В каком году россия стала республикой

Когда самодержавие было свергнуто, к власти в России пришло Временное правительство, где ведущая роль была отведена представителям партий кадетов и октябристов. Оно не смогло справиться с проблемами в социально-экономической сфере, зато стремилось довести Первую мировую войну до победного конца.

Все это привело к политическому кризису в апреле 1917 года.

В мае было создано Первое коалиционное правительство. Как и временное, оно не смогло стабилизировать ситуацию в стране — наладить снабжение в деревнях, улучшить положение в промышленности, достичь каких-либо успехов в решении вопросов национальной политики. В июне российская армия потерпела поражение при наступлении на германские и австро-венгерские войска. Все это привело к очередному кризису.

В июле было сформировано Второе коалиционное правительство, во главе которого встал Александр Керенский. Несмотря на все усилия, справиться с проблемами страны не смог и он.

Последней каплей стал конфликт с генералом Лавром Корниловым, который требовал установить военную диктатуру, ввести смертную казнь и ликвидировать революционно-демократические организации.


Не получив желаемого, Корнилов задумал переворот. Угрозу удалось ликвидировать, но события привели к очередному правительственному кризису. В знак солидарности с Корниловым кадеты подали в отставку.

14 сентября 1917 года коллегия министров Временного правительства объявила Россию республикой.

Постановление, которое носило форму манифеста, было опубликовано в официальном «Вестнике Временного правительства» 16 сентября 1917 года, и в тот же день оно было опубликовано в «Известиях ЦИК и Петроградского Совета».

«Мятеж генерала Корнилова подавлен. Но велика смута, внесенная им в ряды армии и страны. И снова велика опасность, угрожающая судьбе Родины и ее свободе. Считая нужным положить предел внешней неопределенности государственного строя, памятуя единодушное и восторженное признание республиканской идеи, которое сказалось на Московском государственном совещании,


Временное правительство объявляет, что государственный порядок, которым управляется Российское государство, есть порядок республиканский, и провозглашает Российскую республику»,

— говорилось в постановлении. В нем отмечалось, что приоритетная задача Временного правительства — восстановление государственного порядка и боеспособности армии. Расширять свой состав Временное правительство планировало «путем привлечения в свои ряды представителей всех тех элементов, кто вечные и общие интересы Родины ставит выше временных и частных интересов отдельных партий или классов».

В начале октября было сформировано Третье коалиционное правительство. Большевики тем временем активизировало подготовку к вооруженному восстанию. Российская социал-демократическая рабочая партия большевиков 23 октября приняла резолюцию, гласившую, что «вооруженное восстание неизбежно и вполне назрело». А 25 октября исполком Петроградского совета образовал Военно-революционный комитет, в состав которого вошел Военно-революционный центр ЦК партии большевиков,

созданный для «всесторонней и усиленнейшей подготовки вооруженного восстания».

Временное правительство оказалось не в состоянии справиться с управлением страной. Армия стремительно разваливалась, с февраля по ноябрь дезертировали 1,5 млн бойцов. Нормы хлеба в Петрограде и Москве уменьшились до 200 г на человека в сутки. Забастовочное движение в городах росло, в деревнях люди захватывали помещичьи земли.


К началу ноября большевики уже занимали до 90% мест в Петроградском совете и до 60% в Московском. На стороне большевиков оказались солдатские комитеты, Балтийский флот принял резолюцию о том, что более не подчиняется правительству.

За разгон Временного правительства выступали 600 рабочих и солдатских депутатов из 974.

6 ноября по распоряжению правительства юнкеры блокировали типографию «Труд», где печаталась большевистская газета «Рабочий путь», и захватили тираж газеты. Это стало началом восстания.

Ночью силы восставших перешли в активное наступление и одержали победу. Временное правительство было свергнуто. Российская республика прекратила свое существование, став Советской Россией.

Источник: www.gazeta.ru

Родился 4 февраля 1964 года в рабочем поселке Алексеевка Хвалынского района Саратовской области.

В 1986 году окончил Саратовский институт механизации сельского хозяйства имени М.И.Калинина, факультет организации и технологии ремонта машин по специальности «инженер-механик». В конце 80-х годов аспирант, ассистент, старший преподаватель, доцент института.


В 1990 году избран депутатом Саратовского городского совета.

В 1992 году назначен управляющим делами, заместителем главы администрации Саратова.

