Любовник ивана грозного

3 февраля 1565 года царь Иван Васильевич Грозный объявил о создании опричнины. В ходе последовавшего за этим террора с 1565 по 1572 год погибло около 4 тысяч человек. По историческим  меркам это немного. Население России составляло тогда от 5 до 8 миллионов человек. Только за одну Варфоломеевскую ночь 1572 года во Франции погибло более 30 тысяч человек. 

Однако кровавый круговорот опричнины до сих пор поражает воображение. Как умный и прогрессивный царь дошел до таких безобразий, почему его продвинутые приближенные с невиданной жестокостью убивали друг друга и зачем вообще России понадобилась опричнина?

«Майдан»

В воскресенье, 3 декабря 1564 года, царь Иван Васильевич, отстояв службу в Успенском соборе Кремля, простился с боярами и духовенством, забрал с собой семью и приближенных и уехал из Москвы в неизвестном направлении. С собой эксцентричный самодержец прихватил всю государственную казну.

Несколько недель о царе всея Великия, Малыя и Белыя Руси не было ни слуху ни духу. Он кочевал со своей свитой по всему Подмосковью, но нигде надолго не останавливался. Только в январе он засел в хорошо укрепленной Александровской слободе и оттуда прислал москвичам письмо. В нем царь жаловался на измены бояр и отрекался от престола. Бояр он подверг опале, а у простых москвичей попросил поддержки, объявив, что на них «гневу и опалы никоторыя нет».


Ошарашенная толпа выслушала письмо и заволновалась. У горожан и купцов накопилось много претензий к всемогущим боярам. К вечеру центр Москвы был заполнен народом. Начинался типичный «майдан». Выбранные народом делегаты прорвались в покои митрополита и объявили, что полностью поддерживают царя и готовы самолично поубивать всех бояр-изменников.

Народная поддержка позволила Ивану Грозному уже через месяц, 3 февраля 1565 года, объявить о создании опричнины. Его решение было встречено всеобщим ликованием. Но дальше началось нечто странное.

Европейский опыт

Собственно, ничего оригинального в решении царя не было. Иван IV, как и французский Людовик XI, английский Генрих VII, шведский Эрик XIV, всю жизнь сражался с удельными князьями и боярами за контроль над огромной раздробленной территорией. Это не была Россия в современном понимании. Это была разнополосица уделов, где московский царь имел свои строго ограниченные владения и вынужден был считаться с другими влиятельными землевладельцами.

Людовик XI сажал крупных феодалов в Бастилию и морил их там голодом. Генрих VII пытал своих феодалов в Тауэре. Эрик XIV казнил несколько сотен знатнейших аристократов Швеции. По пути коллег и пошел Иван Грозный, создавая опричнину.


Опричная система переводила большую часть русских земель в личное владение московского царя. Из этих владений он жаловал за службу своих опричников. Таким образом, бояре-землевладельцы лишались своих угодий и заодно реальной власти. А царь создавал преданную армию своих сторонников, которые должны были физически уничтожить самых могущественных бояр.

Для представителей захудалых дворянских родов и простолюдинов опричнина стала мощным социальным лифтом. Тысячи человек получили возможность вступить в личную гвардию царя и разжиться жалованьем и земельными угодьями. На «смотр» в опричники шли с тем же энтузиазмом, с каким сегодня идут на собеседование в «Гугл». Посадские жители — горожане и купечество — тоже поначалу поддерживали террор против обнаглевших бояр.

Террор

Обычно опричники наезжали «ко двору» боярина-изменника и громили все поместье. Мужчин убивали, женщин насиловали, хозяина тащили в пыточный подвал. Усадьбу конюшего Ивана Челяднина-Федорова царь разносил лично вместе со своими «кромешниками». Слуг боярина  посекли саблями. Оставшихся домочадцев загнали в сарай и там взорвали.

Допрашивать и пытать изменников могли месяцами. Казни оформлялись как чудовищные спектакли. Жертв четвертовали, подвешивали за ноги, сажали на кол, обливали кипятком. Главной задачей было сделать смерть как можно более медленной, зрелищной и мучительной.


Акции устрашения шли в комплекте с психологическим террором. Иван Грозный тщательно проработал форму одежды опричников и придумал для них модные аксессуары. Одевались опричники обычно в черное. Иногда косплеили монахов: во время служб, на которых царь играл роль игумна, они носили монашеское облачение. Выезжая на свои акции, они приторачивали к седлу песьи головы, к поясу привязывали небольшие метлы. Головы символизировали их собачье рвение. Метлы — чистку государства.

