Начало массовой коллективизации год

Успешное промышленное строительство и трудовой подъем рабочего класса имели важное значение для социалистической перестройки сельского хозяйства. Со второй половины 1929 года в СССР начался бурный рост коллективных хозяйств — колхозов.

Коллективизация сельского хозяйства диктовалась объективной необходимостью коренного изменения производственных отношений в деревне. Нельзя было строить социализм на двух разных социально-экономических основах — на основе передовой социалистической промышленности, с одной стороны, и мелкого крестьянского хозяйства — с другой.

В то время как социалистическая промышленность развивалась быстрыми темпами, в мелком крестьянском хозяйстве не всегда осуществлялось даже простое воспроизводство. Для достижения победы социализма требовалось социалистическое переустройство сельского хозяйства.

Коллективизация была единственным путем к освобождению крестьян от кулацкой эксплуатации и неуклонному подъему их материального благосостояния и культуры. Только она позволяла добиться высокого уровня производительности и товарности сельского хозяйства, обеспечить страну продовольствием и сырьем.


С целью укрепления материальной базы коллективного сельского хозяйства Коммунистическая партия и Советское правительство организовали прокатные пункты, тракторные колонны, машинно-тракторные станции (МТС). Первая машинно-тракторная станция возникла в ноябре 1928 года на базе тракторного отряда совхоза имени Т. Г. Шевченко в Одесском округе Украинской ССР.

В течение 1929 года были созданы 102 такие станции и организован их всесоюзный центр — «Трактороцентр». Машинно-тракторные станции явились особой формой государственных предприятий, опорными пунктами в деле социалистического переустройства сельского хозяйства и помощи крестьянству со стороны Советского государства.

Первостепенную важность для перехода крестьян на путь коллективного хозяйства имели огромный рост простейших видов кооперации и воспитание на этом крестьян в духе коллективизма. Значительную роль также сыграли уже существовавшие колхозы, на примере которых крестьяне убеждались в преимуществах коллективных форм хозяйства.

Большое влияние на крестьян оказывали и совхозы. Они не только демонстрировали выгодность крупного механизированного хозяйства, но и помогали крестьянам своими тракторами, сельскохозяйственными машинами.


Массовую коллективизацию подготовила борьба с кулачеством в ходе хлебозаготовок 1928—1929 гг., в котором принимали участие миллионные массы крестьянства, и прежде всего его бедняцко-батрацкие слои.

Важной политической предпосылкой коренного переустройства деревни явился разгром идеологов и защитников кулачества — антипартийной группы правых оппортунистов, возглавлявшейся Бухариным и Рыковым. В ноябре 1929 года Пленум Центрального Комитета партии признал пропаганду взглядов правых оппортунистов несовместимой с пребыванием в партии.

Огромная организаторская работа Коммунистической партии и Советского правительства, помощь деревне со стороны рабочего класса, активное участие трудового крестьянства в социалистическом преобразовании сельского хозяйства — все это обеспечило успех массовому колхозному движению.

Бурно развивавшееся колхозное движение нуждалось в твердом руководстве.

В ноябре 1929 года Пленум Центрального Комитета Коммунистической партии принял решение направить для работы в колхозы и машинно-тракторные станции не менее 25 тыс. рабочих, обладающих достаточным организационно-политическим опытом.

В ответ на этот призыв более 60 тыс. рабочих Москвы, Ленинграда, Донбасса, Урала, Иваново-Вознесенска и других промышленных центров заявили о своем желании поехать на постоянную работу в деревню. Кандидатуры добровольцев внимательно обсуждались на предприятиях. Отбирались самые стойкие, сознательные кадровые рабочие, преданные делу социализма.


Наибольшее количество «двадцатипятитысячников» было послано в основные зерновые районы — на Украину, на Нижнюю и Среднюю Волгу, на Северный Кавказ, в Центрально-Черноземную область.

Многие из них уже вскоре после прибытия в деревню проявили себя как замечательные организаторы колхозного движения и завоевали большой авторитет среди колхозников. С их помощью колхозники овладевали навыками правильного ведения крупного хозяйства, вводили у себя практику производственных совещаний, боролись за укрепление трудовой дисциплины, перенимали опыт социалистического соревнования и ударничества. На примере «двадцатипятитысячников» учились молодые руководящие кадры колхозов, выдвигавшиеся из среды крестьян.

Помимо «двадцатипятитысячников» город посылал своих представителей и на временную работу в деревню. По приблизительному подсчету, в 1928—1930 гг. около 100 тыс. рабочих выезжали на посевную кампанию и хлебозаготовки. Кроме того, партийные, советские, кооперативные и хозяйственные организации командировали более 100 тыс. и комсомол более 10 тыс. своих активистов. В общей сложности за этот период из города в деревню было направлено не менее четверти миллиона человек. Таково было наглядное проявление организующей роли социалистического города по отношению к деревне, свидетельство крепнущего союза рабочего класса и крестьянства в их общей борьбе за победу социализма.


В конце 1929 года, убеждаясь на практике в преимуществах коллективных форм хозяйства, в колхозы пошел вслед за беднотой и середняк, т. е. основная масса крестьянства. Крестьяне вступали теперь в колхозы не отдельными группами, как это было раньше, а целыми селами, волостями, районами, даже округами. Первым осуществил сплошную коллективизацию (т. е. переход всех земель в данном районе в руки колхозов) Хоперский округ Нижне-Волжского края. Вскоре этот почин получил широкое распространение на Нижней и Средней Волге, а также на Северном Кавказе.

Однако, чем решительнее переходили бедняцко-середняцкие массы крестьянства на путь колхозов, тем озлобленнее и ожесточеннее выступало против колхозов кулачество. Видя, что массовое колхозное движение приближает победу социализма в деревне и, следовательно, несет им неизбежную и скорую гибель, кулацкие элементы распускали провокационные слухи, вели антисоветскую агитацию, пытались совместно с церковниками играть на религиозных чувствах, запугивая верующих крестьян «карами господними» в случае вступления в колхоз.

Стараясь подорвать производственно-экономическую базу колхозов, кулаки истребляли колхозный скот, разрушали хозяйственные постройки, уничтожали машины и инвентарь, сжигали целые деревни, объединившиеся в колхозы. Они зверски убивали партийных и советских работников на селе, бедняков, батраков — активистов, инициаторов создания колхозов. . »


Трудящиеся крестьяне настойчиво требовали ликвидации кулацких хозяйств, и Советское государство перешло от политики ограничения и вытеснения кулачества к политике ликвидации его как класса. Эту новую политику диктовали не только непосредственные побудительные мотивы — кулацкие выступления, но и общая историческая закономерность: победа социализма в стране была несовместима с дальнейшим существованием кулачества.

Новая политика в отношении кулачества была закреплена в постановлении Центрального Комитета Коммунистической партии от 5 января 1930 года «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству» и в постановлении Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров Союза ССР от 1 февраля 1930 года «О мероприятиях по укреплению социалистического переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством».

В районах сплошной коллективизации отменялось действие закона об аренде земли и о применении наемного труда в единоличных крестьянских хозяйствах. Местным органам власти предоставлялось право конфисковать имущество кулаков и выселять их за пределы районов, краев и областей. Конфискованное имущество, за исключением части, идущей в погашение причитающихся с кулаков обязательств государственным и кооперативным органам, подлежало передаче в неделимые фонды колхозов в качестве взноса бедняков и батраков, вступающих в колхоз.


Решения партии и правительства предусматривали большую организационную и материальную помощь колхозам со стороны государства. Почти вдвое увеличивался кредит колхозам на 1929/30 г.— с 270 млн. до 500 млн. рублей.

Было решено провести землеустройство колхозов за счет государства, организовать курсы для подготовки . колхозных кадров, ускорить строительство заводов, производящих тракторы, комбайны и прочие сельскохозяйственные машины, а в районах, где испытывается недостаток в тракторах и сложных машинах, создать конно-машинные базы.

Ликвидацию кулачества в районах сплошной коллективизации осуществляли особые комиссии, которые избирались на общих собраниях крестьян и работали при сельских советах. Кулаки, наиболее враждебно относившиеся к Советской власти и активно выступавшие против коллективизации, подверглись выселению. Другая часть кулаков после экспроприации их имущества была оставлена на старых .местах. Все бывшие кулаки («раскулаченные»), как переселенные, так и сохранившие прежнее местожительство, получили возможность заниматься общественно полезным трудом. Те из них, кто честно трудился, в дальнейшем получили все гражданские права.


К лету 1930 года колхозам было передано экспроприированное у кулаков хозяйственное имущество на сумму более 400 млн. рублей, что значительно укрепило материальную базу колхозов.

