Убитый сторонниками святополка борис был князем

Святые Борис и Глеб

Первые Святые русской земли — Борис и Глеб

Святые благоверные князья российские и страстотерпцы Борис и Глеб — первые русские канонизированные святые, совершившие свой духовный подвиг в XI веке. На протяжении десяти столетий люди помнят о них и молятся им, обращаются к небесным покровителям за помощью и за исцелением.

На некоторых православных русских иконах изображены два брата. Один постарше, с бородкой, другой по моложе. На них княжеские плащи, шапочки с круглым верхом и собольей опушкой. Братья стоят или едут рядом на легконогих лошадках: одна вороная, черная, другая — рыжая, смотрится почти красной. Это Борис и Глеб — первые святые русской земли.

История братьев Бориса и Глеба

Икона новгородской школы «Князь Владимир с сыновьями Борисом и Глебом», XV в.


Братья были младшими сыновьями киевского князя Владимира Святославовича — того самого, которого народ прозвал «Красным Солнышком». Борис и Глеб с молодых лет слышали непростую историю их отца. Ему пришлось поднять оружие на своего старшего брата Ярополка, борьба которого за княжескую власть привела к гибели их третьего брата — Олега. Одолев дружину брата, Владимир проявил великодушие и не собирался проливать родную кровь. Однако Ярополк все же погиб от мечей варягов, и его смерть тяжелым камнем лежала на душе у князя Владимира.

Распри между князьями привели к великому разорению русских земель. Воспользовавшись смутой, на Русь двинулись поляки и болгары, на южных ее рубежах совершали набеги степняки-печенеги. Владимиру Святославовичу не раз пришлось водить свою дружину в походы, освобождая и собирая под свое крыло захваченные уделы. После одного из таких походов (на Херсонес) киевский князь крестил своих подданных в водах Днепра.

Новая, православная, вера была по сердцу Борису и Глебу. Старший, Борис, хорошо знал грамоту, часто читал Священное Писание и говорил с братом о жизни великих христианских подвижников и мучеников. Примеры людей, не дрогнувших перед суровыми жизненными испытаниями и не поступившихся своей верой, вдохновляли братьев. Очень скоро им самим пришлось делать в жизни трудный выбор.


В 1015 году престарелый князь Владимир Святославович тяжело заболел и не смог возглавить очередной поход против печенегов. Вместо себя он отправил своего сына Бориса, который к тому времени уже почти четверть века княжил в городе Ростове. У Владимира было несколько сыновей, но его выбор пал на Бориса не случайно. Тот был хорошим воеводой, был добр к простому люду, его любила дружина.

Борьба братьев за княжество на Руси

В том походе сражаться Борису не пришлось. Печенеги, узнав о приближении грозной рати, ушли далеко в степи, а из Киева к тому времени пришли скорбные вести — скончался князь Владимир. Однако не только это печалило Бориса. Гонцы сообщали, что киевский престол захватил его старший брат Святополк. Опасаясь, что Борис тоже станет претендовать на престол, он задумал его убить.

Возмущенная дружина Бориса шумела, предлагая идти войной на Киев, силой взять престол и скинуть с него нелюбимого ими Святополка. Однако Борис прекрасно знал, к чему приведут такие действия. Пожар старой семейной драмы вновь готов был вспыхнуть, теперь уже опаляя детей князя Владимира. Руси опять грозило разорение, сотни дружинников могли погибнуть в княжеской схватке за власть.

Церковь Святых Бориса и Глеба, где покоятся их мощи. Вышгород

Смерть Бориса


Борис не хотел этого допустить. Он отпустил дружину и остался в своем шатре молиться. Он знал, что посланные Святополком убийцы уже недалеко. Они ворвались в шатер к князю утром и стали бить его копьями. Бориса пытался прикрыть своим телом его верный слуга — венгр Георгий. Не пощадили и его. Тело истекающего кровью князя завернули в ткань шатра, бросили на телегу и повезли в сторону Киева. У стен города Борис еще дышал. Довершая свое черное дело, убийцы закололи его мечами. Тело убитого князя было погребено в Вышгороде, у церкви святого Василия.

Смерть Глеба

В то время Святополк послал гонцов к Глебу, который княжил в Муроме. Гонцы сообщили Глебу, что князь Владимир тяжело заболел и зовет сына в Киев проститься перед смертью. На самом деле и Владимир, и Борис были уже мертвы. Этой хитростью Святополк пытался выманить из Мурома своего брата, чтобы расправиться и с ним. Глеб поверил гонцам и отправился в дорогу.

Неподалеку от Смоленска Глеба нашли другие вестники. Они были посланы четвертым сыном Владимира — Ярославом, который хотел сообщить брату, что отец их мертв, Борис убит, а жизнь Глеба находится в смертельной опасности. Глеб не пожелал верить этим ужасным словам. У него была возможность вернуться в Муром, окружить себя дружиной, переждать. Однако, как и его брат Борис, он не пожелал противиться злу и поехал навстречу своей гибели.

Смерть настигла Глеба на Днепре, в устье речки Медыни. Ладья убийц догнала ладью Глеба, и через несколько мгновений юный князь пал с перерезанным горлом. В летописях сказано, что тело убитого было брошено на берегу «между двумя колодами».

Проклятие Святополка Смердящего


Борис и Глеб почти добровольно приняли смерть, отказавшись от вооруженной борьбы со злокозненным братом, однако тому не суждено было долго править в Киеве. Осенью к стенам города подступила новгородская рать, возглавляемая Ярославом. Опасаясь расправы, Святополк бежал.

Но смириться с потерей власти он не мог и еще дважды появлялся у стен Киева. Первый раз он привел печенегов, второй раз — поляков. Святополк хотел добиться власти любыми путями. Ярослав боролся с братоубийцей долгих четыре года. Однажды он был вынужден даже бежать в Новгород, но в 1019 году Святополк все же был окончательно побежден. Решающий бой произошел у реки Альты — той самой, на берегу которой был убит князь Борис. Святополк же бежал в Польшу, где до конца своих дней не находил себе пристанища. В народе его прозвали Смердящим.

Борис и Глеб – первые русские святые

Святые князья Борис и Глеб верхом, икона

Тело Глеба было найдено через несколько лет. Чудесным образом его не коснулся тлен. Останки мученика были захоронены рядом с братом — в Вышгороде.


Впоследствии около могилы убиенных князей был освящен первый из Борисоглебских храмов. Его построил Ярослав Мудрый, а освящение каменной пятиглавой церкви 24 июля 1026 года совершил Иоанн, митрополит Киевский, вместе с собором местного духовенства.

В 1071 году Борис и Глеб были причислены к лику святых. Они не были ни монахами, ни отшельниками. Братья не ответили на зло насилием, приняли смерть и так стали первыми русскими страстотерпцами. Их память чтится 2 мая; в этот день мощи братьев были перенесены в новую церковь в Вышгороде. Святые Борис и Глеб были и остаются на Руси «небесными молитвенниками» за всех православных христиан.

Начало почитанию святых братьев-князей Бориса и Глеба положил тоже их брат Ярослав Мудрый после того, как занял в Киеве великокняжеский престол.

Летописцы единодушно сравнивали Святополка с другим братоубийцей, библейским Каином, имя которого стало нарицательным, и утверждали, что злодею до конца его дней нигде не нашлось покоя, и даже его могила источала зловоние и смрад.