Постепенно опричнина стала государством в государстве. На опричных землях царь строил крепости и замки. Даже в Москве он переехал из ненавистного Кремля в Опричный двор — каменный дворец, спешно выстроенный на Неглинной. Но этого ему показалось мало. Постоянно опасаясь бунтов и заговоров, Иван решил создать опричную столицу в Вологде. Там появились каменная крепость, огромный собор и триста новых пушек. В Вологде царь планировал укрываться от врагов. А пока он жил с опричниками в Александровской слободе, где превратил опричнину в пародию на монашеский орден.

Другая его идея была — убежать от бояр в Лондон. В сентябре 1567 года царь дал тайную аудиенцию английскому послу Дженкинсону. Он просил у королевы Елизаветы убежища в Англии «для сбережения себя и своей семьи».

Бояре почувствовали, что царь дает слабину, и действительно организовали масштабный заговор. Они решили посадить на трон двоюродного брата Ивана Васильевича — князя Владимира Старицкого. Разделываясь с заговорщиками, Иван Грозный устроил множество впечатляющих расправ.


Митрополита Филиппа, поддерживавшего заговор, опричники выгнали из церкви прямо во время службы, избили метлами, усадили в сани и отправили в ссылку, где он вскоре умер. Конюшего Ивана Федорова царь велел привести в тронный зал, одеть в царские одежды и усадить на трон. Иван Васильевич поклонился Федорову в ноги и сказал: «Ты хотел занять мое место, вот, ныне ты великий князь». После этого он ударил «великого князя» кинжалом. Присутствовавшие опричники бросились на несчастного и добили его прямо на троне.

Чуть позднее царь приказал отравить князя Владимира Старицкого, его мать, жену и девятилетнюю дочь. Были убиты и его слуги.

Разгром

В 1569 году шведский король Эрик XIV, опасаясь заговора своих приближенных, попросил русских послов увезти его в Москву. Но спасти его не успели. Шведские герцоги убили своего короля. 

Эта смерть перепугала Ивана Грозного и усилила его паранойю. Решив, по некоторым данным, что Псков и Новгород собираются перейти на сторону Литвы, он выслал несколько сотен знатных семей из Пскова и устроил страшный зимний поход на Новгород. 

В январе 1570 года его опричники запытали и убили несколько сотен человек, подозревавшихся в связях с ливонцами. Обвиняемых бросали в реку Волхов и заталкивали под лед. Младенцев привязывали к матерям и вместе топили их в ледяной воде. В дополнение опричники разграбили 27 монастырей и знаменитый новгородский торг.


Летом царь решил повторить новгородский погром уже в Москве. В ходе своих «розысков» он открыл измену внутри самой опричнины. Пошли доносы, пытки, убийства. Опричнина начала пожирать сама себя. Были казнены ее лидеры. В это время страну накрыли чума, голод, бесконечные военные поражения. В 1571 году Москва была сожжена крымским ханом Девлетом-Гиреем. На следующий год Иван Грозный распустил опричнину. Она не достигла ни одной из заявленных целей.

Опричники

«Прескверными паразитами и маньяками» называл опричников князь Андрей Курбский. Хотя и среди них были по-настоящему яркие люди. Они недаром вошли в фольклор, романы и фильмы. Имя Малюты Скуратова вообще стало нарицательным. «Не так страшен царь, как его Малюта», — говорили в народе.

Самый худородный из опричников, провинциальный дворянин Григорий Лукьянович Скуратов-Бельский прославился своей невероятной жестокостью. Он лично громил поместья бояр-изменников, самостоятельно их пытал и собственноручно публично казнил. В 1569 году он возглавил опричное сыскное ведомство. В 1570-м руководил массовыми убийствами в Новгороде. В это же время он чрезвычайно удачно пристраивал замуж своих дочерей и родственниц. Через Марфу Собакину, которую Иван Грозный взял в жены, ему удалось породниться с самим царем. Из трех его дочерей одна в будущем стала царицей, другая — наследницей престола.

Основателем и идейным лидером опричнины был замечательный военачальник и толковый политик Алексей Басманов. Блестяще воевавший под Казанью, он рано столкнулся с эгоизмом и местничеством бояр, которые рады были в любой момент продать, предать и переметнуться на сторону врага. Именно ему пришла в голову идея личной гвардии царя, устроенной наподобие монашеского ордена.


