Появление лжедмитрия 1 было обусловлено

Кризис власти как одна из причин Смутного времени. Появление самозванцев. Лжедмитрий I (1605-1606).

 Лжедмитрий I.

Тяжелое положение в стране  и социальные конфликты люди того времени связывали с Божьей карой за неправедные деяния незаконного «безродного» царя – Бориса Годунова. Борис Годунов прилагал огромные усилия, чтобы нейтрализовать претендентов на престол. Федора Никитича Романова, двоюродного брата его по крови, насильно постригли в монахи, сослав в Антониево-Сийский монастырь, который располагался вблизи Архангельска,

под именем Филарет.

Очень быстро распространялись слухи, что царевич Дмитрий, вовсе не погиб в Угличе в 1591 году, а чудом спасся. В 1602 году в Литве объявился человек, который выдавал себя за царевича Дмитрия. Польскому магнату А. Вишневецкому он объяснил, что его «подменили в спальне угличского дворца».

Воевода Юрий Мнишек стал покровителем Лжедмитрия.

Официальная версия правительства Бориса Годунова в отношении самозванца была следующей: человек, который выдавал себя за царевича Дмитрия, был никто иной, как  бывший монах Чудова монастыря – Григорий, в миру –  Юрий Богданович Отрепьев, происходивший из мелких дворян. Юшка, так звали его в молодости, обладал незаурядными способностями, знал польский и латинский языки, красиво писал, быстро ориентировался в конкретной ситуации. Когда-то он был слугой Федора Никитича Романова, а когда того сослали в монастырь, постригся в монахи. В Москве жил в Чудовом монастыре, который располагался в Кремле (ныне не существует) и служил при патриархе Иове.

В. О. Ключевский  писал по этому поводу, что Лжедмитрий I был лишь

«испечен в польской печке, а заквашен в Москве». Поверили ему или нет в Польше, история умалчивает, а вот то, что решили его использовать в своих целях – это точно. Польско-литовские магнаты давно уже пристально присматривались к русскому престолу, выжидая удобного момента. И этот момент наступил. Лжедмитрий I понадобился польским магнатам для того, чтобы начать агрессию против России, замаскировав ее видимостью борьбы за возвращение престола законному наследнику. Эта была скрытая интервенция.

 Они оказали Лжедмитрию I поддержку, взамен ожидая от него ответных действий. Лжедмитрий I тайно  принял католичество, римскому папе обещал распространить католичество в России. Северские (район Чернигова) и Смоленские земли, Новгород,  Псков Лжедмитрий обещал передать своей невесте Марине Мнишек, дочери сандомирского воеводы, и Речи Посполитой.

Лжедмитрий I появился на Руси в очень удобный для него момент. В России была обстановка всеобщего недовольства правительством Б.Годунова. Недовольны были широкие слои населения: знать,  крестьяне, горожане, казаки.

Народ связывал с Лжедмитрием I мечты на улучшение своего тяжелого положения.

В отношении самозванца Лжедмитрия I Борис Годунов совершил ошибку, проявив нерешительность в организации похода против него. Он не верил, что народ поддержит самозванца. В своем указе он объявил о том, кем на самом деле был Лжедмитрий I.  Судьба Лжедмитрия I решалась под городом Кромы, избравшего специально маршрут движения на Москву через те районы, где жило казачество, и было много беглых крестьян.  Под Кромами царские войска перешли на сторону самозванца. Этому способствовала и неожиданная смерть Бориса Годунова на 54 году жизни. Ещё утром, 13 апреля 1605 года он принимал послов, а после обеда и прогулки,  из носа, ушей хлынула кровь и царь скончался. Через день состоялась присяга новому царю, сыну Бориса Годунова – Федору. Позднее, когда Лжедмитрий I захватит престол,  царь Федор Борисович и его мать будут арестованы и тайно убиты по требованию самозванца, а патриарх Иов будет сослан в монастырь.

20 июня 1605 года Лжедмитрий I триумфально вошел в Москву, был провозглашен царем. Себя он именовал не иначе,  как император. Игнатий, новый патриарх, «лукавый и изворотливый грек», венчал его на царство. Ростовским митрополитом был назначен Филарет (Ф. Н. Романов).

Обещания, данные польским магнатам, Лжедмитрий I даже и не пытался выполнить, так как прекрасно понимал, что при первой же попытке ввести католичество или отдать исконно русские земли полякам, он лишится престола.

Не оправдал он надежд и русского народа на облегчение жизни. Наоборот, он подтвердил принятые до него законодательные акты, закрепощавшие крестьян (указ о пятилетнем сыске беглых). Вводил новые поборы, чтобы собрать хоть какие-то средства для польских магнатов. Недовольство народа вызвала  и его женитьба на Марине Мнишек. Среди боярства возник заговор против него.

Восстание против Лжедмитрия I вспыхнуло в мае 1606 года по сигналу набатного колокола. Более тысячи поляков были перебиты москвичами во главе с  боярами Шуйскими. Бояре спасли Марину Мнишек, которая вместе со своим окружением была выслана в Ярославль. Сам же Лжедмитрий I, пытаясь спастись, выпрыгнул в окно, но был настигнут и убит. Более двадцати ран насчитали современники на его теле. Труп его через три дня был сожжен, прах заложили в пушку и выстрелили в ту сторону, откуда явился самозванец.

Источник: teacher-history.ru

Личность Лжедмитрия I

1 ноября 1603 г. король Речи Посполитой Сигизмунд III пригласил к себе папского нунция. Он сказал тому, что в одном из поместий проживает москвитянин, который выдает себя за сына . Этого Дмитрия поддерживают крымские татары, а также казаки, при их непосредственном участии он имеет намерение сесть на русский престол. Сигизмунд пожелал увидеть молодого человека, и Вишневецкий привез его в город Краков. Там Дмитрий был приглашен на аудиенцию с королем. По ее результатом было принято решение перехода Дмитрия в католическую веру и начать поход в Россию.

Параллельно в Москве становиться известно о самозванце. Годунов сказал, что это именно бояре приложили руку к созданию лженаследника. Причем он открыто выдвигал против них обвинения. Тогда же и стало известно имя Лжедмитрия – Григорий Отрепьев.

