Иоанн 3 годы правления

Иван III, собирая войска союзников, послал в город Ивана Федоровича Товаркова. Тот зачитал горожанам воззвание, мало чем отличающееся от того, что говорил недавно великий князь чиновнику. Эту показную медлительность некоторые историки называют нерешительностью. Решительной была Марфа. Решительность ее и погубила. Товарков, вернувшийся в Москву, заявил великому князю, что только «меч может смирить новгородцев». Иван III все медлил, будто бы сомневался в успехе. Нет! Он не сомневался. Но догадываясь, что будет пролито много крови соотечественников, он хотел поделить ответственность за беды со всеми, на кого опирался: с матерью и митрополитом, братьями и архиепископами, с князьями и боярами, с воеводами и даже с простолюдинами. Ивану III удалось в ходе сложной дипломатической игры перетянуть на свою сторону другой вольный город, Псков, и оказывать тем самым давление на Новгород. В результате этой гибкой политики Иван III в спорах между Новгородом и Псковом стал играть роль властного арбитра, слово которого — закон.


по существу, он впервые выступил в качестве главы всей Русской земли. Иван III отправил в Новгород грамоту, где счел нужным особо подчеркнуть, что власть великих князей носит общерусский характер. Он призывал новгородцев не отступать «от старины», возводя ее к Рюрику и Владимиру Святому. «Старина» в его глазах означала единство Русской земли под властью великого князя. Это принципиально важный момент в новой политической доктрине Ивана Васильевича: осмысление Русской земли как единого целого. Князь собрал Думу, доложил об измене новгородцев, услышал единогласное: «Государь! Возьми оружие в руки!» — и после этого медлить не стал. Иван III действовал взвешенно и осторожно, но, взвесив все и собрав практически всех князей (даже Михаила Тверского), объявил весной 1471г. Новгородской республике войну. И огромная армия двинулась к Новгороду. Горожане такого оборота дела не ожидали. В Новгородской земле, где много озер, болот, рек, летом воевать сложно. Неожиданное наступление противника озадачило сторонников Марфы Борецкой. Войско шло несколькими колоннами. Псковская дружина захватила Вышегород.

Источник: s30556663155.mirtesen.ru

Иоанн 3 годы правления

1. Государь

Московский государь Иван III Васильевич получил у историков прозвище Великий. Карамзин ставил его даже выше Петра I, ибо Иван III сделал великое государственное дело, не прибегая к насилию над народом.


Объясняется это в общем просто. Дело в том, что мы все живем в государстве, создателем которого является Иван III. Когда в 1462 году он вступил на московский престол, Московское княжество еще отовсюду было окружено русскими удельными владениями: господина Великого Новгорода, князей тверских, ростовских, ярославских, рязанских. Иван Васильевич подчинил себе все эти земли или силой, или мирными соглашениями. Так что в конце своего княжения, в 1505 году, Иван III имел по всем границам Московского государства уже одних лишь иноверных и иноплеменных соседей: шведов, немцев, литву, татар.
Это обстоятельство естественным образом изменило всю политику Ивана III. Ранее, окруженный такими же, как он сам, удельными владыками, Иван Васильевич был одним из многих удельных князей, хотя бы и самым сильным. Теперь, уничтожив эти владения, он превратился в единого государя целого народа. Коротко говоря, если поначалу его политика была удельной, то затем она стала национальной.
Став национальным государем всего русского народа, Иван III усвоил себе новое направление во внешних отношениях Руси. Он сбросил с себя последние остатки зависимости от золотоордынского хана. Он также перешел в наступление против Литвы, от которой Москва до тех пор только оборонялась. Он даже заявил претензии на все те русские земли, которыми со второй половины 13 века владели литовские князья. Называя себя «государем всея Руси», Иван III разумел не только северную, но и южную, и западную Русь, присоединить которые к Москве он считал своей обязанностью. Иными словами, закончив собирание русских удельных княжеств, Иван III провозгласил политику собирания русского народа.
В этом и заключается важное историческое значение княжения Ивана III, которого с полным правом можно назвать создателем национального русского государства – Московской Руси.


2. Человек

Первый русский царь и «государь всея Руси» Иван III обладал крутым нравом – мог снять голову знатному боярину просто за то, что тот «умничает». Именно с таким обвинением в 1499 году взошел на эшафот ближний боярин государя Семен Ряполовский. Недаром в народе Ивана III прозвали Грозным (правда, в истории это прозвище закрепилось за внуком Ивана III и его полным тезкой – Иваном IV Васильевичем. Так что не перепутайте). В последние годы жизни Ивана III его особа приобрела в глазах подданных почти божественное величие. Женщины, говорят, падали в обморок от одного его гневного взгляда. Придворные под страхом опалы должны были развлекать его в часы досуга. А если посреди этого тяжелого веселья Ивану III случалось задремать в кресле, все кругом замирали – иногда на целые часы. Никто не смел кашлянуть или размять затекшие члены, чтобы, не дай бог, не разбудить великого государя.
Впрочем, такие сцены объясняются скорее раболепием придворных, нежели характером самого Ивана III, который по натуре вовсе не был мрачным деспотом.


ярин Иван Никитич Берсень, вспоминая своего государя, позже говаривал, что Иван III был добр и до людей ласков, а потому и Бог помогал ему во всем. В государственном совете Иван III любил «встречу», то есть возражение против себя, и никогда не наказывал, если человек говорил дело. В 1480 году, во время нашествия на Русь хана Ахмата, Иван III покинул войско и возвратился в Москву. Престарелый ростовский архиепископ Вассиан, рассердившись за это на государя, начал, по словам летописца, «зло говорить ему», называя его бегуном и трусом. Иван III со смиренным видом вытерпел укоризны рассерженного старца.
В своих эстетических вкусах Иван III был тонким ценителем искусства, в том числе западноевропейского. Он первый из московских государей широко раскрыл ворота Кремля перед деятелями итальянского Возрождения. При нем в Москве творили выдающиеся итальянские архитекторы, создавшие те самые кремлевские дворцы и храмы, которыми мы любуемся до сих пор. А в московских летописях появились миниатюры, копирующие фрагменты гравюр великого немецкого художника Дюрера.
В общем, недурной был человек Иван III Васильевич.

3. Конец вольности Господина Великого Новгорода

Во второй половине XV века Новгород все больше терял свою былую независимость. В городе образовались две партии: одна стояла за соглашение с Литвой, другая – за соглашение с Москвой. За Москву стояло преимущественно простонародье, за Литву – бояре во главе с посадником Борецким.


началу верх в Новгороде взяла литовская партия. В 1471 году Борецкий от имени Новгорода заключил с литовским великим князем и одновременно королем польским Казимиром союзный договор. Казимир обещался защищать Новгород от Москвы, дать новгородцам своего наместника и соблюдать все вольности новгородские по старине. По сути, партия Борецкого совершила национальную измену, предавшись под покровительство иноземного государя, к тому же католика.
Именно так на это дело и смотрели в Москве. Иван III писал в Новгород, убеждая новгородцев отстать от Литвы и короля-католика. А когда увещевания не подействовали, московский государь начал приготовления к войне. Походу на Новгород был придан вид похода на еретиков. Как Дмитрий Донской вооружился на безбожного Мамая, так, по словам летописца, и благоверный великий князь Иван Васильевич пошел на этих отступников от православия к латинству.
Шибко надеясь на литовскую подмогу, новгородские бояре позабыли создать собственную боеспособную армию. Этот недосмотр стал для них роковым. Потеряв в боях с передовыми отрядами московского войска две пешие рати, Борецкий наскоро посадил на коней и двинул против Ивана III тысяч сорок всякого сброда, который, по выражению летописи, отроду и на лошади не бывал. Четырех тысяч хорошо вооруженных и обученных московских ратников оказалось достаточно, чтобы в битве на реке Шелони разбить наголову эту толпу, положив тысяч 12 на месте.

r />Посадник Борецкий попал в плен и был казнен как изменник вместе со своими сообщниками. А Иван III объявил новгородцам свою волю: чтобы быть в Новгороде такому же государству, как на Москве, вечу не быть, посаднику не быть, а государить по московскому обычаю.
Окончательно Новгородская республика перестала существовать спустя семь лет, в 1478 году, когда по приказу Ивана III вечевой колокол был увезен в Москву. Однако прошло еще не меньше ста лет, прежде чем новгородцы смирились с утратой своей вольности и стали называть свою Новгородскую землю – Русью, а себя – русскими, как и остальные жители Московского государства.