В 1993 году перешел на работу в Поволжский кадровый центр (с 1995 года – Поволжская академия государственной службы).

В 1994 году избран депутатом Саратовской областной Думы, избран заместителем председателя Саратовской областной Думы.

С апреля 1996 года – вице-губернатор, первый заместитель председателя правительства Саратовской области.

В декабре 1999 года избран депутатом Государственной Думы третьего созыва.

В сентябре 2001 года возглавил фракцию «Отечество – Вся Россия».

В декабре 2003 года избран депутатом Государственной Думы четвертого созыва по Балаковскому одномандатному избирательному округу (Саратовская область).

В декабре 2007 года избран депутатом Государственной Думы пятого созыва от Всероссийской политической партии «ЕДИНАЯ РОССИЯ».

С 2003 по 2010 год – заместитель Председателя Государственной Думы, первый заместитель руководителя фракции «ЕДИНАЯ РОССИЯ».

С 2005 по 2010 год – секретарь президиума Генерального совета Всероссийской политической партии «ЕДИНАЯ РОССИЯ».

В октябре 2010 года назначен заместителем Председателя Правительства – руководителем Аппарата Правительства.

С 27 декабря 2011 года – первый заместитель руководителя Администрации Президента Российской Федерации.

В сентябре 2016 года избран депутатом Государственной Думы седьмого созыва.

Источник: iacis.ru

Либерализм – наше ⁠всё?


Основные теоретические бои в политике XX века шли ⁠между марксизмом и либерализмом. Когда одного из ⁠двух бойцов после нокаута вынесли ⁠с ринга, ⁠казалось, либерализм окончательно ⁠победил. Но ⁠что такое либеральная демократия в современном мире? Это система, в которой избирательная активность граждан стремительно падает, где их влияние на политику обычно сводится к акту выбора меньшего зла из двух возможных, где выборам предшествуют скандалы, а следуют за ними протесты. Заговорив о кризисе представительной демократии, исследователи вспомнили: ведь либерализму всего 200 лет. До его изобретения – в греческих полисах, Риме, свободных городах и республиках Европы Средних веков и Нового времени – процветал другой тип совместной жизни, тоже утверждавший свободы человека и сообщества. Следуя римской манере, сейчас мы называем его республиканизмом или классической республиканской традицией.

За время господства либерализма в нас прочно укоренилось представление о ключевом значении честных и конкурентных выборов. О том, что политика и управление совместной жизнью – удел избранных, самых компетентных и достойных профессионалов. Ведь теперь кажется, что каждый должен заниматься своим делом: рабочий – работой, финансист – финансами, а политик – политикой. Ведь если, например, допустить горлопанов с улицы к дележу бюджетов и принятию решений о приоритетах, то они все спустят на сиюминутные радости либо погрязнут в хаотических спорах. Многие ли согласятся снизить температуру в батареях в городе ради экономии городских ресурсов? Или создать резервный фонд вместо поднятия пенсий и пособий?


В результате на Западе небольшой слой профессиональных политиков освобождает граждан от необходимости сообща решать вопросы совместной жизни. Такой «демократический деспотизм», по выражению Алексиса де Токвиля, ведет не к тому, что он репрессирует или давит граждан; нет, граждане, отдавая другим способность решать вопросы своей судьбы, просто деградируют до уровня хорошо ухоженного стада, о котором позаботится пастырь. В России стадо не так ухожено; но многие граждане тоже готовы отдать бремя принятия политических решений другим – как депутатам парламентов разных уровней, так и исполнительной власти. Со временем граждане видят все большую оторванность парламентов и прочих представительных органов от нормальных людей и теряют мотивацию ходить на выборы. Для них выборы – это способ раз в 4 или 5 лет поменять элиту, которая тобой правит, а не способ обеспечить себе доступ к власти. Республиканская традиция же гласит: именно доступ и участие важны. Важно не равенство изначальных условий социальной гонки за успехом или богатством (чего требует либерализм) и не равенство результатов распределения произведенных вместе богатств (чего требуют социализм и коммунизм), а важно равенство доступа к местам в исполнительной, законодательной и судебной власти.