Сплошная коллективизация поставила новые задачи перед сельскими советами. Они должны были стать организаторами и руководителями массового колхозного движения, возглавить борьбу трудящегося крестьянства против кулачества. Это требовало укрепления низовых органов Советской власти.

Между тем именно в этот момент появились ошибочные «теории» об «отмирании советов», о необходимости ликвидировать советы в районах сплошной коллективизации и передать их функции правлениям колхозов. Партия и правительство решительно осудили такого рода «теории». «Советы, лицом к колхозному движению!» — таков был лозунг партии, определивший путь укрепления советов.

На руководящую советскую работу в районы сплошной коллективизации было послано свыше 7 тыс. членов городских советов. Были укреплены сельские партийные и комсомольские организации.

Источник: www.istoriia.ru

КОЛЛЕКТИВИЗА́ЦИЯ, в СССР обоб­ще­ст­в­ле­ние и ого­су­дар­ст­вле­ние про­цес­са про­из­вод­ст­ва и рас­пре­де­ле­ния в сель­ском хо­зяй­ст­ве пу­тём соз­да­ния кол­хо­зов в кон.


20-х – 1930-е гг. По­ли­ти­ка К. основывалась на пред­став­ле­ни­ях боль­ше­ви­ков о без­ус­лов­ных пре­иму­ще­ст­вах круп­но­го со­циа­ли­стич. хо­зяй­ст­ва пе­ред мел­ко­то­вар­ным кре­сть­ян­ским хо­зяй­ст­вом; на ба­зе круп­ных по­ме­щичь­их хо­зяйств долж­ны бы­ли соз­да­вать­ся сов­хо­зы. Ин­ди­ви­ду­аль­ные кре­сть­ян­ские хо­зяй­ст­ва, под­чи­няв­шие­ся за­ко­нам ры­ноч­но­го ре­гу­ли­ро­ва­ния, пло­хо под­да­ва­лись гос. и парт. кон­тро­лю. Не­по­сред­ст­вен­ной при­чи­ной К. ста­ли хле­бо­за­го­то­вит. кри­зи­сы. Не­смот­ря на хо­ро­ший уро­жай 1925, кре­сть­я­не по раз­ным при­чи­нам (не­вы­год­ные це­ны гос. за­ку­пок, де­фи­цит и до­ро­го­виз­на пром. то­ва­ров и т. п.) на­ча­ли со­кра­щать по­став­ки зер­на го­су­дар­ст­ву, пред­по­чи­тая ос­тав­лять его на от­корм ско­та, про­да­жа ко­то­ро­го су­ли­ла го­раз­до боль­шие вы­го­ды. Со­от­вет­ст­вен­но сни­жал­ся экс­порт зер­на, за­труд­ня­лось снаб­же­ние го­ро­дов, что пред­став­ля­ло со­бой уг­ро­зу по­ли­ти­ке со­циа­ли­стич. ин­ду­ст­риа­ли­за­ции, ко­то­рая пред­по­ла­га­ла раз­ви­тие пром-сти в зна­чит. сте­пе­ни за счёт по­лу­чае­мо­го в с. х-ве до­хо­да.

За­да­ча «объ­е­ди­не­ния и пре­об­ра­зо­ва­ния мел­ких ин­ди­ви­ду­аль­ных кре­сть­ян­ских хо­зяйств в круп­ные кол­лек­ти­вы» бы­ла про­воз­гла­ше­на в дек. 1927 на 15-м съез­де ВКП (б); од­на­ко сро­ки и тем­пы её ре­ше­ния, а так­же спо­со­бы и фор­мы пре­об­ра­зо­ва­ния кре­сть­ян­ских хо­зяйств не бы­ли оп­ре­де­ле­ны, пред­пи­сы­ва­лось со­блю­дать прин­цип доб­ро­воль­но­сти.


­но­вре­мен­но ру­ко­во­дство ста­ло ши­ро­ко при­ме­нять на­сильств. ме­ры изъ­я­тия про­до­воль­ст­вия у кре­сть­ян. В сек­рет­ной ди­рек­ти­ве По­лит­бю­ро ЦК ВКП (б) парт­ор­га­ни­за­ци­ям от 24.12.1927 ука­зы­ва­лось, что не­удо­вле­тво­ри­тель­ный ход хле­бо­за­го­то­вок (в янв. 1928 на 2 млн. т зер­но­вых хле­бов мень­ше, чем в янв. 1927) ста­вит под уг­ро­зу не толь­ко экс­порт­ный план, но и снаб­же­ние хле­бом осн. пром. цен­тров с пер­спек­ти­вой го­ло­да в Ле­нин­гра­де и Мо­ск­ве. Кри­зи­су хле­бо­за­го­то­вок был при­дан по­ли­тич. ха­рак­тер, И. В. Ста­лин оце­нил его как пер­вое в ус­ло­ви­ях но­вой эко­но­ми­че­ской по­ли­ти­ки (НЭП) «серь­ёз­ное вы­сту­п­ле­ние ка­пи­та­ли­сти­че­ских эле­мен­тов де­рев­ни про­тив со­вет­ской вла­сти». В под­пи­сан­ной им сек­рет­ной ди­рек­ти­ве ЦК ВКП (б) от 5.1.1928 от ме­ст­ных парт. ор­га­ни­за­ций тре­бо­ва­лось при­ме­нять «жес­то­кие ка­ры в от­но­ше­нии ку­ла­че­ст­ва и осо­бые ре­прес­сив­ные ме­ры в от­но­ше­нии ку­ла­ков и спе­ку­лян­тов, сры­ваю­щих сель­ско­хо­зяй­ст­вен­ные це­ны». В рай­оны хле­бо­за­го­то­вок по ре­ше­нию По­лит­бю­ро ЦК ВКП (б) бы­ли на­прав­ле­ны сек­ре­та­ри и чле­ны ЦК ВКП (б) (И. В. Ста­лин, В. М. Мо­ло­тов, Л. М. Ка­га­но­вич, А. И. Ми­ко­ян и др.). Под их на­жи­мом ме­ст­ные парт. и гос. ор­га­ны про­во­ди­ли по­валь­ные обы­ски и аре­сты по ст. 107 УК РСФСР, у кре­сть­ян час­то изы­ма­ли не толь­ко за­па­сы, но и се­мен­ное зер­но и да­же пред­ме­ты до­маш­не­го скар­ба.

ъ­я­тие зе­мель­ных из­лиш­ков у за­жи­точ­ных кре­сть­ян, вы­куп у них трак­то­ров, слож­ных ма­шин, уси­ле­ние на­ло­го­во­го об­ло­же­ния их хо­зяйств и др. ме­ры вы­зва­ли свёр­ты­ва­ние про­из-ва, рас­про­да­жу ско­та и ин­вен­та­ря, осо­бен­но ма­шин; в их семь­ях уси­ли­лось стрем­ле­ние к пе­ре­се­ле­нию в го­ро­да или не­зер­но­вые рай­оны. Что­бы за­ин­те­ре­со­вать бед­но­ту в борь­бе с дер­жа­те­ля­ми боль­ших из­лиш­ков зер­на, ре­ко­мен­до­ва­лось рас­пре­де­лять сре­ди неё 25% кон­фи­ско­ван­но­го хле­ба по низ­ким гос. це­нам или в по­ряд­ке дол­го­сроч­но­го кре­ди­та. Од­на­ко ко­ли­че­ст­во за­ку­пае­мо­го го­су­дар­ст­вом хле­ба про­дол­жа­ло со­кра­щать­ся, сни­жал­ся его экс­порт (2177,7 тыс. т в 1926/27; 344,4 тыс. т в 1927/28). Оце­ни­вая ито­ги хле­бо­за­го­то­вит. кам­па­нии 1927/28 в док­ла­де пе­ред ак­ти­вом Моск. ор­га­ни­за­ции ВКП (б) 13.4.1928, Ста­лин под­черк­нул, что пар­тия не мо­жет встать на путь по­ощ­ре­ния осн. про­из­во­ди­те­лей то­вар­но­го хле­ба – ку­ла­ков, по­это­му сле­ду­ет «на­жать во­всю на раз­ви­тие круп­ных хо­зяйств в де­рев­не ти­па кол­хо­зов и сов­хозов…». В парт.-гос. ру­ко­во­дстве про­тив при­ме­не­ния чрез­вы­чай­ных мер по от­но­ше­нию к кре­сть­ян­ст­ву вы­сту­па­ли Н. И. Бу­ха­рин, А. И. Ры­ков, М. П. Том­ский и др., счи­тав­шие, что макс. пе­ре­кач­ка средств из сфе­ры кре­сть­ян­ско­го хо­зяй­ст­ва в сфе­ру ин­ду­ст­рии при­ве­дёт к под­ры­ву сырь­е­вой ба­зы са­мой ин­ду­стрии и экс­пор­та. В апр. 1929 на Объ­е­ди­нён­ном пле­ну­ме ЦК и ЦКК их по­зи­ция бы­ла осу­ж­де­на как от­кло­не­ния от ге­не­раль­ной ли­нии и «пра­вый ук­лон» в ВКП (б) (см. в ст. «Пра­вая оп­по­зи­ция»). В хо­де хле­бо­за­го­то­вит. кам­па­нии ле­та 1929 на Сев. Кав­ка­зе, в Си­би­ри, рай­онах Ниж­ней и Ср. Вол­ги, на Ук­раи­не, в рес­пуб­ли­ках Ср. Азии го­су­дар­ст­во вновь при­ме­ни­ло чрез­вы­чай­ные ме­ры по от­но­ше­нию к за­жи­точ­но­му кре­сть­ян­ст­ву.