Кровь же, пролитая Глебом и его братом, словно залила пожар междоусобных раздоров, горевший на Руси, память же о братьях навсегда пережила их, ибо сказано в Святом Писании: «Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить».

Временами, в ключевые моменты истории, образы братьев являются в мир, благословляя людей на духовные подвиги.

Благословение братьев Александру Невскому


В 1240 году в устье Невы вошли шведские корабли. Когда весть о вторжении врагов долетела до Новгорода, его князь Александр, не дожидаясь подмоги соседей, выступил со своей дружиной навстречу неприятельской эскадре. Легенда рассказывает, что в ночь перед битвой на водах реки в тумане появилась ладья, на которой стояли два святых брата. Они благословили новгородцев на ратный подвиг. Шведы были разбиты, и после той славной победы князя Александра стали называть Невским.

Борис и Глеб покровители рода Рюриковичей

Борис и Глеб стали первыми русскими святыми, покровителями царствующего рода Рюриковичей, и почитаются православной Церковью как чудотворцы-целители и страстотерпцы.

Источник: posmotrim.by

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб (в святом Крещении — Роман и Давид) — первые русские святые, канонизированные как Русской, так и Константинопольской Церковью. Они были младшими сыновьями святого равноапостольного князя Владимира (+ 15 июля 1015). Родившиеся незадолго до Крещения Руси святые братья были воспитаны в христианском благочестии. Старший из братьев — Борис получил хорошее образование. Он любил читать Священное Писание, творения святых отцов и особенно жития святых. Под их влиянием святой Борис возымел горячее желание подражать подвигу угодников Божиих и часто молился, чтобы Господь удостоил его такой чести.


Святой Глеб с раннего детства воспитывался вместе с братом и разделял его стремление посвятить жизнь исключительно служению Богу. Оба брата отличались милосердием и сердечной добротой, подражая примеру святого равноапостольного великого князя Владимира, милостивого и отзывчивого к бедным, больным, обездоленным.

Еще при жизни отца святой Борис получил в удел Ростов. Управляя своим княжеством, он проявил мудрость и кротость, заботясь прежде всего о насаждении Православной веры и утверждении благочестивого образа жизни среди подданных. Молодой князь прославился также как храбрый и искусный воин. Незадолго до своей смерти великий князь Владимир призвал Бориса в Киев и направил его с войском против печенегов. Когда последовала кончина равноапостольного князя Владимира, старший сын его Святополк, бывший в то время в Киеве, объявил себя великим князем Киевским. Святой Борис в это время возвращался из похода, так и не встретив печенегов, вероятно, испугавшихся его и ушедших в степи. Узнав о смерти отца, он сильно огорчился. Дружина уговаривала его пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но святой князь Борис, не желая междоусобной распри, распустил свое войско: «Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!»

Так повествует об этом летопись (перевод Д.Лихачева): “Когда Борис, выступив в поход и не встретив врага, возвращался обратно, прибыл к нему вестник и поведал ему о смерти отца.


ссказал он, как преставился отец его Василий (этим именем назван был Владимир в святом крещении) и как Святополк, утаив смерть отца своего, ночью разобрал помост в Берестове и, завернув тело в Ковер, спустил его на веревках на землю, отвез на санях поставил в церкви святой Богородицы. И как услышал это святой Борис, стал телом слабеть и все лицо его намокло от слез, обливаясь слезами, не в силах был говорить. Лишь в сердце своем так размышлял: «Увы мне, свет очей моих, сияние и заря лица моего, узда юности моей, наставник неопытности моей! Увы мне, отец и господин мой! К кому прибегну, к кому обращу взор свой? Где еще найду такую мудрость и как обойдусь без наставлений разума твоего? Увы мне, увы мне! Как же ты зашло, солнце мое, а меня не было там! Был бы я там, то сам бы своими руками честное тело твое убрал и могиле предал. Но не нес я доблестное тело твое, не сподобился целовать твои прекрасные седины. О блаженный, помяни меня в месте упокоения твоего! Сердце мое горит, душа моя разум смущает, и не знаю, к кому обратиться, кому поведать эту горькую печаль? Брату, которого я почитал как отца? Но тот, чувствую я, о мирской суете печется и убийство мое замышляет. Если он кровь мою прольет и на убийство мое решится, буду мучеником перед Господом моим. Не воспротивлюсь я, ибо написано: «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать». И в послании апостола сказано: «Кто говорит: «Я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец». И еще: «В любви нет страха, совершенная любовь изгоняет страх». Поэтому, что я скажу, что сделаю? Вот пойду к брату моему и скажу: «Будь мне отцом — ведь ты брат мой старший. Что повелишв мне, господин мой?»


И помышляя так в уме своем, пошел к брату своему и говорил в сердце своем: «Увижу ли я хотя бы братца моего младшего Глеба, как Иосиф Вениамина?» И решил в сердце своем: «Да будет воля Твоя, Господи!» Про себя же думал: «Если пойду в дом отца своего, то многие люди станут уговаривать меня прогнать брата, как поступал, ради славы и княжения в мире этом, отец мой до святого крещения. А все это преходящее и непрочно, как паутина. Куда я приду по отшествии своем из мира этого? Где окажусь тогда? Какой получу ответ? Где скрою множество грехов своих? Что приобрели братья отца моего или отец мой? Где их жизнь и слава мира сего, и багряницы, и пиры, серебро и золото, вина и меды, яства обильные, и резвые кони, и хоромы изукрашенные, и великие, и богатства многие, и дани и почести бесчисленные, и похвальба боярами своими. Всего этого будто и не было: все с ними исчезло, и ни от чего нет подспорья — ни от богатства, ни от множества рабов, ни от славы мира сего. Так и Соломон, все испытав, все видев, всем овладев и все собрав, говорил обо всем: «Суета сует — все суета!» Спасение только в добрых делах, в истинной вере и в нелицемерной любви».

Идя же путем своим, думал Борис о красоте и молодости своей и весь обливался слезами. И хотел сдержаться, но не мог. И все видевшие его тоже оплакивали юность его и его красоту телесную и духовную. И каждый в душе своей стенал от горести сердечной, и все были охвачены печалью.


Кто же не восплачется, представив перед очами сердца своего эту пагубную смерть?

Весь облик его был уныл, и сердце его святое было сокрушено, ибо был блаженный правдив и щедр, тих, кроток, смирен, всех он жалел и всем помогал.

Так помышлял в сердце своем богоблаженный Борис и говорил: «Знал я, что брата злые люди подстрекают на убийство мое и погубит он меня, и когда прольет кровь мою, то буду я мучеником перед Господом моим, и примет душу мою Владыка». Затем, забыв смертную скорбь, стал утешать он сердце свое Божьим словом: «Тот, кто пожертвует душой своей ради меня и моего учения, обретет и сохранит ее в жизни вечной». И пошел С радостным сердцем, говоря: «Господи Премилостивый, не отринь меня, на тебя уповающего, но спаси душу мою!»