Республиканизм говорит о расширении права доступа к площадкам принятия таких решений – о том, что все, кому небезразлична конкретная проблема, должны иметь равные шансы участия в ее решении (после соответствующей предварительной подготовки, конечно, так как сложные технические вопросы сегодняшней цивилизации нельзя решать с бухты-барахты). Механизм выборов для этого не подходит – нужны постоянно действующие каналы прямого участия рядовых граждан в совместной работе с чиновниками. Это и есть гарантия политических свобод. Для свободной жизни выборы и профессиональные представители народа не самое необходимое условие. Для ренессансных Венеции и Флоренции жребий играл большую роль, чем выборы; а Большой совет, куда входили все патриции, достигшие определенного возраста, не был институтом политического представительства. Там не «представляли» других, там действовали от лица себя. Да и сейчас горожане сами способны взвешенно принимать решения по поводу городской жизни, с учетом профессиональной экспертизы, представленной им. А аргумент о неизбежности профессионализации и представительных институтов (как сейчас можно собрать целый город на одной площади, да еще и получить рациональное принятие решений на таком сборище?) зачастую лишь ограничивает доступ граждан к площадкам, где принимаются решения, в результате чего площадки эти превращаются в «кормушки» или песочницы для игр недетского тщеславия чиновников.


Уже сейчас такие каналы доступа к площадкам принятия решений и правил по поводу общей жизни в России возможны. В них отчасти заинтересована местная региональная власть, и в каком-то виде они уже существуют. Но гражданам не приходит в голову требовать их расширения. Вместо этого требования сосредоточены на обеспечении честных выборов, обсуждается проблема контроля за телевидением, возлагаются надежды на мобилизующую силу твиттера и телеграма – на повестке дня лишь вопросы о том, как помочь немногим из толпы попасть в лифт, который вознесет отдельных граждан на высоты представительной демократии. Но вопрос, возможно, не в том, чтобы нами управляли лучшие, отобранные согласно честной и прозрачной процедуре. Возможно, свобода России заключается в том, чтобы обеспечить всем более или менее равное право не быть в воле другого, избранного или назначенного на несколько лет сидеть над нами. Не быть под произволом можно, лишь участвуя в создании тех правил вольной жизни, по которым мы могли бы жить.

Республиканская традиция

Равные шансы доступа к принятию решений и правил общей жизни – лишь одна из составляющих республиканизма. Не менее важна мотивация участия в политике – ради чего граждане тратят время на эту деятельность, которую им не оплачивают? Истории известно множество примеров работающей мотивации, о которой нынешняя политика забывает.


рмин «политика» идет от слова «полис», но греки ужаснулись бы, если бы борьбу за дележку национального бюджета и освоение контрактов придворными фирмами назвали «полисом». Дело в том, что полис был не только про столкновение интересов; он был и ареной, где можно было прожить значимую, уникальную жизнь, достойную стать примером для следующих поколений. Этот «полисный» аспект политической жизни почти что ушел из современной политики. Но без него политика превращается лишь в банку для пауков, пытающихся съесть друг друга в борьбе за влияние, контракты, богатство.

Ханна Арендт, более известная в России как первая исследовательница тоталитаризма, была теоретиком, возродившим внимание к республиканизму как к главному противоядию от тоталитарных тенденций ХХ века. Для нее греческий полис – это не только альтернатива стандартизирующему людей массовому обществу, так как полисная жизнь создает истории уникально значимой жизни, которые запишут для грядущих поколений фукидиды и плутархи, но это и попытка решить вопрос смысла жизни. В одиночку человек с ужасом смотрит в зеркало с вопросом «Что я? Кто я? Зачем я?». В совместном действии по решению проблем, значимых для полиса-города-республики, примеры достойной для подражания жизни, примеры уникально значимого действия рождаются автоматически. От греков и римлян эта идея досталась и нашим прапрадедам екатерининского и александровского веков.


В наш циничный век такой квазиантичный подход к политике как полисному, публично значимому делу кажется слишком напыщенным. Отчасти он дискредитирован большевиками, которые активно пытались взять его на вооружение в виде требования добровольного самопожертвования на благо Родины. А новых моделей нет. Последние 20–30 лет российского капитализма не дали истории примеров значимой жизни среди политиков и бизнесменов – так, чтобы равные по статусу и независимые сограждане увидели бы достойную модель для своих детей. Но мы видим и чувствуем, что это место пусто. Дело в том, что остаточное понимание именно такого – полисного, республиканского – участия в политике пришло к нам от обязательного для россиян чтения Пушкина и авторов его эпохи и из их античных образцов, которые мы временами воспроизводим, сами этого не осознавая.