4. Самодержец всея Руси

Иван Васильевич был женат два раза. Первой его женой была сестра его соседа, великого князя тверского, Марья Борисовна. По смерти ее в 1467 году Иван III стал искать другой жены, подальше и поважнее. В то время в Риме проживала царственная сирота – племянница последнего византийского императора Софья Палеолог (напомню, что в 1453 году Константинополь завоевали турки). При посредничестве римского папы Иван III выписал византийскую царевну из Италии и женился на ней в 1472 году.
Оказавшись рядом с такой знатной женой, Иван III стал брезговать тесной и некрасивой кремлевской обстановкой, в которой жили его предки. Вслед за царевной из Италии были выписаны мастера, которые построили Ивану новый Успенский собор, Грановитую палату и каменный дворец на месте прежних деревянных хором.


то же время при московском дворе завелся новый – строгий и торжественный церемониал по образцу византийского.
Почувствовав себя как бы наследником Византийской державы, Иван III начал по-новому писать свой титул, опять же на манер греческих царей: «Иоанн, божьей милостью государь всея Руси и великий князь Владимирский, Московский, Новгородский, Псковский, Тверской, Пермский, Югорский и иных земель».
Софья Палеолог была на редкость полной женщиной. Вместе с тем она обладала чрезвычайно тонким и гибким умом. Ей приписывали большое влияние на Иван III. Говорили даже, что именно она побудила Ивана сбросить татарское иго, потому что стыдилась быть женой ордынского данника.

5. Свержение ордынского ига

Произошло это без громких побед, как-то буднично, почти что само собой. Впрочем, обо всем по порядку.

В начале правления Ивана III по границам России существовала уже не одна, а целых три самостоятельных татарских орды. Истощенная усобицами Золотая Орда доживала свой век. В 1420-х-30-х годах от нее откололись Крым и Казань, где возникли особые ханства со своими династиями. Пользуясь разногласиями среди татарских ханов, Иван III исподволь подчинил Казань своему влиянию: казанский хан признал себя вассалом московского государя. С крымским ханом у Ивана III была прочная дружба, так как оба они имели общего врага – Золотую Орду, против которой и дружили. Что до самой Золотой Орды, то Иван III прекратил с ней всякие отношения: не давал дани, не ездил на поклон к хану, а однажды даже бросил на землю и растоптал ханскую грамоту.


r />Слабый золотоордынский хан Ахмат пытался действовать против Москвы в союзе с Литвой. В 1480 году он привел свое войско на реку Угру, в пограничные между Москвой и Литвой места. Но у Литвы и без того был хлопот полон рот. Литовской помощи Ахмат не дождался, а московский князь встретил его с сильной ратью. Началось многомесячное «стояние на Угре», так как противники не решались вступить в открытый бой. Иван III приказал готовить столицу к осаде, и сам приезжал с Угры в Москву, боясь не столько татар, сколько своих братьев – они были с ним в ссоре и внушали Ивану III подозрение в том, что изменят в решительную минуту. Осмотрительность и медлительность князя показались москвичам трусостью. Духовенство заклинало Ивана III не быть «бегуном», а храбро стать против врага.
Но решительного сражения так и не произошло. Простояв на Угре с лета до ноября месяца, Ахмат с началом морозов убрался восвояси. Вскоре он был убит в очередной усобице, его сыновья погибли в борьбе с Крымским ханством, и в 1502 году Золотая Орда прекратила свое существование.

Так пало ордынское иго, тяготевшее над Русью два с половиной столетия. Но беды от татар для Руси на этом не прекратились. Крымцы, казанцы, как и более мелкие татарские орды, постоянно нападали на русское пограничье, жгли, разоряли жилища и имущество, уводили с собой людей и скот. С этим беспрестанным татарским разбоем русским людям пришлось бороться ни много ни мало еще около трех столетий.


6. Державный полет российского орла

Диковинная птица появилась в российской государственной символике не случайно. С давних времен она украшала гербы и знамена многих великих держав, в том числе Римской империи и Византии. В 1433 году двуглавый орел утвердился также в гербе ГАбсбургов, правящей династии Священной Римской империи, которые считали себя преемниками власти римских кесарей. Однако на это почетное родство претендовал и Иван III, женатый на племяннице последнего византийского императора Софье Палеолог, а после свержения ордынского ига принявший титул «самодержца всея Руси». Именно тогда на Руси появилась новая родословная московских государей, якобы ведущих свое происхождение от Пруса, легендарного брата императора Октавиана Августа.
В середине 80-х годов XV века император Фридрих III Габсбург предложил Ивану III стать вассалом Священной Римский империи, обещая взамен пожаловать ему королевский титул, но получил гордый отказ: «Мы Божьей милостью государи на своей земле изначала, от первых своих прародителей, а поставления на королевство, как прежде ни от кого не хотели, так и теперь не хотим». Чтобы подчеркнуть свою равночестность императору, Иван III принял новый государственный символ Московской державы – двуглавого орла. Брак московского государя с Софьей Палеолог позволил прочертить независимую от Запада линию преемства нового герба – не из «первого» Рима, а из Рима «второго» – православного Константинополя.
Древнейшее в России изображение двуглавого орла оттиснуто на восковой печати Ивана III, привешенной к грамоте 1497 года. С тех пор державный орел знаменует государственный и духовный суверенитет России.


7. Западные веяния

Первого государя всея Руси Ивана III Васильевича некоторые историки называют также первым русским западником, проводя параллель между ним и Петром I.

Действительно, при Иване III Россия шла вперед семимильными шагами. Монголо-татарское иго было сброшено, удельная раздробленность уничтожена. Высокий статус московского государя был подтвержден принятием титула государя всея Руси и престижным браком на византийской царевне Софье Палеолог. Одним словом Россия стала полноправным суверенным государством. Но национальное самоутверждение не имело ничего общего с национальной замкнутостью. Напротив именно Иван III как никто другой содействовал оживлению и укреплению связей Москвы с Западом, с Италией в особенности.
Приезжих итальянцев Иван III держал при себе на положении придворных «мастеров», поручая им строение крепостей, церквей и палат, литье пушек, чеканку монеты. В летописи сохранились имена этих людей: Иван Фрязин, Марк Фрязин, Антоний Фрязин и т. д. Это не однофамильцы и не родственники. Просто мастеров-итальянцев в Москве называли общим именем «фрязин» (от слова «фряг», то есть «франк»). Особенной известностью среди них пользовался выдающийся итальянский архитектор Аристотель Фиораванти, построивший в московском Кремле знаменитые Успенский собор и Грановитую палату (названную так по случаю отделки ее в итальянском стиле – гранями). Вообще при Иване III трудами итальянцев Кремль был отстроен и украшен заново. Еще в 1475 году один побывавший в Москве иностранец писал про Кремль, что «все строения в нем, не исключая и самой крепости, деревянные». Но уже спустя двадцать лет иностранные путешественники стали именовать московский кремль по-европейски «замком», ввиду обилия в нем каменных строений. Так стараниями Ивана III Ренессанс расцвел и на российской земле.
Кроме мастеров в Москве часто появлялись послы от западноевропейских государей. И, как было видно на примере императора Фридриха, первый русский западник умел разговаривать с Европой на равных.