Однако коварный и властолюбивый Святополк не поверил искренности Бориса; стремясь оградить себя от возможного соперничества брата, на стороне которого были симпатии народа и войска, он подослал к нему убийц. Святой Борис был извещен о таком вероломстве Святополка, но не стал скрываться и, подобно мученикам первых веков христианства, с готовностью встретил смерть. Убийцы настигли его, когда он молился за утреней в воскресный день 24 июля 1015 года в своем шатре на берегу реки Альты. После службы они ворвались в шатер к князю и пронзили его копьями. Любимый слуга святого князя Бориса — Георгий Угрин (родом венгр) бросился на защиту господина и немедленно был убит. Но святой Борис был еще жив. Выйдя из шатра, он стал горячо молиться, а потом обратился к убийцам: «Подходите, братия, кончите службу свою, и да будет мир брату Святополку и вам». Тогда один из них подошел и пронзил его копьем. Слуги Святополка повезли тело Бориса в Киев, по дороге им попались навстречу два варяга, посланных Святополком, чтобы ускорить дело. Варяги заметили, что князь еще жив, хотя и едва дышал. Тогда один из них мечом пронзил его сердце. Тело святого страстотерпца князя Бориса тайно привезли в Вышгород и положили в храме во имя святого Василия Великого.

После этого Святополк столь же вероломно умертвил святого князя Глеба. Коварно вызвав брата из его удела — Мурома, Святополк послал ему навстречу дружинников, чтобы убить святого Глеба по дороге. Князь Глеб уже знал о кончине отца и злодейском убийстве князя Бориса. Глубоко скорбя, он предпочел смерть, нежели войну с братом. Встреча святого Глеба с убийцами произошла в устье реки Смядыни, неподалеку от Смоленска.

В чем же состоял подвиг святых благоверных князей Бориса и Глеба? Какой смысл в том, чтобы вот так — без сопротивления погибнуть от рук убийц?

Жизнь святых страстотерпцев была принесена в жертву основному христианскому доброделанию — любви. «Кто говорит: «Я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец» (1 Ин. 4, 20). Святые братья сделали то, что было еще ново и непонятно для языческой Руси, привыкшей к кровной мести — они показали, что за зло нельзя воздавать злом, даже под угрозой смерти. «Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить» (Мф. 10, 28). Святые мученики Борис и Глеб отдали жизнь ради соблюдения послушания, на котором зиждется духовная жизнь человека и вообще всякая жизнь в обществе. «Видите ли, братия, — замечает преподобный Нестор Летописец, — как высока покорность старшему брату? Если бы они противились, то едва ли бы сподобились такого дара от Бога. Много ныне юных князей, которые не покоряются старшим и за сопротивление им бывают убиваемы. Но они не уподобляются благодати, какой удостоились сии святые».

Благоверные князья-страстотерпцы не захотели поднять руку на брата, но Господь Сам отомстил властолюбивому тирану: «Мне отмщение и аз воздам» (Рим. 12, 19).

В 1019 году князь Киевский Ярослав Мудрый, также один из сыновей равноапостольного князя Владимира, собрал войско и разбил дружину Святополка.

Обратимся вновь к летописи: “Блаженный же Борис возвратился и раскинул свой стан на Альте. И сказала ему дружина: «Пойди, сядь в Киеве на отчий княжеский стол — ведь все воины в твоих руках». Он же им отвечал: «Не могу я поднять руку на брата своего, к тому же еще и старейшего, которого чту я как отца». Услышав это, воины разошлись, и остался он только с отроками своими. И был день субботний. В тоске и печали, с удрученным сердцем вошел он в шатер свой и заплакал в сокрушении сердечном, но с душой просветленной, жалобно восклицая: «Не отвергай слез моих, Владыка, ибо уповаю я на тебя! Пусть удостоюсь участи рабов Твоих и разделю жребий со всеми Твоими святыми, ты Бог милостивый, и славу Тебе возносим вовеки! Аминь».

Вспомнил он о мучении и страданиях святого мученика Никиты и святого Вячеслава, которые были убиты так же, и о том, как убийцей святой Варвары был ее родной отец. И вспомнил слова премудрого Соломона: «Праведники вечно живут, и от Господа им награда и украшение им от всевышнего». И только этими словами утешался и радовался.

Между тем наступил вечер, и Борис повелел петь вечерню, а сам вошел в шатер свой и стал творить вечернюю молитву со слезами горькими, частым воздыханием и непрерывными стенаниями. Потом лег спать, и сон его тревожили тоскливые мысли и печаль горькая, и тяжелая, и страшная:, как претерпеть мучение и страдание, и окончить жизнь, и веру сохранить, и приуготовленный венец принять из рук вседержителя. И, проснувшись рано, увидел, что время уже утреннее. А был воскресный день. Сказал он священнику своему: «Вставай, начинай заутреню». Сам же, обувшись и умыв лицо свое, начал молиться к Господу Богу.

Посланные же Святополком пришли на Альту ночью, и подошли близко, и услышали голос блаженного страстотерпца, поющего на заутреню Псалтырь. И получил он уже весть о готовящемся убиении его. И начал петь: «Господи! Как умножились враги мои! Многие восстают на меня» — и остальные псалмы до конца. И, начавши петь по Псалтыри: «Окружили меня скопища псов и тельцы тучные обступили меня», продолжил: «Господи Боже мой! На тебя я уповаю, спаси меня!» И после этого пропел канон. И когда окончил заутреню, стал молиться, взирая на икону господню и говоря: «Господи Иисусе Христе! Как ты, в этом образе явившийся на землю и собственною волею давший пригвоздить себя к кресту и принять страдание за грехи наши, сподобь и меня так принять страдание!»

И когда услышал он зловещий шепот около шатра, то, затрепетал, и потекли слезы из глаз его, и промолвил: «Слава тебе, Господи, за все, ибо удостоил меня зависти ради принять сию горькую смерть и претерпеть все ради любви к заповедям твоим. Не захотел ты сам избегнуть мук, ничего не пожелал себе, последуй заповедям апостола: «Любовь долготерпелива, всему верит, не завидует и не превозносится». И еще: «В любви нет страха, ибо истинная любовь изгоняет страх». Поэтому, Владыка, душа моя в руках твоих всегда, ибо не забыл я твоей заповеди. Как господу угодно — так и будет». И когда увидели священник Борисов и отрок, прислуживающий князю, господина своего, объятого скорбью и печалью, то заплакали горько и сказали: «Милостивый и дорогой господин наш! Какой благости исполнен ты, что не восхотел ради любви Христовой воспротивиться брату, а ведь сколько воинов держал под рукой своей!» И, сказав это, опечалилась.

И вдруг увидел устремившихся к шатру, блеск оружия, обнаженные мечи. И без жалости пронзено было честное и многомилостивое тело святого и блаженного. Христова страстотерпца Бориса. Поразили его копьями окаянные: Путьша, Талец, Елович, Ляшко. Видя это, отрок его прикрыл собою тело блаженного, воскликнув: «Да не оставлю тебя, господин мой любимый, — где увядает красота тела твоего, тут и я сподоблюсь окончить жизнь свою!»