Республиканизм на практике

За последние 30 лет в мире опробованы разные техники организации участия граждан в политике. Участие не значит, что каждый должен дежурить на вечевой площади, ожидая очередного голосования, – речь идет о равных шансах участия в органах исполнительной, законодательной и судебной власти.

Элементы этого в России всегда были. Напишите ее историю не как Карамзин – монархист, писавший с монархическими целями, – и вы увидите Россию Новгорода и Пскова, беглых и раскольников, казацкой вольницы и бесконечных пространств, где претензию на самодержавие элементарно ограничивают дистанция и стремление не уронить, удержать достоинство отдельного человека. Элементы республиканского участия есть и сейчас. Где-то всем жителям рассылают приглашения участвовать в работе комиссии по проблемам коммунального хозяйства, образования, транспорта и т.п. – люди должны являться на регулярные собрания, где их обучают совместной работе, и отсев незаинтересованных или менее сообразительных происходит сам собой. Где-то применяется жребий. Где-то жителям предлагается участвовать своими деньгами в тех проектах, которые они разрабатывают или поддерживают, где-то на реализацию таких проектов выделяется 2–5% местного бюджета. Реальная возможность что-то сделать, изменить к лучшему жизнь в своем городе дает людям достаточную мотивацию тратить на это личное время и силы. Так происходит и в России, где с 2014 года проходят подобные эксперименты в нескольких городах.

Для российских регионов и муниципалитетов это радикальная инновация. Из наших исследований мы знаем, что российские бюджеты разного уровня чаще всего функционируют как «общаки». Они находятся под контролем групп из 20–30–50 человек, которые монополизировали власть в данном городе или регионе и пресекают большинство попыток со стороны кого-либо еще повлиять на распределение бюджетов.

Более адекватная местная власть выигрывает от сотрудничества с жителями по нескольким причинам. Во-первых, таким образом действительно удается разрулить узкие места управленческой машины – то есть найти решения на площадках, где сталкиваются интересы разных групп, а такие решения гораздо более легитимны. Во-вторых, когда людей допускают к решению сложной проблемы, они могут убедиться, что проблема не надумана и простого решения нет. В-третьих, это добавляет очков мэрам и депутатам на следующих выборах, у них формируется настоящая база поддержки.

И хотя этот опыт участия в России пока мало развит, есть все основания полагать, что он будет распространяться. Те же самые россияне, которые презирают депутатов и чиновников, продают свои голоса на выборах и послушно садятся в автобусы на митинги в поддержку власти, – в то же время эффективно самоорганизуются в ситуации стихийных бедствий или замерзших батарей, коллективно, быстро и слаженно действуя в общих интересах. Точно так же в регионах, экспериментирующих с участием граждан, они дважды в неделю садятся за стол переговоров, чтобы спустя несколько месяцев добиться реального решения общей проблемы.

Едва ли можно себе представить, что в ближайшем будущем механизмы гражданского участия способны заменить выборы российского президента и депутатов Дум разного уровня. Но дополнить могут. Республиканские механизмы регулирования совместной жизни хорошо работали и работают в Европе Нового времени только на донациональном или наднациональном уровне. Дело в том, что национальные государства формируют постоянные армии и отряды полиции такой мощи, что классические республики типа Венеции или Дубровника со временем проигрывают им в военном соревновании. Но там, где люди живут до или вне государства (обычные примеры – муниципальное самоуправление или международные организации, где нет одного жандарма для всех), республиканские механизмы дают шанс жить свободно среди равных; жить не в воле другого. Теоретически о введении республиканских механизмов на уровне целой страны можно будет думать, только если они в полную силу заработают на уровне городских, сельских поселений и регионов. Для начала надо помочь росткам республиканизма расцвести, а островкам этой цветущей республиканской жизни – создать свой архипелаг. Это и будет противоядием от архипелага ГУЛАГ.

Олег Хархордин

Источник: tatpolit.com

 

14 сентября 1917 года Директория провозгласила Россию республикой.

Слово «республика», обозначающее государственный строй большинства современных государств, имеет такую давнюю историю, что им могут обозначаться совершенно противоположные формы государственного устройства. Примерно сотню лет назад в России в течение одного года было две республики – сильно друг от друга отличавшихся.

Сегодня, когда мы справляем 99-ю годовщину одной республики, которую через 7,5 недель сменила другая, стоит поговорить о том, что республика – это не правильные слова, а правильные дела.

