Вступление на престол николая 1

В 1820 году государь Александр I сообщил своему брату Николаю Павловичу и его супруге, что наследник престола их брат Великий князь Константин Павлович принял решение отречься от своего права, посему наследником предстоит стать Николаю как следующему по старшинству брату. Александр I подписал составленный втайне манифест, утверждавший отречение Цесаревича и Великого Князя Константина Павловича и утверждавший Наследником Престола Великого Князя Николая Павловича.

Однако после кончины Александра I Николай не стал признавать манифест и отказался провозглашать себя императором до окончательного выражения воли старшего брата. Несмотря на переданное ему содержание Манифеста, Николай призвал Совет принести присягу Константину «для спокойствия Государства». Константин отказался приехать в Санкт-Петербург и подтвердил свое отречение в частных письмах к Николаю Павловичу.

Не имея возможности убедить брата занять трон и получив его окончательный отказ (хотя и без формального акта отречения), великий князь Николай Павлович решил взойти на престол согласно воле Александра I.


14 декабря 1825 года, была назначена присяга императору Николаю I. На этот день группа офицеров — членов тайного общества назначила восстание с целью помешать армии и Сенату принести присягу новому государю и не допустить вступления Николая I на престол. Главной же целью восставших была либерализация российского общественно-политического строя: отмена крепостного права, учреждение временного правительства, демократические свободы (прессы, исповеди, труда), равенство всех перед законом, введение суда присяжных, выборность чиновников, введение обязательной военной службы для всех сословий, отмена подушной подати и смена формы правления на республику либо конституционную монархию.

Хотя еще хотя еще 10 декабря Николай получил известие о заговоре против себя с участием офицеров гвардии. Лишь в 7 часов утра 14 декабря он сообщил об этом в Зимнем дворце генералитету и командирам полков. Отведя в сторону своего ближайшего друга А.Х. Бенкендорфа, Николай тихо сказал: «Сегодня вечером, может быть, нас обоих не будет более на свете, но, по крайней мере, мы умрем, исполнив наш долг». Когда войска собрали на Сенатской площади, часть их отказалась присягнуть новому императору. Николай действовал четко: он приказал окружить и расстрелять бунтовщиков. В итоге пятерых зачинщиков восстания казнили, наиболее активных участников отправили на каторгу и в ссылку, а солдат и матросов наказали палками и послали на Кавказ. 22 августа 1826 года в Успенском соборе Московского Кремля состоялась коронация Николая Павловича.


Восстание на Сенатской площади 14 декабря 1825 года в Петербурге. Художник К.И. КольманВосстание на Сенатской площади 14 декабря 1825 года в Петербурге. Художник К.И. Кольман

Сцена из жизни семьи императора Николая I. Художник А. ЧернышевСцена из жизни семьи императора Николая I. Художник А. Чернышев

В 1817 году состав царственной семьи пополнился еще одной немецкой принцессой. Николай Павлович женился на дочери прусского короля Фридриха-Вильгельма III, правнучатой племяннице Фридриха II принцессе Фредерике Луизе Шарлотте Вильгельмине (1798-1860). Молодая жена великого князя, в православии Александра Федоровна, изучала русский язык под руководством действительного статского советника поэта В.А. Жуковского.


Изображение
Зимний дворец. Малахитовая гостиная. Деталь

 Зимний дворец. Малахитовая гостиная.

                           Деталь

 Зимний дворец. Малахитовая гостинаяЗимний дворец. Малахитовая гостиная

Назад

Далее

Источник: russkie-tsari.ru

Николай Павлович Романов, будущий император Николай I, родился 6 июля (25 июня по ст. ст.) 1796 года в Царском Селе. Он стал третьим сыном императора Павла I и императрицы Марии Федоровны. Николай не был старшим сыном и поэтому не претендовал на престол. Предполагалось, что он посвятит себя военной карьере. В полугодовом возрасте мальчик получил звание полковника, а в три года уже щеголял в мундире лейб-гвардии Конного полка.

Ответственность за воспитание Николая и его младшего брата Михаила была возложена на генерала Ламздорфа. Домашнее образование заключалось в изучении экономики, истории, географии, юриспруденции, инженерного дела и фортификации. Особый упор делался на изучение иностранных языков: французского, немецкого и латыни. Гуманитарные науки особого удовольствия Николаю не доставляли, зато все, что было связано с инженерией и военным делом, привлекало его внимание. В детстве Николай овладел игрой на флейте и брал уроки рисования, и это знакомство с искусством позволило ему в будущем считаться ценителем оперы и балета.


В июле 1817 года состоялась свадьба Николая Павловича с принцессой Фридерикой Луизой Шарлоттой Вильгельминой Прусской, принявшей после крещения имя Александра Федоровна. И с этого времени великий князь стал активно принимать участие в обустройстве российского войска. Он заведовал инженерными частями, под его руководством создавались учебные заведения в ротах и батальонах. В 1819 году при его содействии были открыты Главное инженерное училище и школы гвардейских подпрапорщиков. Тем не менее в армии его недолюбливали за излишнюю педантичность и придирчивость к мелочам.

В 1820 году произошел поворотный момент в биографии будущего императора Николая I: его старший брат Александр I сообщил, что в связи с отказом престолонаследника Константина право на царствование переходит к Николаю. Для Николая Павловича новость стала шоком, он не был к этому готов. Несмотря на протесты младшего брата, Александр I закрепил это право специальным манифестом.

Однако 1 декабря (19 ноября по ст. ст) 1825 года император Александр I внезапно скончался. Николай вновь попытался отказаться от царствования и переложить бремя власти на Константина. Только после обнародования царского манифеста, указывающего наследником Николая Павловича, ему пришлось согласиться с волей Александра I.


Датой присяги перед войсками на Сенатской площади было назначено 26 декабря (14 декабря по ст. ст.). Именно эта дата стала определяющей в выступлении участников различных тайных обществ, вошедшем в историю как восстание декабристов.

План революционеров не был реализован, армия не поддержала восставших, и выступление было подавлено. После суда пять предводителей восстания были казнены, а большое количество участников и сочувствующих отправились в ссылку. Царствование Николая I началось очень драматично, но других казней за время его правления не было.

Венчание на царство состоялось 22 августа 1826 года в Успенском соборе Кремля, а в мае 1829 года новый император вступил в права самодержца Польского царства.

Первые шаги Николая I в политике были довольно либеральными: из ссылки вернулся А. С. Пушкин, наставником наследника стал В. А. Жуковский; о либеральных взглядах Николая говорит и то, что Министерство государственного имущества возглавил П. Д. Киселев, не сторонник крепостного права.

Тем не менее история показала, что новый император был ярым приверженцем монархии. Его главный лозунг, определяющий государственную политику, выражался в трех постулатах: самодержавие, православие и народность. Главное, к чему стремился и чего добивался Николай I своей политикой, – не создавать новое и лучшее, а сохранить и улучшить уже существующий порядок.