Одним из первых Басманов предложил в опричнину своего сына Федора. Красавец Федор Басманов получил при опричном дворе должность кравчего и сделал довольно двусмысленную карьеру. Про него упорно говорили, что он был любовником царя. Так это или нет, но сюжет этот зажил своей жизнью.

Благодаря Федору Басманову русская литература и искусство не остались в стороне от гей-темы. Сначала его сочно описал Алексей Константинович Толстой в романе «Князь Серебряный». «Наиболее удавшееся ему изображение женоподобного Федьки Басманова, резкое до содомской наглости», — хвалил Толстого критик Аполлон Григорьев. 

В 1942 году гений советского кино Сергей Эйзенштейн пригласил на роль Федора в своем «Иване Грозном» Михаила Кузнецова, и пляски доморощенного гей-опричника в женском платье стали классикой мирового кинематографа.

Когда Иван Грозный начал разгром опричнины, он предложил Федору Басманову спасти свою жизнь, убив родного отца. Царский фаворит не колебался. Создатель опричнины Алексей Басманов был зарезан собственным сыном. Одновременно был убит и другой его сын, Петр Басманов. Но Федора это не спасло. Его отправили в ссылку, где он вскоре и умер при невыясненных обстоятельствах.

Источник: www.ridus.ru

Анастасия Захарьина-Юрьева


Вряд ли юный Иван Васильевич, венчанный на царство в 1547 году в возрасте 17 лет, мог предположить, насколько бурными будут его отношения с женщинами.

Напротив, юноша, рано потерявший отца и мать, стремился к теплу и семейному уюту.

Сразу после венчания Ивана на царство был объявлен смотр невест, в котором могли принять участие «боярские дочери» со всех уголков страны.

Такой метод был не нов — его в своё время использовал отец Ивана Василий III, перенявший традицию у византийских императоров.

Победительницей «конкурса» стала Анастасия Романовна Захарьина-Юрьева, племянница одного из опекунов малолетнего Ивана IV.

Род Захарьиных-Юрьевых, впоследствии прозвавшихся Романовыми, в недалёком будущем создаст новую царскую династию. Впрочем, в 1547 году, когда 17-летняя (по другим данным — 15-летняя) Анастасия выходила замуж за молодого царя, вряд ли кто-то думал о скором пресечении династии Рюриковичей.

Молодая царица, сама того не желая, вызвала раздражение влиятельных бояр. Род Захарьиных-Юрьевых в тот момент не относился к числу высшей русской знати, и выбор царя элита сочла плевком себе в лицо.


Зато царь Иван был счастлив. Анастасия не лезла в политические дела, зато могла успокоить вспыльчивого царя, что благотворно сказывалось не только на супруге, но и на всём государстве.

Впрочем, личную неприязнь царица испытывала к двум персонам из числа ближайшего окружения мужа — протопопу Сильвестру и окольничему Алексею Адашеву. Причины у Анастасии для этого были. В 1553 году во время тяжёлой болезни царя, когда речь зашла о наследнике, и Сильвестр, и Адашев готовы были присягнуть не сыну Ивана, а двоюродному брату царя, князю Владимиру Старицкому.

Анастасия родила мужу шестерых детей, однако до взрослых лет дожили лишь два сына — Иван и Фёдор. Иван, многие годы считавшийся наследником престола, погиб при трагических обстоятельствах, большинству известных по картине «Иван Грозный убивает своего сына». Фёдор же стал последним царём из династии Рюриковичей.

Царица Анастасия много времени проводила занимаясь вышиванием и имела собственную мастерскую. Искусствоведы, изучавшие работы, сделанные в мастерской царицы, считают их настоящими шедеврами. У первой супруги Ивана Грозного был несомненный талант художника.


Здоровье царицы подорвали роды и болезни. В 1559 году Анастасия заболела особенно тяжело. В августе 1560 года, после 13 лет брака, царица скончалась.

Иван Грозный полагал, что любимая жена стала жертвой отравителей. Современные учёные, в 2000 году проводившие исследование останков Анастасии, полагают, что подозрения эти имеют под собой основания. Спектральный анализ сохранившейся тёмно-русой косы царицы показал аномально высокое содержание ртути — излюбленного оружия отравителей эпохи Ивана Грозного.