8. Ересь «жидовствующих»

В XV веке над Западной Европой летали хлопья человеческого пепла. Это было время самых жестоких преследований ведьм и еретиков. По самым скромным подсчетам число жертв инквизиции исчисляется десятками тысяч. В одной только Кастилии великий инквизитор Торквемада сжег около 10 тысяч человек. К сожалению, Россия тоже не избежала общего поветрия. При Иване III огненные спектакли ставились и у нас, хотя они и не были столь масштабными.
Ересь «жидовствующих» была занесена в Россию извне. В 1470 году новгородцы, напрягавшие последние усилия, чтобы отстоять свою независимость от Москвы, пригласили к себе по сговору с польским королем православного киевского князя Александра Михайловича. В свите князя прибыли в Новгород лейб-медик еврей Схария и еще два его начитанных в богословии соплеменника. С них все и началось. В спорах с русскими попами заезжие сторонники Торы (то есть Ветхого Завета) выдвигали нехитрый силлогизм: они апеллировали к словам Христа, что он «пришел не разрушить закон, но исполнить». Отсюда следовал вывод о первенстве Ветхого Завета над Новым, иудейства над христианством. Убогая мысль новгородских священников свихнулась на этом силлогизме. Всего год пробыли три ученых еврея в Новгороде, но этого хватило, чтобы их беседы глубоко вонзились в души новгородских попов. Они стали исповедовать странную смесь иудейства и христианства, за что и получили свое название «жидовствующих».
Секта жидовствующих была хорошо законспирирована. Поэтому новгородскому архиепископу Геннадию не сразу удалось вывести еретиков на чистую воду. В конце концов надломился и раскаялся один из «жидовствующих», поп Наум, который и сообщил о доктрине и культе своих единоверцев. Началось церковное расследование. По вопросу о наказании виновных в ереси мнения в Русской Церкви разделились. Часть духовенства призывала действовать на еретиков одним духовным увещеванием, без физического наказания. Но победили те, которые стояли за физическую казнь. И вдохновил их именно иностранный пример. В 1486 году через Новгород проезжал посол австрийского императора. Он рассказал архиепископу Геннадию про испанскую инквизицию и встретил с его стороны большое сочувствие.
Геннадий устроил еретикам особое истязание в стиле испанской инквизиции. Люди Геннадия посадили арестованных задом наперед на коней, на головы надели берестяные колпаки с мочальными кистями и с надписью: «се есть сатанинское воинство». Когда кавалькада прибыла на городскую площадь, шутовские шлемы были зажжены на головах еретиков. Сверх того, некоторые из них были еще биты публично, а несколько человек сожжены заживо.
Это действо и стало первым инквизиционным опытом Русской православной церкви. К чести русского духовенства надо заметить, что ему довольно быстро удалось преодолеть это позорное искушение. Так что, в отличие от инквизиции католической, наши отечественные церковные трибуналы не стали постоянным явлением, а их жертвы исчисляются единицами.

9. Россия при Иване III

Ко времени царствования Ивана III Васильевича и его сына Василия III относятся первые подробные записки иностранцев о России, или о Московии, если придерживаться их терминологии.

Венецианца Иосафата Барбаро, человека торгового, поразило прежде всего благосостояние русских людей. Отметив богатство увиденных им русских городов, он записал, что и вообще вся Русь «обильна хлебом, мясом, медом и другими полезными вещами».
Другой итальянец, Амброджо Кантарини, особо подчеркнул значение Москвы как международного торгового центра: «В город, — пишет он, — в течение всей зимы собирается множество купцов из Германии и Польши». Он же оставил в своих записках интересный словесный портрет Ивана III. По его словам, первый государь всея Руси был «высок, но худощав, и вообще очень красивый человек». Как правило, продолжает дальше Кантарини, и остальные русские «очень красивы, как мужчины, так и женщины». В качестве правоверного католика, Кантарини не преминул отметить неблагоприятное мнение москвичей об итальянцах: «Считают, что мы все погибшие люди», то есть еретики.
Еще один итальянский путешественник Альберто Кампензе составил для папы Климента VII любопытную записку «О делах Московии». Он упоминает о хорошо поставленной московитами пограничной службе, о запрете продажи вина и пива (кроме праздничных дней). Нравственность московитов, по его словам, выше всяких похвал. «Обмануть друг друга почитается у них ужасным, гнусным преступлением, — пишет Кампензе. – Прелюбодеяние, насилие и публичное распутство также весьма редки. Противоестественные пороки совершенно неизвестны, а о клятвопреступлении и богохульстве вовсе не слышно».
Как видим, пороки Запада в Москве конца XV – начала XVI века были не в моде. Впрочем, общий прогресс очень скоро коснулся и этой стороны московской жизни.

10. Конец правления

Конец правления Ивана III был омрачен семейными и придворными интригами. После смерти его сына от первого брака Ивана Молодого, государь полагал передать всю власть его отпрыску – своему внуку Димитрию, для чего в 1498 году совершил над ним первый в русской истории обряд венчания на царство, в ходе которого на Димитрия были возложены бармы и шапка Мономаха.
Но затем взяли верх сторонники другого наследника – Василия, сына от второго брака государя на Софье Палеолог. В 1502 году Иван III «положил опалу» на Димитрия и матерь его, великую княгиню Елену, а Василий наоборот был пожалован великим княжением.
Оставалось найти для нового наследника достойную супругу.
Венец и бармы Мономаха Иван III полагал равными по достоинству королевской и даже императорской коронам. Женившись сам вторым браком на племяннице последнего византийского императора, царевне Софье Палеолог, он и детям своим подыскивал невест царского происхождения.
Когда его старшему сыну от второго брака Василию приспело время жениться, Иван Васильевич, не отступая от своих правил, начал свадебные переговоры за границей. Однако всюду, куда бы он не обратился, ему пришлось выслушать непривычный для его уха отказ. Дочь Ивана III Елена, выданная за польского короля, в письме отцу объясняла неудачу тем, что на Западе не любят греческой веры, считая православных нехристями.
Делать было нечего, приходилось породниться с кем-нибудь из своих холопов. Страдавшее от такого унижения государево сердце утешили ловкие придворные, указавшие на примеры из византийской истории, когда императоры выбирали себе жену из девиц, собранных ко двору со всего государства.
Иван Васильевич воспрянул духом. Суть дела, конечно, не менялась, но государева честь была спасена! Таким вот образом и случилось так, что на исходе лета 1505 года Москва оказалась битком набита красавицами, трепещущими от близости необыкновенного счастья – великокняжеского венца. Ни один современный конкурс красоты не может сравниться по масштабам с теми смотринами. Девиц-то было ни много, ни мало – полторы тысячи! Повивальные бабки придирчиво осмотрели этот прелестный табунчик, а затем признанные годными к продолжению государева рода предстали перед не менее разборчивым взором жениха. Василию приглянулась девица Соломония, дочь знатного московского боярина Юрия Константиновича Сабурова. 4 сентября того же года была сыграна свадьба. С тех пор этот, так сказать, стадный способ женитьбы вошел в обычай между московскими государями и продержался почти двести лет, вплоть до царствования Петра I.
Свадебные торжества стали последним радостным событием в жизни Ивана Васильевича. Спустя полтора месяца он скончался. Василий III беспрепятственно занял отеческий престол.

Источник: sergeytsvetkov.livejournal.com

Иван III Васильевич, великий князь всея Руси, родился 22 января 1440 года, умер 27 октября 1505 года. Он принадлежит к числу тех немногих государей, чьё правление составляет благотворную и блистательную эпоху в судьбе подвластных им народов. Со времени Ивана III история наша приняла совсем другой характер. Затихли гибельные междоусобные распри; единодержавие заступило место удельной системы, бывшей причиною стольких бедствий. Величие и правительственная власть начали быстро развиваться.

Жизнь Ивана III до вступления на престол не ознаменована ничем примечательным. Деля с отцом своим, великим князем Василием Васильевичем Тёмным,его несчастья, Иван не мог действовать самостоятельно, и потому его влияние на дела было ограничено. 17 марта 1462 года Василий Васильевич скончался. 22-летний Иван III наследовал престол великого княжества Московского, хотя и значительно раздвинувшего свои пределы, но сильно потрясенного внутренне. Соединяя с мудростью осторожность, необходимую при тогдашнем положении дел, Иван III с самого начала своего правления принял за правило: не употреблять ни в каком случае скорых, решительных мер, часто столь гибельных при неудаче. Он всегда и везде действовал исподволь, приноравливаясь к обстоятельствам и выжидая удобного времени.