Стремление императора к консерватизму и слепому следованию букве закона привело к развитию еще большей бюрократии в стране. По сути, было создано целое бюрократическое государство, идеи которого продолжают жить до настоящего времени. Была введена жесточайшая цензура, создано подразделение Тайной канцелярии во главе с Бенкендорфом, которое вело политический сыск. Было налажено очень пристальное наблюдение за печатным делом.

В годы царствования Николая I некоторые изменения коснулись и существовавшего крепостного права. Стали осваиваться необработанные земли в Сибири и на Урале, крестьян отправляли на их подъем независимо от желания. На новых землях создавалась инфраструктура, крестьян снабжали новой агротехникой.

При Николае I была построена первая железная дорога. Колея российских дорог была шире европейских, что способствовало развитию отечественной техники.

Началась реформа финансов, которая должна была ввести единую систему исчисления серебряных монет и ассигнаций.

Особое место в политике царя занимало беспокойство о проникновении либеральных идей в Россию. Уничтожить всякое инакомыслие Николай I стремился не только в России, но и во всей Европе. Без русского царя не обходилось подавление всевозможных восстаний и революционных бунтов. В результате он получил заслуженное прозвище «жандарм Европы».


Все годы правления Николая I наполнены военными действиями за рубежом.  1826–1828 годы – Русско-персидская война, 1828–1829 годы – Русско-турецкая война, 1830 год – подавление русскими войсками Польского восстания. В 1833 году был подписан Ункяр-Искелесийский договор, который стал наивысшей точкой российского влияния на Константинополь. Россия получила право блокировать проход иностранных кораблей в Черное море. Правда, вскоре это право было утрачено в результате заключения Второй Лондонской конвенции в 1841 году. 1849 год – Россия активный участник подавления восстания в Венгрии.

Кульминацией царствования Николая I стала Крымская война. Именно она явилась крахом политической карьеры императора. Он не ожидал, что на помощь Турции придут Великобритания и Франция. Вызывала опасение и политика Австрии, недружелюбие которой вынуждало Российскую империю держать на западных границах целую армию.

В результате Россия потеряла влияние в Черном море, лишилась возможности строить и использовать на побережье военные крепости.

В 1855 году Николай I заболел гриппом, но, несмотря на недомогание, в феврале вышел на военный парад без верхней одежды… Скончался император 2 марта 1855 года.

Источник: histrf.ru

Обстоятельства вступления Николая I на престол

Ко времени вступления на престол императора Николая в ходе внутреннего управления и вообще в положении дел внутри России накопилось много тяжелых, неблагоприятных обстоятельств, которые в общем создавали для правительства положение чрезвычайно запутанное и даже довольно грозное.


С начала царствования Александра накопилось, как мы видели, много поднятых и неразрешенных вопросов, разрешения которых нетерпеливо ждала передовая часть общества, приучившаяся к оппозиционному отношению к правительству еще со времени Тильзитского мира и континентальной системы и успевшая, после близкого общения с Европой в 1813–1815 гг., выработать себе определенные политические идеалы. Идеалы эти шли совершенно вразрез с реакционным направлением правительства, выражавшимся к концу царствования Александра в самых обскурантских и нелепых формах. Все это, как мы видели, привело мало-помалу не только к острому недовольству и брожению среди передовой интеллигенции, но к образованию в среде ее прямого заговора, ставившего себе резко революционные цели.

Это революционное движение завершилось, в силу случайных обстоятельств, преждевременным и неподготовленным взрывом 14 декабря 1825 г. – взрывом, помогшим правительству Николая быстро ликвидировать и подавить это движение жестокими репрессивными мерами. В результате страна лишилась лучших и наиболее живых и самостоятельных представителей передового мыслящего общества, остальная часть которого была запугана и терроризована мерами правительства, а правительство оказалось совершенно разобщенным в предстоявшей ему трудной работе с умственными силами страны на все время царствования Николая.


Между тем еще важнее и труднее, нежели политические и административные задачи, стоявшие перед Николаем, были те социально-экономические задачи, которые назрели ко времени его царствования под влиянием развития общего социального процесса в России, ход которого, как мы видели, обострился и ускорился под влиянием Наполеоновских войн. Развитие этого процесса продолжало двигаться и обостряться в течение всего царствования Николая и привело в конце концов к кризису, происшедшему под влиянием нового внешнего толчка – неудачной Крымской кампании, выдвинувшей на историческую сцену с роковой необходимостью период великих преобразований 50-х и 60-х годов.

 

 

Нам предстоит теперь изучить события и факты, в которых проявлялся ход этого процесса.

Вступление на престол императора Николая произошло в исключительных обстоятельствах, обусловленных неожиданной смертью императора Александра и весьма странными распоряжениями его по вопросу о престолонаследии.

По закону о престолонаследии 5 апреля 1797 г., изданному императором Павлом, если у царствующего императора нет сына, ему должен наследовать следующий за ним брат. Таким образом, так как у Александра в момент его смерти не было детей, то наследовать ему должен бы был следующий за ним брат Константин Павлович. Но Константин Павлович, во-первых, с самого малолетства имел, как он заявлял неоднократно, такое же отвращение к царствованию, какое вначале выражал и сам Александр; с другой стороны, в его семейной жизни произошли обстоятельства, которые формально затрудняли его вступление на престол: еще в начале царствования Александра Константин разошелся со своей первой женой, которая в 1803 г.


хала из России. Затем они долгое время жили врозь, и Константин поднял, наконец, вопрос о расторжении этого брака, добился развода и женился вторично на польской графине Жаннете Грудзинской, которая получила титул светлейшей княгини Лович. Но брак этот считался морганатическим, и потому не только их дети лишались права на престол, но и сам Константин Павлович, вступив в этот брак, как бы тем самым отказывался от престола. Все эти обстоятельства поставили вопрос о переходе прав престолонаследия к следующему за Константином брату еще в царствование Александра. Несмотря на это, Константин Павлович до смерти Александра продолжал считаться наследником престола и носить связанный с этим титул цесаревича. Следующим за ним братом был Николай. Хотя Николай и говорил потом неоднократно, что он не ожидал, что ему придется царствовать, но, в сущности, то обстоятельство, что он являлся естественным преемником престола за устранением Константина, было очевидно всем лицам, знавшим закон о престолонаследии. Сам Александр делал Николаю еще в 1812 г. весьма недвусмысленные намеки на то, что ему придется царствовать, а в 1819 г. уже прямо заявил ему это, предупредив о возможности и своего отречения в недалеком будущем.

В 1823 г. Александр признал необходимым сделать на этот счет формальное распоряжение – не столько на случай своей смерти, сколько на случай своего собственного отречения от престола, о чем он в то время крепко подумывал.