Так или иначе, но смерть Анастасии самым серьёзным образом повлияла на царя, а вместе с ним и на страну. Сдерживать гнев Ивана Грозного стало некому. Кроме того, уверенный, что Анастасия стала жертвой убийц, царь начал проведение жёстких репрессий против тех, кого считал своими врагами.

Мария Темрюковна

После смерти Анастасии Иван Грозный, что называется, стал «катиться по наклонной». Современники и вовсе открыто говорили, что царь впал «во блуд». При этом ни одна из последующих жён и близко не могла сравниться с первой супругой, по которой Иван IV, очевидно, тосковал всю свою последующую жизнь.

Бояре Ивана Грозного, избавившись от ненавистной им Анастасии, уже через восемь дней предложили царю найти себе новую жену. Разумеется, ссылались они при этом на государственные интересы.


Новую невесту нашли на Кавказе — ей стала княжна Кучене, дочь кабардинского князя Темрюка. Приехавшая в Москву 15-летняя красотка с Кавказа очаровала царя, и 21 августа 1561 года в Успенском соборе Кремля состоялось венчание.

Предварительно, как всегда делалось в подобных случаях, княжна была крещена в православие под именем Мария Темрюковна.

В марте 1563 года царица Мария родила мужу сына, которого нарекли Василием, однако младенец умер в возрасте двух месяцев.

Второй брак царя не оправдал его ожиданий. Мария Темрюковна не могла заменить ему Анастасию. Более того, современники полагают, что темпераментная горянка не успокаивала, а разжигала гнев царя по отношению к тем, кого он считал «врагами».

Мария Темрюковна умерла 6 сентября 1569 года в Александровой слободе после возвращения из длительного путешествия в Вологду. Царь вновь заподозрил в этой смерти козни бояр, хотя оснований утверждать, что вторая жена Ивана Грозного разделила участь первой, нет.

Марфа Собакина

Как уже говорилось, православная церковь к вопросам брака относилась чрезвычайно щепетильно. Даже на второй брак разрешение было получить не так уж просто, третий разрешался в исключительных случаях, а о четвёртом речь не могла идти ни при каких обстоятельствах.

После смерти второй жены Иван Грозный решил подойти к «последнему шансу» со всей серьёзностью. В 1571 году был объявлен новый смотр невест, подобный тому, на котором была выбрана первая супруга Ивана Грозного.

На сей раз в отборе приняло участие более 2000 девушек, каждую из которых представляли лично монарху. Помимо собеседования, кандидаток подвергали и медосмотру.

Решив воспользоваться случаем, царь устроил личную жизнь и своего сына — одна из кандидаток, Евдокия Сабурова, была отдана в жёны царевичу Ивану Ивановичу.

Сам 41-летний царь остановил свой выбор на Марфе Собакиной, дочери небогатого коломенского дворянина.

Именно с царицей Марфой Васильевной пытался уединиться в отдельном кабинете выдававший себя за царя управдом Бунша из гайдаевской комедии «Иван Васильевич меняет профессию».

На самом деле же произошла не комедия, а трагедия. После обручения с царём в июне 1571 года Марфа Собакина тяжело заболела, причём её состояние только ухудшалось. Царь, однако, отменять свадьбу не стал — она состоялась 28 октября 1571 года в Александровской слободе.

Статус царицы Марфе не помог: она скончалась всего через 15 дней после свадьбы с Иваном Грозным. Царь, разумеется, вновь заподозрил козни врагов, и судьба тех, кто оказался под подозрением, была незавидной.

Анна Колтовская

Как уже говорилось, четвёртый брак церковь разрешить никак не могла. Но упрямый царь нашёл выход, объявив, что брак с Марфой считать браком нельзя, поскольку из-за болезни он не состоял с ней в интимной близости.

Грозный надавил на церковных первоиерархов, которые подтвердили его право на новый брак.

С новой невестой проблем не возникло — ей стала дочь дворянина Колтовского Анна, занявшая на смотре невест второе место вслед за Марфой Собакиной. Пышных торжеств на сей раз не было, но в мае 1572 года 41-летний русский царь вновь стал женатым человеком. Новой супруге на тот момент было около 16 лет.

После столь хитрых манёвров, на которые пошёл Иван Грозный, добиваясь этого брака, можно было ожидать, что он продлится как минимум не меньше, чем с Марией Темрюковной. Но на самом деле уже в сентябре 1572 года царица Анна была удалена в монастырь и вскоре пострижена в монахини с именем Дария.