Неторопливая республика

Февральскую революцию мы зовём Февральской в память о старом стиле летоисчисления. По новому она была бы мартовской, а новая (не слишком новая, если честно) власть Российской империи – Временное правительство – появилась 15 марта (2-го по старому стилю). Таким образом, ровно полгода господа революционеры носили красные банты, так сказать, авансом. И лишь затем решили признаться себе и всему миру: Россия таки республика. Продержалась эта республика, если без авансовых 6 месяцев, 52 дня.

Вероятно, во многом из-за скоропостижной замены одной республики другой, множество коллизий того времени к сегодняшнему дню подзабыты. Итак, почему тянули целых полгода?

Во-первых, нужно помнить, что Временное правительство было своего рода отражением и продолжением Государственной думы Российской империи: 8 из 11 его членов (первого состава, но и дальше влияние сохранялось) были либо действующими, либо бывшими депутатами, а один из них – министр путей сообщения Николай Виссарионович Некрасов – даже товарищем председателя ГД (вице-спикером). К слову, при советской власти в 1937-м он получил орден Трудового Красного Знамени за досрочный пуск канала Москва – Волга. Проблему же того, как и почему Государственная дума оказалась лишь имитацией реформ, мы уже разбирали.

Во-вторых, явным желанием Временного правительства было как можно менее нести ответственность (известно как принцип непредрешенчества): собёрется Учредительное собрание, и уж оно решит, как жить дальше. А мы так, пока за него распоряжаемся. Поэтому определить, каков на сегодня государственный строй в России (проще говоря, куда идём и что делаем – в стране война, на минуточку) мы никому не дадим, да и сами воздержимся.

Так и оставалась Россия монархией со свергнутым царём.

Какие дела поважнее государства

Можно вспомнить, чем всё это время правительство непредрешенцев занималось.

1. Распустило Департамент полиции и корпус жандармов.

2. Начало чистку командного состава армии, точнее в первую очередь избавление от нелояльных, что стало первым шагом к её (армии) развалу. Деникин, Корнилов и Колчак стали главными фигурантами событий конца 1917-1920 годов не столько из-за своего собственного дореволюционного положения, сколько из-за близости к Временному правительству. Поэтому когда мы говорим о том, что половина всего офицерского корпуса затем оказалась в Красной Армии, нужно помнить, что некоторых из них Временное правительство туда привело за ручку.

3. Объявило амнистию или уполовинило сроки заключённым. Так или иначе на свободе вместе с амнистированными политическими оказалось около 100 тысяч уголовников, известных потом как «птенцы Керенского».

4. Арестовало царя и его семью. Постановление о чём было принято уже 20 марта, хотя сам арест состоялся позже.

5. Восстановило военно-полевые суды (это уже лето), которые само же и отменило весной. Но помешать армии разваливаться это уже не могло.

Да и не только одной лишь армии. Строго говоря, с марта по октябрь сменилось целых три состава правительства, которые лишь чудом пережили две попытки переворота: июльское восстание и корниловский мятеж. Да, того самого Корнилова, за несколько месяцев сделавшего карьеру с командующего войсками Петроградским округом до Верховного главнокомандующего. Но вспоминая итоги деятельности тех, кого Лавр Георгиевич пытался отстранить от власти, сложно его уж слишком укорять.

Кстати, в сентябре 1917-го Россия стала республикой только с третьей попытки. До этого непредрешенцы соответствующее предложение Керенского дважды отклоняли (июль, август). Отклонили бы, пожалуй, и в сентябре, если бы не постепенное усиление Керенского в политической системе послереволюционной России. С июля он не только военный и морской министр, но и глава правительства. Уже начинали называть узурпатором. А тут узурпатор так удачно (снова) предлагает зафиксировать республиканское государственное устройство. Отлично, пусть сам себя и ограничивает.

Таким образом, в основе своей непредрешенчество было лишь формой борьбы за власть: путём ограничения власти коллег по коалиционному правительству.

Что изменилось?

Объявление России республикой не было одним только формальным актом: «Мы – республика, переходим к следующему вопросу в повестке».

Первым делом это стимулировало отпадение национальных автономий. Процесс в правительстве  запустили ещё весной 1917 года, признав право Польши на самоопределение (правда, при обязательном условии свободного военного союза с Россией). Однако остальным в нём отказали. А финляндский сейм, провозгласивший независимость по осени, так вообще разогнали.