Ле­том 1929 бла­го­да­ря дей­ст­ви­ям мест­ных парт. и сов. ор­га­нов, ин­спи­ри­ро­ван­ным выс­шим парт. и гос. ру­ко­вод­ством, на­ча­лось дви­же­ние за К.; при этом став­ка де­ла­лась на бед­ня­ков, бат­ра­ков и без­зе­мель­ных кре­сть­ян. В це­лом по СССР уро­вень К. под­нял­ся не­зна­чи­тель­но, с 3,9% в ию­не до 7,6% в окт. 1929, од­на­ко И. В. Ста­лин в ст. «Год ве­ли­ко­го пе­ре­ло­ма» («Прав­да», 1929, 7 но­яб.) ут­вер­ждал, что кре­сть­я­не по­шли в кол­хо­зы «це­лы­ми де­рев­ня­ми, во­лос­тя­ми, рай­она­ми, ок­ру­га­ми…», и ори­ен­ти­ро­вал на все­мер­ное ус­ко­ре­ние К. Со­сто­яв­ший­ся по­сле это­го но­ябрь­ский (1929) Пле­нум ЦК ВКП (б) по­ста­вил за­да­чу про­ве­де­ния сплош­ной К. в мас­шта­бе стра­ны, ко­то­рая на­ча­лась с янв. 1930 и осу­щест­вля­лась в фор­ме мас­со­во­го на­сильств. обоб­щест­вле­ния кресть­ян­ских хо­зяйств. Пле­нум при­нял ре­ше­ние на­пра­вить в де­рев­ню еди­но­вре­мен­но не ме­нее 25 тыс. ин­ду­ст­ри­аль­ных ра­бо­чих с ор­га­ни­за­ци­он­но-по­ли­тич. опы­том ра­бо­ты в це­лях про­ве­де­ния К., а так­же не­мед­лен­но при­сту­пить к по­строй­ке но­вых за­во­дов по про­из-ву трак­то­ров и ком­бай­нов. Для гос. управ­ле­ния про­цес­сом К. в дек. 1929 соз­дан Нар­ко­мат зем­ле­де­лия СССР, в со­став ко­то­ро­го во­шли Кол­хоз­центр и Все­со­юз­ный центр ма­шин­но-трак­тор­ных стан­ций (Трак­то­ро­центр). Спец. ко­мис­сия По­лит­бю­ро под ру­ко­во­дством нар­ко­ма зем­ле­де­лия СССР Я. А. Яков­ле­ва под­го­то­ви­ла по­ста­нов­ле­ние ЦК ВКП (б) от 5.1.1930 «О тем­пе кол­лек­ти­ви­за­ции и ме­рах по­мо­щи го­су­дар­ст­ва кол­хоз­но­му строи­тель­ст­ву», в ко­то­ром ус­та­нав­ли­ва­лись жё­ст­кие сро­ки за­вер­ше­ния К.: для осн. зер­но­вых рай­онов Сев. Кав­ка­за, Ниж­ней и Ср. Вол­ги – осень 1930 или вес­на 1931. Ле­во­бе­реж­ные рай­оны Ук­раи­ны, Си­бирь, Ка­зах­стан, Баш­ки­рия, Чу­ва­шия, Моск. обл., Ни­же­го­род­ский край бы­ли ори­ен­ти­ро­ва­ны на за­вер­ше­ние К. к осе­ни 1931 или вес­не 1932 (кри­те­рий за­вер­шён­но­сти не был ус­та­нов­лен). Луч­шей фор­мой кол­хо­за бы­ла при­зна­на с.-х. ар­тель, в ко­то­рой обоб­ще­ст­в­ля­лись труд кре­сть­ян, их на­дель­ная зем­ля и все осн. сред­ст­ва про­из­вод­ст­ва (ин­вен­тарь, хо­зяйств. по­строй­ки, то­вар­но-про­дук­то­вый и ра­бо­чий скот и др.).

К. в со­от­вет­ст­вии с ян­вар­ским по­ста­нов­ле­ни­ем ЦК ВКП (б) 1930 со­про­вож­да­лась по­ли­ти­кой рас­ку­ла­чи­ва­ния (кон­фис­ка­ци­ей иму­щест­ва наи­бо­лее за­жи­точ­ных или со­про­тив­ляв­ших­ся К. кре­сть­ян с по­сле­дую­щей вы­сыл­кой, тю­рем­ным за­клю­че­ни­ем или рас­стре­лом). Со­став­ной ча­стью ме­ха­низ­ма вне­су­деб­ной реп­рес­сии как сред­ст­ва эко­но­мич. пре­об­ра­зо­ва­ний в де­рев­не ста­ли ор­га­ны гос. бе­зо­пас­но­сти. Все­го рас­ку­ла­чи­ва­нию под­верг­лись 1100 тыс. хо­зяйств (4–5% от об­ще­го чис­ла), на­счи­ты­вав­ших 5–6 млн. чел., из них 2140 тыс. чел. бы­ли де­пор­ти­ро­ва­ны в 1930–38.