Чем юная царица разгневала супруга, неизвестно. Столь краткое время брака исключает самое страшное для царских жён обвинение — в бесплодии. Сам Иван Грозный к тому времени уже не считал нужным кому-либо что-то объяснять. Поэтому, как ни странно, многие исследователи полагают, что юная красавица за четыре месяца просто надоела взрослому мужчине. Царь, ранее добивавшийся признания брака законным, вскоре с лёгкостью объявил его незаконным, избавившись от жены.

Четвёртая жена Ивана Грозного пережила не только его самого, но и всех его прочих жён, а также детей, Смутное время, и умерла в 1626 году, когда на престоле уже утвердился первый представитель новой династии Романовых. Многие годы Дария была игуменьей женского Тихвинского Введенского монастыря.

Мария Долгорукая

Четвёртый брак царя стал последним, который формально был признан церковью. Далее царь православный «блудил», махнув рукой на какую-либо законность в этом вопросе.

Мария Долгорукая — самый сомнительный персонаж в списке незаконных жён царя. История о ней не подтверждается какими бы то ни было убедительными доказательствами.

Якобы в ноябре 1573 года Иван Грозный взял в жёны 14-летнюю Марию Долгорукую. Однако в брачную ночь монарх обнаружил, что его пассия не является девственницей. Разгневанный царь приказал привязать Марию к повозке с лошадьми, которую направили в озеро, где несчастная и утонула.

Однако большинство историков считают, что эта история — миф, «раскрученный» разоблачителями Ивана Грозного.

Анна Васильчикова

В отличие от Долгорукой, Анна Васильчикова — персонаж реальный. С представительницей дворянского рода Васильчиковых Иван Грозный сблизился в 1574 году и через несколько месяцев женился на ней, не требуя благословения церкви. Из-за незаконного статуса новой царской свадьбы на ней не присутствовали многие влиятельные персоны, а был лишь «ближний круг царя».

На самом деле у Анны Васильчиковой не было ни единого шанса сохранить благосклонность царя в течение долгого времени. Царь перестал воспринимать супружеские отношения всерьёз — имея возможность дать своим фавориткам высокий статус, он не отказывался от неё, но с той же легкостью лишал надоевших пассий всего.

«Анна Вторая» продержалась около года, после чего разделила участь «Анны Первой» — её насильно постригли в монахини в Покровском монастыре Суздаля. В отличие от Колтовской, в опале Анна Васильчикова долго не прожила, скончавшись в 1577 году в том же монастыре, где приняла монашеский постриг.

Василиса Мелентьева

Как и в случае с Марией Долгорукой, само существование этой жены Ивана Грозного ставится историками под сомнение.

Известный историк Сергей Соловьёв, не отрицая существования Василисы Мелентьевой, пишет, что мы «не имеем права двух наложниц царя, Анну Васильчикову и Василису Мелентьеву, называть царицами, ибо он не венчался с ними, и в современных памятниках они царицами не называются».

Если принять существование Мелентьевой за истину, то следует сказать следующее. Её сближение с царём произошло после того, как царь охладел к Анне Васильчиковой. В отличие от других женщин Ивана Грозного, Василиса была вдовой, однако царя это нисколько не смущало.

Василиса Мелентьева разделила участь своих предшественниц — после нескольких месяцев романа с царём она попала в опалу, была пострижена в монахини и умерла в монастыре.

Мария Нагая

В 1580 году 50-летний Иван Грозный сделал последнюю попытку упорядочить личную жизнь, женившись на 27-летней дочери окольничего Фёдора Фёдоровича Нагого-Федца Марии. Дядей невесты был приближённый царя Афанасий Нагой, исполнявший обязанности русского посла в Крыму.

Брак, разумеется, не был освящён церковью, однако при этом свадьба состоялась вполне официально, хотя на ней присутствовали исключительно представители «ближнего круга» царя.

Царица Мария попасть в опалу к мужу попросту не успела. Иван Грозный, по мнению исследователей и по свидетельству иностранных послов при русском дворе того времени, к своим 50 годам был уже дряхлым стариком, страдавшим от целого букета различных болезней.

Несмотря на это, Мария в октябре 1582 года родила мужу сына, которого назвали Дмитрием. Судьба младшего сына Ивана Грозного сложилась не менее трагично, чем у его братьев — в возрасте 8 лет он погиб в Угличе. Гибель царевича Дмитрия стала одной из причин Смутного времени.