Переговорив еще в 1822 г. с Константином, Александр получил тогда же от него письменное отречение от престола; затем об этом отречении был составлен манифест, подписанный Александром, в котором он отречение Константина признавал правильным и «назначал» наследником престола Николая. Это вполне соответствовало и тому обстоятельству, что при воцарении Александра присяга приносилась ему и наследнику, «который назначен будет».

Но этот манифест об отречении Константина и о назначении наследником Николая удивительным образом не был опубликован. Вместо того чтобы опубликовать его, Александр секретно приказал князю А. П. Голицыну снять с него три копии, затем подлинник передан был митрополиту Филарету для положения на престол Успенского собора в Москве, где он должен был храниться в глубокой тайне, а копии были переданы в Государственный совет, в Сенат и в Синод для хранения в запечатанных конвертах с надписью на конверте, переданном в Государственный совет, рукою Александра: «Хранить в Государственном совете до моего востребования, а в случае моей кончины раскрыть, прежде всякого другого действия, в чрезвычайном собрании». Подобные же надписи были и на других двух конвертах. Все эти копии были переписаны рукою князя Голицына, и кроме вдовствующей императрицы Марии Федоровны и Константина, который, впрочем, манифеста не видел (но знал, по-видимому, о его существовании), – самый манифест был известен только князю Голицыну и Филарету. Единственно, что можно придумать в объяснение этого поведения Александра, – это то, что Александр делал все это главным образом на случай своего отречения, а так как отречение могло быть актом только произвольным, то он и думал, конечно, что все дело остается в его руках.

Когда в Петербург пришло 27 ноября 1825 г. известие о смерти Александра, то Николай счел невозможным воспользоваться неопубликованным манифестом и, зная от Милорадовича, что гвардейские войска в Петербурге отнюдь не расположены в его пользу, хотел не прежде вступить на престол, как добившись от Константина формального и торжественного отречения в его пользу. Поэтому он начал с того, что присягнул Константину как законному императору и, не слушая Голицына, который настаивал на распечатании пакета с манифестом, хранившегося в Государственном совете, приказал тотчас же привести к присяге Константину войска петербургского округа; а затем с донесением обо всем этом и с изъявлением своих верноподданнических чувств отправил к Константину в Варшаву особого посланца.

Константин ответил через брата Михаила, гостившего тогда в Варшаве, что он давно уже отрекся от престола, но ответил это частным письмом, не дав этому акту опять никакого официального характера. Николай считал, что такого письма недостаточно, тем более что петербургский генерал-губернатор граф Милорадович советовал ему, ввиду нерасположения к нему гвардии, действовать как можно осторожнее.

 

 

Чтобы избежать недоразумений, Николай отправил в Варшаву нового посланца, прося Константина приехать в Петербург и подтвердить лично свое отречение. Но Константин лишь вновь подтвердил частным письмом, что он отрекся еще при жизни Александра, но лично приехать не может, а что если на этом будут настаивать, то он уедет еще дальше.

Тогда Николай решил, что приходится прекратить эти затянувшиеся на целых две недели переговоры и объявить самому о своем вступлении на престол. Собственно, манифест об этом был написан им, при помощи Карамзина и Сперанского, уже 12 декабря, но опубликован он был лишь 14 числа, и на это число была назначена общая присяга в Петербурге новому императору.

 

Восстание декабристов (1825)

В конце этого необычного междуцарствия до Николая разными путями стали доходить тревожные вести о настроении умов в Петербурге и вообще в России; но Милорадович хотя и советовал действовать осторожно, однако отрицал возможность серьезного возмущения вплоть до самого 14 декабря.

Между тем члены тайного общества, находившиеся в Петербурге, решили воспользоваться этим небывалым замешательством в своих видах; им представлялось, что не может быть более благоприятного случая, чтобы поднять восстание и потребовать конституции.

14 декабря, когда был издан манифест о том, что Константин отрекся и что следует присягать Николаю, члены Северного общества, главным образом гвардейские офицеры и моряки, собиравшиеся ежедневно у Рылеева, сделали попытку убедить солдат, что Константин вовсе не отрекся, что Николай действует незаконно и что следует поэтому твердо стоять на своей первой присяге Константину, требуя при этом конституции. Заговорщикам удалось, однако ж, взбунтовать целиком только один Московский гвардейский полк; его примеру последовали несколько рот гвардейского флотского экипажа и отдельные офицеры и нижние чины других частей войск.

Собравшись на Сенатской площади, восставшие заявили, что считают законным императором Константина, отказываются присягать Николаю и требуют конституции.

Когда весть об этом дошла до Николая, он счел дело очень серьезным, но все же хотел принять сперва меры для окончания его, по возможности, без пролития крови. С этой целью он сперва отправил увещевать бунтовщиков Милорадовича, который пользовался, как известный боевой генерал, значительным престижем среди войск и особенно был любим солдатами. Но когда Милорадович приблизился к взбунтовавшимся частям войск и заговорил с ними, в него немедленно выстрелил один из заговорщиков, Каховский, и Милорадович упал с лошади, смертельно раненный. Так как к бунтовщикам в это время присоединились несколько батарей артиллерии, то увещевать их вызвался в качестве начальника всей артиллерии великий князь Михаил Павлович, но и в него был сделан выстрел Вильгельмом Кюхельбекером, и Михаил Павлович, хотя и не был ранен, должен был, однако ж, отъехать. Затем для увещевания солдат был послан митрополит Серафим, но и его они не послушали и кричали ему, чтобы он удалился. Тогда Николай распорядился, по совету окружавших его генералов, атаковать восставшие войска при помощи конной гвардии, которой командовал Алексей Федорович Орлов, брат бывшего члена «Союза благоденствия» Михаила Орлова. Орлов двинулся было в атаку, но лошади его не были подкованы как следует, между тем была гололедица, и они не могли идти быстрым аллюром, так как ноги у них разъезжались. Тогда генералы, окружавшие Николая, стали говорить, что необходимо положить этому предел, потому что население мало-помалу присоединяется к бунтовщикам; действительно, на площади появились толпы народа и штатские лица. Тогда Николай распорядился стрелять, после нескольких выстрелов картечью на близком расстоянии вся толпа бросилась бежать, оставив много убитых и раненых. Не ограничиваясь этим, по инерции стреляли еще и вслед толпе, когда она бросилась бежать по Исаакиевскому мосту (это был мост прямо с Сенатской площади к Васильевскому острову), и тут было еще убито и ранено довольно много народа.

Восстание декабристов 14 декабря 1825. Рисунок К. Кольмана

 

На этом, в сущности говоря, все восстание в Петербурге и было прекращено. Все остальные войска присягнули безропотно, и инцидент был исчерпан. Николай приказал, чтобы на другой день никаких трупов и следов происшедшего не оставалось, а услужливый, но неразумный обер-полицеймейстер Шульгин приказал бросать трупы прямо в проруби, отчего потом долго ходили толки, что при спешности этой уборки вместе с трупами бросали в прорубь и тяжелораненых. Впоследствии обнаружилось, что со стороны Васильевского острова целый ряд трупов примерз ко льду; сделано было даже распоряжение не брать в ту зиму здесь воды и не колоть льда, потому что во льду попадались части человеческого тела[1]. Таким мрачным событием ознаменовалось начало нового царствования.

