал из энциклопедии «Святая Русь»

olga (217x263, 42Kb)
Святая Равноапостольная княгиня Ольга

О происхождении великой княгини киевской Ольги, также как и о происхождении трех её предшественников на новгородском и киевском великокняжеских престолах единого мнения до сих пор нет. Так, по мнению Е.В.Пчелова, она была дочерью Словена Молодого, а тот, в свою очередь, был внуком Гостомысла (сыном его сына Избора от брака с некой Прекрасой) и, отсюда, двоюродным братом Рюрика, первого князя новгородского, прибывшего в Новгород или Ладогу с дружиной в 862 г. от Рождества Христова по приглашению Гостомысла. Версии о славянском происхождении Ольги (языческой Прекрасны или Прекрасы) и принадлежности её к роду Гостомысла также придерживалась монахиня Таисия (Карцева). Последняя называет и предполагаемое место рождения Ольги – селение Выбуты под Псковом, при этом дата её рождения остаётся неизвестной. Правда, Н.М.Карамзин, рассказывая о государственном визите Ольги в Константинополь, утверждает, что ей тогда было не менее шестидесяти лет, а это значит, что первая русская святая родилась на временном отрезке между 895 и 897 гг.

Легенда гласит, что знакомство псковитянки Ольги и будущего великого князя киевского Игоря состоялось во время лодочной прогулки Ольги по реке Пскова. Очарованный красотой родственницы, и находясь под впечатлением от её мудрости, Игорь послал в за Ольгой в Псков своего опекуна Олега, который привез её в Киев в 903 г. и дал Прекрасе варяжское имя Хельга (Ольга).

Судя по тому, как Ольга вела государственные дела после трагической гибели мужа в 945 г., исполняя обязанности регентши при своём малолетнем сыне Святославе, она действительно обладала недюжинным умом и талантом государственного деятеля, что заставляет думать, что она и в самом деле принадлежала прежде к какой-то знатной семье и что навыки государственного управления были привиты ей задолго до того, как она стала великой княгиней киевской.

В год гибели мужа Ольга начала войну против непокорных древлян (как акт мести за убийство мужа), продлившуюся около года, начало которой, вторя летописным известиям, подробно излагает Н.М.Карамзин в своей “Истории Государства Российского”. В 946 г. древляне во главе со своим князем Малом, причастным к зверскому убийству Игоря Старого, капитулировали, сам древлянский князь оказался в заключении, а его дети Добрыня и Мала (Малуша) — в личном рабстве у Ольги. В заслугу Ольге должно поставить и организацию новых административно-территориальных единиц – погостов (волостей): “В лето 6544”, — повествует летописец, — “иде Вольга Новугороду и устави по Мъсте повости и дани и по Лузе оброки и дани и ловища ея суть по всей земли знаменья и места и повосты…”. Причем такое разделение земель Северо-Западной Руси сохранялось и в XVII – начале XVIII вв. В её правление земельные владения Рюриковичей значительно расширились. В это же время сохраняются ещё добрососедские отношения Киевской Руси и Византии: в Константинополе живут русские купцы, русские служат у греков в качестве наёмников, как на флоте, так и в войсках Константина Багрянородного и его сына Никифора Фоки. В 949 г. русские (современные авторы называют число “ограниченного контингента” русских в византийских войсках того времени — 600 чел.) принимают активное участие в боях за освобождение Крита от арабов (сарацинов), а в 964 г., как пишет Н.М.Карамзин, ссылаясь на арабского историка Новайри, сражаются с сарацинским вождём Аль-Гассаном на Сицилии. В правление Ольги, продолжавшей управлять государством и после возмужания Святослава, в 961 г. на Русь прибыло посольство германского императора Оттона I во главе с епископом Адальбертом Магдебургским (? — 981), на которого к тому же были возложены миссионерские функции. Не исключено, что посольство это прибыло тогда в Киев по приглашению самой Ольги. В 968 г. в отсутствие Святослава, проводившего все свое время в военных походах, Ольга, уже в качестве христианской княгини, руководила защитой Киева от язычников-печенегов.

Кстати, вопрос времени принятия Ольгой христианства также до конца неясен – большинство авторов, впрочем, сходятся в том, что Ольга крестилась с именем Елена во время своего визита в Царьград (Константинополь) в 955 или 957 г. Тот же Н.М.Карамзин, например, называет и её восприемника от купели, крестного отца – самого Императора Константина Багрянородного. Однако, вместе с тем, следует принимать во внимание и тот факт, что первые христиане появились в Киеве ещё во при Аскольде и Дире, а во времена Ольги в её стольном граде уже существовал храм во имя св. Илии, и в Царьград она могла ездить на паломничество или за патриаршим благословением. Очевидно одно, у этого акта – принятия Ольгой христианства была ещё и политическая подоплёка: таким образом греки заручались дополнительной военной поддержкой русских единоверцев (или, как они тогда совершенно безосновательно полагали, могли рассчитывать на таковую). Из той поездки Ольга и в самом деле привезла благословение патриарха – крест, который долго потом хранился в Киеве и исчез после разгрома города татарами в 1240 г.

Есть сведения, что и сына своего Святослава Ольга пыталась склонить к принятию новой веры, однако, все её уговоры не возымели действия, поскольку тот в своих действиях опирался на языческую дружину. Ольга отошла в вечность в субботу 11 июля 969 г. и, как гласит народная молва, перед смертью предрекла обращение всей Руси к Христу. Она первой из князей Рюрикова дома была похоронена по христианскому обряду. Память святой Равноапостольной Княгини Ольги совершается в Русской Православной церкви в день её кончины.

Полная версия: http://holy-russia.ru/knyaginya-olga.html

Источник: www.liveinternet.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.