На­силь­ст­вен­ное обоб­ще­ст­в­ле­ние хо­зяйств, рас­ку­ла­чи­ва­ние, за­кры­тие рын­ков, со­про­во­ж­дав­шие­ся ак­ция­ми в идео­ло­гич. сфе­ре (за­кры­тие и ос­к­вер­не­ние церк­вей, ме­че­тей, арест и пре­сле­до­ва­ние свя­щен­но­слу­жи­те­лей и т. п.), спро­во­ци­ро­ва­ли кре­сть­ян­ские вы­сту­п­ле­ния про­тес­та (в янв. — апр. 1930 про­изош­ло 6117 вы­сту­п­ле­ний, в ко­то­рых уча­ст­во­ва­ло св. 1,5 млн. чел.). Пас­сив­ное со­про­тив­ле­ние кре­сть­ян вы­ра­жа­лось в от­ка­зе от вы­пол­не­ния хле­бо­за­го­то­вок, от ра­бо­ты в кол­хо­зе, мас­со­вом убое ско­та. Стре­мясь по­га­сить не­до­воль­ст­во кре­сть­ян, И. В. Ста­лин опуб­ли­ко­вал в газ. «Прав­да» ст. «Го­лово­кру­же­ние от ус­пе­хов» (1930, 2 мар­та), в ко­то­рой осу­ж­да­лась прак­ти­ка при­ну­ж­де­ния к всту­п­ле­нию в кол­хо­зы и то­таль­но­го обоб­ще­ст­в­ле­ния кре­сть­ян­ской соб­ст­вен­но­сти, вклю­чая мел­кий скот и пти­цу, а вся ви­на за эти на­ру­ше­ния воз­ла­га­лась на ме­ст­ный парт. и сов. ап­па­рат. 14.3.1930 По­лит­бю­ро ЦК ВКП (б) при­ня­ло по­ста­нов­ле­ние «О борь­бе с ис­крив­ле­ния­ми парт­ли­нии в кол­хоз­ном дви­же­нии». На­ча­лись мас­со­вые вы­хо­ды кре­сть­ян из кол­хо­зов, осо­бен­но в ре­гио­нах, от­ли­чав­ших­ся са­мы­ми вы­со­ки­ми тем­па­ми про­ве­де­ния К. (Мо­с­ков­ская и За­пад­ная об­лас­ти, Тат. АССР, Ни­же­го­род­ский край), вслед­ст­вие че­го по по­ка­зате­лям кол­хоз­но­го строи­тель­ст­ва они вер­ну­лись к ис­ход­ным по­зи­ци­ям. К авг. 1930 по всей стра­не в кол­хо­зах ос­та­лось 21,4% кре­сть­ян­ских хо­зяйств. В сент. 1930 ЦК ВКП (б) на­пра­вил рай­ко­мам, об­ко­мам и ЦК ком­пар­тий со­юз­ных рес­пуб­лик пись­мо с тре­бо­ва­ни­ем сно­ва «до­бить­ся мощ­но­го подъ­ё­ма кол­хоз­но­го дви­же­ния». Для аги­та­ции кре­сть­ян за всту­п­ле­ние в кол­хо­зы ме­ст­ные парт. и гос. ру­ко­во­ди­те­ли фор­ми­ро­ва­ли вер­бо­воч­ные бри­га­ды, а так­же ини­циа­тив­ные груп­пы из бед­ня­ков и се­ред­ня­ков, же­лав­ших соз­дать кол­лек­тив­ное хо­зяй­ст­во. В рай­оны «сла­бой» К. бы­ли на­прав­ле­ны так­же 80 тыс. кол­хоз­ни­ков-ак­ти­ви­стов и ок. 30 тыс. ор­га­ни­за­то­ров из го­ро­да, объ­еди­нён­ных в меж­об­ла­ст­ные бри­га­ды по К. Од­но­вре­мен­но при­ни­ма­лись ме­ры по ук­ре­п­ле­нию ма­те­ри­аль­но-тех­нич. ба­зы кол­хо­зов. В дек. 1930 ЦК ВКП (б) ут­вер­дил го­до­вую про­грам­му соз­да­ния 1400 ма­шин­но-трак­тор­ных стан­ций (МТС) (их строи­тель­ст­во раз­вер­ну­лось с ле­та 1929). Кол­хо­зам ус­та­нав­ли­ва­лись по­ни­жен­ные по срав­не­нию с кре­сть­я­на­ми-еди­но­лич­ни­ка­ми нор­мы сда­чи про­дук­тов жи­вот­но­вод­ст­ва, ока­зы­ва­лась по­мощь в строи­тель­ст­ве жи­вот­но­водч. ферм, пре­дос­тав­ля­лись кре­ди­ты и льго­ты по на­ло­гам (на 1 хо­зяй­ст­во кол­хоз­ни­ка в 1931 при­хо­ди­лось ок. 3 руб. сель­хоз­на­ло­га, на ин­ди­ви­ду­аль­ное ср. хо­зяй­ст­во – св. 30 руб., а на хо­зяй­ст­во за­жи­точ­но­го кре­сть­я­ни­на – ок. 314 руб.). Го­су­дар­ст­во обе­ща­ло упо­ря­до­чить ор­га­ни­за­цию и оп­ла­ту тру­да кол­хоз­ни­ков, га­ран­ти­ро­вать им ве­де­ние лич­но­го под­соб­но­го хо­зяй­ст­ва. В ре­зуль­та­те к ию­ню 1931 в кол­хо­зы вновь бы­ло объ­е­ди­не­но 52,7% от об­ще­го чис­ла хо­зяйств по стра­не. Низ­кий уро­жай 1931 вы­ну­дил ру­ко­во­дство стра­ны со­кра­тить план хле­бо­за­го­то­вок с бо­лее чем 22 млн. т в 1931 до 18 млн. т в 1932, а план мя­со­за­го­то­вок – в 2 раза, пой­ти на не­ко­то­рые ус­туп­ки кре­сть­ян­ст­ву. По­ста­нов­ле­ния ЦК ВКП (б) и СНК СССР «О пла­не хле­боза­го­то­вок из уро­жая 1932 и раз­вёр­тыва­ния кол­хоз­ной тор­гов­ли хле­бом» и «О пла­не ско­то­за­го­то­вок и о мяс­ной тор­гов­ле кол­хоз­ни­ков и еди­но­лич­ных тру­дя­щих­ся кре­сть­ян» (оба – май 1932) раз­ре­ша­ли тор­гов­лю про­дук­ци­ей, ос­тав­шей­ся по­сле вы­пол­не­ния гос. пла­на хле­бо­за­го­то­вок и об­ра­зо­ва­ния се­мен­но­го и др. фон­дов, а так­же по­сле рас­чё­та по мя­со­за­го­тов­кам. От­ме­ня­лись все рес­пуб­ли­кан­ские и ме­ст­ные на­ло­ги и сбо­ры с тор­гов­ли кол­хоз­ни­ков, а с еди­но­лич­ни­ков взи­ма­лось не бо­лее 30% их до­хо­дов от тор­гов­ли. Од­на­ко да­же со­кра­щён­ные за­да­ния из-за низ­ко­го уро­жая не бы­ли вы­пол­не­ны, что рез­ко ухуд­ши­ло про­до­вольств. по­ло­же­ние го­ро­дов и стро­ек, по­ста­ви­ло под уг­ро­зу план экс­пор­та зер­на. Пра­ви­тель­ст­во сно­ва при­бег­ло к чрез­вы­чай­ным ме­рам. 7.8.1932 вы­шло по­ста­нов­ле­ние ЦИК и СНК СССР «Об ох­ра­не иму­ще­ст­ва го­су­дар­ст­вен­ных пред­при­ятий, кол­хо­зов и коо­пе­ра­ции и ук­ре­п­ле­нии об­ще­ст­вен­ной (со­циа­ли­сти­че­ской) соб­ст­вен­но­сти», пре­ду­смат­ри­вав­шее выс­шую ме­ру на­ка­за­ния за хи­ще­ние кол­хоз­но­го и коо­пе­ра­тив­ного иму­ще­ст­ва с за­ме­ной её при смяг­чаю­щих об­стоя­тель­ст­вах ли­ше­ни­ем сво­бо­ды на 10 лет (к февр. 1933 бы­ло осу­ж­де­но 103 тыс. чел., из ко­то­рых к рас­стре­лу при­го­во­ре­но 6,2%, к 10 го­дам тюрь­мы – 33%).

Ре­прес­сив­ные кон­фи­ска­ци­он­ные ме­ры про­ве­де­ния К. по­дор­ва­ли про­из­водств. по­тен­ци­ал де­рев­ни. Объ­ём с.-х. про­из-ва в 1932 со­кра­тил­ся бо­лее чем в пол­то­ра ра­за по срав­не­нию с 1928, жи­вот­но­водч. про­дук­ции – на 53%. Зи­мой 1932/33 на Ук­раи­не, в По­вол­жье, на Став­ро­по­лье и в др. рай­онах СССР воз­ник силь­ный го­лод из-за не­хват­ки хле­ба, унёс­ший жиз­ни до 5 млн. чел. (по под­тверж­дён­ным дан­ным).

Но­вой фор­мой воз­дей­ст­вия на ход К. и спо­со­бом уси­ле­ния «со­вет­ско­го влия­ния на кол­хоз­ни­ков» ста­ли по­лит­от­де­лы при МТС и сов­хо­зах, об­ра­зо­ван­ные по ре­ше­нию объ­е­ди­нён­но­го Пле­ну­ма ЦК и ЦКК ВКП (б) (7–12.1.1933), за­ме­сти­те­ля­ми на­чаль­ни­ков по­лит­от­де­лов наз­на­ча­лись со­труд­ни­ки ор­га­нов гос. бе­зо­пас­но­сти. По­лит­от­де­лы про­ве­ли «по­валь­ную чи­ст­ку» кол­хо­зов, осо­бен­но их управ­лен­че­ско­го ап­па­ра­та и де­ре­вен­ских парт­орга­ни­за­ций. Со­труд­ни­ки по­лит­от­де­лов следили за вы­пол­не­нием пла­нов кол­хо­за­ми, кон­тро­ли­ро­ва­ли вы­да­чу оп­ла­ты по тру­до­дням, ор­га­ни­зо­вы­ва­ли со­рев­но­ва­ние, вы­яв­ля­ли «вре­ди­те­лей» (в кон. 1934 по­лит­от­де­лы бы­ли уп­разд­не­ны). Ко­мен­дан­та­ми эле­ва­то­ров и за­гот­пунк­тов «За­гот­зер­но» наз­на­ча­лись со­труд­ни­ки НКВД. В про­цес­се про­ве­де­ния хо­зяйств.-по­ли­тич. ме­ро­прия­тий опер­ра­бот­ни­ки уп­рав­ле­ний НКВД, яв­ля­ясь чле­на­ми бю­ро об­ко­мов и край­ко­мов ВКП (б), по за­да­нию парт. ор­га­нов ча­сто вы­сту­па­ли в ро­ли упол­но­мо­чен­ных, напр. в пе­ри­од по­сев­ных и убо­роч­ных кам­па­ний. К 1933 в кол­хо­зах бы­ло объ­е­ди­не­но 61,8% кре­сть­ян­ских дво­ров и ок. 80% по­сев­ных пло­ща­дей. 8.5.1933 Ста­лин и Мо­ло­тов на­пра­ви­ли ме­ст­ным парт. и сов. ра­бот­ни­кам, ор­га­нам ОГПУ, су­да и про­ку­ра­ту­ры сек­рет­ную ди­рек­ти­ву, в ко­то­рой от­ме­ча­лось, что 3 го­да борь­бы при­ве­ли к «раз­гро­му» сил «клас­со­вых вра­гов в де­рев­не» и что те­перь сов. ру­ко­во­дство уже не ну­ж­да­ет­ся «в мас­со­вых ре­прес­си­ях, за­де­ваю­щих, как из­вест­но, не толь­ко ку­ла­ков, но и еди­но­лич­ни­ков и час­то кол­хоз­ни­ков», под­чёр­ки­ва­лось, что в де­рев­не воз­ник­ла «но­вая бла­го­при­ят­ная об­ста­нов­ка», по­зво­ляв­шая «пре­кра­тить, как пра­ви­ло, при­ме­не­ние мас­со­вых вы­се­ле­ний и ост­рых форм ре­прес­сий».