Затем последовали обыски и аресты по всему Петербургу. Арестовано было несколько сот человек – среди них много не причастных к делу, но вместе с тем были арестованы и все главные вожаки.

Николай Павлович еще 10 декабря получил первое предупреждение от молодого поручика Ростовцева о готовящихся в гвардии беспорядках и в то же почти время он получил и от Дибича (начальника главного штаба его величества, находившегося при Александре в Таганроге) копии доносов о заговоре в Южном обществе, где в январе 1826 г. произведена была тоже попытка вооруженного восстания Сергеем Муравьевым при Белой Церкви. Поэтому следствие началось сразу о всех тайных обществах, которые в то время существовали в России. Следствие это наполнило собою первые месяцы царствования Николая.

 

Личность Николая I

Но прежде чем приступить к изложению первых шагов царствования императора Николая, необходимо дать некоторые сведения о его личности. Николай был третьим сыном императора Павла и после смерти отца остался пятилетним ребенком. Воспитание его взяла на себя целиком его мать, Мария Федоровна, Александр же из ложной деликатности не считал себя вправе вмешиваться в это дело, хотя, казалось бы, воспитание возможного наследника престола является делом государственным, а не частным. Впоследствии, впрочем, отдельные случаи вмешательства Александра в это дело были, но они были скорее в невыгодную сторону. Историки царствования Николая, вернее, его биографы, – потому что история этого царствования еще не существует, – большей частью придерживаются взгляда, очень распространенного и среди современников той эпохи, что Николай воспитывался будто бы не как будущий император, а как простой великий князь, предназначенный к военной службе, и этим объясняют те недочеты в его образовании, которые впоследствии чувствовались довольно сильно. Этот взгляд совершенно неверен, так как для лиц царской фамилии должно было представляться с самого начала вполне вероятным, что Николаю придется царствовать. Не могла в этом сомневаться императрица Мария Федоровна, которая знала, что Константин царствовать не желает и что и у Александра, и у Константина нет детей. Поэтому нет сомнения, что Николай воспитывался именно как наследник престола, но воспитание его от воспитания Александра тем не менее отличалось чрезвычайно сильно.

Мария Федоровна, по-видимому, не только не хотела сделать из него военного, но с детских лет старалась его охранить от увлечения военщиной. Это, однако, не помешало Николаю приобрести очень рано именно вкус к военщине. Объясняется это тем, что самая постановка дела воспитания была неудачной, так как ей не благоприятствовали ни обстановка двора, ни педагогические взгляды императрицы. Во главе воспитателей Николая, вместо Лагарпа, состоявшего при Александре, был поставлен старый немецкий рутинер, генерал Ламсдорф, которого Мария Федоровна в интимных разговорах и письмах попросту называла «papa Lamsdorf» и который по старинке и организовал воспитание Николая.

Николай был мальчик грубый, строптивый, властолюбивый; искоренять эти недостатки Ламсдорф считал нужным телесными наказаниями, которые он применял в значительных дозах. Забавы и игры Николая и его младшего брата всегда приобретали именно военный характер, всякая игра притом грозила кончиться дракой благодаря своенравному и претенциозному характеру Николая. В то же время атмосфера, в которой он рос, была атмосфера придворная, причем сама мать его, Мария Федоровна, считала важным делом соблюдение придворного этикета, и это лишало воспитание семейного характера. Есть сведения о том, что в раннем возрасте Николай проявлял черты детской трусости, и Шильдер приводит рассказ о том, как Николай в пятилетнем возрасте испугался пушечной стрельбы и куда-то запрятался; но едва ли можно этому факту, если он имел место, придавать особое значение, так как в том, что пятилетний мальчик испугался пушечной пальбы, нет ничего особенного. Трусом Николай не был, и личную храбрость он впоследствии проявлял как 14 декабря, так и в других случаях. Но характер у него с детства был не из приятных.

Что касается учителей, которые были к нему приставлены, то поражает чрезвычайно случайный и скудный их выбор. Например, его гувернер, французский эмигрант дю Пюже, учил его и французскому языку, и истории, не будучи к этому достаточно подготовленным. Все это преподавание сводилось к внушению Николаю ненависти ко всяким революционным и просто либеральным взглядам. Учился Николай чрезвычайно плохо; все учителя жаловались, что он никаких успехов не оказывает, – исключение представляло лишь рисование. Позднее он выказывал, впрочем, большие успехи в военно-строительном искусстве и проявлял склонность к военным наукам вообще.

Когда он вышел из детских лет, то к нему были приглашены, именно как к будущему наследнику престола, очень почтенные и сведущие учителя: так был приглашен довольно солидный ученый, академик Шторх, читавший ему политическую экономию и статистику; профессор Балугианский – тот самый, который являлся в финансовой науке учителем Сперанского в 1809 г., – преподавал Николаю историю и теорию финансов.

Но сам Николай Павлович вспоминал впоследствии, что он за этими лекциями зевал и что у него от них ничего не оставалось в голове. Военные науки ему читали инженерный генерал Опперман и разные офицеры, приглашенные по рекомендации Оппермана.

Мария Федоровна думала было для довершения образования отправить обоих своих младших сыновей, Николая и Михаила, в Лейпцигский университет, но тут император Александр неожиданно заявил свое veto и предложил вместо того отдать братьев в проектированный тогда Царскосельский лицей, но когда этот лицей был открыт в 1811 г., то вступление туда великих князей тоже не состоялось, и все их образование так и ограничилось домашними занятиями.

В 1812 г. Николай Павлович, которому исполнилось в это время 16 лет, очень просил разрешить ему участвовать в действующей армии, но император Александр отказал ему в этом и тут-то впервые намекнул ему, что ему предстоит в будущем более важная роль, которая не дает ему права подставлять свой лоб под пули врага, а обязывает приложить больше стараний к подготовлению себя к своей высокой и трудной миссии.

В действующую армию Александр разрешил своим братьям явиться лишь в 1814 г., но они тогда опоздали к военным действиям и прибыли, когда кампания 1814 г. уже кончилась и войска находились в Париже. Точно так же опоздал Николай Павлович и к войне 1815 г., когда Наполеон бежал с острова Эльбы и когда император Александр опять позволил своему брату прибыть к войскам. Таким образом, собственно во дни своей юности, во время Наполеоновских войн, Николаю не удалось даже издали видеть настоящее сражение, а удалось только присутствовать на великолепных смотрах и маневрах, которые последовали по окончании кампаний 1814 и 1815 гг.