Власть Орды, все еще тяготевшая над Русью, не была уже так грозна, как прежде. Иван III не просил у хана ярлыка на княжение и даже совсем отказался платить дань, хотя и называл себя на словах ханским данником. Раздраженный этим хан начал готовиться к войне; Иван тоже. Но случившиеся тогда разные бедствия (неурожай, язва и необыкновенные атмосферные явления), подкрепляя суеверное ожидание конца света, отсрочили эту войну. Чтоб успокоить взволнованные умы и отвлечь внимание на другой предмет, Иван III предпринял поход против враждебного царства Казанского, потрясенного внутренними раздорами. В сентябре 1467 года он отправил сильное войско под предводительством лучших своих воевод, которые хотя в течение этого и следующего годов и не сделали ничего особенно важного, однако во всех схватках с татарами постоянно одерживали верх, захватили богатую добычу со множеством пленных и произвели сильные опустошения в землях царя Казанского и подвластных ему черемисов. Весною 1469 года, Иван III сам с новым войском отправился в поход и вскоре осадил Казань. Казанцы, видя невозможность сопротивляться, просили мира. 1 сентября (1469 г.) и заключен был договор, по которому все русские пленники в Казани получили свободу.

По возвращении из Казанского похода, Иван столкнулся со своевольным Новгородом, чьи граждане сами подали ему к этому повод самоуправством и оскорблением московских послов и наместников. Переговоры о добровольном повиновении новгородцев были неудачны; в городе вспыхнул мятеж, произведенный Марфой Борецкой, вдовою посадника Исаака Борецкого. Она восстановила против Ивана III сограждан, представив его нарушителем новгородской вольности, и вошла в сношения с королем польским Казимиром. Новгородцы отправили к Казимиру посольство с просьбой взять их под свое покровительство и быть их главою. Весть об этом сильно встревожила Ивана III. Он немедленно созвал боярскую думу, на которой, с общего согласия, было решено объявить Новгороду войну.

Новгородский кремль (Детинец)

 

В июне 1471 года, сам Иван Васильевич с многочисленным войском выступил в поход. Знаменитый московский воевода, князь Даниил Холмский, начальствовавший передовыми дружинами, взял и выжег город Русу, и разбил новгородцев при Коростыне и на берегах Шелони. Одновременно воевода Образец овладел всею Двинскою землею и привел ее в подданство великого князя. Чувствуя свое бессилие, новгородцы решили просить мира. Архиепископ их, Феофил, принял на себя ходатайство; братья Ивана III и главные московские воеводы также присоединили свои просьбы. Иван несколько дней оставался непреклонным, но наконец объявил свое милостивое прощение и, не лишая Новгород свободы, присвоил себе решительное влияние на его дела. В середине следующего года была покорена Пермь имевшая своих князьков, которые некоторым образом зависели от Новгорода. (Подробнее – см. в статьях Иван III и Новгород и Покорение Новгорода Иваном III.)

 

 

Но в русские пределы вступил с грозным ополчением хан Золотой Орды Ахмат, готовившийся к войне с Иваном III ещё с начала его правления. Иван, собрав 180-тысячное войско, выступил татарам навстречу. Передовые русские отряды, настигнув хана у Алексина, остановились в виду его, на противоположном берегу Оки. На другой день хан взял Алексин приступом, зажег его и, переправившись через Оку, бросился на московские дружины, которые сперва начали было отступать, но получив подкрепление, скоро оправились и прогнали татар обратно за Оку. Иван ожидал вторичного нападения, но Ахмат при наступлении ночи обратился в бегство.

Устроив, таким образом, государственные дела, Иван, незадолго перед тем овдовевший, решил вступить во второй брак с греческою царевною Софьей, племянницей последнего греческого императора Константина Палеолога, жившей в Риме под покровительством папы. Брак этот (1472 г.) был важен во многих отношениях: он возвышал Ивана III в глазах его подданных и соседних держав; он привлек в Россию многих образованных греческих изгнанников, искавших покровительства и убежища и принесших с собою семена наук и художеств, и, наконец, сблизил нас с остальной Европой. Породнившись с греческими императорами, Иван III принял и герб их, двуглавого орла, соединив его с гербом московским (всадником, поражающим копьем змия). (Подробнее ­ см. в статьях Иван III и Софья Палеолог и Женитьба Ивана III на Софье Палеолог.)

Жена Ивана III Софья Палеолог. Реконструкция по черепу С. А. Никитина

 

В 1473 Иван III посылал войско на помощь псковичам против немецких рыцарей, но ливонский магистр, испугавшись сильного московского ополчения, не отважился выйти в поле. Давнишние неприязненные отношения с Литвой, грозившие близким совершенным разрывом, также пока окончились миром. Главное внимание Ивана III было обращено на обеспечение юга России от набегов крымских татар. Он принял сторону Менгли-Гирея, восставшего на своего старшего брата, хана Нордаулата, помог ему утвердиться на крымском престоле и заключил с ним оборонительный и наступательный договор, сохранявшейся с обеих сторон до конца правления Ивана III.

В 1474 году, в Новгороде опять возникли беспорядки; некоторые из граждан просили у Ивана суда и расправы. С сонмом бояр и небольшою почетною дружиною великий князь отправился в Новгород и строгим наказанием виновных привлек к себе благомыслящих граждан, которые просили его быть полным новгородским государем. Однако другие упорно противились этому. Народ взволновался, и Иван, собрав многочисленное войско, в конце 1477 осадил город. Все было готово к приступу. Видя неизбежную гибель, новгородцы отворили ворота (1478). Пробил последний час буйной новгородской вольности: вече было отменено, и Новгород, лишенный Иваном III всех своих прежних самостоятельных прав, вошел в общий состав Московского государства. (Подробнее – см. в статьях Иван III и Новгород и Покорение Новгорода Иваном III.)

Марфа Посадница (Борецкая). Уничтожение новгородского веча. Художник К. Лебедев, 1889)

 

Через два года после покорения Новгорода Иван III увенчал своё правление ещё более блистательным подвигом: полным свержением ига татар, тяготевшего над Россией более двухсот лет. Послы хана Ахмата явились в Москву требовать дани. Иван, надеясь на помощь Менгли-Гирея и на собственные силы, приказал казнить послов кроме одного, которого отправил обратно. Следствием этого было новое и последнее нашествие Ахмата. Летом 1480 г. с многочисленными полчищами хан двинулся на Русь. Иван III, сам предводительствуя войском, поспешил ему на встречу, а Менгли-Гирей, союзник Ивана, вторгся в Польшу, чтобы воспрепятствовать польскому королю соединиться с Ахматом, как было между ними условлено. Сначала Ахмат хотел было переправиться через Оку; но узнав, что берега её заняты московскими войсками, направился к западу и стал на правом берегу реки Угры. Иван III расположился на левом берегу, но ни татары, ни русские не отваживались перейти через реку. Так прошло более полумесяца. К концу октября Угра покрылась льдом. Иван велел войскам отступить к Кременцу, близ которого он располагал дать битву. Войска, не поняв цели приказания и думая, что Иван хочет уклониться от боя, в беспорядке побежали. Хан вместо того чтоб их преследовать, также обратился в бегство и таким образом оба войска, никем не преследуемые, в страхе бежали друг от друга. Летописцы наши приписывают отступление Ахмата единственно милости Божией. Но Казанский летописец говорит, что причиною его было внезапно полученная весть о вторжении в Орду крымцев и воеводы князя Ноздреватого, посланных туда Иваном III, с целью отвлечь Ахмата. Так кончился грозный поход хана, которому не удалось даже переступить русский рубеж. (Подробнее – см. в статьях Конец татарского ига и Россия и татары при Иване III.)

Стояние на реке Угре. 1480

 

В 1481 и 1482 годах полки Ивана III воевали Ливонию в отмщение рыцарям за осаду Пскова, и произвели там большие опустошения. Незадолго до и вскоре после этой войны Иван присоединил к Москве княжества Верейское, Ростовское и Ярославское, а в 1488 году покорил Тверь. Последний тверской князь, Михаил, осажденный Иваном III в своей столице, не в силах отстоять ее, бежал в Литву. (Подробнее – см. в статьях Объединение русских земель при Иване III и Объединение русских земель Москвой при Иване III.)

За год до покорения Твери князь Холмский, посланный смирить мятежного казанского царя, Алегама, взял Казань приступом (9 июля 1487), пленил самого Алегама и возвел на престол казанского царевича Махмет-Аминя, жившего в России под покровительством Ивана.