Был же он родом венгр, по имени Георгий, и наградил его князь золотой гривной [*], и был любим Борисом безмерно. Тут и его пронзили, и, раненный, выскочил он в оторопе из шатра. И заговорили стоящие около шатра: «Что стоите и смотрите! Начав, завершим поведенное нам». Услышав это, блаженный стал молиться и просить их, говоря: «Братья мои милые и любимые! Погодите немного, дайте помолиться богу». И воззрев на небо со слезами, и вознося вздохи горе, начал молиться такими словами: «Господи Боже мой многомилостивый и милостивый и премилостивый! Слава Тебе, что сподобил меня уйти от обольщений этой обманчивой жизни! Слава Тебе, щедрый дарователь жизни, что сподобил меня подвига достойного святых мучеников! Слава тебе, Владыка-Человеколюбец что сподобил меня совершить сокровенное желание сердца моего! Слава Тебе, Христос, слава безмерному, Твоему милосердию, ибо направил ты стоны мои на правый путь! Взгляни с высоты святости твоей и узри боль сердца моего, которую претерпел я от родственника моего — ведь ради Тебя умерщвляют меня в день сей. Меня уравняло с овном, уготованным на убой. Ведь Ты знаешь, Господа, не противлюсь я, не перечу и, имев под своей рукой, всех воинов отца моего и всех, кого любил отец мой, ничего не замышлял против брата моего. Он же сколько мог воздвиг против меня. «Если бы враг поносил меня — это я стерпел бы; если бы ненавистник мой клеветал на меня, — укрылся бы от него». Но ты, Господи, будь свидетель и сверши суд между мною и братом моим и не осуждай их, Господи, за грех этот, но прими с миром душу мою. Аминь».

И, воззрев на своих убийц горестным взглядом, с осунувшимся лицом, весь обливаясь слезами, промолвил: «Братья, приступивши — заканчивайте порученное вам. И да будет мир брату моему и вам, братья!»

И все, кто слышал слова его, не могли вымолвить ни слова от страха и печали горькой и слез обильных. С горькими воздыханиями жалобно сетовали и плакали, и каждый в душе своей стенал: «Увы нам, князь наш милостивый и блаженный, поводырь слепым, одежда нагим, посох старцам, наставник неразумным! Кто теперь их всех направит? Не восхотел славы мира сего, не восхотел веселиться с вельможами честными, не восхотел величия в жизни сей. Кто не поразится столь великому смирению, кто не смирится сам, видя и слыша его смирение?»

И так почил Борис, предав душу свою в руки Бога Живого в 24-й день месяца июля, за 9 дней до календ августовских.

Перебили и отроков многих. С Георгия же не могли снять гривны и, отрубив голову ему, отшвырнули ее прочь. Поэтому и не смогли опознать тела его.

Блаженного же Бориса, обернув в шатер, положили на телегу и повезли. И когда ехали бором, начал приподнимать он святую голову свою. Узнав об этом, Святополк послал двух варягов, и те пронзили Бориса мечом в сердце. И так скончался, восприняв неувядаемый венец. И, принесши тело его, положили в Вышгороде и погребли в земле у церкви святого Василия.”
Святополк, названный русским народом Окаянным, бежал в Польшу и, подобно первому братоубийце Каину, нигде не находил себе покоя и пристанища. Летописцы свидетельствуют, что даже от могилы его исходил смрад.

«С того времени, — пишет летописец, — затихла на Руси крамола». Кровь, пролитая святыми братьями ради предотвращения междоусобных распрей, явилась тем благодатным семенем, которое укрепляло единство Руси. Благоверные князья-страстотерпцы не только прославлены от Бога даром исцелений, но они — особые покровители, защитники Русской земли. Известны многие случаи их явления в трудное для нашего Отечества время, например, — святому Александру Невскому накануне Ледового побоища (1242), великому князю Димитрию Донскому в день Куликовской битвы (1380). Почитание святых Бориса и Глеба началось очень рано, вскоре после их кончины. Служба святым была составлена митрополитом Киевским Иоанном I (1008-1035).

Великий князь Киевский Ярослав Мудрый позаботился о том, чтобы разыскать останки святого Глеба, бывшие 4 года непогребенными, и совершил их погребение в Вышгороде, в храме во имя святого Василия Великого, рядом с мощами святого князя Бориса. Через некоторое время храм этот сгорел, мощи же остались невредимы, и от них совершалось много чудотворений. Один варяг неблагоговейно стал на могилу святых братьев, и внезапно исшедшее пламя опалило ему ноги. От мощей святых князей получил исцеление хромой отрок, сын жителя Вышгорода: святые Борис и Глеб явились отроку во сне и осенили крестом больную ногу. Мальчик пробудился от сна и встал совершенно здоровым. Благоверный князь Ярослав Мудрый построил на этом месте каменный пятиглавый храм, который был освящен 24 июля 1026 года митрополитом Киевским Иоанном с собором духовенства. Множество храмов и монастырей по всей Руси было посвящено святым князьям Борису и Глебу, фрески и иконы святых братьев-страстотерпцев также известны в многочисленных храмах Русской Церкви.

Источник: www.pravmir.ru

Веками убийство святых Бориса и Глеба приписывалось князю Святополку Окаянному. По просьбе Arzamas историк Савва Михеев рассказывает, как изучение шведских легенд и исландских саг позволило распутать детективную историю XI века и предположить, что в смерти Бориса виновен не Святополк, а Ярослав Мудрый

Подготовил Савва Михеев

Убитый сторонниками святополка борис был князем
Борис и Глеб с житием. Вторая половина XIV века. Государственная Третьяковская галерея © Heritage Images / Hulton Archive / Getty Images

В летописи князь Святополк, правивший Киевом, играет откровенно негативную роль: он вел долгую кровавую вражду с Ярославом Мудрым и заработал прозвище Окаянный — вероятно, за то, что, как считается, подослал убийц к своим братьям Борису, Глебу и Святославу. Однако, по всей видимости, этот образ был создан пристрастным летописцем,
а в реальности дело обстояло не столь однозначно.

Святополк наследовал титул правителя Киева от своего отца — или, точнее, отчима — Владимира Святославича, крестителя Руси, умершего 15 июля 1015 года. Владимир был очень женолюбив, и до крещения у него родилось множество детей от разных жен и наложниц. Святополк был единственным русским князем, у которого оказался отчим Рюрикович, так как после гибели Ярополка Святославича в 978 году его победитель и единокровный брат Владимир взял в жены вдову своего брата, вероятно, уже беременную Святополком. Таким образом, по словам летописца, Святополк «был от двух отцов». Новый киевский князь был женат на дочери польского короля Болеслава Храброго и имел налаженные связи с печенегами.

Примерным ровесником Святополка был Ярослав Владимирович (позднее прозванный Мудрым), который княжил в тот момент в Новгороде. Согласно русской летописи, написанной через пару десятилетий после этих событий, Ярослав собирался воевать с Владимиром, так как не хотел платить дань Киеву. После смерти отца Ярослав решил побороться за власть со Святополком. При этом в борьбе за власть Ярослав опирался на новгородцев и варягов-наемников, а вскоре взял в жены дочь могущественного шведского конунга Олава Ингигерд.

Между братьями (или двоюродными братьями) состоялось несколько сражений, победу одерживал то один, то другой. То Святополк бежал в Польшу и приходил на Киев с могучей польско-немецкой подмогой во главе со своим тестем Болеславом, польским королем, то Ярослав бежал в Новгород и нанимал варягов из-за моря, то Святополк отправлялся за помощью к печенегам. Около 1019 года окончательная победа досталась Ярославу, который правил Киевом до своей смерти в 1054 году, с небольшим перерывом на усобицу с братом Мстиславом, а Святополк полностью исчез со страниц летописей, получив впоследствии прозвище Окаянный. 