Личность Лжедмитрия I (Григория Отрепьева). Отцом Григория был стрелецкий сотник, который погиб в пьяной драке. Сам Отрепьев был довольно таки личностью интересной для своего времени. Обладал каллиграфическим почерком, переписывал книги. Был невероятно артистичен. Будучи молодым человеком, поступил на службу к дяде будущего государя Михаила Романова.

В 1600 г. на подворье Романовых состоялось сражение. Отрепье вынужден был предпринять меры, чтобы спастись от виселицы. Он постригается в монахи. В 1602 г. он пребывает на территорию Литвы, считается, что именно там он объявляет себя Дмитрием Ивановичем. Очень много документов уничтожено было в период Смутного времени и после, так что точно ли Отрепьев был Лжедмитрием неизвестно. Хотя вероятность этого есть.

Правление Лжедмитрия I

Правление Лжедмитрия первого

Правление Лжедмитрия IКогда Лжедмитрий Первый оказался на территории Речи Посполитой, то познакомился с Марией Мнишек. Она была дочерью сандомирского воеводы. Вскоре была помолвка. Затем Лжедмитрий I пообещал после вступления на престол:

 

 

 

 

  1. оплатить долги отца Юрия Мнишека;
  2. Отдать Марине территории Пскова и Новгорода;
  3. Поощрять переход своего народа в католичество.

После этого стали собирать народ для военного похода. Интересно, что сам король Сигизмунд III, не стал поддерживать открыто поход Лжедмитрия. Он вообще старался показать свою непричастность к войску самозванца. Король сразу же сообщил о самозванце Борис Годунову.

13 октября 1604 г. Лжедмитрий перешел границу русского государства. Он легко завладевал многими землями, особенно теми, где проживали казаки. То есть чуть больше чем за 14 дней Лжедмитрию удалось заполучить многие южные территории русского государства. В январе состоялось сражение между войском самозванца и царскими войсками. Лжедмитрий потерпел поражение и бежал с поля боя. После этого царские воеводы решили, что с ним покончено и уже посягательство на правление Лжедмитрия Первого государством не состоится. Борис Годунов же поставил задачу продолжать дальше боевые действия, но бояре делали это вяло и неохотно, считая, что с самозванцем покончено.

Время правления Лжедмитрия

Правление Лжедмитрия IВ апреле 1605 г. Борис умер, перед смертью он благословил своего сына на царство. Но в итоге клан Годуновых быстро потерял власть в стране. Лжедмитрий I уже было хотел покинуть России, но потом, понимая какая обстановка в стране он вернулся. 1 июня того же года посланцы Лжедмитрия прибыли в Подмосковье и попытались поднять восстание против Годунова. Федора Годунова и его жену взяли под стражу. Он содержались в доме Малюты Скуратова. Там их позднее и задушили.

20 июня 1605 г. — дата начала правления Лжедмитрия. В этот день жители Москвы с трепетом и торжественностью встречали в столице нового царя Дмитрия Ивановича. Началось время правления Лжедмитрия I. Новый царь щедро одаривал тех бояр, которые ранее были в опале при Годунове, в их числе был и клан Романовых. Федора (Филарета) Романова, отца первого Романова государя Михаила Федоровича, сделали митрополитом в Ростове.

8 мая 1606 г. самозванец обвенчался с Мариной. Произошло это в пятницу, что противоречило православным традициям. Но Лжедмитрий не стал просто польским ставленником на русском престоле. Он не спешил выполнять свои обязательства, которые дал перед началом военного похода на Русь. Самозванец хорошо вжился в роль. Он вел себя по царски, как будто был рожден для этого.

  • Хорошо знал правила этикета;
  • Владел несколькими языками;
  • Присвоил себе титул императора;
  • Расширял дипломатические связи с Западом;
  • Отменил казни.

Итоги правления Лжедмитрия I

Правление Лжедмитрия IВообще сомнений об истинности царя не было почти ни у кого. Но боярам Лжедмитрий не нравился. Он был быстр в движениях и своих решениях, слишком инициативный. Также самозванец не спешил выполнять свои обещания, которые давал полякам. Получилось, что Лжедмитрий I оказался без поддержки. Поляки его не поддерживали, московские бояре тоже. Шуйские хотели создать заговор, но его раскрыли и Василий РЁСѓР№СЃРєРёР№ должен был умереть, но по просьбе Марфы Нагой Лжедмитрий I его отпустил.

Василий снова стал организовывать заговор. 16 мая был пущен слух, что поляки угрожают государю. Началась суматоха среди народа, во время этой ситуации заговорщики ворвались в Кремль и убили самозванца. Его жена Марина Мнишек тайно покинула столицу. Итоги правления царя Лжедмитрия I были не самыми радужными для русского государства. Сделать особо он ничего не успел, но все же оставил свой след в российской истории. Таковы итоги правления Лжедмитрия I, Смута в России продолжалась

Источник: history-repetitor.ru

Появление Лжедмитрия в Польше

В то время, когда русский народ волновался темными слухами о том, что царевич Дмитрий жив, а Борис Годунов учреждал по западной границе заставы и принимал все меры, чтобы изловить своего страшного врага, не выпустив его из русских пределов, в Польше вдруг обнаружился тот, кого так долго и тщетно искал Борис.

Около 1601 года в Киеве явился молодой монах-странник. Он рассказывал о себе, что он вышел из московской земли. Из Киева этот странник пробрался на Волынь; здесь в городе Гаще несколько времени, говорят, он учился в школе, набрался кое-каких поверхностных знаний, затем побывал на Запорожье, где среди казаков скоро освоился с военным искусством, сделался лихим наездником, так что по удали и ловкости не уступал истым запорожцам. Потом этот удалец попал на службу к князю Адаму Вишневецкому, который, подобно всем знатным магнатам литовским и польским, держал у себя многочисленный двор. Мелкие литовские и польские дворяне, или шляхтичи, охотно шли на службу к богатым вельможам, составляли при них отряды телохранителей или несли разные домашние должности. Широкая разгульная жизнь польской богатой знати и безумная расточительность собирала около них обыкновенно множество люда, охочего до веселой, беззаботной жизни. А Вишневецкий, владелец громадных поместий в южной Руси, был еще молод; пиры, разгул, удалые потехи были по душе причудливому пану, а деньгам он и счету не знал: понятно, что около него толпилось множество разгульных и удалых людей. В среду их попал и наш московский выходец: видно, хотелось изведать и ему все утехи богатой жизни… Был он еще очень молод, лет двадцати с небольшим. Неказист был он с виду: худощавый, небольшого роста, со смуглым лицом, с приплюснутым носом и бородавками на лбу и носу, он не мог похвалиться наружностью; но голубые глаза его смотрели умно, часто задумчиво; голос его был приятен; говорил он складно, по временам даже и красно, с увлечением; а в удали и лихом наездничестве не многим уступал… Поступив на службу к Вишневецкому, он скоро сильно занемог или притворился больным, слег в постель и, готовясь к смерти, попросил к себе священника. Больного исповедали.