 

 

1489 год достопамятен в правлении Ивана III завоеванием земель Вятской и Арской, а 1490 год – смертью Ивана Молодого, старшего сына великого князя, и разгромом ереси жидовствующих (Схариевой).

Стремясь к правительственному самовластию, Иван III часто употреблял несправедливые и даже насильственные меры. В 1491 году он без всякой видимой причины заключил брата своего, князя Андрея, в темницу, где тот позже и скончался, а удел его взял себе. Сыновей другого брата, Бориса, Иван принудил уступить Москве свои уделы. Таким образом, на развалинах древней удельной системы Иван созидал могущество обновленной Руси. Слава о нем разнеслась в иноземных странах. Императоры германские, Фридрих III (1486 г.) и преемник его Максимилиан, посылали в Москву посольства, как и король датский, хан джагатайский и царь иверский, а король венгерский Матвей Корвин вступил с Иваном III в родственные связи.

Конец правления Ивана III был ознаменован войнами на западной границе. В 1492 году, после смерти короля польского Казимира, Литва на время отделилась от Польши. На престол великого княжества литовского был избран Александр, младший сын Казимира. Это разделение ослабило оба государства. Иван III, пользуясь этим, начал вместе с Менгли-Гиреем войну против Литвы. Воеводы Ивана действовали удачно и в непродолжительном времени покорили города Вязьму, Дорогобуж, Мосальск, Серпейск и другие, ахан опустошил юго-восточные области Литвы. Многие из знатнейших вельмож и князей литовских перешли в подданство Ивана III. Александр, доведенный до крайности, стал просить мира и руки Елены, старшей дочери Ивана. Вследствие этого, в 1495 году заключен был мирный договор, а вместе с тем и брак, который, однако же, не был счастлив и не упрочил дружбы между Россией и Литвой. (Подробнее – в статье Москва и Литва в правление Ивана III.)

Объединение Северо-Восточной Руси Москвой 1300-1462

 

В том же году Иван III, раздраженный насилиями, которые люди новгородские терпели от ревельцев (таллинцев), велел заключить в темницы всех живших в Новгороде ганзейских купцов, а товары их взять в казну. Этим он навсегда расторг торговую связь Новгорода и Пскова с Ганзой. Закипевшая вскоре потом Шведская война, с успехом веденная нашими войсками в Карелии и Финляндии, кончилась, тем не менее, безвыгодным миром.

В 1497 году новые беспокойства в Казани побудили Ивана III послать туда воевод, которые, вместо нелюбимого народом царя Махмет-Аминя, возвели на престол его младшего брата и взяли с казанцев присягу в верности Ивану.

В 1498 году Иван испытал сильные семейные неприятности. При дворе открыто было скопище заговорщиков, большей частью из видных бояр. Эта боярская партия старалась поссорить с Иваном III его сына Василия, внушая тому, что великий князь намерен передать престол не ему, а своему внуку Дмитрию, сыну умершего Ивана Молодого. Строго наказав виновных, Иван III прогневался на свою супругу Софью Палеолог и на Василия, и в самом деле назначил Дмитрия наследником престола. Но узнав, что Василий был не столь виновен, как было представлено приверженцами Елены, матери малолетнего Дмитрия, он объявил Василия великим князем Новгородским и Псковским (1499 г.) и примирился с женой. (Подробнее – в статье Наследники Ивана III – Василий и Дмитрий.) В том же году западная часть Сибири, известная в старину под именем Югорской Земли, была окончательно покорена воеводами Ивана III, и с того времени великие князья наши приняли титул государей земли Югорской.

В 1500 г., возобновились ссоры с Литвой. Князья Черниговский и Рыльский поступили в подданство Ивана III, который объявил войну великому князю литовскому, Александру за то, что тот принуждал его дочь (свою жену) Елену к принятию католической веры. В короткое время воеводы московские почти без боя заняли всю Литовскую Русь едва ли не до самого Киева. Александр, дотоле остававшийся в бездействии, вооружился, но дружины его были совершенно разбиты на берегах Ведроши. Хан Менгли-Гирей, союзник Ивана III, в то же время опустошил Подолию.

В следующем году Александр избран был в короли польские. Литва и Польша вновь соединились. Несмотря на это, Иван III продолжал войну. 27 августа 1501 г. князь Шуйский потерпел поражение при Сирице (недалеко от Изборска) от магистра Ливонского ордена, Плеттенберга, союзника Александра, однако 14 ноября русские войска, действовавшие в Литве, одержали знаменитую победу близ Мстиславля. В отмщение за неудачу при Сирице Иван III послал в Ливонию новое войско, под начальством Щени, который разорил окрестности Дерпта и Мариенбурга, взял множество пленных и наголову разбил рыцарей при Гельмете. В 1502 г. Менгли-Гирей истребил остатки Золотой Орды, за что едва не рассорился с Иваном, так как усилившиеся крымские татары теперь претендовали объединить все прежние ордынские земли под собственным главенством.

Вследствие разных наговоров, а может быть и личных поступков своей невестки Елены, тесно связанной с еретиками-жидовствующими, Иван III заключил ее со своим внуком Дмитрием в темницу, а сына от Софьи Палеолог, Василия, объявил своим наследником. Между тем война с Литвою продолжалась. После неудачной осады Смоленска, воеводы Ивана III взяли Оршу и опустошили окрестности Полоцка, Мстиславля и других городов. Ливонский магистр Плеттенберг, собрав новое войско, шел осадить Псков, но встреченный недалеко от него князьями Шуйскими и Щеней (13 сентября 1502), вынужден был вступить в битву. В ней обе стороны понесли значительный урон; ни та, ни другая не одержала победы. Чрез два дня после Псковского боя Плеттенберг ушёл обратно в Ливонию. Наконец в 1503 г., война, равно изнурительная для обоих государств, окончилась. Как с Литвой, так и с Ливонским орденом было заключено перемирие, в силу которого Иван III возвратил Александру некоторые из завоеванных городов. (Подробнее – в статье Иван III — Литва, Ливония и контакты с Западом.)

Вскоре после этого скончалась великая княгиня Софья Палеолог. Эта потеря сильно подействовала на Ивана. Здоровье его, доселе крепкое, начало расстраиваться. Предчувствуя близость кончины, он написал завещание, которым окончательно назначил своим преемником Василия. В 1505 году Махмет-Аминь снова занявший казанский престол, вздумал отложиться от России, ограбил посла великокняжеского и купцов, бывших в Казани, и многих из них умертвил. Не остановившись на этом злодействе, он с 60.000 войском вторгся в Россию и осадил Нижний Новгород, однако начальствовавший там воевода Хабар-Симский принудил татар отступить с уроном. Иван III не успел наказать Махмет-Аминя за измену. Болезнь его быстро усиливалась, и 27 октября 1505 г. великий князь скончался на 67 году жизни. Тело его было погребено в Москве, в Архангельском соборе.

В годы правления Ивана III быстро развилось могущество Руси, скрепленной единодержавием. Обращая внимание и на нравственное её развитие, Иван вызывал из Западной Европы людей, искусных в художествах и ремеслах. Торговля, несмотря на разрыв с Ганзою, находилась в цветущем состоянии. В правление Ивана III был построен Успенский Собор (1471); Кремль обнесен новыми, более мощными, стенами; воздвигнута Грановитая палата; устроен литейный, пушечный двор и улучшена чеканка монеты.

А. Васнецов. Московский Кремль при Иване III

 

Русское ратное дело также много обязано Ивану III; все летописцы единогласно хвалят устройство, данное им войскам. В его правление стали ещё больше раздавать детям боярским земли, с обязательством в военное время выставлять известное число ратников, и были заведены разряды. Не терпя местничества воевод, Иван III строго накалывал виновных в нём, несмотря на их звание. Приобретением Новгорода, городов отнятых у Литвы и Ливонии, а также завоеванием земель Югорской, Арской и Вятской, он значительно расширил пределы княжества Московского и даже пробовал присвоить своему внуку Дмитрию титул царя. В отношении внутреннего устройства было важно издание законов, известное под именем Судебника Ивана III, и заведение городской и земской управы (вроде нынешней полиции).