Не все знают, однако, что в Угличе царевич вместе с матерью оказался по воле своего брата Фёдора, в 1584 году взошедшего на престол после смерти отца.

Любви к младшему брату и к мачехе царь Фёдор Иванович не испытывал. К тому же, с точки зрения церкви, Дмитрий был незаконнорожденным и не мог претендовать на престол. В княжение ему был отдан город Углич, где он формально считался полновластным хозяином.

Марию, пережившую мужа, участь пострижения в монахини не миновала. Такое наказание ей было вынесено «за недосмотр» за погибшим сыном.

Вдовствующая царица, ставшая инокиней Марфой, будет одним из главный действующих лиц Смутного времени, когда на сцене появится её «чудесно спасшийся сын» — Лжедмитрий I.

Запутавшаяся в интригах женщина, лишившаяся единственного сына, умерла в 1611 году, на излёте Смутного времени. За пять лет до этого царевич Дмитрий был канонизирован православной церковью.

Источник: www.aif.ru

непросвященный ваш слуга покорный, Андрюшка по отчеству большевистскому, недавно(!) открыл для себя произведение А.С. Пушкина «Борис Годунов». стыдно признаться, да что поделаешь — ранее не читал, но не в этом соль, конечно же — чегой-то я, просто так что ли явлюсь сюда? ни в коем случае! а история вышла вот какая.
заинтересовал меня, как любителя неоднозначных и преданных кому-нибудь характеров, Басманов. я благополучно ввел фамилию сию в поисковик, на что мне выдали — Басманова Федора! к тому же Википедия собственной персоной любезно подметила то, что он считался любовником Ивана нашего Грозного. я пошел далее и обнаружил пару изображений — из экранизаций и постановки — от которых разум несчастного помутился.)) а к тому же — несколько фрагментов из занимательной статьи по теме.
надеюсь, учитывая то, что Федор присутствовал в некоторых классических книгах, это все не будет здесь некстати и вызовет интерес к замечательной исторической фигуре.

собственно, первое, что попалось мне на глаза — а старые наши постановки на сцене вообще отличны блистательными образами, вот и этот, на мой взгляд, не менее, чем восхитителен. и ведь что за взгляд! что за облик:

Любовник ивана грозного

ну и далее — пара кадров, вначале также старая экранизация, затем — новейшая, и обе — своеобразно поражают воображение:

Любовник ивана грозного

Любовник ивана грозного

я заметил — какой же этот Басманов везде разный! но везде потрясающе хорош.
и вот-с отрывки из статьи, некоторые просто огромный интерес представляют, я тут попытался любопытное вычленить и вот что вышло:

… Но от чего вообще завелась эта опричнина, некоторые исследователи обвиняют в ее зарождении заговор отца некоего вьюноши Фёдора Басманова. Это самый «тесно приближенный» опричник Ивана Грозного, стоявший у истоков всего этого безумия, сын Алексея Даниловича Басманова, фаворит и любовник!? царя Ивана Грозного.
«Первые любимцы Иоанновы: Вельможа Алексей Басманов, Воевода мужественный, но бесстыдный угодник тиранства и сын его, Крайчий Феодор, прекрасный лицом, гнусный душою, без коего Иоанн не мог ни веселиться на пирах, ни свирепствовать в убийствах!
Н. М. Карамзин, «История Государства Российского»
.
В своих сочинениях Курбский, к сообщениям которого принято относиться с долей скептицизма из-за глубокой вражды, питаемой им к Ивану, называет Фёдора Басманова „царёв любовник“.
Очевидно, Федор попал в фавор к царю ещё при жизни своего отца Алексея. Курбский в своих сочинениях обрушивается яростными нападками на некоего царского „потаковника“, который „детьми своими паче Кроновых жрецов действует“, как считается, намекая на выбранный Алексеем способ достичь высокого положения при дворе.
Интимный характер отношений Ивана Грозного с Фёдором Басмановым отмечали в своих записках иностранцы, посещавшие в то время Московское царство.
Альберт Шлихтинг в своём „Сказании“ писал о царе, что тот „Злоупотреблял любовью этого Федора, а он обычно подводил всех под гнев тирана“.
Как сообщает Соловьев, молодой князь Дмитрий Оболенский-Овчинин, племянник любимца великой княгини Елены Глинской, казнен был по одному известию за то, что поссорился с Федором Басмановым, и сказал ему: „Я и предки мои служили всегда с пользою государю, а ты служишь гнусною содомиею“. В следующий визит Оболенского во дворец его отвели в подвал, где он был задушен псарями.
Около 1570 года, когда его отец, видный боярин и военачальник Алексей Басманов, один из инициаторов опричнины, впал в опалу, по свидетельству князя Андрея Курбского, Фёдор убил своего отца.
Как считает М. Геллер, своего отца Фёдор Басманов убил, чтобы доказать любовь к царю. В рассказе Карамзина отец и сын были брошены в темницу вместе, и царь сказал, что помилует того, кто сумеет убить другого, Фёдор убил отца, но Иван Грозный сказал: «отца своего предал, предашь и царя!» и приказал его казнить.
С 1571 года имя Фёдора Басманова больше не упоминается, он числится в боярских списках выбывшим. В этом году он, предположительно, был казнен Иваном IV или же был сослан с семьей на Белоозеро, где умер в одной из монастырских тюрем.
В 1572 году опричное войско было ликвидировано.
Поговаривали даже, что вся эта жутко кровавая веха в истории, была следствием приворота к себе царя Федором Басмановым, а после его смерти, приворот перестал действовать и царь пришел в себя…