– Если я умру, – сказал он священнику, – похороните меня, как хоронят царских детей.

Изумленный священник стал спрашивать, что значат эти слова.

– Теперь я не скажу тебе, – отвечал больной, – а по смерти моей возьми у меня из-под постели бумаги и узнаешь, кто я таков, но и тогда знай только сам, другим не рассказывай.

Священник не вытерпел и рассказал о таинственном слуге Вишневецкому. у того сильно разыгралось любопытство, и он сам стал расспрашивать больного, но слуга молчал. Тогда достали бумагу из-под постели, прочли и были поражены изумлением: из бумаги узнали, что пред ними – сын Грозного, Дмитрий, которого считали все погибшим от рук убийц!..

Приложены были все усилия и попечения, чтобы вылечить его, и он скоро выздоровел.

Вишневецкий считал своею обязанностью оказать ему всевозможное содействие: самолюбию тщеславного пана очень льстило, что между его слугами был русский царевич и что он, Вишневецкий, может ему помочь занять московский престол. Королю дали знать о Дмитрии. Этот Дмитрий рассказывал о себе, что от убийц, подосланных Борисом, он ускользнул благодаря своему пестуну, который подменил его другим мальчиком, схожим с ним, а его воспитывали в неизвестности и потом удалили в монастырь, чтобы вернее сберечь от Бориса.

 

Лжедмитрий и Мнишки

Красноречивый юноша Лжедмитрий так живо, так задушевно рассказывал о своих бедствиях, о своем скитальчестве и приключениях, что возбуждал во всех любопытство и сочувствие к своей судьбе. Скоро он стал любопытной новинкой в Литве. Адам Вишневецкий повез его сперва к своему брату, воеводе Константину Вишневецкому. Король потребовал, чтобы царевича привезли к нему в Краков. Константин Вишневецкий отправился с ним к королю; на пути заехал к тестю своему Юрию Мнишеку, сандомирскому воеводе. Это был человек безнравственный, очень ловкий, разжившийся разными нечестными способами и в то же время крайне тщеславный; он был в восторге, узнавши, какого гостя привез к нему зять.

Самборский замок Юрия Мнишека наполнился гостями; со всех сторон съезжались они, званые и незваные, знатные и незнатные: многим хотелось взглянуть на царевича. Широко раскрывалась для всех дверь Самборского замка: тщеславному Мнишеку лестно было всем показать, какой гость у него. Поляки умели тогда и веселиться, и гостей принимать: пир шел по нескольку дней; изысканные кушанья услаждали прихотливый панский вкус; старое венгерское лилось рекой, туманило головы и развязывало языки. Шумная беседа, смех и веселая болтовня не прерывались. Гремела музыка. После обеда начинался пляс. Дамы и девицы, роскошно наряженные, украшали пир; но никто не поражал так гостей в Самборе красой и нарядом, как дочь старого Мнишека – Марина.

Кроме танцев, великое удовольствие гостям доставляла охота. Это была любимая потеха польской знати: тут можно было щегольнуть и богатством охотничьих нарядов, похвастать своими конями, собаками, соколами… тут можно было показать и свою силу, и молодечество. Не только мужчины, но и молодые женщины, и девицы выказывали свою удаль и ловкость на охотах. Вихрем несясь на коне, в роскошном полумужском наряде, с развевающимися кудрями, польские панны и пани могли на охоте не менее нравиться, чем во время танцев. И тут Марина Мнишек выделялась своей красотой и ловкостью. Мудрено ли, что юному царевичу сильно полюбилась и Марина, и польские шумные пиры, и безграничное веселье?..

Радовался старый Мнишек, что царевичу приглянулась его дочь: честолюбивая мечта породниться с ним уже волновала тщеславного пана.

Но не одни Мнишеки, отец и дочь, имели виды на Лжедмитрия; старались его опутать своими сетями и иезуиты. Монашеский орден (община) иезуитов был учрежден в 1540 г. с целью всеми силами, правдами и неправдами, бороться с противниками папы, возвращать снова под его власть отбившихся от него еретиков, обращать в христианство язычников и подчинять их папе. Всех, не признававших над собой власти его, в том числе и православных, католики считали еретиками.

 

Лжедмитрий и иезуиты

В то время, когда явился царевич в Польше, здесь в большой силе были иезуиты; сам король следовал во всем советам их. Теперь представлялся им удобный случай утвердиться в России; стоило только прибрать к рукам Лжедмитрия, обратить его в католичество; а там, когда он вступит на отцовский престол, думали они, можно будет с его помощью и русскую церковь мало-помалу подчинить папе. Расчеты иезуитов были, казалось, совершенно верны. Понимал вполне и Лжедмитрий, что без иезуитов ему не удастся ничего достигнуть, и только по их совету и по благословению папы король решится помогать ему, только стороннику их отдаст свою руку прекрасная Марина, истая католичка. Для Лжедмитрия было даже опасно возбудить неудовольствие католического духовенства: король, бывший в руках иезуитов, легко мог не только отказать в помощи ему, но даже выдать его Борису. Все это заставило Лжедмитрия искать покровительства католического духовенства; даже есть известие, будто он тайком принял католичество. Во всяком случае, он должен был дать обещание подчинить восточную православную церковь папе.