К. в осн. за­вер­ши­лась к 1937. В хо­де сплош­ной К. и рас­ку­ла­чи­ва­ния за 1930–1937 чис­лен­ность кресть­ян­ских хо­зяйств со­кра­ти­лась с 25,6 млн. до 19,9 млн., из ко­то­рых 18,5 млн. (93,9%) бы­ли объ­еди­не­ны в 243,7 тыс. кол­хо­зов (вклю­чи­ли 99,1% всех по­сев­ных пло­ща­дей). Окон­ча­тель­но бы­ли ли­кви­ди­ро­ва­ны об­щи­на и ор­га­ны кресть­ян­ско­го са­мо­уп­рав­ле­ния. В де­рев­не воз­ник и стал гос­под­ствую­щим со­вер­шен­но но­вый тип хо­зяй­ст­ва, на ко­то­рый бы­ли рас­про­стра­не­ны прин­ци­пы хо­зяй­ст­во­ва­ния, при­су­щие гос. сек­то­ру: жё­ст­кая цен­тра­ли­за­ция, ди­рек­тив­ность и пла­но­вость ру­ко­во­дства и т. д. Го­су­дар­ст­во по­лу­чи­ло воз­мож­ность бес­пре­пят­ст­вен­но пе­ре­рас­пре­де­лять кол­хоз­ный до­ход в свою поль­зу пу­тём еже­год­ных де­таль­но ус­та­нав­ли­вае­мых кол­хо­зам объ­ё­мов и раз­ме­ров по­ста­вок с.-х. про­дук­ции. Та­кая сис­те­ма взаи­мо­от­но­ше­ний кол­хо­зов с го­су­дар­ст­вом оз­на­ча­ла пре­им. вне­эко­но­мич. ха­рак­тер при­ну­ж­де­ния кол­хоз­ни­ка к тру­ду, она ско­вы­ва­ла ве­ка­ми вы­ра­ба­ты­вав­шую­ся хо­зяйств. ини­циа­ти­ву кре­сть­я­ни­на, зна­чи­тель­но сни­жая его ин­те­рес к ре­зуль­та­там сво­его тру­да. К., со­про­во­ж­дав­шая­ся мас­со­вой ми­гра­ци­ей на­се­ле­ния из де­рев­ни в го­род, обес­пе­чи­ла вы­сво­бо­ж­де­ние для ин­ду­ст­риа­ли­за­ции стра­ны 15–20 млн. чел., она при­ве­ла к свёр­ты­ва­нию НЭПа, ли­к­ви­да­ции в де­рев­не ча­ст­но­ка­пи­та­ли­стич. ук­ла­да и его но­си­те­лей – за­жи­точ­ных кресть­ян, фак­тич. пе­ре­хо­ду от мно­го­ук­лад­ной эко­но­ми­ки к еди­ной го­су­дар­ст­вен­ной. В 1935–37 с.-х. про­из-во на­ча­ло вос­ста­нав­ли­вать­ся. По­вы­си­лась уро­жай­ность, уве­ли­чи­лись ва­ло­вые сбо­ры зер­на, во­зо­бно­вил­ся рост по­го­ло­вья ско­та (в це­лом его уда­лось вос­ста­но­вить лишь к 1958).

Источник: bigenc.ru

КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ

88 лет назад было принято постановление ЦИК и СНК СССР «О мероприятиях по укреплению социалистического переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством». Начало массовой "коллективизации", по сути своей являвшейся умышленным раскрестьяниванием всего сельского населения СССР.

Сталинская коллективизация, механизм и последствия которой до сих пор не получили должного историко-правового осмысления, стала своеобразным завершением революционного процесса 1917 г. Выдающийся русский мыслитель и правовед И.А. Ильин, размышляя о характере национальной катастрофы, постигшей Россию в ХХ столетии, справедливо заметил: «Русский человек, начавший революцию в качестве инстинктивно-индивидуализированного бунтовщика, заканчивает её в качестве инстинктивно и духовно-коллективизированного раба. Большевизм был только соблазном; настоящим замыслом был коммунизм. Надо было взбунтовать русского гражданина, чтобы превратить его в крепостного крестьянина».

Источник: ГА РФ. Ф. Р-9414. Oп.1. Д. 1944. Л. 17-25.

Приказ ОГПУ № 44/21 о мероприятиях по ликвидации кулачества как класса от 2 февраля 1930 г

Приказ ОГПУ № 44/21 о мероприятиях по ликвидации кулачества как класса от 2 февраля 1930 г

Приказ ОГПУ № 44/21 о мероприятиях по ликвидации кулачества как класса от 2 февраля 1930 г

Приказ ОГПУ № 44/21 о мероприятиях по ликвидации кулачества как класса от 2 февраля 1930 г

Приказ ОГПУ № 44/21 о мероприятиях по ликвидации кулачества как класса от 2 февраля 1930 г

Приказ ОГПУ № 44/21 о мероприятиях по ликвидации кулачества как класса от 2 февраля 1930 г

Приказ ОГПУ № 44/21 о мероприятиях по ликвидации кулачества как класса от 2 февраля 1930 г

Приказ ОГПУ № 44/21 о мероприятиях по ликвидации кулачества как класса от 2 февраля 1930 г

Приказ ОГПУ № 44/21 о мероприятиях по ликвидации кулачества как класса от 2 февраля 1930 г

Ильин совершенно справедливо указал на главные отличительные признаки экономической системы советского государства, окончательно сформировавшиеся именно в период сталинской коллективизации: «С самого своего водворения в России коммунистическая власть взялась за отучение русского крестьянина (и русского человека вообще) от личной предприимчивости и частной собственности <…> Произошло невиданное в истории: государственная власть стала насаждать нищету, гасить хозяйственную инициативу народа, воспрещать личную самодеятельность, отнимать у народа веру в честный труд и искоренять в нем волю к самовложению в природу и культуру».

Однако бессмысленные и невиданные, с точки зрения мыслителя, действия власти, на самом деле, имели глубокий смысл и внутреннюю логику. Причины и характер беспрецедентной в истории ХХ века трагедии 1932–1933 гг., которую чаще всего называют «голодомором», невозможно понять без должной оценки социально-политических процессов, происходивших в Советском Союзе накануне и во время коллективизации. В 1918–1926 гг. в стране сформировался новый господствующий класс, удерживавший политическую власть и обеспечивавший свое привилегированное положение при помощи диктатуры одной партии и репрессий. Этот класс бюрократии Коммунистической партии (к 1930–1932 – примерно 150 тыс. человек), в который входили руководители (секретари) партийных организаций, работники центрального аппарата и органов управления ВКП(б), а также руководители карательных органов государственной безопасности. В результате продовольственных кризисов 1927–1928 гг. стало очевидно, что сосуществование свободного предпринимателя, в первую очередь производителя продовольствия, и номенклатуры ВКП(б) – невозможно. Свободный предприниматель всегда бы представлял угрозу для столичных большевиков своей способностью определять положение дел на продовольственном рынке, оказывая решающее влияние на снабжение городов. И.Сталину, в отличие от Н.Бухарина, в 1928 г. стало понятно: «советская власть» повисла на волоске, ее надо спасать решительно и немедленно. После 1928 г. дальнейшее удержание власти номенклатурой и ее физическое самосохранение были возможны только при условии создания такой системы производства, в основу которой был бы положен принудительный труд бесправного советского населения. Сохранение любых иных форм экономических взаимоотношений неизбежно бы укрепляло позиции и влияние в стране свободных предпринимателей. В конце концов, предприниматель бы вытеснил коммунистов из экономической и политической жизни. Номенклатура была бы отстранена от власти – с неизбежной персональной ответственностью за социалистический эксперимент и совершенные после 1917 г. преступления, с непредсказуемыми для многих активных членов Коммунистической партии последствиями.