Источник: russian-classic.diary.ru

«То был молодой человек лет двадцати, необыкновенной красоты, но с неприятным, наглым выражением лица» — так знакомит нас А.К. Толстой с Фёдором Басмановым. Но «необыкновенная», практически женская красота Басманова никого не может обмануть. Перед нами опричник — жестокий слуга Ивана Грозного, один из его любимцев и — если верить некоторым источникам — его любовник. Правда это или нет — значения не имеет. Однако особое расположение царя к Фёдору очевидно.

Н.М. Карамзин писал: «Первые любимцы Иоанновы: Вельможа Алексей Басманов, Воевода мужественный, но бесстыдный угодник тиранства — сын его, крайчий Феодор, прекрасный лицом, гнусный душою, без коего Иоанн не мог ни веселиться на пирах, ни свирепствовать в убийствах». «Гнусный душою», «свирепствовать в убийствах»… Не одной красотой выделялся Феодор, не только за красное лицо любил его государь! Боялись грозного опричника за его жестокость, проявлял он себя ратным воином в боях против врагов государства.

Интересную параллель проводят некоторые увлечённые временем правления Ивана IV. В январе 1565 года появилась опричнина. Примерно в то же время дражайший сын Алексея Даниловича Басманова-Плещеева начал стремительное продвижение по службе и вскоре оказался в ближнем кругу царя. Правда, недолгим был его полёт: последнее упоминание имени Фёдора датируется 1571 годом. Невозможно сказать был он казнён или сослан на Белоозеро, однако Иван Васильевич остался без своего прекрасного кравчего. А в 1572 году опричнина прекращает своё существование. Объясняется эта закономерность следующим: по мнению некоторых людей, Фёдор Ивана приворожил, колдовством внушил царю его к нему — Басманову — любовь. А она уж (недаром у «колдуна» был скверный характер вкупе со склонностью к жестокости) породила мысль об опричнине, которая в скором времени была реализована.

Но вернёмся к Феодору Алексея Толстого, у которого, кстати, Басманов тоже колдовством баловался: ездил из Александровской слободы, где находилась в то время резиденция Ивана Грозного, к Москве к колдуну на мельницу, дабы добыть у него корень, что вернёт Басманову прежнее расположение царя. Ирония: колдовской мешочек на груди кравчего и сгубил. Но дело, в сущности, не в этом.

Толстой оговорился сразу: «Представляемый здесь рассказ имеет целию не столько описание каких-либо событий, сколько изображение общего характера целой эпохи… <…> Оставаясь верным истории в общих чертах, автор позволил себе некоторые отступления в подробностях, не имеющих исторической важности». Тут же он говорит и о том, что в своей повести «умертвил» Басманова на пять лет ранее положенного. В «Князе Серебряном» это 1565 год, т.е. первый год опричнины. Фёдор, по Толстому, уже фаворит государя и даже успевает наскучить ему, что идёт вразрез с мнением Д.М. Володина. Но мы не об «Опричнине и „псах государевых“» речь ведём.

Итак, каким представляет Алексей Константинович Басманова?