Многие из современных Ивану III и новых писателей называют его жестоким правителем. Действительно, он был строг, и причину этого надо искать как в обстоятельствах, так и в духе того времени. Окруженный крамолами, видя несогласие даже в собственном семействе, еще непрочно утвердившись в самодержавии, Иван опасался измены и нередко по одному неосновательному подозрению карал невинных, вместе с виновными. Но при всем том Иван III, как творец величия России, был любим народом. Его правление оказалось необычайно важной эпохой для русской истории, которая справедливо признала его Великим.

 

Источник: rushist.com

Исполнилось 550 лет со дня вступления на престол первого государя всея Руси Ивана III, которому давно пора поставить памятник в столице нашей Родины. Увы, эта знаменательная юбилейная дата выпала из поля зрения большинства СМИ. А зря! Дмитрий Донской и Иван III, прадед и правнук, два великих московских князя, чьё правление отделяет всего лишь одно столетие. Жили и действовали они в разных условиях, но двигали Москву в одном направлении – собирания русских земель и освобождения от ордынской зависимости.

ИТОГ
Шёл октябрь 1505 года от Рождества Христова (или, как тогда считали на Руси, – 7014 года от сотворения мира)… В опочивальне деревянного великокняжеского терема Московского Кремля постепенно угасала жизнь старого, полупарализованного человека. За стеной продолжалось строительство нового дворца, возводившегоcя по его повелению из кирпича под руководством итальянских зодчих, но государю всея Руси Ивану III Васильевичу уже не суждено было переехать и жить в нём. Последним актом его неустанной государственной деятельности, зафиксированным летописцами 21 мая 1505 года, стало распоряжение разобрать в Кремле старые Архангельский собор и церковь Иоанна Лествичника и заложить на их месте новые храмы.
Со строительных работ он начинал в 1462 году своё пребывание на московском велико­княжеском престоле, ими же завершал жизненный путь, возведя не только крепости и церкви, но и каркас единого Русского государства, чьим выдающимся строителем можно по праву назвать Ивана III.
Объединение вокруг Москвы крупнейших русских земель и свержение ордынского ига – вот только две важнейшие задачи, которые удалось ему успешно решить за 43 года правления. Сколько же других не столь масштабных, но не менее примечательных событий вместили они?!

Благословлённый
великим княжением

Иван, родившийся 22 января 1440 года, был вторым сыном московского великого князя Василия II Васильевича и его супруги Марии Ярославны, дочери удельного князя Ярослава Владимировича Ярославецкого. Его детские годы совпали с самым драматическим этапом феодальной войны.
Перипетии ожесточённой борьбы за власть не могли не наложить отпечаток на формировавшийся характер наследника Ивана Васильевича, сочетавшего в зрелые годы государственную мудрость, осмотрительность, настойчивость в осуществлении поставленных задач с жестокостью, коварством, подозрительностью.
Василий II Васильевич скончался 27 марта 1462 года, указав в составленной чуть раньше духовной грамоте (завещании): «А сына своего старейшего, Ивана, благословляю своею отчиною, великим княжением». В отличие от своих предшественников на московском великокняжеском престоле, Ивану III не пришлось ездить унижаться в Золотую Орду, но ханский ярлык на великое княжение, судя по косвенным данным, ему всё же оттуда доставили. Москва пока ещё находилась в зависимости от Орды и вынуждена была уплачивать ей дань.
Постепенно укрепляя свою власть и могущество, Иван III Васильевич беспощадно расправлялся с неугодными ему лицами.
Тем временем в Новгороде Великом всё больше поднимала голову антимосковская боярская группировка, которую возглавляли боярыня Марфа, вдова посадника Исаака Борецкого, и их сыновья. Лишь номинально признавая великокняжескую власть, новгородские бояре стремились полностью сохранить внутреннюю независимость, жить «по старине», выдвигая из своей среды посадников и тысяцких, верховодя на вече. Им больше по душе приходились порядки великого княжества Литовского и Польши, где города имели самоуправление и пользовались привилегиями. Литовская партия взяла курс на разрыв с Москвой, пригласив в 1470 году из Литвы бывшего киевского князя Михаила Олельковича (православного по вероисповеданию), а затем, в начале весны следующего года, подготовив договор о переходе Новгорода Великого под власть польского короля и великого князя литовского Казимира IV.
Эти сепаратистские акции переполнили чашу терпения Ивана Васильевича, приступившего к подготовке вторжения в Новгородскую землю. Стратегический план Москвы заключался в нанесении двух ударов – в направлении самого Новгорода и по его северным владениям. Окончательный исход войны решила состоявшаяся 14 июля 1471 года битва на р. Шелони, где новгородское торгово-ремесленное ополчение, включавшее конницу и пехоту, потерпело сокрушительное поражение. Простые горожане не очень-то жаждали сражаться за чуждые им интересы боярства.

Брак с Зоей Палеолог
На следующий год после победы над Новгородом овдовевший великий князь московский вторично женился. Его избранницей стала Зоя Палеолог, дочь деспота (правителя) провинции Мореи на Пелопоннесе Фомы Палеолога, племянница последнего византийского императора Константина IX. Турки-османы захватили в 1453 году Константинополь и семью годами позже – Морею. Осиротевшая Зоя проживала вместе с двумя братьями в Риме при папском дворе. Привезённый послами в Москву её портрет произвёл впечатление на жениха, которому ещё в большей степени, чем внешность, импонировали родственные узы невесты-бесприданницы с византийским императорским домом. Сватая Зою за Ивана III, папский престол рассчитывал посредством этого брака распространить на Руси влияние католической церкви и привлечь её к активной борьбе с Османской империей, угрожавшей европейским государствам.
Надежды римского папы и его окружения оказались, однако, беспочвенными. Впоследствии Иван III Васильевич порой прислушивался к советам жены-гречанки, скажем, приглашая в Московию итальянских зодчих и прочих мастеров, но её влияние на мужа не стоит преувеличивать. Супруг не раз ставил Софью Фоминишну (так стали звать на Руси Зою) на подобавшее ей место.
Иван III окончательно покончил с независимостью Великого Новгорода, чьё боярство по-прежнему цеплялось за «старину», поглядывая (впрочем, безуспешно) в сторону Литвы. В конце ноября 1477 года московские полки окружили старинный вечевой город на берегах Волхова. С войском прибыл и сам великий князь, остановившийся на Городище, в окрестностях Новгорода. От его имени на начавшихся переговорах новгородским представителям были изложены жёсткие требования Москвы: «Вечу и колоколу в отчине нашей в Новгороде не быти. Посаднику не быти. А государство нам своё держати… А которые земли наши, великих князей, за вами, а то бы было наше».
Видя, что силы неравны, и опасаясь неминуемого разгрома, в середине января 1478 года Новгород Великий капитулировал. Ему пришлось пожертвовать всеми своими вольностями.
Новгородский психологический тип русского человека, сложившийся в условиях вечевого строя, огромной территории, колонизации северных пространств Восточной Европы, постоянных контактов с католическим Западом, конечно, отличался от московского. Своеобразие же московского психологического типа определялось более тесными связями с Золотой Ордой, деспотической системой великокняжеской власти, ориентацией преимущественно на внутренние ресурсы.