После этого устроено было свидание царевича с королем Сигизмундом. Лжедмитрий рассказал ему свою историю, выставил на вид опасность, какая и до сих пор грозит ему от Бориса, и просил помощи. Король, конечно, понял, что можно извлечь большие выгоды при этом случае: можно будет, оказав помощь русскому царевичу, в случае его удачи уладить раз навсегда с ним всякие споры о границах и несогласия, а в случае неудачи все же внести смуту в Русскую землю и ослабить ее. Дело было выгодно, с какой стороны ни посмотри на него; но все же король не мог решиться открыто помогать Лжедмитрию. Вопрос о войне мог быть разрешен лишь на сейме; король оказал только негласную помощь: дал Лжедмитрию порядочное ежегодное содержание (40 тысяч злотых) и позволил набирать себе воинов из вольных шляхтичей. Пришлось Лжедмитрию довольствоваться и этим.

Мнишек привез торжественно царевича к себе в Самбор и стал для него собирать войско из шляхты. Царевич предложил Марине Мнишек руку. Предложение его было принято, но свадьба была отложена до его воцарения.

Мнишек навербовал для Дмитрия до 1600 человек всякого сброда, падкого до наживы. С этим отрядом, казалось бы, не стоило и дела начинать; но Лжедмитрий и его помощники понимали, что главная сила его в России. И действительно, еще до перехода его чрез границу, к нему уже стали являться московские беглецы, искать службы и милости у «истинного царевича»; затем донские казаки откликнулись на призыв его… Из Самбора он писал грамоты к московскому народу: они шли в Россию в мешках с хлебом. Народ волновался. Слухи о царевиче и призывных грамотах быстро разлетались по Русской земле.

Когда верные слухи о появлении в Польше Лжедмитрия дошли до Бориса Годунова, он прямо объявил в думе, что это – дело бояр, что они выставили самозванца. Против него принимались разные меры. Отправлены были грамоты к королю, вельможам и пр. с заявлением, что называющий себя царевичем Дмитрием – самозванец; что на самом деле он – беглый монах Гришка Отрепьев. В Москве патриарх и кн. Василий Иванович Шуйский убеждали простой народ не верить россказням о царевиче. Гришку Отрепьева стали проклинать по церквам; но это мало действовало на народ.

– Пусть проклинают Гришку, – говорили в народе, – царевичу до Гришки никакого дела нет!

Кто был отважный искатель престола, шедший во главе горсти всякого сброда отнимать корону у Бориса, – это до сих пор дело темное.

Некоторые думают, что явившийся в Польше царевич Дмитрий был дерзкий самозванец, и полагают, что на самом деле это был беглый инок Гришка Отрепьев, родом из мелких дворян; скорее можно предположить, что бояре, враги Бориса, убедили какого-нибудь безродного, но честолюбивого и предприимчивого юношу в том, что он – царевич Дмитрий, а тот с полной верой в правоту своего дела шел на Бориса. С другой стороны, несомненно, что истинный царевич Дмитрий был убит в Угличе и соперник Бориса был Лжедмитрий, хотя сам и не сознавал этого.

 

Поход Лжедмитрия в Россию

16 октября 1604 г. Лжедмитрий с небольшим своим отрядом перешел Днепр и вступил в русские пределы. Борису он послал письмо, которым извещал его о своем спасении, требовал, чтобы он добровольно оставил престол и удалился в монастырь, и за то обнадеживал его своим милосердием к нему и к семейству его и забвением его злого умысла.

Вместе с тем тайно разосланы были грамоты воеводам, дьякам, гостям и черным людям. В грамотах говорилось о чудесном спасении царевича при Божией помощи от злодейского умысла Годунова. Затем находим здесь такое призвание:

«Вспомните наше прирожение (происхождение), православную христианскую истинную веру и крестное целование, на чем вы целовали крест отцу нашему, блаженной памяти государю, и великому царю, и великому князю всея Руси, и нам, детям его, – хотеть во всем добра; отложитесь ныне от изменника Бориса Годунова к нам и впредь служите, прямите и добра хотите нам, государю своему прироженному, как отцу нашему, а я стану вас жаловать по своему царскому милосердному обычаю и буду вас в чести держать, ибо мы хотим учинить все православное христианство в тишине и покое и благоденственном житии».

Первый город в московской земле, который пришлось взять Лжедмитрию, был Моравск. Грамоты подняли здесь мятеж: жители и ратные люди кричали, что они не хотят знать Бориса, а желают служить законному государю, Дмитрию Ивановичу. Воеводы стали было противиться народному желанию; их связали, а Лжедмитрию было послано заявить, что город сдается ему по доброй воле.

Затем взят был Чернигов после незначительной перестрелки с казаками. Села и деревни в Северском краю с радостью подчинились Лжедмитрию. Жители не только не разбегались, когда приближалось его войско, но выходили навстречу, с умилением глядели на своего царя, чудесно спасенного Богом, громко кричали ему «многая лета!».

11 ноября отряд Лжедмитрия подошел к Новгород-Северску. Здесь впервые он встретил отпор. Воеводой в городе был умный, храбрый и хорошо знавший ратное дело Петр Федорович Басманов; он сумел забрать в свои руки и знатных людей, и простых; напрасно пытались убедить его сдаться; напрасны были и все попытки силою взять город. Поляки подъезжали к стенам, убеждали осажденных сдаться, грозили истребить и старых, и малых, если они будут еще противиться.

– Убирайтесь, – кричал им со стены Басманов, – у нас государь царь и великий князь всея Руси Борис Федорович в Москве; а ваш Дмитрий – вор и изменник!

Пушки у Басманова были хорошие, пушкари стреляли из них довольно метко и перебили да перекалечили немало народу. Поляки, охочие более до грабежа и разгула, чем до упорной войны, утомились долгой осадой и уже начали роптать. Между тем как Новгород-Северск стойко держался, другие города сами добровольно переходили в подданство Лжедмитрию, которого считали своим законным государем.

19 ноября пришла к нему весть, что Путивль сдается со всем своим уездом и путивляне связали своих воевод, не хотевших изменить Борису. 24 ноября прискакал гонец из Рыльска с радостною вестью, что там признали Лжедмитрия царем.

Не прошло и нескольких часов, как новая радость: целая Комарницкая волость сдалась с городом Севском, а воеводы схвачены. Чрез неделю Курск признал Лжедмитрия; на другой день сдались Кромы; затем Белгород. Войско Лжедмитрия росло с каждым днем; оно уже доходило до 15 тысяч: русские служилые люди Северской области и казаки охотно шли на службу к щедрому царевичу… Но Новгород-Северск упорно держался, благодаря Басманову. На выручку осажденным послана была рать под начальством князя Мстиславского, самого знатного из бояр, но плохого вождя. На беду для Бориса, уже и среди ратных людей замечалась «шалость», начинали и здесь поговаривать о том, что Лжедмитрий – настоящий царевич.