Как уже было сказано, Басманов у Толстого молодой и изумительно красивый. Писатель в первом же предложении, посвящённом ему, говорит об этом. И также отмечает его наглость. Образ Фёдора девиантен: опричник «одет был богаче других, носил, в противность обычаю, длинные волосы, бороды не имел вовсе, а в приёмах выказывал какую-то женоподобную небрежность». «Да мне вообще на вас на всех наплевать!» — словно кричит всё в нём, и это очень похоже на правду. Какое дело опричнику до мнения земских? Какое дело любимцу самого царя до других слуг государя?

Басманов играет свою роль — под настроение. Он специально жеманничает, ведёт себя «по-бабьи», подначивает собеседника и сам же смеётся над ним. Но кравчий ведёт свою игру: недаром Иван Грозный один за других казнит всех недругов фаворита.

В сравнение с Басмановым-лукавцем Толстой приводит Басманова-воина. Мы видим опричника в его стихии, когда он со своими людьми приходит на помощь к Серебряному и бьёт татар. Читателя охватывает чувство страха, но невольного уважения к Фёдору: он не только царёв любовник, пляшущий перед ним в бабьем летнике, но сильный, смелый воитель, способный постоять за себя (и не только!) без вмешательства государя. «Да что ты за саблю-то хватаешься? Меня этим не испугаешь. Как сам примусь за саблю, так ещё посмотрим, чья возьмёт!» — сказал он князю Серебряному, отвечая на невольное движение Никиты Романовича в сторону оружия, и ещё раз убеждает всех в своём мастерстве военного дела.

Следует отдельно упомянуть о разговоре Басманова с Серебряным. Точнее, о той его части, где Фёдор начинает жаловаться на царя. Слова опричника интересны: он недоволен государем, практически обвиняет его — а всё потому, что не все прихоти Феодора удовлетворены. Капризный или целеустремлённый? Вам решать!

В фильме «Царь Иван Грозный», снятом по повести «Князь Серебряный», Федору Басманова играет Дмитрий Писаренко. И вот сейчас я скажу то, что сказала за последние пару недель бесчисленное количество раз: Писаренко — эталон! По моему мнению, персонаж отыгран бесподобно. Актёр словно создан для роли: настолько гармонично он смотрится в образе Басманова. В том, что осталось от книжного.

Нельзя сказать, что Басманов в «Царе Иване Грозном» лучше или хуже Басманова из «Князя Серебряного». Некоторые черты персонажа не проявились в экранизации, а некоторые раскрылись полностью.

Начнём с того, что «отняли». А отняли у нас сцену сражения с татарами — Басманова-воина в фильме нет. И обиженного на царя Фёдора мы видим лишь однажды: когда кравчий обличает Вяземского. Зато подарили нам другие бесценные кадры. Зрителям предоставлена возможность увидеть взаимодействие Басманова с его окружением. И главное — с Иваном Грозным.

Со всеми Фёдор надменен, на всех глядит свысока, осознавая (и даже немного преувеличивая) своё превосходство. Он дерзок и самолюбив — и это всегда сходит ему с рук. Но наблюдать за тем, как он ведёт себя рядом с царём-батюшкой… чистый восторг, господа! Впитывать каждое слово, каждую интонацию, каждый жест, мимолётное движение, прикосновение, ловить взгляды и понимать, насколько сильно они друг на друга влияют. Во время каждого их разговора кажется, что вокруг никого нет — только Иван и Фёдор находятся в помещении: настолько интимным представляется всякий их контакт. Я не в состоянии описать всю гамму чувств, испытанных мною во время просмотра фильма, — смотрите сами. Поверьте, это того стоит. «Пусть мне Федора Басманов укажет», «много грехов я взял на душу на службе твоей», «свет мой, солнышко моё ясное», «а грехи-то у меня с тобой одни» — всё это вызывает дрожь и производит глубокое впечатление. Стоит ли говорить, что Фёдор с государем и дерзок, и ласков, и угодлив — в общем, проявляет себя совершенно по-разному. И это действительно увлекает.

Таким образом, мы видим, что Фёдор Басманов в «Князе Серебряном» и в «Царе Иване Грозном» показан несколько с разных сторон. Алексей Толстой в основном описывает, но описывает более поверхностно, несмотря на то что охватывает больше сторон личности опричника. Геннадий Васильев же сделал в своём фильме упор на психологическое восприятие. Он помог Толстому закончить начатое — передать колорит эпохи — и вместе с Дмитрием Писаренко создал интереснейшего персонажа — Фёдора Басманова.

Источник: ficbook.net


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.