При  этом и с украинской Центральной радой, и с остальными участниками «парада суверенитетов» Временное правительство строило отношения в духе такого непредрешенчества: мол, не приставайте к нам, дождитесь Учредительного собрания – и будет вам счастье. У республики Керенского не было механизма удержать окраины, несмотря на заявленный курс на сохранение «единой и неделимой»: смена государственного устройства лишила этот курс фундамента.

С другой стороны, Керенский явно понимал, к чему всё идёт. А потому кроме провозглашения республики была учреждена Директория, куда вошёл сам Керенский, Михаил Терещенко, Александр Верховский, Дмитрий Вердеревский, Алексей Никитин. Почему именно они? Глава правительства, глава МИД, военный и морской министры, министр почт и телеграфов – власть, сила, связь. Эдакий генштаб. Можно называть это узурпаторством, но правильнее считать попыткой прекратить бардак и одновременно создать орган для оперативного реагирования на непредвиденные ситуации. Решение столь же верное, сколь и запоздалое, тем более, что конечным сроком существования Директории было обозначено начало работы нового коалиционного правительства (работу предыдущего прекратил мятеж Корнилова).

***

Какие выводы можно сделать из вышесказанного?

Эта поучительная история даёт нам понимание того, почему годовщину создания республики в России мы привыкли отмечать немного позже – 7 ноября. Да и помним только о ней, а её предшественницу благополучно забыли. Потому что мало республику провозгласить, нужно суметь её защитить, а также привести в соответствие с изначальным смыслом (res publica – общее дело). Подход к снаряду в 1917 году совершили многие, получилось только у большевиков. Они и продолжили российскую государственность, от которой ведёт свою преемственность и нынешняя РФ.

Отсюда и второй вывод: государство никогда не строится игроками в политику – государство строится только государственниками.

Источник: histrf.ru

1 (14) сентября 1917 г. постановлением Временного правительства была провозглашена Российская республика.

После революционных событий февраля 1917 г. в России одновременно были созданы два органа власти — власть буржуазии в лице Временного правительства и революционно-демократическая диктатура пролетариата и крестьянства — Советы. 3 (16) июля 1917 г. в Петрограде начались стихийные антиправительственные демонстрации солдат, рабочих и матросов, вылившиеся в июльский политический кризис, который привёл к завершению периода «двоевластия» и переходу власти в руки Временного правительства. 1 (14) сентября 1917 г. согласно Постановлению Временного правительства Россия была провозглашена республикой. Все вопросы устройства России в будущем должно было решить Учредительное собрание.

В Постановлении от 1 (14) сентября 1917 г. говорилось: «Мятеж генерала Корнилова подавлен. Но велика смута, внесённая им в ряды армии и страны. И снова велика опасность, угрожающая судьбе Родины и её свободе. Считая нужным положить предел внешней неопределённости государственного строя, памятуя единодушное и восторженное признание республиканской идеи, которое сказалось на Московском государственном совещании, Временное правительство объявляет, что государственный порядок, которым управляется Российское государство, есть порядок республиканский, и провозглашает Российскую республику. Срочная необходимость принятия немедленных и решительных мер для восстановления потрясённого государственного порядка побудила Временное правительство передать полноту своей власти по управлению пяти лицам из его состава во главе с министром-председателем. Временное правительство своей главной задачей считает восстановление государственного порядка и боеспособности армии. Убеждённое в том, что только сосредоточение всех живых сил страны может вывести Родину из того тяжёлого положения, в котором она находится. Временное правительство будет стремиться к расширению своего состава путём привлечения в свои ряды представителей всех тех элементов, кто вечные и общие интересы Родины ставит выше временных и частных интересов отдельных партий или классов. Временное правительство не сомневается в том, что эта задача будет им исполнена в течение ближайших дней». Постановление было подписано министром-председателем А. Ф. Керенским и министром юстиции А. С. Зарудным.

12 (25) сентября было созвано Всероссийское демократическое совещание, на расширенном заседании президиума которого было принято решение о создании Предпарламента. Для разработки будущей Конституции России была создана специальная конституционная комиссия под председательством профессора государственного права Н. И. Лазаревского, а затем известного историка В. М. Гессена.

25 октября (7 ноября) 1917 г. деятельность всех органов Временного правительства была прекращена.

Лит.: Милюков П. Н. «История второй русской революции». Минск, 2002; Смыкалин А. С. «Конституция Российской демократической Федеративной республики 1917 года» // Чиновникъ. 2002. № 202 (18); Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 5, 6. М., 1991.

Источник: www.prlib.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.