Несмотря на то что рать, присланная царем, втрое превосходила отряд Лжедмитрия, он немедля начал бой и разбил Мстиславского: у русских, по выражению современника, «не было рук» для битвы с тем, кого они считали своим законным государем. На помощь раненому Мстиславскому был послан Василий Иванович Шуйский, который незадолго пред тем, в угоду Борису, в Москве пред всем народом свидетельствовал о смерти настоящего царевича Дмитрия… Отважный Лжедмитрий напал снова на царское войско 21 января 1605 года при Добрыничах, недалеко от города Севска, но, несмотря на всю свою храбрость, понес полное поражение. Его отряд сильно пострадал от пушек, которых было много у Шуйского. Положение Лжедмитрия было очень плохо. Поляки еще под Новгород-Северском убедились, что дело не обойдется без упорной борьбы, стали роптать и требовать жалованья. Лжедмитрий не мог удовлетворить их; поднялся мятеж, и многие поляки ушли от него. Теперь же, после поражения, казалось, затея Лжедмитрия кончится печально для него. Он заперся в Путивле и подумывал было бежать в Польшу; но в это время ему явилась помога: на службу к нему пришли четыре тысячи донских казаков. Царские воеводы действовали вяло – упустили удобный случай окончательно уничтожить противника и дали ему возможность снова окрепнуть. Царь был недоволен своими воеводами; они не могли взять даже небольшой крепости Кромы, где заперлись донские казаки со своим атаманом Корелою: видно было, что бояре ведут дело нехотя, «норовя окаянному Гришке», как говорили современники. Но все-таки дела Лжедмитрия были плохи: в Польше начинали уже остывать к его предприятию; еще одна-две неудачи, и он бы погиб. Но теперь более хлопотали о его деле русские, враги Бориса, перешедшие на сторону Лжедмитрия. Да и как им было не хлопотать? – кончись неудачей его затея, и они из приближенных слуг царя обращались в жалких беглецов, и вместо богатых и великих милостей на долю их выпадало бездомное скитальчество, бедность и презрение. К счастью Лжедмитрия, в царском войске было немало тайных доброхотов его, а воеводы, видимо, не хотели воспользоваться всеми своими силами, щадили его, а между тем в царском войске начались болезни, наконец, открылась сильная смертность.

 

Смерть Бориса Годунова

Борис Годунов с каждым днем все больше и больше опускался… Ему доносили тайно, что в войске «шатость». На верность своих воевод он положиться не мог… Зловещие предчувствия томили его. Он даже обращался к ворожеям и гадателям. Те делали ему двусмысленные и мрачные предсказания, и душевная тревога его становилась еще сильнее… По целым дням сидел он, запершись, а сына посылал по церквам молиться. Говорят, что раз царь призвал к себе Басманова, в порыве отчаяния целовал пред ним крест, заверяя, что называющий себя Дмитрием не истинный царевич, а обманщик, Умолял Петра Басманова добыть злодея, обещал даже, по словам одного современника, выдать свою дочь за Басманова, дать за нее в приданое Казань, Астрахань, Сибирь, лишь бы только тот избавил его от страшного соперника. Басманов, конечно, всячески старался уверить царя в своей преданности и готовности ему служить, но в то же время умного и честолюбивого воеводу брало раздумье: чем больше Борис выказывал страха пред Лжедмитрием, тем в глазах Басманова сильнее выигрывал последний. С каждым днем могущество царя падало. Уверенность в своих силах и способность к борьбе у Годунова с каждым днем слабели.

Борис понял, что на воевод и на войско плоха надежда, и решился злодейством покончить со своим соперником – подослал к нему в Путивль трех монахов с зельем, чтобы извести его; но умысел был открыт. Это, конечно, должно было в глазах всех сильно повредить Борису…

Но 13 апреля не стало его.

В этот день Борис Годунов встал здоровым, казался бодрым и веселым, за столом ел охотно и много… После обеда он взошел на вышку, с которой часто любовался Москвою. Вдруг он спустился оттуда и сказал, что ему дурно и что он чувствует сильное колотье… Бросились за врачом. До прихода его царю стало хуже. Приближенные заговорили с ним о том, как быть царству…

– Как Богу угодно и земству! – проговорил Годунов.

Тут у него вдруг хлынула кровь из носа и из ушей, и он упал без чувств. Прибежали патриарх и духовенство, едва успели приобщить умирающего; кое-как, наскоро, совершили над полумертвым обряд пострижения и нарекли его Боголепом. Около трех часов пополудни царь скончался.

Скоропостижная смерть его поразила всех. Народу объявили о ней только на следующий день. По Москве стала ходить молва, будто Борис Годунов сам отравил себя ядом в припадке угрызений совести и отчаяния. Слух об отраве пошел от врачей-немцев, лечивших царя: лицо мертвого, изуродованное предсмертными судорогами и почернелое, казалось, подтверждало этот слух.

Тут у него вдруг хлынула кровь из носа и из ушей, и он упал без чувств. Прибежали патриарх и духовенство, едва успели приобщить умирающего; кое-как, наскоро, совершили над полумертвым обряд пострижения и нарекли его Боголепом. Около трех часов пополудни Борис Годунов скончался.

Источник: rushist.com

Лжедмитрий 1 это Григорй Отрепьев?

Царь Лжедмитрий 1

Кем был самозванец Лжедмитрий 1? Версия что это был Григорий Отрепьев мягко говоря сомнительная. Отрепьев никак не тянул на роль самозванца, потому что Григорию было уже за 30, а самозванцу было чуть более 20 лет. Следовательно разница 10-12 лет. Да и прямых доказателсьтво того, что это одно и тоже лицо,нет. Поэтому следует различать Лжедмитрия 1 и Отрепьева, поскольку достоверных сведений о том, что это одно и тоже лицо, в истории России нет.