Чтобы покончить с характеристикой воспитания императора Николая, надо упомянуть еще, что в 1816 г. было предпринято путешествие его по России для ознакомления его со страной, а затем ему предоставлено было поездить по европейским дворам и столицам. Но эти путешествия совершались, так сказать, на курьерских с головокружительной быстротой, и Россию молодой великий князь мог видеть только поверхностно, лишь с внешней ее стороны, и то преимущественно показной. Точно так же ездил он и по Европе. Только в Англии он пробыл несколько дольше и видел парламент, клубы и митинги, – которые, впрочем, произвели на него отталкивающее впечатление, – и даже побывал у Оуэна в Нью-Парке и посмотрел его знаменитые учреждения, причем и сам Оуэн, и его попытки улучшить судьбу рабочих произвели тогда на Николая Павловича благоприятное впечатление.

Замечательно, что Мария Федоровна опасалась, чтобы молодой великий князь не приобрел вкуса к английским конституционным учреждениям, и поэтому для него была написана обстоятельная записка министром иностранных дел графом Несельроде, имевшая целью предохранить его от возможных увлечений в этом отношении. Но те впечатления, которые Николай Павлович вынес из поездки по Англии, показали, что записка эта была совершенно излишней: очевидно, он всем предшествующим воспитанием был застрахован от всякого увлечения так называемым либерализмом.

Это путешествие по Европе закончилось сватовством Николая к дочери прусского короля Фридриха Вильгельма принцессе Шарлотте, с которой он и вступил в брак в 1817 г., причем вместе с православной верой супруга его приняла наименование великой княгини Александры Федоровны. В 1818 г., когда Николаю Павловичу было всего 21 год, он уже сделался отцом семейства: у молодой четы родился будущий император Александр Николаевич. Весь конец царствования Александра I протек для Николая отчасти в радостях семейной жизни, отчасти во фронтовой службе. Очевидцы свидетельствуют, что Николай был в эти годы хорошим семьянином и хорошо чувствовал себя в своей семье. Общественная деятельность его заключалась в эти годы исключительно в военной службе. Правда, Александр и в это время неоднократно делал ему намеки на то, что ожидает его впереди. Так, в 1819 г. он имел с Николаем, как я уже упоминал, очень серьезный разговор, причем Александр определенно предупредил своего младшего брата и его жену о том, что он чувствует утомление и думает отречься от престола, что Константин уже отрекся и что царствовать предстоит Николаю. Затем, в 1820 г., Александр вызвал Николая на конгресс в Лайбах, говоря, что Николай должен знакомиться с ходом иностранных дел и что представители иностранных держав должны привыкнуть видеть в нем преемника Александра и продолжателя его политики.

Великий князь Николай Павлович, будущий император Николай I

 

Несмотря, однако же, на все эти разговоры, происходившие всегда с глазу на глаз, во внешней жизни Николая никаких существенных перемен не последовало. Он был еще в 1817 г. произведен в генералы и затем почти до конца царствования был командиром гвардейской бригады; правда, на нем лежало почетное заведование военно-инженерным ведомством, но большая часть его времени уходила именно на командование бригадой. Дело это было скучное и мало (поучительное для будущего повелителя великой страны. В то же время оно было сопряжено и с неприятностями, так как главной задачей великого князя было восстановление наружной дисциплины в войсках, сильно поколебавшееся в них во время заграничных походов, в которых офицеры привыкли выполнять правила военной дисциплины только во фронте, а вне его считали себя свободными гражданами и даже ходили в штатском платье. С этими привычками они вернулись и в Россию, а Александр, особенно заботившийся о сохранении в армии воинского духа и считавший весьма важным делом наружную дисциплину, признавал необходимым сильно подтянуть в особенности офицеров гвардии. В этом деле «подтягивания» гвардии одним из самых преданных миссионеров и явился Николай Павлович, который подтягивал свою бригаду не за страх, а за совесть. Сам он в своих записках жаловался, что делать это было ему довольно трудно, так как он повсюду встречал глухое недовольство и даже протест, ибо офицеры его бригады принадлежали к высшим кругам общества и были «заражены» вольнолюбивыми идеями. В своей деятельности Николай часто не встречал одобрения и в своем высшем начальстве, а так как он педантически настаивал на своем, то скоро своей строгостью возбудил против себя в гвардии почти всеобщую ненависть, доходившую до такой степени, что в момент междуцарствия 1825 г. Милорадович счел себя обязанным, как я уже упоминал, предупредить его об этом и посоветовать вести себя как можно осторожнее, не рассчитывая на общественное сочувствие к себе.

Александр, несмотря на то что для него по-видимому, было решенным вопросом, что Николай будет после него царствовать, вел себя по отношению к нему очень странно: он не только не подготовлял его к делам правления, но даже не ввел его в состав Государственного совета и других высших государственных учреждений, так что весь ход государственных дел шел мимо Николая. И хотя есть сведения, что после решительных предупреждений Александра сам Николай Павлович переменил свое прежнее отношение к наукам и стал исподволь готовиться к управлению государственными делами, стараясь теоретически познакомиться с ними, но несомненно, что это мало ему удалось, и он на престол вступил в конце концов не подготовленным – ни теоретически, ни практически.

Те лица, которые стояли к нему близко, как, например, В. А. Жуковский, который сперва был приглашен учителем русского языка к великой княгине Александре Федоровне, а потом сделался воспитателем ее старшего сына и довольно глубоко вошел в их семейную жизнь, свидетельствуют о том, что Николай в этот период у себя дома был совсем не тем суровым и неприятным педантом, каким он являлся в своей бригаде. И действительно, его домашний антураж был совершенно другой, чем антураж военный. Главным его другом по службе был генерал Паскевич, который был строгим, тщеславным и бездушным фронтовиком, игравшим впоследствии большую роль в деле организации русской армии в этом именно направлении. Что же касается семейного круга Николая, то тут его окружали такие люди, как В. А. Жуковский, В. А. Перовский и другие простые, умные и симпатичные люди, нечасто встречающиеся в придворной атмосфере.

 

Суд над декабристами

Вступив на престол при тех обстоятельствах, которые я уже охарактеризовал, Николай Павлович счел первой своей задачей расследовать до самых сокровенных глубин все причины и нити «крамолы», которая, по его представлению, чуть не погубила государство 14 декабря 1825 г. Он, несомненно, преувеличивал, особенно в первое время, значение и численность тайных революционных обществ, любил выражаться возвышенным слогом относительно этих событий и своей собственной роли в них, все представляя в героическом виде, хотя бунт, который произошел в Петербурге, на самом деле по тем материальным силам, какими располагали заговорщики 14 декабря, был, в сущности, довольно бессилен и если мог иметь какой-нибудь успех, то разве благодаря тому феноменальному беспорядку, который царил в это время во дворце. Аресты и обыски, которые производились широкой рукой, охватили едва несколько сот человек во всей России, причем из человек пятисот, которые были захвачены, большая часть была впоследствии выпущена и освобождена от преследований. Таким образом, при всей строгости сыска и при замечательной откровенности большинства обвиняемых в их показаниях, под суд было отдано в конце концов всего 120 человек.