Среди множества жертв усобицы Ярослава и Святополка были и несколько их братьев: летопись донесла до нас имена князей Бориса, Глеба и Святослава Владимировичей, павших от рук убийц. К середине XI века у мест захоронения Бориса и Глеба в Вышгороде уже происходило поклонение и для их мощей была построена церковь. Новая редакция летописи, составлявшаяся, по‑видимому, в 1070-е годы, вскоре после торжественного перенесения мощей Бориса и Глеба в новую церковь в 1072 году, не могла не упомянуть об обстоятельствах гибели святых братьев. Согласно летописи, вскоре после смерти Владимира Святополк подослал к братьям убийц. На Бориса напали, когда он возвращался в Киев из похода на печенегов и молился перед сном в своем шатре. Князя ранили, а его слуге отрубили голову, чтобы снять золотую гривну (обруч), которая была у него на шее. Пока Бориса везли в Киев, Святополк узнал о том, что брат еще жив, и отправил двух варягов прикончить его, что и было исполнено. Глеба убили под Смоленском, когда он ехал в Киев, а Святослава убили по дороге в Венгрию, куда он пытался бежать.

Убитый сторонниками святополка борис был князем
Борис и Глеб. Псковская икона. Середина XIV века. Русский музей © Heritage Images / Hulton Fine Art Collection / Getty Images

Однако память об усобице Владимировичей сохранилась не только на Руси, но и в Скандинавии, куда вернулись после службы Ярославу наемные варяги. В исландской пряди (маленькой саге), известной по единственной рукописи конца XIV века, рассказывается о русских приключениях мелкого норвежского конунга Эймунда. В тексте есть следы более ранней редакции, в которой Эймунд, судя по всему, был представлен шведом, а не норвежцем. Эймунд и его побратим Рагнар с большим войском норманнов прибывают к Ярислейву (Ярославу) в Хольмгард (Новгород) вскоре после смерти его отца, ожидая столкновения Ярислейва с его братьями Буриславом, которому достался Кенугард (Киев), и Вартилавом, княжащим в Пальтескье (Полоцке). Побратимы нанимаются на службу к Ярислейву и активно помогают ему в борьбе с Буриславом. После первого столкновения с Буриславом Ярислейву достаются владения брата, затем он успешно защищается от нападения Бурислава, а накануне следующего нападения Эймунд убивает Бурислава при помощи хитрости: он отправляется навстречу приближающемуся войску Бурислава, угадывает место, где конунг установит шатер, пригибает веревкой дуб, стоящий над этим местом, дожидается прихода Бурислава, пробирается в его стан переодетым и привязывает веревку к золотому шару на флюгере шатра конунга, воспользовавшись опьянением его людей. Когда все засыпают, он дает знак перерубить веревку, дуб выпрямляется и срывает шатер, Эймунд нападает на спящих людей и убивает Бурислава, отрубая ему голову. Далее в пряди следует рассказ о службе Эймунда Вартилаву, не имеющий прямых связей с событиями, известными по русским источникам.

Пытаясь сопоставить версии летописи и Эймундовой пряди, исследователи перебрали все возможные и невозможные варианты. Высказывались предположения, что под именем Бурислава скрывается Болеслав, Борис, Святополк вместе с Болеславом. Одни историки видели в описании убийства Бурислава рассказ об убийстве Бориса по поручению Ярослава, а другие, напротив, думали, что в пряди повествуется о гибели Святополка. Никакого достоверного вывода сопоставление не дало.

Как оказалось, ключ к разгадке крылся в одной древней шведской легенде, которую, несомненно, знали и Ярослав, и Ингигерд, и Эймунд. Легенда гласит, что шведский конунг Агни, реальный прототип которого должен был жить за несколько веков до усобицы сыновей Владимира, погиб в результате повешения на золотой гривне: в строфе из поэмы «Перечень Инглингов» конца IX — начала X века норвежского скальда (поэта) Тьодольва из Хвинира образно говорится о том, что женщина по имени Скьяльв подвесила Агни на веревку за золотую гривну, а согласно анонимной латинской «Истории Норвегии», написанной во второй половине XII века, Агни «убила собственными руками его жена, повесив на дереве на золотой цепи». Исландец Снорри Стурлусон, живший в начале XIII века, пересказал историю Агни несколько подробнее в «Саге об Инглингах», первой части своей книги «Круг земной». По словам Снорри, Агни возвращался из удачного похода в Страну финнов, где захватил Скьяльв, дочь убитого им конунга, на которой он хотел жениться. На берегу пролива Стокксунд, на месте современного Стокгольма, Агни разбил шатры под высоким деревом на опушке леса, справил там тризну по убитому им отцу Скьяльв и пьяный лег спать, накрепко навязав на шею свою золотую гривну. По приказу Скьяльв спящего конунга подвесили на дерево при помощи веревки, привязав ее к золотой гривне. Эта гривна досталась Агни от его предка Висбура, род которого был навечно проклят из-за отказа вернуть эту гривну законным владельцам. Колдунья Хульд, наложившая проклятье, предрекла, что «убийство родича будет постоянно совершаться в роду Инглингов».

Как можно видеть, легенда об Агни сочетает в себе уникальные мотивы летописного рассказа об убийстве Бориса и скандинавского сказания о гибели Бурислава: кажущиеся здесь неуместными подробностями золотая гривна слуги Бориса и привязывание веревки к золотому шару на верхушке шатра Бурислава обретают смысл в легенде об Агни. Можно уверенно утверждать, что рассказ об убийстве Бурислава в Эймундовой пряди и описание гибели Бориса в русской летописи восходят к повествованию, обыгрывавшему своим сюжетом древнюю легенду о гибели Агни. Это повествование, несомненно, было посвящено реальному событию — заказному убийству одного из сыновей Владимира. При этом не подлежит сомнению, что в убийстве принимали участие скандинавы, коль скоро об этом говорится в обеих версиях рассказа. Мог ли убитый, названный в скандинавской пряди Буриславом, а в русской летописи Борисом, быть не Борисом, а Святополком? Мог, но это крайне маловероятно. Мог ли убийцей быть Святополк, как говорит летопись? Мог, но это тоже маловероятно, ведь никакими данными о связях Святополка со Скандинавией мы не располагаем. Проще всего совокупность известных нам данных объясняется при помощи следующего предположения: заказ на убийство Бориса поступил от его брата Ярослава Владимировича, прозванного в XIX веке Мудрым. Вопрос же о том, кто приказал убить Глеба и Святослава, остается открытым.  

Источник: arzamas.academy

Кто такие Борис и Глеб

Князья Борис и Глеб (в крещении Роман и Давид) — это первые святые, канонизованные Русской Церковью. До них них на нашей земле тоже были святые, но все они были прославлены позже.

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб — младшие сыновья киевского великого князя Владимира Святославича (равноапостольного князя Владимира). После смерти Владимира в 1015 году на русской земле началась жестокая междоусобная борьба за земли и великокняжеский престол. Бориса и Глеба убил их старший брат — Святополк, прозванный в народе Окаянным.

История жизни и мученической смерти Бориса и Глеба описана в двух книгах, знаменитых памятниках древнерусской литературы: «Сказание» Иакова Черноризца и «Чтение» Нестора Летописца.

Когда празднуется память святых благоверных князей-страстотерпцев Бориса и Глеба

Память святых Бориса и Глеба празднуется несколько раз в году:

15 мая по новому стилю — перенесение их мощей в новую церковь-усыпальницу в 1115 году, которую построил князь Изяслав Ярославич в Вышгороде.

6 августа по новому стилю — совместное празднование святым.

18 сентября по новому стилю — память святого князя Глеба.