Крестьянин, будучи материально независимым от большевиков, в силу своего своеобразного отношения к жизни не мог стать послушным «винтиком» интернационально-социалистического общества с планово-распределительной экономикой. Не стал бы он безропотно и даром трудиться в интересах сталинской номенклатуры. Следовательно, крестьянин – свободный производитель товарного хлеба и сельскохозяйственной продукции – подлежал либо превращению в прикрепленного к земле и госпредприятию батрака, либо уничтожению.При этом национальность крестьянина не играла никакой роли. Объектом репрессий во время коллективизации должна была стать не национальная, а социальная группа, независимо от географических или региональных границ. Главная причина коллективизации, в первую очередь, заключалась в стремлении высшей номенклатуры ВКП(б) во главе со Сталиным ликвидировать потенциальную опасность со стороны свободного крестьянина-производителя и создать систему государственной эксплуатации трудоспособного населения – фактически, государственного рабства – ради сохранения своего господствующего положения в России, завоеванной большевиками в годы Гражданской войны.

В СССР к 1929 г. проживали примерно 154 млн. человек, из которых не менее 130 млн. составляли крестьяне. К 1932 г. большевики загнали в коллективные хозяйства, ставшие государственными предприятиями по принудительной обработке земли и производству сельскохозяйственной продукции, 61,5 % крестьянских дворов, а к 1937 г. – 93 %. 5 января 1930 г. ЦК ВКП(б) вынес постановление, согласно которому коллективизации подлежало «огромное большинство крестьянских хозяйств». 15 января решением Политбюро была образована спецкомиссия во главе с секретарем ЦК В.Молотовым, в которую вошли около тридцати представителей номенклатуры ВКП(б), советских учреждений и центрального аппарата ОГПУ. Комиссия Молотова разработала конкретные предложения по «ликвидации кулачества», сводившиеся к следующему:

1) Отмена действия закона об аренде и применении наемного труда – тем самым у «кулаков» ликвидировалась экономическая основа их хозяйства. Они больше не могли пользоваться собственным земельным наделом («аренда») и нанимать односельчан для его обработки («наемный труд»);

2) Насильственное изъятие собственности: орудий производства, скота, хозяйственных и жилых построек, предприятий по переработке сельхозпродукции (мельниц и пр.), продовольственных, фуражных и семенных запасов;

3) Все «кулацкое население» разбивалось на три категории. Отнесенные ОГПУ и местным совпартактивом к I категории(«контрреволюционный актив») – этапировались в концлагеря или подлежали расстрелу; отнесённые ко II категории – депортировались в отдаленные местности СССР; отнесенные к III категории – выселялись за пределы колхоза, проводившего раскулачивание.

Приказ ОГПУ № 44/21 о мероприятиях по ликвидации кулачества как класса от 2 февраля 1930 г

30 января 1930 г. предложения комиссии Молотова были оформлены секретным постановлением Политбюро ЦК ВКП(б), ставшего одним из самых важных документов по подготовке и проведению коллективизации. По 1-й категории планировалось этапировать в концлагеря или расстрелять 60 тыс. человек, по 2-й категории планировалось депортировать на север СССР, в Сибирь, на Урал, в Казахстан 245 тыс. человек. При депортации несчастным оставлялись лишь «самые необходимые предметы домашнего обихода, элементарные средства производства» (топор, лопата), «минимум продовольствия». Деньги подлежали конфискации, на каждую семью разрешалось оставить не более 500 р. (т.е. в среднем менее 100 р. на человека, меньше месячной зарплаты). Отобранная у крестьян собственность поступала в фонды колхозов, часть конфискованного получало государство в качестве «возмещения долгов от кулачества». Дома «кулаков» превращались в избы-читальни, помещения сельсоветов, деревенские клубы. На колхозы возлагалась ответственность за засев «кулацкого» земельного надела и сдачу государству соответствующего количества сельхозпродукции. Конфискации подлежали и все вклады «кулаков» в сберкассах. Политбюро приняло решения о закрытии сельских церквей и молитвенных домов, об увеличении штатов ОГПУ и войск ОГПУ, о запрете «кулакам» свободно переселяться из района проживания и распродавать свое имущество, о выделении спецэшелонов для этапирования спецпереселенцев к местам депортации. Вышеперечисленные мероприятия коснулись первоначально зерновых районов, а затем территории всей страны.

В надежде добыть пропитание крестьяне устремились в города. Но 22 января 1933 г. было издано подписанное И.Сталиным и В.Молотовым распоряжение, которое предписывало местным властям и в, частности, ОГПУ запретить «всеми возможными средствами массовое передвижение крестьянства Украины и Северного Кавказа в города. После ареста „контрреволюционных элементов“ других беглецов надлежит вернуть на прежнее жительство». В этом распоряжении ситуация объяснялась следующим образом: «Центральный комитет и Правительство имеют доказательства, что массовый исход крестьян организован врагами Советской власти, контрреволюционерами и польскими агентами с целью антиколхозной пропаганды, в частности, и против советской власти вообще». Во всех областях, пораженных голодом, продажа железнодорожных билетов была немедленно прекращена; были поставлены специальные кордоны ОГПУ, чтобы помешать крестьянам покинуть свои места. В начале марта 1933 г. в донесении ОГПУ уточнялось, что только за один месяц были задержаны 219 460 человек в ходе операций, предназначенных ограничить массовое бегство крестьян в города. 186 588 человек были возвращены на места проживания, многие арестованы и осуждены.

Докладная записка ОГПУ о высланных кулаках 2-й категории от 9 февраля 1931 года

"….За неделю была создана служба по поимке брошенных детей. По мере того, как крестьяне прибывали в город, не имея возможности выжить в деревне, здесь собирались дети, которых приводили сюда и оставляли родители, сами вынужденные возвратиться умирать у себя дома. Родители надеялись, что в городе кто-то займется их отпрысками. <…> Городские власти мобилизовали дворников в белых фартуках, которые патрулировали город и приводили в милицейские участки брошенных детей. <…> В полночь их увозили на грузовиках к товарному вокзалу на Северском Донце. Там собрали также и других детей, найденных на вокзалах, в поездах, в кочующих крестьянских семьях, сюда же привозили и пожилых крестьян, блуждающих днем по городу. Здесь находился медицинский персонал, который проводил «сортировку». Тех, кто ещё не опух от голода и мог выжить, отправляли в бараки на Голодной Горе или в амбары, где на соломе умирали ещё 8 000 душ, в основном дети. Слабых отправляли в товарных поездах за город и оставляли в пятидесяти-шестидесяти километрах от города, чтобы они умирали вдали от людей. <…> По прибытии в эти места из вагонов выгружали всех покойников в заранее выкопанные большие рвы."

Общее число прямых жертв голода 1932–1933 гг. может быть оценено в 6,5–7 млн. человек (в том числе до 4 млн.- в Украинской ССР). Эта оценка практически совпадает с оценкой убыли населения СССР за 1933 г., если мы учтем умерших от голода летом – осенью 1932 г.

В 1933 г. в частном разговоре Н. И. Бухарин вынужденно признал: «Даже 1919 год несравним с тем, что случилось между 1930 и 1932 годами. В 1919 году мы сражались за нашу жизнь. Мы казнили людей, но в это время мы рисковали и своими жизнями. В последующие периоды, однако, мы проводили массовое уничтожение абсолютно беззащитных людей вместе с их женами и детьми».

Прямые жертвы большевистской власти в результате коллективизации и как результата голода (1930–1933 гг.) примерно распределяются следующим образом:

I. Погибшие в результате подавления антиколхозных восстаний 1930–1932 и внесудебных репрессий во время коллективизации не менее 100 тыс.

II. Погибшие в результате искусственного голода 1932–1933 гг., организованного Политбюро ЦК ВКП(б) во второй половине 1932 и зимой 1933 с целью ослабления сопротивления коллективизации на Дону, Кубани, в Украине, в Казахстане, Поволжье и Западной Сибири 6,5 млн.

III. Погибшие в 1930–1940 спецпереселенцы (умершие в результате нецивилизованных условий быта и труда, созданных властью в местах спецпоселений и погибшие в побегах) 1,8–2,1 млн.