Свержение
ордынского ига

Весной 1480 года московскому посольству удалось заключить союзное соглашение с крымским ханом Менгли-Гиреем, непримиримым противником Ахмат-хана. Решающее столкновение последнего с Москвой назревало постепенно со второй половины 70-х гг. XV века, когда она отказалась платить дань Большой Орде – основному ядру Золотой Орды, распавшейся на ряд ханств (Казанское, Крымское и др.). Хан Ахмат был прекрасным полководцем, и поход его многочисленного войска, начавшийся весной 1480 года, представлял огромную угрозу для будущего Руси.
Бои русских полков с передовыми отрядами ордынской рати начались в октябре 1480 года на р. Угре, притоке Оки. В ходе «Стояния на Угре» московское войско, пожалуй, впервые активно использовало лёгкую полевую артиллерию – пушки (пищали). Обстреливая из луков и пищалей неприятеля, русские держались стойко и не позволили ордынской коннице переправиться на противоположный левый берег Угры. Тем временем приближалась ранняя зима, мороз сковывал льдом реки, переставшие служить серьёзным препятствием для татарской конницы. Оставив на Угре сторожевые отряды, великий князь приказал главным силам отойти в северном направлении, к Боровску, на более выигрышные позиции, чтобы готовиться к продолжению борьбы. Но, осознав её бесперспективность, Ахмат-хан повелел своему измотанному войску отступить назад в степи. Вернувшись с облегчением в Москву, Иван Васильевич вряд ли сразу понял, что достигнутая победа означала свержение ордынского ига. Впрочем, в качестве пережитка дани Москва продолжала посылать подарки («поминки») Орде до начала XVI века, а в Крымское ханство и в следующем столетии.
Во время «Стояния на Угре», как и в прочих военных кампаниях, великий князь выступал прежде всего в роли главно­командующего. В отличие от своих предшественников, являвшихся и правителями, и военачальниками, он не участвовал в схватках с оружием в руках, но обеспечивал общее стратегическое руководство боевыми действиями, доверяя командование полками и принятие тактических решений опытным и проверенным в деле воеводам.
Решая дела государственной важности, Иван Васильевич забывал о родственных чувствах. Лишь с любимым братом Юрием Дмитровским его связывали подлинно братские узы, впрочем, и они могли ослабеть, проживи тот дольше.

Строительство
нового Кремля

К началу правления Ивана III кремлёвские стены и башни, возведённые в 1366–1367 годах из белого подмосковного известняка и пережившие осаду золотоордынского хана Тохтамыша (1382 г.) и татарского царевича Мазовши (1452 г.), несколько пожаров, изрядно обветшали. Значительный ущерб нанёс им и сильный ураган, пронёсшийся в 1460 году над Москвой. Местами на фоне повреждённого белого камня выделялись деревянные конструкции. Вот почему, заняв в 1462 году престол, Иван III Васильевич прежде всего позаботился об укреплении и ремонте белокаменного Кремля.
В 1472 году митрополит московский Филипп задумал возвести в центре Кремля на месте старого, обветшавшего новый каменный Успенский собор. Начинание главы церкви позднее поддержал Иван III. Пора было уже и в камне отразить возраставшую мощь Московского государства. Возведённый до сводов храм в мае 1474 года вдруг рухнул из-за неправильных строительных расчётов и раствора плохого качества, и для его строительства Ивану III пришлось приглашать из Италии известного болонского мастера Аристотеля Фьораванти. За образец при возведении главного храма Московского Кремля (да и всего Российского государства) ему было предписано взять Успенский собор во Владимире. Новый Успенский собор Москвы, построенный из кирпича и камня, торжественно освятили в августе 1479 года с участием Ивана III.

ТИТУЛ И ЗАКОНЫ
Повышение авторитета и могущества Московского государства отразилось и в титуловании Ивана III. В преамбуле договорной грамоты Великого Новгорода и Пскова с юрьевским епископом (13 января 1474 г.) содержалось упоминание не только их символов – соборов св. Софии и св. Троицы, но и фразы «здоровьем господина нашого и государа нашого великого князя Ивана Васильевича, цара всея Руси, и здоровьем господина нашого и государа нашого великого князя Ивана Ивановича, цара всея Руси».
Московский великий князь стремился подражать императорам могущественной Священной Римской империи германской нации, с печатей которых заимствовал около 1490 года изображение двуглавого орла. Такой же геральдический символ использовался и в Византии. К одной из великокняжеских грамот 1497 года привешена красно­восковая печать, изготовленная кем-то из западноевропейских мастеров: на её лицевой стороне символически изображён правитель в образе всадника, поражающего копьём дракона, а на оборотной – двуглавый орёл с распростёртыми крыльями.
В том же 1497 году на Руси появился первый свод законов единого государства – Судебник Ивана III, вводивший во всех землях однообразие судебно-процессуальных норм: один и тот же порядок рассмотрения споров, одни и те же наказания за совершение уголовных преступлений, а также за получение взяток («посулов»). Кстати, за наиболее тяжкие и неоднократные кражи имущества впервые в истории общерусского законодательства преступника могли осудить на смертную казнь. Впрочем, Иван Васильевич порой казнил и по обвинению в политической измене, и реже, правда, за еретические взгляды. Суд при нём вершили бояре и окольничие.
Скончался государь всея Руси Иван III светским человеком в понедельник 27 октября 1505 года, просидев на московском великокняжеском престоле целых 43 года и 7 месяцев и войдя в историю нашего государства как самый многолетний его фактический правитель. Мало кто знает, что ещё до внука Ивана IV прозвище «Грозный» получил Иоанн III Васильевич. Но более справедливым по отношению к нему кажется эпитет «Великий».

Источник: lgz.ru

Детство И. В. прошло в обстановке борьбы за власть между членами московского княжеского дома. В февр. 1446 г., после ареста и ослепления вел. кн. Василия II его двоюродным братом Дмитрием Георгиевичем Шемякой, сторонники вел. князя увезли И. В. в Муром, но в мае были вынуждены выдать Шемяке И. В. и его брата Юрия (Георгия) Васильевича; нек-рое время княжичи находились в заточении с отцом. Когда в кон. 1446 г. Василий II освободился и начал борьбу за великокняжеский стол, состоялось обручение И. В. с Марией, дочерью вел. кн. Тверского Бориса Александровича, скрепившее союз князей против Шемяки. С кон. 40-х гг. XV в. И. В. выступает в документах вместе с отцом как «великий князь». С 1452 г. И. В. принимал участие в военных походах, в том же году была отпразднована его свадьба.

После смерти отца 27 марта 1462 г. И. В. унаследовал великое княжение с Н. Новгородом, а также Суздаль и значительную часть земель, принадлежавших членам московского княжеского дома, участвовавшим в 40-х гг. XV в. в борьбе за власть. Младшие братья И. В. получили уделы: Юрий — с центром в Дмитрове (удел был ему выделен еще при жизни отца), Андрей Большой — с центром в Угличе, Борис — с центром в Волоке Ламском, Андрей Меньшой — с центром в Вологде.

Василий II утвердил свое господство на землях Сев.-Вост. Руси, подчинил своему влиянию Рязанскую землю. С именем его сына связан переломный этап в процессе объединения земель в единое Русское государство. К 60-м гг. XV в. на землях Сев.-Вост. Руси сохранялись сравнительно небольшие княжества, раздробленные между членами многочисленных княжеских родов. Нек-рые князья (напр., Ряполовские — ветвь стародубских князей) находились уже на великокняжеской службе, получали высокие адм. и военные назначения. Великокняжеская власть пользовалась их материальными затруднениями, чтобы приобретать их земли (так, мать И. В. еще при жизни супруга купила г. Романов у ярославских князей). Эту практику в более широких размерах применял И. В. Так, в 60-х гг. XV в. глава ярославского княжеского рода Александр Федорович «продал Ярославль» И. В. В Ермолинской летописи (современном событиям источнике) читается, что ярославские князья «подавали свои вотчины» И. В., «а князь велики противу их отчины подавал волости и села» (ПСРЛ. Т. 23. С. 157-158). Очевидно, князья «отдали» свои родовые земли вел. князю и получили их обратно с условием, что будут ему служить. В завещании И. В. указывалось, что, если кто-либо из ярославских князей захочет «отъехать» к др. государю, он потеряет свои владения. Члены ярославского рода постепенно становились наместниками и воеводами в полках И. В. Аналогичной была судьба ростовских князей. В 1474 г. они продали И. В. свою половину Ростова, к-рую вел. князь отдал матери.