Житие Бориса и Глеба

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб были младшими сыновьями святого равноапостольного князя Владимира. Они родились еще до Крещения Руси. Приняв Христа всем сердцем, киевский великий князь Владимир Святославич стал воспитывать младших сыновей в православной вере. Святой Борис был хорошо образовал, с радостью и  усердием читал Библию и жития святых. Святой Глеб не отставал от брата, и тоже интересовался верой и стремился жить в благочестии. Как известно, после принятия святого крещения их отец князь Владимир полностью изменил свою жизнь, оставил языческие грехи и стал для народа примером по-настоящему праведного правителя. Младшие сыновья, которым посчастливилось родиться в пору Крещения Руси, подражали примеру отца. Например, вместе с ним помогали бедным.

Когда братья подросли, Борису достался от отца город Ростов. Молодой князь правил им с мудростью. Незадолго до своей смерти Владимир призвал Бориса в Киев, дал ему войско и направил в поход против печенегов. Вскоре великий князь скончался, и его старший сын Святополк самовольно объявил себя великим князем Киевским, воспользовавшись тем, что Борис был в походе. Святой Борис не хотел оспаривать это решение — ему претила сама мысль о междоусобной войне. Борис распустил свое войско со словами: «Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!»

Но Святополк боялся, что брат передумает и силой отнимет у него киевский престол. Он подослал к Борису убийц. Несмотря на то, что святой Борис узнал о страшной угрозе, он не стал прятаться. На него напали с копьями прямо во время молитвы. Случилось это 24 июля 1015 года (6 августа по новому стилю) на берегу реки Альты. Князь погиб не сразу, первым убили его верного слугу Георгия Угрина, который бросился на защиту Бориса. Сам же святой на слабеющих ногах вышел из шатра, где молился, и сказал убийцам: «Подходите, братия, кончите службу свою, и да будет мир брату Святополку и вам». Тогда воины снова пронзили тело князя копьем.

Князь еще дышал, когда убийцы везли его в Киев, чтобы показать Святополку. По пути они встретили двух варягов, которых послал Святополк. Варяги увидели, что Борис еще жив, и добили святого ударом меча в сердце. Тело страстотерпца привезли в Вышгород и в тайне ото всех положили в храме во имя святого Василия Великого.

Святополк не остановился на одном убийстве. В то время Глеб княжил в Муроме. Старший брат отправил к нему воинов. Как и Борис, Глеб тоже заранее знал, что к нему подосланы убийцы. Но междоусобная война для него была страшнее смерти. Убийцы настигли князя в устье реки Смядыни, рядом со Смоленском.

После двойного убийства Святополк, которого в народе прозвали Окаянным, правил недолго. Закончил свои дни он в изгнании, ненавидимый всеми. Междоусобные войны постепенно прекратились. Подвиг смирения, послушания и кротости сделал Бориса и Глеба поистине народными святыми.

Великий князь Киевский Ярослав Мудрый отыскал мощи святого Глеба и положил их в храме во имя святого Василия Великого в Вышгороде — рядом с мощами святого князя Бориса. Святые останки братьев прославились многочисленными чудесами.

Сказание о Борисе и Глебе

Сказание о Борисе и Глебе — это памятник древнерусской литературы, который посвященн истории убийства сыновей князя Владимира — святых благоверных князей-страстотерпцев Бориса и Глеба. Как считают историки, написан он, скорее всего, Иаковом Черноризцец.

Сказание создано в середине XI века, во время правления Ярослава Мудрого. Позднее в книгу добавилось «Сказание о чудесах», написанное в 1089—1115 годах. Существует более 170 списков «Сказания о Борисе и Глебе», один из самых известных содержится в составе Успенского сборника конца XII-начала XIII веков.

Канонизация и почитание Бориса и Глеба на Руси

Борис и Глеб — первые канонизированные русские святые. Точная дата их канонизации неизвестна, у историков на этот счет есть разные мнения. Одни полагают, что братьев причислили к лику святых уже тогда, когда в 1020 году перенесли мощи Глеба с берега реки Смядыни в Вышгород и положили рядом с мощами Бориса в храме во имя святого Василия Великого. Другие думают, что почитание началось после того, как в 1021 году в Вышгороде возвели первую деревянную церковь во имя святых Бориса и Глеба.

Но большинство исследователей считают, что святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб были канонизировали, когда их мощи перенесли в новую каменную церковь. Произошло это в 1072 году по инициативе сыновей Ярослава Мудрого — князей Изяслава, Святослава и Всеволода, а также киевского митрополита Георгия.

Эти святые прославились многими чудесами, их почитали как заступников русской земли.

За что канонизировали Бориса и Глеба

Бориса и Глеба канонизировали как страстотерпцев. «Страстотерпец» — это один из чинов святости. Это святой, принявший мученическую смерть за исполнение Божиих Заповедей, и чаще всего — от рук единоверцев. Важная часть подвига страстотерпца — то, что мученик не держит зла на убийц и не сопротивляется.

Молитвы святым благоверным князьям-страстотерпцам Борису и Глебу

Тропарь святым благоверным князьям-страстотерпцам Борису и Глебу

Мученическою кровию порфиру окропивше светло, украшени предстоите, страдальцы славнии, Царю Безсмертному, и, венцы славы от Него приимше, молитеся стране нашей подати на враги одоление и душам нашим велию милость.

  1. Тропарь — Перенесение мощей святых благоверных князей-страстотерпцей Бориса и Глеба

Днесь церковная расширяются недра, приемлющи богатство Божия благодати, веселятся русстии собори, видяще преславная чудеса, яже творите приходящим к вам верою, святии чудотворцы Борисе и Глебе, молите Христа Бога, да спасет души наша.

  1. Кондак святым благоверным князьям-страстотерпцам Борису и Глебу

глас 4

Явися днесь в стране Русстей благодать исцеления всем, к вам, блаженнии, приходящим и вопиющим: радуйтеся, заступницы теплии.

Величание святым благоверным князьям-страстотерпцам Борису и Глебу

Величаем вас, страстотерпцы святии Борисе и Глебе, и чтим честная страдания ваша, яже за Христа претерпели есте.

Молитва перваясвятым благоверным князьям-страстотерпцам Борису и Глебу

О, двоице священная, братие прекраснии, доблии страстотерпцы Борисе и Глебе, от юности Христу верою, чистотою и любовию послужившии, и кровьми вашими яко багряницею украсившиися, и ныне со Христом царствующии!
Не забудите и нас сущих на земли, но, яко теплии заступницы, вашим сильным ходатайством пред Христом Богом нас помилуйте, юныя убо во святей вере и чистоте, повреждены от всякаго прилога неверия и нечистоты сохраните, и всех нас молящихся от всякия скорби, озлобления и внезапныя смерти избавите, укротите же всякую вражду и злобу, действом диавола от ближних и чуждих воздвизаемую.
Молим вас, христолюбивии страстотерпцы, споспешествуйте и правителем нашим к победе на враги, испросите у Великодаровитаго Владыки всем нам оставление прегрешений наших, единомыслие и здравие, избавление от нашествия иноплеменных, междоусобныя брани, язвы и глада.
Снабдевайте заступлением вашим град сей (или весь сию) и вся чтущия святую память вашу во веки веков. Аминь.