IV. Расстрелянные ОГПУ–НКВД по обвинениям в «контрреволюционных преступлениях» в 1930–1933 гг. — 35.734 чел.

ИТОГО (округленно) 8 млн. 450 тыс. человек

Встречаются и более высокие оценки. Например, известный русский экономист и деятель вологодского кооперативного движения С.С. Маслов в эмиграции демографические последствия коллективизации оценивал так. В 1929 г. в СССР существовали 25,8 млн. крестьянских дворов, а в 1935 г. – 20,9 млн. Убыль составила 4,9 млн. дворов с населением 24 млн. человек. В 1929–1935 гг. городское население увеличилось за счет миграции из деревни на 12 млн. «Куда девались еще 12 млн. человек?» – вопрошал Маслов. Речь идет о гуманитарной катастрофе вполне сравнимой с Холокостом, но имеющей социальную, а не национальную окраску. Именно поэтому, в свою очередь, власть в Российской Федерации решительно не заинтересована в объективных оценках коллективизации и голода в годы первой пятилетки, равно как и в увековечивании памяти миллионов погибших крестьян. Подобные действия сделали бы вновь актуальным вопрос о юридической и морально-нравственной оценке политических мероприятий Коммунистической партии. Признание сталинской государственной политики в 1929–1933 гг. актом стратоцида – массовым уничтожением собственного населения по социальному признаку – вступило бы в резкое противоречие с ложной исторической памятью, укорененной в российском общественном сознании, и с попытками выстроить современную российскую государственность на признании ценности и позитивного характера советского периода.

Источник: bessmertnybarak.ru

Причины коллективизации

В конце 1920 лет ХХ века Советский Союз взял курс на индустриализацию. Реализация плана индустриализации требовала от экономики страны огромных усилий. В частности, строителей заводов, фабрик, шахт, гидроэлектростанций, городов, каналов банально нужно было кормить.

Но сельское хозяйство СССР находилось в допотопном состоянии. В 1926 году количество личных крестьянских хозяйств составляло 24,6 млн, в 1928 году средняя площадь посева была менее 4,5 га, более 30 % хозяйств не имело инструмента, рабочего скота для обработки земли. В 1928 году 9,8 % посевных площадей вспахивалось сохой, сев на три четверти был ручным, уборка хлебов на 44 % производилась серпом и косой, обмолот на 40,7 % производился ручными способами.

К 1928-29 годах доля бедняков в сельском населении СССР составляла 35 %, середняков — 60 %, кулаков — 5 %. в 1926-27 годах средняя товарность зернового хозяйства равнялась 13,3 % (товарность — процентное отношение объема продукции на продажу к объему всей произведенной продукции).

В 1927-28 годах Союз захлестнул так называемый хлебозаготовительный кризис: объём закупок государством зерна у крестьян резко снизился (например, на 1 января 1928 объем хлебозакупок в Сибири составлял 66,5 % от необходимого). С 1 июля 1927 по 1 января 1928 государством было заготовлено на 2000 тысяч тонн зерна меньше, чем в тот же период предшествующего года. В то же время хлеба в деревне было много. Но крестьяне не желали его продавать в объемах, необходимых государству. Это было вызвано низкими закупочными ценами на зерно, нехваткой промышленных товаров для обмена на сельскохозяйственную продукцию; некоторые районы пострадали от неурожая, ходили слухи о возможности новой войны с Западом.

Это стало дополнительным поводом для крестьян припрятать подальше хлеб. Наученные горьким опытом, горожане бросились раскупать товары первой необходимости. Осенью 1927 года городские магазины являли собой давно забытое зрелище: с прилавков исчезли масло, сыр, молоко. Потом начались перебои с хлебом: за ним выстраивались длинные очереди.

Цели коллективизации

необходимость преодоления неоднородности и многоукладности экономики СССР
обеспечение бесперебойного снабжения быстро растущих в ходе индустриализации городов
высвобождение рабочих рук из деревни для строек первых пятилеток (в колхозах было проще внедрять технику, что освобождало от ручного труда миллионы крестьян)
увеличение урожайности зерна для продажи на экспорт и закупку на валюту оборудования для индустриализации

Осуществление коллективизации. Кратко

  • 1927, 16 марта — принято Постановление ЦИК и СНК СССР «О коллективных хозяйствах». В документе была подчеркнута ведущая роль коллективных хозяйств — колхозов, которые были названы высшей формой сельхозяйственной кооперации
  • 1927, 2-19 декабря — ХV съезд ВКП(б) принял план коллективизации сельского хозяйства
  • 1928, 6 января — местные власти получили указание из Москвы об изъятии излишков хлеба. Это фактически возвращало страну к продовольственной диктатуре. На места были направлены наделенные чрезвычайными полномочиями комиссии во главе с видными партийными деятелями
  • 1928, 15 января — Сталин поехал в Сибирь, где хлебозаготовки проходили особенно трудно. Во время поездки он призвал привлекать кулаков, отказывающихся сдавать хлеб по твердым государственным ценам, к ответственности по ст. 107 УК РСФСР, предусматривавшей наказание за спекуляцию — лишение свободы на срок от 5 лет с конфискацией имущества. 25% конфискованного хлеба на льготных условиях передавалось местной бедноте, чтобы побудить низы деревни «выявлять» «укрывателей и спекулянтов». Для того, чтобы усилить рвение местных властей, Сталин потребовал снимать с работы судебных и прокурорских работников, не выполняющих приказа о применении ст. 107.
  • 1928, 15 февраля — газета «Правда» впервые опубликовала сообщения о вредительской деятельности кулачества
  • 1928, 11 июля — пленум ЦК ВКП(б) принял резолюцию «Об организации новых (зерновых) совхозов»
  • 1928, 1 августа — постановление правительства СССР «Об организации крупных зерновых хозяйств», которым ставилась задача «к урожаю 1933 обеспечить получение товарного зерна от этих хозяйств в количестве не менее 100 000 000 пудов (1 638 000 тонн)»
  • 1928 — голод на Украине
  • 1928-1929, зима — страна встречала новый год длинными очередями за хлебом, разгромами хлебных будок, драками и давкой в очередях. По сводкам ОГПУ, «хлеб получали с боя». Рабочие бросали работу и уходили в очереди, трудовая дисциплина падала, недовольство росло. Весной появились донесения ОГПУ о локальном голоде в деревнях (ЦА ФСБ. Ф. 2. Оп. 7. Д. 527. Л. 15-56; Д. 65. Л. 266-272; Д. 605. Л. 31-35)
  • 1929, 1 января — введены карточки на хлеб во всех городах страны, в марте 1929 года эта мера коснулась и Москвы
  • 1929, 18-22 апреля — пленум ЦК и ЦКК ВКП(Б) отверг план Бухарина вернуться к свободной продаже хлеба, подняв на него цены в 2-3 раза, но принял план Сталина «расширять строительство колхозов и совхозов, усиленным развитием машинно-тракторных станций облегчить вытеснение капиталистических элементов из сельского хозяйства и постепенный перевезти индивидуальные крестьянские хозяйства на рельсы крупных, коллективных хозяйств, на рельсы коллективного труда»
  • 1929, осень — Центральный комитет профсоюза горнорабочих СССР сообщал, что «рабочих форменным образом душат чёрным, сырым хлебом. О мясе и овощах абсолютно не приходится говорить». По отзывам самих рабочих: «Нет ни мяса, ни картошки, а если и бывает, то не добьёшься, потому что кругом очередь»
  • 1929, осень — нормирование основных продуктов питания существовало во всех промышленных районах. Особенно плохим было снабжение мясом и жирами. Ухудшилось положение с хлебом. Выдача пайков запаздывала, нормы снижались
  • 1929, 7 ноября — статья Сталина «Год великого перелома» в газете «Правда», в которой говорилось «о коренном переломе в развитии нашего земледелия от мелкого и отсталого индивидуального хозяйства к крупному и передовому коллективному земледелию»
  • 1929, декабрь — Сталин объявил о конце нэпа и переходе к политике «ликвидации кулачества как класса»
  • 1930, 5 января — постановление ЦК ВКП(б) «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству», которое устанавливало жесткие сроки завершения коллективизации:
    *** для Северного Кавказа, Нижней и Средней Волги — осень 1930 года, в крайнем случае — весна 1931 года,
    *** для остальных зерновых районов — осень 1931 года или не позже весны 1932 года
    *** для остальных районов страны предполагалось «решить задачу коллективизации» «в пределах пятилетия»
  • 1930, 30 января — Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации»: «общее число ликвидируемых хозяйств по всем основным районам составляло в среднем, примерно, 3 — 5%»
    Определением, кто есть «кулак», а кто «середняк» занимались непосредственно на местах. Единой и точной классификации не было. В некоторых районах к кулакам приписывали тех, у кого было две коровы, или две лошади, или хороший дом
  • 1930, февраль-март — начался массовый забой скота крестьянами, не желающих отдавать его колхозу. Другие гнали на колхозный двор (часто просто сарай, окруженный забором) всю свою скотину: коров, овец, и даже кур и гусей. Руководители колхозов на местах понимали решения партии по своему — если обобществлять, то все, вплоть до птицы. Кто, как и на какие средства будет кормить скотину в зимнее время, заранее предусмотрено не было. Естественно, большинство животных погибало через несколько дней. Животноводству был нанесен огромный удар
  • 1930, 2 марта — в «Правде» статья Сталина «Головокружение от успехов», в которой он критиковал перегиб в коллективизации, допущенные местным властями
  • 1930, 14 марта — постановление ЦК ВКП(б) «О борьбе с искривлениями партийной линии в колхозном движении», в котором критиковались нарушения принципа добровольности в колхозном строительстве
    Эти действия власти привели к массовому выходу крестьян из колхозов. Но вскоре они вновь вступили в них. Ставки сельхозналога с единоличников были повышены на 50 % по сравнению с колхозными, что не позволяло нормально вести индивидуальное хозяйство.
  • 1931, январь — решению Политбюро ЦК ВКП(б) введены карточная система распределения основных продуктов питания и непродовольственных товаров.
  • 1931, сентябрь — коллективизацией охвачены 60% крестьян
  • 1934 — коллективизацией охвачены 60% крестьян
  • 1937 — в колхозы и совхозы объединены 93% крестьянских хозяйств