История Григория Отрепьева такова. Его отец был сотник, которого по пьянке зарезали в драке. Гришка с молодых лет был очень способным человеком. У него был хороший почерк, он переписывал книги, отличался большим артистизмом, поступил на службу к Романову старшему, принимал участие в сражении на подворье Романовых в 1600 году, и спасаясь от виселецы. В 20 лет был пострижен в монахи. Из Суздаля непонятным образом попал в Чудов монастырь. В 1602 году оказался в Литве, где, как принято считать, объявил себя царевичем Дмитрием.

Нужно сказать что Романовы очень здорово подчистили историю России за столетия своего правления. Многие документы того времени историки называют откровенными подделками. Поэтому вероятность, что Самозванец был Отрепьевым есть, но она крайне невелика. Но каким было на самом деле правление Лжедмитрия 1 и кем он был — достоверно мы до сих пор не знаем. И скорее всего никогда не узнаем.

Связь Лжедмитрия с семьей Мнишек

Оказавшись в Польше Лжедмитрий влюбился в дочь местного воеводы Марину Мнишек. Ее отец, Юрий Мнишек, был человек вороватый (его не раз на этом ловили). Поэтому Лжедмитрий обещал тому:

  1. После воцарения выдать 1 миллион злотых на погашение долгов Мнишека.
  2. Отдать Марине в полное владение Новгород и Псков
  3. Способствовать переходу своих будущих подданных в католичество.

Это были условия сделки между Лжедмитрием и семьей Мнишек. После этого состоялась помолвка. Поляки начали готовиться к походу. Очень интересно что Сигизмунд 3 от похода Лжедмитрия 1 в Россию дистанцировался, сразу же и написав письмо Борису Годунову о том, что здесь есть самозванец, который собирает людей, но это все волонтеры, а Сигизмунд 3 к этому отношения не имеет.

Начало похода на Россию

13 октября 1604 года  войско Лжедмитрия отправилось в поход в Россию. Войско состояло из поляков 2000 донских запорожских казаков , которые и форсировали Днепр. Какие меры предпринял Борис? Он отправил к Марии Нагой человека и Мария (то есть мать Дмитрия) сделала заявление о том, что Дмитрий действительно погиб в Угличе, а на Россию идет самозванец. В Литву отправили дядю Отрепьева, чтобы он разоблачил племянника, но его не допустили к Лжедмитрию.

Карта движения Лжедмитрия

Движение войск Лжедмитрия

Тем временем армия Лжедмитрия легко занимала территорию за территорией. Народ, особенно казаки, которые ненавидели Годунова радостно встречали его и говорили: "Встает наше красно солнышко, возвращается к нам Дмитрий Иванович!". И всего за 2 недели под властью Лжедмитрия оказались огромные территории под бассейном Десны и Северского Донца до верховьев Оки. Из крупных городов были взяты Моравск и Чернигов. То есть почти вся южная Русь поднялась против Годунова. Это был не столько успех Лжедмитрия, сколько поражений Годунова. Тут уже стало понятно, что ачало правления Лжедмитрия 1 в россии это просто вопрос времени.

Бояре встают на сторону Лжедмитрия и Польши

В то время, как наставниками сына Годунова стали Пётр Басманов и Богдан Бельский (тот самый, которому выщипали по одному волосу из бороды), клан годуновых очень быстро утратил контроль над армией. А Басманов устроиз заговор против Годуновых. Царские войска бежали из под Кром, а самозванец, который уже спешил бежать из России, вернулся и начал двигаться на Москву. 1 июня посланец Лжедмитрия Гаврила Пушкин (предок поэта) прибыл в село Крсное под Москвой и подняли давно назревшее антигодуновское восстание. Богдан Бельский, который был главным следователем по делу о смерти Дмитрий в Угличе, и который клялся до этого, что Дмитрий умер, здесь всенародно сказал, что он лгал, потому, что он спас царевича, которого хотел извести мерзавец Годунов. Но Бельский спас мальчика.

Этому же присягнул и Василий Шуйский, сказав, что узнает царевича Дмитрия. Самое главное — своего сына узнала Мария Нагая, которая до этого дважды клялась в том, что ее сын умер и похоронен. Федора Годунова и его жену арестовали и поместили в дом к малюте Скуратову, где вскоре их задушили.

Въезд самозванца в Москву

20 июня 1605 года москвичи с восторгом встречали торжественно въезжавшего в город Лжедмитрия (естественно, мы сейчас говорим, что это Лжедмитрий, а тогда народ встречал Дмитрия Ивановича). Новый царь сразу вернул ко двору Романовых и других бояр, которые пострадали при Годунове. Федор Романов, отец будущего царя Михаила, был также возвращен и назначен патриархом Ростовским. Фактически именно с 20 июня началось правление Лжедмитрия 1 в Москве.

8 мая 1606 года Лжедмитрий повенчался с Мариной Мнишек. Это произошло в пятницу и на Николин день, что было против устава православной церкви. В тоже самое время самозванец не спеши выполнять свои обещания перед поляками. Он не превратился в польского ставленника, и вообще (что удивительно) вел себя как природный царь, как будто он всю жизнь был царем: он прекрасно знал этикет, говорил на иностранных языках, называл себя императором задолго до Петра 1, выступал за расширение контактов с Западом, установил бесплатные суды. Боярам Лжедмитрий не нравился в виду своей большой активности, а также в виду того, что он максимально стал отдалять бояр от управления страной.

Конец правления Лжедмитрия 1

Лжедмитрий 1 не выполнил свои обещания полякам и не стал своим для московских бояр. Поэтому к лету 1606 года он оказался в вакууме. У Лжедмитрия больше не было поддержки за рубежом. Этим и решили воспользоваться бояре, устроив заговор. Его организовали Шуйские. Но заговор был раскрыт, а Шуйские были арестованы. Судьи приговорил Василия Шуйского к казни.

Но по просьбе в Марии Нагой и других влиятельных бояр Лжедмитрий не только помиловал Василия Шуйского, но и полностью его простил. В результате Шуйский остался там где он и был, и тут же начал плести второй заговор. 16 мая 1606 года Шуйские пустили слух об опасности царю от поляков, а сами под шумок вошли в кремль 17 мая. Басманова и самозванца убили (нужно понимать, что это был тандем). Изуродованный труп Лжедмитрия оставили на лобном месте, привели Нагую, у которой в очередной раз спросили — ее это сын или нет. Она мастерски вывернулась, сказав: "Теперь, какой есть, — конечно не мой". Тело Лжедмитрия сожгли, прах забили в пушку и выстрелили в сторону Польши. Марина Мнишек бежала из Москвы.