Молитва вторая святым благоверным князьям-страстотерпцам Борису и Глебу


Нет умения и сил прославить вас, святии братие! Вы небеснии люди и земнии ангелы, столпы и утверждение земли нашей. Помогите своему отечеству, вознесите молитву о всей земли Русской, о блаженное вместилище, приявшее ваши телеса честныя, как многоценное сокровище, блаженная церковь, в которой стоят ваши святые раки! И не только нашему племени дано было Богом спасение, но и всей земли. От всех стран туда приходят и безмездно получают исцеление.
О, блаженнии страстотерпцы Христовы, не забывайте отечества, где пожили вы телесно, не оставляйте его посещением, и в молитвах всегда молитесь о нас, чтобы не постигло нас зло и чтобы не коснулась болезнь телес ваших рабов. Ибо вам дана благодать молиться за нас. К вам прибегаем, умоляем вас, припадая к вам со слезами. Но надеясь на вашу молитву, возопием ко Спасу: Господи, поступи с нами милосердно, помилуй нас, ущедри, заступи молитвами пречестных Твоих страстотерпцев, не предай нас в поношение, но излей милость Твою на овец пажити Твоей, ибо Ты – Бог наш, Тебе славу возсылаем, Отцу и Сыну и Святому Духу. Аминь.


Молитва третья святым благоверным князьям-страстотерпцам Борису и Глебу


Возвеличим чудотворцы и мученики, звезды незаходимыя, сыны великаго князя Владимира, блаженнии Романе и Давиде, иже на земли ангелы и на небеси человеки Божий, кровию бо вашею всю землю Российскую освятисте. О, двоице священная, братия прекрасная, доблии страстотерпцы Борисе и Глебе, от юности Христу верою, чистотою и любовию послужившии, и кровьми своими, яко багряницею, украсившиися, и ныне со Христом царствующии! Не забудите и нас, сущих на земли, но, яко теплии заступницы, вашим сильным ходатайством пред Христом Богом сохраните юных во святей вере и чистоте неврежденными от всякаго прилога неверия и нечистоты, оградите всех нас от всякия скорби, озлоблений и напрасныя смерти, укротите всякую вражду и злобу, действом диавола воздвизаемую от ближних и чуждих. Молим вас, христолюбивии страстотерпцы, испросите у Великодаровитаго Владыки всем нам оставление прегрешений наших, единомыслие и здравие, избавление от нашествия иноплеменных, междоусобныя брани, язвы и глада. Снабдевайте своим заступлением страну нашу и всех, чтущих святую память вашу, во веки веков. Аминь.

Икона Бориса и Глеба

Святые Борис и ГлебИконы святых Бориса и Глеба начали писать сразу после их канонизации. Нестор-летописец пишет об их образе в своем «Чтении о святых Борисе и Глебе» и уточняет, что повелел написать образ Ярослав Мудрый.Но, скорее всего, как считают исследователи, иконография святых братье выработалась не раньше 1070-х годов, т. к. из более раннего периода не сохранилось ни одной иконы или фрески с их изображением. А вот вXI-первой половине XII веков мы уже видим образы Бориса и Глеба, например, на крестах-мощевиках.Традиционно Бориса и Глеба изображают на иконах вместе, они стоят в полный рост, одетые в княжеские одежды. В руках они держат крест — символ мученичества, или крест с мечом (меч — указание на то, что они князья и воины). Еще братьев изображают в небольшом развороте друг к другу, словно беседующих друг с другом.Со второй половины XIV века на Руси стали писать житийные иконы Бориса и Глеба. А в послемонгольский период их нередко изображают сидящими на конях.

 

Стихотворение о Борисе и Глебе. Борис Чичибабин

* * *

Ночью черниговской с гор араратских,

шерсткой ушей доставая до неба,

чад упасая от милостынь братских,

скачут лошадки Бориса и Глеба.

Плачет Господь с высоты осиянной.

Церкви горят золоченой известкой,

Меч навострил Святополк Окаянный.

Дышат убивцы за каждой березкой.

Еле касаясь камений Синая,

темного бора, воздушного хлеба,

беглою рысью кормильцев спасая,

скачут лошадки Бориса и Глеба.

Путают путь им лукавые черти.

Даль просыпается в россыпях солнца.

Бог не повинен ни в жизни, ни в смерти.

Мук не приявший вовек не спасется.

Киев поникнет, расплещется Волга,

глянет Царьград обреченно и слепо,

как от кровавых очей Святополка

скачут лошадки Бориса и Глеба.

Смертынька ждет их на выжженных пожнях,

нет им пристанища, будет им плохо,

коль не спасет их бездомный художник

бражник и плужник по имени Леха.

Пусть же вершится веселое чудо,

служится красками звонкая треба,

в райские кущи от здешнего худа

скачут лошадки Бориса и Глеба.

Бог-Вседержитель с лазоревой тверди

ласково стелет под ноженьки путь им.

Бог не повинен ни в жизни, ни в смерти.

Чад убиенных волшбою разбудим.

Ныне и присно по кручам Синая,

по полю русскому в русское небо,

ни колоска под собой не сминая,

скачут лошадки Бориса и Глеба.

1977 год

Храмы в честь Бориса и Глеба

>

За всю историю на Руси были построены сотни храмов в честь святых благоверных князей-страстотерпцей Бориса и Глеба. После их мученической смерти первой возвели деревянную церковь в Вышгороде, рядом со храмом, в который были положены их мощи и которых сгорел. В том пожаре останки святых братьев остались невредимыми.

К новому храму в честь Бориса и Глеба приезжали паломники: по Руси шла молва о чудесах и исцелениях от мощей святых страстотерпцев.

В 1240 году храм в Вышгороде разрушили монголы — мощи Бориса и Глеба были утрачены. На месте сгоревшей церкви построили новую, тоже деревянную. В 1651-ом ее сожгли поляки, в конце XVII века она была восстановлена. В 1860 году на этом месте поставили небольшую каменную церковь, которая сохранилась до наших дней.

Утерянные мощи неоднократно пытались найти, но все попытки увенчались неудачей. Почитание святых Бориса и Глеба было очень велико, в их честь строили храмы по всей русской земле — начиная от храмов на местах гибели каждого из братьев и заканчивая огромными соборами в крупнейших городах.

Церковь Бориса и Глеба в Дегунине

Расположен храм на Дегунинской улице в Москве, дом 18а.

Село Дегунино — древнее, самое раннее упоминание о нем мы встречаем в письменных документах 1336 года. В этом году Иван Калита пожаловал село княгине Ульянии с малыми детьми. В 1353-ом его сын — великий князь Симеон Гордый — завещал Дегунино своей жене княгине Марии. Наконец, в 1389 году Димитрий Донской подарил его своему сыну, князю Андрею.

Потом почти два века летописцы молчат о селе. И только в Писцовой книге 1584 года мы читаем, что Дегунино — вотчина кремлевской церкви Рождества и в селе есть «… церковь Борис и Глеб, древена, …, при церкви двор попов, двор церковного дьячка, да три кельи, да двор протопопа с братиею».

В Смутное время Дегунино было разорено, церковь уничтожена, и село вновь стало деревней. В 1623-1624 годах деревянный храм снова отстроили. Каменный храм возвели рядом с деревянным в 1866 году. В 1940-ом Борисоглебская церковь была закрыта,  колокольню разобрали на кирпичи. В здании церкви открыли трикотажную фабрику «Родина». В храме шили спортивные костюмы. В 1991 году храм вернули Русской Православной Церкви.


Памятник святым благоверным князьям Борису и Глебу

Памятник Борису и Глебу находится у стен Борисоглебского монастыря в городе Дмитрове. Его установили в 2006 году, проект принадлежит известному скульптору Александру Рукавишникову.

Монумент — по своему уникальный. Благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб изображены на одном пьедестале, и оба — на конях.