Итоги коллективизации

Истребление скота, раскулачивание, полная дезорганизация работы колхозов, усиленная неблагоприятными погодными условиями, привели в 1932 — 1933 годах к страшному голоду на Украине, в южных областях России, в Казахстане, охватившему примерно 25 — 30 млн. человек и стоившему жизни примерно 5 миллионам крестьян
Высланы, раскулачены около двух миллионов человек
В середине 1930-х годов страна заготовляла 1200 — 1400 миллионов пудов товарного зерна ежегодно
1 января 1935 года были отменены карточки на хлеб, 1 октября 1935 года — на другие продукты

Источник: ChtoOznachaet.ru

Коллективизация

 Начало массовой коллективизации год

 

Коллективизация – это объединение единоличных хозяйств крестьян в колхозы — коллективные хозяйства — в СССР

Начало коллективизации

1927г, 15 съезд ВКП(б)- взят курс на коллективизацию.

Сплошная коллективизация началась в 1929 г. после опубликования в газете «Правда» статьи Сталина И.В. «Год великого перелома».

Хронологические рамки: 1929-1937г.

Причины

 

 

  • Кризис хлебозаготовок 1926-1929гг.: крестьяне-единоличники снижали поставки зерна государству, так как закупочные цены зерна были слишком низкими

  • Необходимость капиталовложения в индустрию, деревня стала главным источником доходов государства для вложения капиталов в промышленность

Цели

  • Сделать СССР «одной из самых хлебных, если не самой хлебной страной в мире».

  • Обеспечить надёжный канал перекачивания денег из деревни в город для развития индустрии

  • Наладить эффективное сельскохозяйственное производство

  • Распространить влияние государства на частный сектор в сельском хозяйстве, то есть осуществить полное огосударствление экономики.

Ход коллективизации

  • Объединение единоличных крестьян в колхозы

Основная форма объединения — колхозы. В них обобществлялись скот, земля, инвентарь.

Сроки – крайне сжатые. В Постановлении ЦК ВКП(б) от 5 января 1930 «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству» их  определили так:

— Поволжье, Северный Кавказ-  1 год

— Украина, черноземье, Казахстан – 2 года

— остальные районы- 3 года.

 

В деревни направлены наиболее идейные рабочие — «двадцатипятысячники», затем ещё 35 тысяч.

          Для координации создавались  новые учреждения, занимавшиеся      коллективизацией (Зернотрест, Колхозцентр, Трактороцентр) — Наркомат земледелия. Глава — Я.А.Яковлев.

Нежелание крестьян вступать  в колхозы решалось силой: конфисковывали имущество, запугивали людей, сажали под арест.

  • Раскулачивание«ликвидация кулачества как класса».

Кулаков делили на три категории:

  1. Участники выступлений против советской власти (арестовывались и передавались в руки ОГПУ)

  2. Зажиточные хозяева, которые имели влияние на остальных (выселялись вместе с семьями в Казахстан, Сибирь, на Урал)

  3. Все остальные (переселялись в те же районы, но на худшие земли).

Чёткой градации групп не было.

Земля, имущество, деньги- всё это конфисковывалось у кулаков. Трагизм был ещё и в том, что были даны чёткие указания, сколько человек необходимо было выделить по каждой категории, что приводило к тому, что в разряд « кулаков» часто попадали и середняки.

Выделяли ещё разряд населения — « подкулачники» – подсобники «врагов-мироедов», вот уж под эту категорию можно было подвести кого угодно.

 

Ответом на насильственную коллективизацию и раскулачивание стали массовые выступления народа, убой скота.

Сталин решил временно уступить, отметив в статье

 «Головокружение от успехов» (весна 1930г.), что в перегибах виновны местные власти.

14 марта 1930 г., ЦК ВКП(б) — постановление «О борьбе с искривлениями  линии партии в колхозном движении», в котором местные власти обвинялись в следующем:

в нарушении принципа добровольности;

в «раскулачивании» середняков и бедняков;

в мародерстве;

в поголовной коллективизации;

в закрытии церквей, рынков, базаров.

Первый эшелон местных организаторов колхозов репрессирован.

Многие созданные колхозы распущены.

 

Однако осенью 1930 года процесс коллективизации продолжился.

В 1932-1933 году в самых плодородных районах был голод (причины: засуха, падение скота, рост госпланов  госзаготовок, отсталая техническая база) однако это не остановило партию: объёмы госпоставок росли, зерно вывозили  за границу, чтобы получить деньги.

7 августа 1932г —  принят Закон об охране социалистической собственности (в народе его прозвали « законом о трёх колосках»), по которому за хищение государственной собственности предусматривался расстрел или срок заключения  на 10 лет.

1932- введены в колхозах трудодни, сдельщина, бригадная организация труда.

1933- созданы политотделы и МТС (так уже к 1934 году в колхозах было 280 тыс. тракторов)

1935- отменена карточная система

1937- колхозы получили землю в вечное пользование.

В 1937 году коллективизация была объявлена завершённой: 97% хозяйств были в колхозах.

Съезды колхозников

1930 г. — I Всесоюзный съезд колхозников

1935 г. — II Всесоюзный съезд колхозников.

Формы колхозного хозяйства

  • Коммуны — в них обобществлялись все средства производства, скот, земля, у работников не было личного хозяйства, уравнительное распределение- не по труду, а по едокам. К лету 1929г. коммуны составляли 2% всех колхозов.

  • Артели – отличие от коммуны в том, что члены её имели личное подсобное хозяйство. Доходы распределялись по количеству и качеству труда, по трудодням. В 1929г. артели составляли 33.6 % колхозов.

  • ТОЗы- товарищества по совместной обработке земли. В них обобществлялась только земля и труд, а скот, машины, инвентарь оставались в частной собственности. Доходы распределялись не только по количеству труда, но и в зависимости от размеров паевых взносов и ценности средств производства, предоставленных товариществу каждым его членом. В 1929 году ТОЗы составляли 60.2 % колхозов.

  • Параллельно с колхозами ещё с 1918 года на базе специализированных хозяйств (например, конезаводов) создавались совхозы .Работникам совхозов начислялись заработная плата по нормативам и в денежной форме, они являлись наёмными работниками, а не совладельцами.

Итоги

ПОЗИТИВНЫЕ:

  • Государственные заготовки зерна выросли в 2 раза, а налоги с колхозов – в 3.5, что значительно пополнило бюджет государства.

  • Колхозы стали надёжными поставщиками сырья, продовольствия, капитала, рабочей силы, что приводило к развитию промышленности.

  • К концу 1930- х годов было построено более 5000 МТС — машинно — тракторных станций, которые обеспечивали колхозы техникой, которую обслуживали  рабочие из городов.

  • Главный итог коллективизации – индустриальный скачок, резкое повышение уровня развития промышленности.

 

НЕГАТИВНЫЕ:

  • Коллективизация негативно сказалась на сельском хозяйстве: сократилось производство зерна, поголовье скота, урожайность, количество посевных площадей.

  • Колхозники не имели паспорта, значит, не могли выезжать за пределы деревни, становились заложниками государства, лишившись свободы передвижения.

  • Был уничтожен целый слой крестьян-единоличников с его культурой, традициями, навыками хозяйствования. На смену пришёл новый класс- « колхозное крестьянство».

  • Большие людские потери: 7-8 млн. людей погибло в результате голода, раскулачивания, переселения.

  • Складывание административно- командного управления сельским хозяйством, его огосударствление.

  • Потеря стимулов к труду в деревне.

 

Материал подготовила: Мельникова Вера Александровна

 

 

 

 

 

Источник: poznaemvmeste.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Adblock
detector