Популярные статьи:


Полтавская битва

Император Павел 1

Присоединение Украины

 

Последние добавления:

Источник: istoriarusi.ru

Детали событий Смутного времени до сих пор вызывают множество споров у историков. Этот период с его битвами за престол, стихийными бедствиями, неурожаями, голодом, восстаниями ознаменован еще одним громким событием — прервалась династия великих Рюриковичей. Федор Иоаннович, царь всея Руси и Великий князь московский, третий сын Ивана Грозного и царицы Анастасии Романовны, был последним из династии Рюриковичей. Еще при жизни, по утверждениям историков, он был слаб здоровьем, и в управлении государством ему оказывали помощь приближенные, среди которых был и его шурин, Борис Федорович Годунов. «Федор царствовал, Борис управлял» — так говорили и на Руси, и за границей, настолько была известна значимость его шурина, именно с ним требовали аудиенции заграничные дипломаты.

И оттого не так удивительно, почему, за неимением должного наследника, именно Бориса Годунова по решению Земского собора 1 сентября 1598 года венчали на царство. Дальнейшее правление царя ознаменовано успешным началом, но тем не менее пришлось на тяжелое время.

Восстанавливались связи с Европой (приезжали даже иностранные купцы, врачи, промышленники), планировалось строительство школ, а для борьбы с неурожаями и голодом проводились крестьянские реформы.

Первый царь не из Рюриковичей сознавал неустойчивость своего положения и старался держать бояр в узде, особенно таких видных, как князь Василий Шуйский и князь Мстиславский, которым он даже запретил жениться, опасаясь их вероятного восхождения на престол. Писатель и историк Николай Карамзин утверждал, что «Годунов мог бы заслужить славу одного из лучших правителей мира, если бы он родился на троне, так как лишь законные самодержцы были носителями государственного порядка».

Тем не менее смерть при загадочных обстоятельствах царевича Дмитрия Ивановича, младшего сына Ивана Грозного от его незаконной жены Марии Федоровны Нагой, последнего отпрыска 300-летней династии Ивана Калиты, которая произошла 15 мая 1591 года в Угличе, и массовый голод 1601–1603 годов, а вместе с ним многочисленные разбои и борьба с восстаниями только усугубили положение Бориса Годунова, тем самым побудив его возложить ответственность на Боярскую думу: боярам был дан наказ принять любые военные и полицейские меры по борьбе с бесчинством, воровством, грабежами. Во избежание повстанческих движений пришлось пойти на уступки холопам в ущерб интересам дворян. Таким образом, неприязнь к царю среди многочисленных знатных семей только возрастала, появились разговоры о том, что царевич Дмитрий жив. Эти слухи поутихли на некоторое время правления царя, однако вскоре после его болезни вновь пошла молва о том, что царевич жив. Появление таинственного самозванца только ухудшило положение государя.

Кто скрывался под личиной Лжедмитрия, до сих пор доподлинно неизвестно. Из боярских кругов Борису Годунову объявили, что самозванец не кто иной, как Григорий Отрепьев, беглый чернец Чудова монастыря. Приближенный князь Василий Шуйский, а также остальная боярская знать провели собственное расследование, пытаясь найти сходство самозванца с мелким галицким дворянином, опросив его семью и разных свидетелей. Постригшись в монахи, молодой Григорий Отрепьев благодаря своей грамотности и учтивости снискал расположение у патриарха Иова и стал говорить о том, что скоро станет царем и завоюет Москву.

Когда весть дошла до Бориса Годунова, царь велел сослать Гришку Отрепьева, но тот успел бежать за границу, самовольно расстригшись, и в 1603 году оказался на службе в поместье в Брагине у представителей литовско-русской знати Константина и его брата Адама Вишневецких.

Именно там Григорий Отрепьев впервые, по словам историков, объявил о себе как о чудом спасшемся царевиче Дмитрии. Адам был готов поверить в эту версию, также дошедшую весть об этом приняли и московские бояре. Необходимо отметить, что желание московских бояр и остальной знати принять Лжедмитрия обусловлено не только тяжелой ситуацией в государстве, но и нежеланием принимать Бориса Годунова как царя, что послужило причиной роста боярских интриг, благоприятствующих принятию Лжедмитрия как будущего царя Руси.

Так, Вишневецкие представили Григория Отрепьева сначала семье Мнишек, а те в свою очередь представили его двору польского и — с 1592 года — шведского короля и великого князя литовского Сигизмунда III. Это явилось причиной того, что преследующая свои интересы польская знать стала еще активнее поддерживать принявшего в Кракове католичество Лжедмитрия. Как утверждал историк Василий Ключевский, повествуя о тех событиях, Лжедмитрий «был только испечен в польской печке, а заквашен в Москве». Влюбившись в дочь Юрия Мнишека Марину и заручившись поддержкой польской и украинской аристократии, Лжедмитрий обещает Сигизмунду и иезуитскому духовенству обратить Русь в католичество, полякам отдать Смоленск и Северскую землю, а Марине Мнишек, как жене будущего царя, — Псков и Новгород.

Осенью 1604 года армия примерно из 4 тыс. человек, состоящая из солдат, предоставленных Юрием Мнишеком, украинских казаков и небольшого отряда донских казаков, переходит русскую границу с целью отбить земли у незаконного царя, «узурпатора» Годунова. Следует отметить, что к тому времени смута, недовольство политикой правящего царя и вера в чудесное возвращение царевича Дмитрия и его возврат страны к благополучию во многом помогли Лжедмитрию: многие города добровольно сдавались подошедшему войску, а по мере успехов Лжедмитрия московское боярство все больше ожидало успешной смены правителя. Так, бояре внушили москвичам, что новый претендент и есть истинный сын Ивана IV Грозного, многие верили, что он улучшит положение народа в стране. К концу завоевательной экспедиции Лжедмитрий, скрывая от всех свою истинную веру и намерения, обещал народу вернуть благополучие и 20 июня 1605 года торжественно въехал в Москву. К этому времени надежды бояр использовать царя как собственный инструмент в управлении властью постепенно исчезали, и князь Василий Шуйский, еще недавно способствующий росту популярности Лжедмитрия в государстве, начал утверждать, что Лжедмитрий вовсе не сын Ивана Грозного, но ему уже никто не верил, а Лжедмитрий, венчавшийся на царство 30 июля 1605 года новоназначенным патриархом Игнатием, велел за клевету выслать князя из столицы.