Борисоглебский монастырь в Торжке

Борисоглебский монастырь в Торжке основал в 1038 году бывший конюший равноапостольного князя Владимира — боярин Ефрем. Мученическая смерть святых Бориса и Глеба потрясла Ефрема настолько, что покинул светскую жизнь и основал монастырь на высоком берегу реки Тверцы.

Центром монастыря был каменный собор. Он простоял невредимым около 700 лет. В 1577 году при Иване Грозном к нему пристроили два придела. Когда в 1607-ом поляки брали Торжок и после пожаров, которые настигли город позже, храм и монастырь сильно пострадали.

Возрождать обитель начали во второй половине XVIII века. На месте древнего в 1785-1796 годах построили новый Борисоглебский собор. А в 1804-ом в монастыре заложили надвратную многоярусную церковь-колокольню. В нижнем ярусе был арочный проем — главный вход в монастырь. Во втором ярусе — церковь, в третьем — колокола.

В одной из башен размещалась монастырская библиотека. Верхную часть этой башни реставраторы восстановили в 1970-1980 годах.

Введенская церковь —  самая древняя постройка Борисоглебского монастыря. Она построена в XVII веке на месте сожженной поляками древней деревянной церкви. В XIX веке было пристроено крыльцо. Колокольня, увенчанная восьмигранным шатром, видимо, построена в одно время с церковью. Есть в обители еще одна церковь — Входо-Иерусалимская. Она построена в 1717 году.

Борисоглебский переулок в Москве

Борисоглебский — один из Арбатских переулков в Москве. Одно время — в 1962—1994 годах — переулок назывался улицей Писемского, в память о жившем здесь писателе Алексее Писемском.

Борисоглебский переулок начинается от улицы Новый Арбат (перед домом 22), проходит на север, постепенно поворачивая на северо-восток, пересекает Большую Молчановку и выходит на Поварскую улицу.

Переулок был назван в конце XVIII века по церкви Святых Бориса и Глеба, которая стояла на Поварской улице. Деревянная церковь известна с 1635 года, каменная церковь была построена в 1686—1690 годах; перестроена в 1799—1802 годах на средства генерал-майора П. Н. Жеребцова и его супруги. Снесена в 1936 году.

Народные традиции, связанные с днем памяти святых Бориса и Глеба

День памяти святых Бориса и Глеба в народе называли по-разному:Борис и Глеб Летние, Борис и Глеб бессонники, Борис и Глеб паликопны (гроза жжет копны), Зажинки, Начало жатвы, Именины снопа. Почти все традиции, связанные с этим днем, можно отнести к земледельческим.

Рекомендовано для использования на уроках ОПК. 

Источник: foma.ru

Убийство Бориса и Глеба

В это время в Киев возвращался из похода князь Борис со своей дружиной. На реке Альт ему сообщили печальные известия о смерти его отца и о том, что брат его захватил власть в Киеве. Дружина, которой руководил Борис, состоявшая, главным образом, из старых воинов Владимира, предложила молодому князю силой отобрать власть. Воспитание и братские чувства не позволили молодому человеку обнажить оружие на старшего брата. Такое поведение молодого князя было воспринято, как малодушие и трусость, поэтому большая часть дружины Бориса отправилась в Киев служить тамошнему князю.

Святополк тем временем отправился в Ижгород, чтобы лично убедиться в преданности тамошних бояр. Не веря простым словам, он потребовал от бояр в качестве доказательства их преданности принести ему голову Бориса. Бояре согласились и отправились на реку Альт, где стоял стан Бориса. Молодой князь молился в своем шатре. Убийцы дождались, пока он уснет, и убили его. Тело завернули в простыни и отправили Святополку. Так Борис был убит собственным братом.

убийство Бориса и Глеба

Святополк Окаянный продолжал свои злодеяния. После убийства Бориса, он отправил гонцов в Муром, которым правил другой его брат — Глеб. Гонцы передали князю весть о том, что Владимир тяжело болен, и хочет видеть своего сына. Обман сработал, и Глеб с малым войском отправился в Киев. Святополк велел организовать засаду и умертвить своего брата. Недалеко от Смоленска Глеб со своей дружиной был остановлен посланниками Ярослава, которые сообщили ему весть о смерти отца и предательстве брата. Глеб оплакивал отца. В это время его окружили убийцы. Малая дружина не смогла спасти князя, его убил собственный повар, в надежде угодить киевскому правителю. Убийство Бориса и Глеба было подлым шагом, а сами братья позже были причислены православной церковью к лику святых. Самого же Святополка народ за эти злодеяния окрестил "окаянный".

Новые злодеяния

Древлянский князь Святослав, узнав о случившемся, пришел в отчаяние. Не видя возможности противостоять Святополку, он решил бежать в Венгерское государство. Однако, Святополк предвидел это и его войско уже выдвинулось во владение Святослава. Вблизи Карпат они догнали князя и, как свидетельствуют летописцы, жестоко убили его. Так, Святополк окаянный, как народ начал называть его, умертвил уже трех своих братьев. Он не чувствовал за собой вины, но знал, что народ его может не простить. Поэтому он часто собирал людей и раздавал им деньги, меха и одежды, пытаясь купить их уважение.

Противостояние Святополка и Ярослава

В 1016 году Ярослав отправился наказать брата. Впервые они встретились возле города Любеч. Силы были равны, Святополк окаянный нанял для войны половцев. Однако, Ярослав, грамотный тактик, нанес поражение своему брату и въехал победителем в Киев. Святослав же бежал в Польшу и просил помощи у местного короля Болеслава. Польский король согласился предоставить свое войско и лично отправился в военный поход на Киев. У реки Буга Ярослав со своим войском встретил неприятеля. Поляки, войско которых состояло главным образом из немецких и венгерских наемников, храбро сражались и нанесли руссим поражение. С небольшой горсткой солдат Ярославу удалось добраться до Новгорода. Оттуда молодой князь хотел отправиться в Швецию, дабы там найти соратников в борьбе с Болеславом и Святополком. Новгородцы отговорили его от бегства. Одновременно с этим Болеслав со своим войском подошел к Киеву. Сопротивлялся город недолго и 14 августа 1018 года киевляне сдались. Болеслав, король Польши, въехал в Киев, чтобы провозгласить Святополка новым князем Киевским.

битва на реке Алте

Польский король, находя задачу решенной, отпустил по домам все наемное войско. Поляки же из его дружины были расквартированы по южным городам. Не знал еще Болеслав о коварстве и предательстве своего "ставленника", который боясь за посягательство поляков на свой престол, тайно отдал приказ убить всех воинов, с которыми пришел польский король. Резня была ужасной. Практически все навемное польское воиско было уничтожено, только Болеславу удалось спастись бегством.

В это время Ярослав собрал новое войско и отправился с ним в Киев. Святополк Окаянный не верил в преданность киевлян, а союзного войска поляков у него уже не было. Это вынудило его бежать к половцам, среди которых он и завербовал свою новую армию, с которой и отправился на Русь. Два войска сошлись на реке Альт в 1019 году, на том самом месте, где убийцы, подговоренные коварным Святополком, убили князя Бориса. В ходе битвы Святополк был вынужден отступить, но был настигнут одним из варяг, который и доставил его голову Ярославу.

Популярные статьи:


Список правителей России

Полтавская битва

Путь из варяг в греки

Император Павел 1

Присоединение Украины

 

Последние добавления:

Источник: istoriarusi.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.