Но Николаю этот заговор и по окончании дела представлялся чудовищным и громадным, и он был твердо уверен, что 14 декабря он спас Россию от неминуемой гибели. Так же смотрели на дело и многие приближенные. Очень трудно отделить здесь поддакивания и лесть от искреннего представления об этих событиях. При самой коронации, когда Николай вступил в Успенский собор, московский митрополит Филарет, имевший тогда репутацию свободомыслящего архиерея, в своей речи сказал между прочим: «Нетерпеливость верноподданнических желаний дерзнула бы вопрошать: почто Ты умедлил? Если бы не знали мы, что как настоящее торжественное пришествие Твое нам радость, так и предшествовавшее умедление Твое было нам благодеяние. Не спешил Ты явить нам Твою славу, потому что спешил утвердить нашу безопасность. Ты грядешь, наконец, яко царь не только наследственного Твоего, но и Тобою сохраненного царства…»

Было немало людей, которые именно так и представляли себе дело. И вот Николай первые полгода своего царствования, оставив в стороне все государственные дела и даже военные, все силы направил на разыскание корней заговора и на утверждение личной своей и государственной безопасности. Сам он явился если не прямо следователем, то ревностным верховным руководителем всего следствия, которое производилось над декабристами. Как следователь он был часто пристрастен и неуравновешен: проявлял большую вспыльчивость и очень неровное отношение к лицам подследственным. Это отразилось и в мемуарах декабристов. Некоторые из них – кому пришлось испытать на себе сравнительно человечное отношение верховного следователя – его хвалят, другие рассказывают, что он на них набрасывался с необыкновенным раздражением и несдержанностью.

Отношение изменялось в зависимости от предвзятых взглядов на некоторых подсудимых, от различного отношения к разным лицам и просто от личного настроения Николая. Сам он в одном из писем к Константину с большою наивностью писал, что учреждением Верховного уголовного суда над декабристами он показал чуть ли не пример конституционного учреждения; с точки зрения современной юстиции эти слова могут показаться только насмешкой. Все дело свелось к инквизиционному расследованию, чрезвычайно глубокому и подробному, особой следственной комиссией, руководимой самим Николаем, которая и предрешила весь конец дела. Верховный же суд являлся простой торжественной комедией. Он состоял из нескольких десятков лиц: в него входили сенаторы, члены Государственного совета, три члена Синода, затем 13 человек были назначены в число этого верховного синедриона по повелению императора Николая, – но никакого суда, в том смысле, в каком мы привыкли понимать это слово, собственно, не было: ни судебного следствия, ни прений сторон, было только торжественное заседание такого судилища, перед которым каждый подсудимый приводился в отдельности; его допрашивали чрезвычайно кратко, а некоторым даже только читали сентенцию, так что многие из подсудимых были уверены, что их не судили, что им только был прочитан приговор какого-то загадочного инквизиционного учреждения. Так была обставлена уголовная сторона этого дела. Николай в конце концов проявил большую жестокость и беспощадность к подсудимым, но сам он считал, и, по-видимому, искренне, что проявляет лишь полную справедливость и гражданское мужество. И, надо сказать, что как он ни был пристрастен на следствии, в конце концов он всех покарал одинаково беспощадно, – как Пестеля, которого считал исчадием ада и в высшей степени зловредным человеком, так и Рылеева, которого он сам признавал в высшей степени чистой и возвышенной личностью и семье которого оказал существенную материальную поддержку. По приговору Верховного уголовного суда пять человек были присуждены к казни четвертованием – им император Николай заменил четвертование повешением; 31 человек, были приговорены к обыкновенной казни – через расстрел; Николай заменил ее им каторжными работами – бессрочными и частью на 15–20 лет. Соответственно он понизил наказание и другим; но большая часть все же была отправлена в Сибирь (некоторые после многолетнего заключения в крепостях), и только немногие были отданы в солдаты без выслуги.

Для последующего хода правления немаловажна была и другая сторона этого исключительного процесса. Николай, стремясь обнаружить все корни крамолы, выяснить все ее причины и пружины, углублял дело расследования до чрезвычайности. Он хотел добиться всех причин недовольства, доискаться скрытых пружин, и благодаря этому перед ним мало-помалу развернулась картина тех непорядков русской общественной и государственной жизни того времени, размеров и значения которых он и не подозревал раньше. В конце концов Николай понял, что эти непорядки значительны и что недовольство многих имело основание, и уже в первые месяцы царствования он заявлял многим лицам – в том числе и представителям иностранных дворов, – что он сознает необходимость серьезных преобразований в России. «Я отличал и всегда буду отличать, – сказал он французскому посланнику графу де Сан При, – тех, кто хочет справедливых преобразований и желает, чтобы они исходили от законной власти, от тех, кто сам бы хотел предпринять их и Бог знает какими средствами».

По приказанию Николая одним из делопроизводителей следственной комиссии (Боровковым) была даже составлена особая записка, в которую были включены сведения о планах, проектах и указаниях, полученных от декабристов во время допроса или сообщенных в записках, составленных некоторыми из них по собственному почину, другими – по желанию Николая.

Таким образом, Николай совершенно сознательно считал небесполезным и даже необходимым заимствовать от декабристов, как людей очень умных и хорошо продумавших свои планы, все то, что могло ему пригодиться в качестве материала для государственной деятельности.

Упомянутая записка, составленная Боровковым, в заключении своем намечала и определенные выводы, из которых, конечно, лишь некоторые были навеяны показаниями декабристов, другие же вытекали из общего впечатления от выяснившегося перед императором Николаем внутреннего состояния государства. Боровков так резюмирует эти выводы о насущных нуждах государственного управления: «Надобно даровать ясные, положительные законы; водворить правосудие учреждением кратчайшего судопроизводства; возвысить нравственное образование духовенства; подкрепить дворянство, упавшее и совершенно разоренное займами в кредитных учреждениях; воскресить торговлю и промышленность незыблемыми уставами; направить просвещение юношества сообразно каждому состоянию; улучшить положение земледельцев; уничтожить унизительную продажу людей; воскресить флот; поощрить частных людей к мореплаванию, словом, исправить неисчислимые беспорядки и злоупотребления». В сущности, отсюда можно было извлечь целую государственную программу, но Николай принял из нее к сведению лишь те факты и выводы, которые наиболее его поразили.

Во всяком случае, среди декабристов он видел по большей части не неопытных юношей, которые руководствовались одним юношеским пылом, а целый ряд лиц, которые были ранее приобщены к делам высшей и местной администрации. Таков был Н. И. Тургенев – статс-секретарь Государственного совета и директор одного из департаментов Министерства финансов, таков был Краснокутский – обер-прокурор Сената, Батенков – один из близких сотрудников Сперанского, а одно время и Аракчеева, барон Штейнгейль – правитель канцелярии московского генерал-губернатора. Николай не мог не видеть ума таких представителей декабристов, как Пестель и Никита Муравьев, но даже и у второстепенных членов тайных обществ, таких, как Батенков или Штейнгейль, он мог черпать немало полезных указаний.