Новый царь вернул из ссылки настоящую мать Дмитрия, инокиню Марфу, которая публично признала царя сыном, членов боярских семей, некогда гонимых Борисом Годуновым, а в их числе вернулся и получил сан митрополита Ростовского Федор Никитич (Филарет) Романов, отец первого царя династии Романовых, Михаила Федоровича.

Во время своего правления Лжедмитрий I не торопился исполнять обещания, данные польскому правительству, — вероятно оттого, что во время завоевания более значительная помощь поступала со стороны русского народа и московских бояр, а не поляков, бросивших его во время взятия Новгород-Северского. Тем не менее окружение нового русского царя пополнялось поляками, немцами, приезжали послы, воеводы, представители различных других иностранных знатных вельмож. Но Лжедмитрий и не отказывался от обещаний Сигизмунду: так, разоряя казну ради армии с целью подготовить союз с Польшей против турок и Крыма, он планировал нанести удар по Азову. Лжедмитрий понимал всю необходимость в сохранении дружественных отношений и с представителями римской церкви, ведя переписку с папой Павлом V, так как те в свою очередь ожидали введения католичества в русскую землю, а потому свадьба с Мариной Мнишек расценивалась ими весьма положительно.

Тем временем внутри страны все возрастало недовольство как поведением царя, так и поведением его многочисленного окружения, сплошь состоявшего к тому времени из иностранцев. Современники и историки утверждают, что неуважение правителя к культуре и традициям народа породили множество слухов. Историк Николай Карамзин пишет: «Лжедмитрий действовал как и прежде: ветрено и безрассудно; то желал снискать любовь россиян, то умышленно оскорблял их… Ненависть к иноземцам, падая и на пристрастного к ним Царя, ежедневно усиливалась в народе от их дерзости: например, с дозволения Лжедимитрия имея свободный вход в наши церкви, они бесчинно гремели там оружием, как бы готовясь к битве; опирались, ложились на гробы Святых». Не прекращались и злые слухи о самозванце, о том, что готовится покушение на царя. Получая доносы о злословиях с различных сторон, Лжедмитрий приказывал искать и судить изменников. А между тем семья Мнишек готовилась к вступлению в Москву и свадьбе дочери Марины и Лжедмитрия.

Вступление многочисленной польской свиты Мнишеков в Москву сопровождалось пышными торжествами, праздниками, щедрыми подарками от царя, пьяными разгулами. Не менее торжественно была проведена свадьба Лжедмитрия с Мариной Мнишек в Москве в начале мая 1606 года, притом жена царя принимать православие не желала, что ухудшало отношение народа к Лжедмитрию и его правлению. Однако брачные пиры продолжались, и несмотря на некоторые разногласия московских бояр с послами, торжественные выстрелы пушек и многочисленные поздравления, сопровождаемые музыкой, продолжались, а всеобщее недовольство текущим положением дел продолжало расти. Василий Шуйский, возвращенный из ссылки и приближенный к царю, обратил внимание на поведение царя, противоречащее местным порядкам во время празднества, в частности, царь употреблял в пищу телятину, считающуюся на родине «поганой едой», польские блюда, руки перед едой не мыл и так далее.

Свадьба царя и иноверки, последующие разгулы поляков, их оскорбления местных жителей, стрельба по людям и домам, насилие женщин, как указывают историки, и привели к подготовке заговора против царя.

Бояре во главе с Василием Шуйским, к которым примкнули князья Василий Голицын и Иван Куракин, а также некоторые купцы, сотники и пятидесятники готовились свергнуть царя. При этом до царя не раз доходили слухи о заговоре, приближенный царя воевода Петр Басманов говорил об этом, но царь и слушать не желал, грозясь казнить доносчиков, и к тому времени на фоне многочисленных пиров отошел от дел, не посчитав нужным усилить стражу. Накануне восстания боярам удалось занять большую часть московских ворот и отогнать немецких алебардщиков от Кремля. 17 мая 1606 года по всей Москве разнесся гул набата. Главы восстания Василий Шуйский, князья Голицын и Татищев выехали на Красную площадь, за ними устремились и жители, вооруженные копьями, мечами, самопалами, озлобленные на поляков и на царя, желавшие свергнуть предполагаемого бродягу и плута, вошли через Спасские ворота. «Князь Василий Шуйский, держа в одной руке меч, в другой — Распятие, въехал в Кремль, сошел с коня, в храме Успения приложился к святой иконе Владимирской и, воскликнув к тысячам: «во имя Божие идите на злого еретика!», — пишет Николай Карамзин о тех событиях. Царь, проснувшись от народного гула и шума, узнав от Басманова, в чем дело, пытался бежать и спрятаться у стрельцов, охранявших дворец, но подошедшее войско с боярами потребовали выдать самозванца. Вызвали Марфу, мать царя, требуя сказать, ее ли это родной сын.

До нас дошло несколько возможных версий ее речи о Лжедмитрии боярам, но в каждой из них содержится ответ: «Не мой».

За убийством царя и его приближенного Петра Басманова последовала жестокая расправа над убитыми. Труп самозванца был брошен рядом с телом Петра Басманова, было совершено посмертное поругание над царем. Иноземцы, иностранные приближенные царя и те, кто носил польские одежды, были изгнаны. В своих воспоминаниях иностранные послы и другие представители знати не скрывали знания о том, что царь не настоящий. Многие из них, как и русские приближенные царя Лжедмитрия, видели явные различия с истинным Дмитрием. Был ли это на самом деле Григорий Отрепьев? Многие иностранные представители не хотели верить, что под личиной грамотного самозванца, хорошо знающего русский язык, скрывается расстриженный лицедей, у которого хватило отваги на подобную авантюру. Однако после убийства царя пошла новая молва о том, что видели Лжедмитрия — кто живого, кто мертвого, что и дало почву для развития дальнейших событий.

Источник: www.gazeta.ru

You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.