Когда процесс декабристов был кончен, в июне 1826 г., и когда пять человек, считавшихся главными заговорщиками, были казнены, то в манифесте, изданном по случаю коронации 13 июля 1826 г., освещалось и отношение Николая к тайным обществам и вместе с тем бросался взгляд на его собственную будущую деятельность. «Не от дерзких мечтаний, всегда разрушительных, – сказано было, между прочим, в этом манифесте, – но свыше усовершаются постепенно отечественные установления, дополняются недостатки, исправляются злоупотребления. В сем порядке постепенного усовершенствования всякое скромное желание к лучшему, всякая мысль к утверждению силы законов, к расширению истинного просвещения и промышленности, достигая к нам путем законным, для всех отверстым, всегда приняты будут нами с благоволением: ибо мы не имеем, не можем иметь другого желания, как видеть отечество наше на самой высокой степени счастья и славы, провидением ему предопределенной».

Таким образом, манифест, появившийся тотчас после расправы с декабристами, обещал ряд преобразований, и едва ли можно сомневаться, что первые намерения Николая в начале его царствования были намерения преобразовательные. Направление и содержание этих преобразований должны были зависеть от общих воззрений и взглядов молодого самодержца на существо и задачи государственной власти в России.

 

Источник: rushist.com

Внутренняя политика.

 

    Историк Ключевский дал такую характеристику внутренней политики Николая I: “Николай поставил себе задачей ничего не переменять, не вводить ничего нового в основаниях, а только поддерживать существующий порядок, восполнять пробелы, чинить обнаружившиеся ветхости помощью практического законодательства и все это делать без всякого участия общества, даже с подавлением общественной самостоятельности, одними правительственными средствами; но он не снял с очереди тех жгучих вопросов, которые были поставлены в прежнее царствование, и, кажется, понимал их жгучесть ещё сильнее, чем его предшественник”.

    Некоторые современники писали о его деспотизме. Вместе с тем, как указывают историки, казнь пяти декабристов была единственной казнью за все 30 лет царствования Николая I. Отмечают также, что при Николае I не применялись пытки в отношении политических заключённых.

    Важнейшим направлением внутренней политики стала централизация власти. Для осуществления задач политического сыска в июле 1826 года был создан постоянный орган — Третье отделение личной канцелярии — секретная служба, обладавшая значительными полномочиями. Третье отделение возглавил Александр Бенкендорф, а по его смерти Алексей Орлов.

    18 декабря 1826 года создан первый из секретных комитетов, задачей которого являлось рассмотрение бумаг, опечатанных в кабинете Александра I после его смерти, и рассмотрение вопроса о возможных преобразованиях государственного аппарата.

    При Николае I было подавлено Польское восстание 1830-1831. После подавления восстания Царство Польское утратило самостоятельность, сейм и армию и было разделено на губернии.

    Некоторые авторы именуют Николая I рыцарем самодержавия: он твёрдо защищал его устои и пресекал попытки изменить существующий строй, невзирая на революции в Европе. После подавления восстания декабристов развернул в стране масштабные мероприятия по искоренению «революционной заразы». В период правления Николая I возобновились гонения на старообрядчество.

    Что касается армии, которой император уделял много внимания, то Дмитрий Милютин, будущий военный министр в царствование Александра II, пишет в своих записках: “Даже в деле военном, которым император занимался с таким страстным увлечением, преобладала та же забота о порядке, о дисциплине, гонялись не за существенным благоустройством войска, не за приспособлением его к боевому назначению, а за внешней только стройностью, за блестящим видом на парадах, педантичным соблюдением бесчисленных мелочных формальностей, притупляющих человеческий рассудок и убивающих истинный воинский дух”.

    Одной из самых больших заслуг Николая I можно считать создание кодекса. Привлечённый царём к этой работе Сперанский выполнил титанический труд, благодаря чему появился Свод законов Российской империи.

 

Крестьянский вопрос.

 

    После восстания Декабристов Николай I решил обратить внимание на проблему о положении крестьян. Проводились заседания комиссий, призванные облегчить дела крепостных крестьян. Была проведена реформа управления государственной деревней и подписан “указ об обязанных крестьянах”, ставшие фундаментом отмены крепостного права. Указ Николая I от 14 мая 1833 года запрещал продавать крепостных крестьян с публичного торга и отбирать у них наделы, если они имелись, запрещалось разлучать членов одного семейства при продаже. Однако полного освобождения крестьян при жизни императора не состоялось.      Историки указывают на существенные изменения в данной области, произошедшие в царствование Николая I: впервые произошло резкое сокращение численности крепостных крестьян .Улучшилось положение государственных крестьян, численность которых ко второй половине 1850-х годов достигла около 50 % населения. Был принят ряд законов, улучшавших положение крепостных крестьян. Так, помещикам было строго запрещено продавать крестьян (без земли) и ссылать их на каторгу (что ранее было обычной практикой). Крепостные получили право владеть землей, вести предпринимательскую деятельность и получили относительную свободу передвижения.

   Указанные изменения в положении крестьян естественно вызвали недовольство со стороны крупных помещиков и вельмож, которые увидели в них угрозу сложившемуся порядку. Некоторые реформы, направленные на улучшение положения крестьян, не привели к желаемому результату ввиду упорного противодействия помещиков.

   Так же была начата программа массового крестьянского образования. В этот же период было открыто много технических училищ и вузов. Как писал историк советский историк Зайончковский: “В царствование Николая I у современников создавалось представление, что в России наступила эпоха реформ”.

 

Промышленная революция.

 

    Состояние дел промышленности к началу царствования Николая I было наихудшим за всю историю Российской империи. На западе к этому времени промышленная революция подходила к концу, когда в России ее толком не существовало. В экспорте России было лишь сырьё, почти все виды промышленных изделий, необходимые стране, приобретались за рубежом.

    К середине и к концу царствования Николая I ситуация сильно изменилась. Начала формироваться технически передовая и конкурентоспособная промышленность. Развивалась текстильная и сахарна промышленность. Производились станки, инструменты. Изготавливались изделия из металла, дерева, стекла, фарфора, кожи и др. Бурное развитие промышленности привело к резкому увеличению городского населения и росту городов.

    После посещения Англии Николаем I, в России запустилось производство паровозов. Строились железные дороги. В 1837 году открыта первая железная дорога Санкт-Петербург- Царское Село, а в 1851 году Петербург-Москва.

    Впервые в истории России при Николае I началось интенсивное строительство шоссейных дорог с твёрдым покрытием: были построены трассы Москва — Петербург, Москва — Иркутск, Москва — Варшава. Было также начато строительство железных дорог и построено около 1000 верст железнодорожного полотна, что дало стимул к развитию собственного машиностроения.

    Для борьбы с коррупцией при Николае I впервые были введены регулярные ревизии на всех уровнях. Суды над чиновниками стали обычным явлением. Сам Николай I критически относился к успехам в этой области, говоря, что в его окружении не воруют только он сам и наследник.

 

Источник: story-ru.ru

Вступление на престол Николая I

Вступление Николая I на престол произошло при исключительных обстоятельствах. Династический кризис, наступивший после неожиданной смерти Александра I, сопровождавшийся восстанием декабристов, создали крайне неблагоприятные общественные условия для начала деятельности Николая.

По закону о престолонаследии, изданном еще Павлом I, наследником Александра I, у которого не было детей, должен стать следующий брат – Константин. Однако, Константин Павлович был женат на польской графине Жанетте Грудзинской, происходившей не из царственного рода, и поэтому брак считался морганатическим и таким образом, лишались прав на престол не их общие дети, но и сам Константин. В царском доме эта проблема оказалась крайне запутанной. Первые намеки Николаю о его возможном наследовании престола сделал еще Александр в 1912 г. В то время Николай был очень молод, а сам Александр был в расцвете сил и подобные разговоры выглядели не реальными. В 1822 г. Константин подписал письменное отречение от престола, на основе которого был заготовлен Манифест о наследовании престола Николаем, но оба эти документа хранились в строжайшей секретности и о них не знал даже Николай. После смерти Александра I Николай не счел возможным воспользоваться неопубликованным манифестом о престолонаследии, в результате чего на несколько недель растянулось межцарствие, как своеобразный кризис власти.

Между Николаем и его старшими братьями была большая разница в возрасте. Учитывая то, что у Александра и Константина не было детей, для царского дома было ясно, что наиболее очевидным наследником престола является Николай, поэтому его воспитание хотя и сильно отличалось от старших братьев, но все-таки носило глубокое и разностороннее содержание. Несомненно, военная направленность его образования и личная склонность к военным делам доминировали. В 1817 г. в возрасте 20 лет он был произведен в генералы и на протяжении многих лет командовал гвардейской бригадой. Несмотря на перспективы наследования престола, Александр I не ввел Николая в состав высших государственных учреждений и к моменту воцарения он не был посвящен в государственные дела. Все это создавало в глазах общества и многих историков впечатление, что Николай был не подготовлен к государственному управлению. Такой взгляд, безусловно, имел основания, учитывая, что Николай был весьма способным и волевым человеком, он быстро ориентировался в обстановке и твердо проводил свои решения.

В условиях подавления восстания декабристов 14 декабря 1825 г. Николай занял весьма активную позицию. Фактически он сам командовал преданными ему войсками, преодолевая растерянность, которая царила во дворце и среди многих командиров. В первые месяцы своего царствования он сосредоточил все свои усилия на анализе политической обстановки в России, которая породила восстание. В процессе следствия и суда над декабристами он неоднократно встречался с арестованными участниками, пытаясь понять истинные причины, побудившие их к вооруженной борьбе.

Перед Николаем развернулась мрачная картина огромных беспорядков в русской государственной жизни и он поставил перед собой цель добиться справедливости в стране на основе незыблемости самодержавного строя. Он совершенно сознательно стал опираться на показания декабристов, которые в суммарном виде раскрыли перед ним своеобразную программу собственной государственной деятельности:

1) дать стране ясные, положительные законы;

2) навести порядок в правосудии;

3) поднять нравственность духовенства;

4) оказать экономическую поддержку дворянству;

5) способствовать развитию торговли и промышленности;

6) организовать просвещение «сообразно каждому состоянию»;

7) улучшить положение земледельцев;

8) уничтожить унизительную продажу людей;

9) воскресить флот и «исправить неисчислимые беспорядки и злоупотребления».

Этот перечень необходимых государственных действий не содержал в себе никаких либеральных планов и полностью строился на принципах дворянского консерватизма. Роль монарха Николай видел в постоянном служении России на основе закона. Он искренне верил, что пользуясь самодержавной властью, проявив максимум энергии и настойчивости, можно исправить всю неустроенность российской жизни. Стремясь реализовать эту консервативную утопию, Николай замкнул на себе все крупные и мелкие государственные вопросы, рассматривая свое окружение как исполнителей, которые более или менее точно выполняют его указания. Он вникал во все подробности государственного управления, выступая суровым критиком высшего чиновничества или покровителем способных государственных деятелей, писателей, художников, архитекторов, создавая образ строгого, но справедливого правителя. В своей политике Николай признавал только две незыблемые основы: силу государства и нравственность православной веры. Николай осуждал деспотизм, но, самостоятельно решал многие государственные дела, он все более превращал свою власть в самовластие, перед которым искусно угодничали тысячи российских чиновников, которые очень легко пристроились к стилю нового императора. В целом же период правления Николая I традиционно рассматривается историками, как самый могущественный этап в жизни России, который закончился катастрофой Крымской войны. Ясно сознавая необходимость преобразований, Николай постоянно сдерживал многие конкретные решения, которые казались ему несовершенными. Поэтому в этот период можно встретить множество противоречивых указов и решений, имевших малые последствия.

В значительной степени взгляды Николая I сформировались под влиянием военной службы и настроений офицеров после войн с наполеоновской Францией. Среди военных господствовали мысли о том, что армия способна обеспечить не только безопасность страны, но и решить многие внутренние проблемы. Восшествие на престол Николая I произошло благодаря поддержке командования гвардии. Это обстоятельство предопределило очень высокое политическое значение армии. Личные взгляды императора, особенности международного положения России, отсутствие политических механизмов решения злободневных вопросов определили приоритетность военной силы как универсального механизма преодоления многих проблем. Постепенно военным потребностям были подчинены основные направления деятельности государства: экономика, финансы, повинности, образование и др. Численность армии росла очень высокими темпами. Военные порядки прочно внедрялись в гражданскую жизнь. Большинство административных постов в столицах и губерниях занимали офицеры и генералы.

Понимая необходимость первых общественно-значимых шагов, Николай отстранил от государственных дел наиболее одиозные фигуры. Первым был отстранен А.А. Аракчеев. Вслед за ним были отправлены в отставку несколько активных деятелей министерства народного просвещения, насаждавшие мракобесие в университетах. Были уволены М.Л. Магницкий – ректор Казанского университета и Д.Б. Рунич – попечитель Петербургского университета.

Вместе с тем, император постарался приблизить к себе влиятельных и некогда популярных государственных деятелей – В.П. Кочубея, М.М. Сперанского. Во многом они утратили либеральную остроту своих политических взглядов, но имели точное политическое видение многих проблем государства и могли обеспечить некоторую преемственность политики Александра и Николая.

Источник: redstory.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.