Главное внимание И. В. и его советников привлекало в 60-70-х гг. XV в. Новгородское гос-во. Уже Василий II стремился укрепить свою власть в Вел. Новгороде, он даже посетил город в 1460 г. При составлении духовной грамоты Василий II наделил младших сыновей общими владениями вел. князя и Вел. Новгорода — Волоком Ламским и Вологдой. В нач. 60-х гг. XV в. отношения Вел. Новгорода и Москвы были напряженными, так что в Москву должен был поехать Новгородский архиеп. Иона «утолити княж… гнев». Поездка состоялась в кон. 1462 г., но «о блазем мире не успеша ничтоже» (Там же. Т. 16. Стб. 207, 209). Тогда же новгородцы отправили посла в Литву «о княжи возмущении еже на Великии Новъгород» (Там же. Стб. 214). Соглашение все же было достигнуто и действовало до кон. 60-х гг. В эти годы, сохраняя мир, И. В. сумел нанести Вел. Новгороду чувствительный удар. В 1465 г. великокняжеские воеводы совершили поход за Урал, на Югру, попавшие в плен югорские князья обязались платить дань. Теперь с богатой пушниной Югры дань поступала не в Вел. Новгород, а в Москву.

В кон. 60-х гг. XV в. московско-новгородские отношения обострились. И. В. требовал возвращения волостей, занятых новгородцами вопреки условиям Яжелбицкого мира, выплаты доходов, положенных ему как новгородскому князю, новгородцы же отказывались идти на уступки. И. В. заявил, что «более того терпети не хочет». В ответ в Вел. Новгород в кон. 1470 г. прибыл как служилый князь Михаил Олелькович, двоюродный племянник кор. Польского и вел. кн. Литовского Казимира IV Ягеллончика. В случае войны И. В. мог столкнуться не только с новгородскими, но и с литов. войсками. Однако в марте 1471 г. Михаил Олелькович покинул Вел. Новгород, рассчитывая овладеть Киевом после смерти своего брата Семена, и И. В. объявил Вел. Новгороду войну. Новгородские бояре приняли решение о переходе города под власть Казимира и подготовили проект договора, предусматривавшего выступление Великого княжества Литовского в защиту Вел. Новгорода. Быстрые действия И. В. не дали возможности осуществить эти планы.

В ходе военной кампании обнаружилась внутренняя непрочность Новгородского гос-ва. Мобилизованные для участия в войне простые новгородцы не хотели умирать за интересы бояр, которые своими действиями вызвали войну. Когда начались сражения, «коневая рать не пошла пешей рати в срок в пособие», т. к. Новгородский архиепископ запретил своему полку выступать против войск великого князя. В результате в июле 1471 г. в сражении на р. Шелони большое новгородское войско было разбито авангардом армии И. В., в плен попали оба командующих, десятки знатных людей. В том же месяце другое новгородское войско было разбито на Сев. Двине. Казнив бояр — инициаторов договора с Литвой, И. В. приказал отпустить без выкупа попавших в плен простых людей. В авг. 1471 г. был заключен мирный договор, по которому Вел. Новгород обязался выплатить контрибуцию 15,5 тыс. р. и взял на себя обязательство разорвать отношения с Литвой и не принимать на пригороды литов. князей. Вел. Новгород отказывался от притязаний на Волок Ламский и Вологду. В договоре подчеркивалась роль вел. князя и его представителей при решении судебных дел в Вел. Новгороде: на утверждение И. В. был представлен новгородский свод законов — Новгородская судная грамота, посадники должны были вершить суд вместе с наместниками вел. князя, а возникавшие при этом спорные вопросы должен был регулировать как верховный судья сам И. В. при посещении им Вел. Новгорода. Эти установления вел. князь в дальнейшем использовал для укрепления своей власти в Вел. Новгороде.

В 1475/76 г. И. В. прибыл в Вел. Новгород как верховный судья, чтобы рассмотреть жалобы новгородцев на «великих» бояр, к-рых они не могли привлечь к ответственности. Правитель воспользовался этим, чтобы расправиться со своими противниками среди новгородского боярства. Одни были осуждены, арестованы и увезены в Москву, на других наложили крупные денежные штрафы. Когда осенью 1477 г. И. В. снова объявил войну Вел. Новгороду, мн. новгородские бояре перешли к нему на службу, как только московское войско вступило на Новгородскую землю. Не встречая сопротивления, оно подошло к Вел. Новгороду, и осажденный город капитулировал в янв. 1478 г. Вечевые порядки были уничтожены, население города подчинено власти великокняжеских наместников. Новгородские землевладельцы (бояре и житьи люди) стали вассалами вел. князя. И. В. обещал, что они сохранят свои вотчины, их не будут вызывать на суд в Москву и они не должны будут нести военную службу за пределами Новгородской земли. Установленные порядки сохранялись до сер. 80-х гг. XV в., затем на протяжении 2-й пол. 80-х гг. XV в. из Новгородской земли в 2 этапа были выведены подавляющая часть светских землевладельцев и верхи новгородского купечества. На их место прибыли дети боярские из Великого княжества Московского и московские богатые купцы — «гости». Так было закреплено присоединение Новгородской земли к Русскому гос-ву.

В 1489 г. прекратила существование Вятка — небольшое политическое образование, выделившееся некогда из состава Новгородской земли. Вятчане пытались сохранить самостоятельность, балансируя между Москвой и Казанью. Когда в Казани в 1487 г. утвердилось рус. влияние, И. В. принял решительные меры для подчинения Вятки. В авг. 1489 г. посланные им войска осадили центр Вятской земли Хлынов, вынужденный капитулировать. Арестованные предводители вятчан были повешены, «лучшие люди» и купцы выселены из Вятской земли.

Иной характер имели отношения И. В. с Псковом, к-рый не стремился к конфликтам с Москвой, будучи заинтересован в поддержке вел. князя в борьбе с Ливонией. Псковское войско участвовало в походах И. В. на Вел. Новгород в 1471 и 1477 гг. Заинтересованность Пскова в помощи против Ливонского ордена вел. князь использовал, чтобы усвоить себе роль верховного арбитра в спорах между псковским боярством и «черными людьми». Он также добился значительного расширения власти великокняжеских наместников в Пскове, что подготавливало условия для присоединения Псковской земли к Русскому гос-ву в будущем.

Тверская земля, связанная с Москвой союзными отношениями уже при вел. кн. Василии II, при И. В. продолжала оставаться в сфере московского политического влияния. Тверское войско участвовало в походах на Вел. Новгород в 1471 и 1478 гг. и в защите Русской земли от войск хана Ахмата в 1480 г. Устанавливалась фактическая зависимость Твери от Москвы. В 1476 г. неск. тверских бояр перешли на службу к И. В. Пытаясь сохранить самостоятельность, вел. кн. Тверской Михаил Борисович заключил соглашение о союзе с Казимиром, к-рый должен был быть скреплен его браком с внучкой короля (2-я пол. 1483). Зимой 1484/85 г. московское войско совершило поход в Тверскую землю, и Михаил Борисович был вынужден искать мира. По договору, заключенному весной 1485 г., он обязался разорвать отношения с Литвой, признал себя вассалом («братом молодшим») И. В., обещал ходить в походы по его приказу и не поддерживать сношений с др. гос-вами. После заключения этого договора на службу к И. В. снова отъехали мн. тверские бояре и даже члены тверского княжеского рода. Когда нек-рое время спустя люди вел. князя перехватили грамоты Михаила Борисовича к Казимиру, И. В. выступил в поход во главе большого войска, которое подошло к Твери в сент. 1485 г. Тверские князья и бояре били «челом в службу» И. В., а Михаил Борисович бежал в Литву. И. В. передал Тверскую землю как особый удел своему старшему сыну Иоанну Иоанновичу Молодому, племяннику Михаила Борисовича. После смерти наследника в 1490 г. нек-рое время Тверской землей управлял 2-й сын И. В. Василий III Иоаннович, а затем она стала одной из областей в составе Русского гос-ва.

Рязанская земля оказалась в сфере московского политического влияния при Василии II, когда умерший в 1456 г. вел. кн. Рязанский Иван Федорович перед кончиной отдал своего сына Василия на воспитание в Москву. В 1464 г. Василий Иванович был отпущен в свою землю после венчания с сестрой И. В. Анной. О московско-рязанских отношениях в правление И. В. сохранилось мало сведений. О характере этих отношений позволяет судить договор, который заключил в 1483 г. И. В. с новым Рязанским вел. кн. Иваном Васильевичем. По этому договору рязанский князь признал себя «братом молодшим» не только И. В., но и его старшего сына, обязался ходить в походы по его приказу и не поддерживать отношений с Литвой. Выполняя свои обязательства, рязанские князья Иван и его брат Федор в нач. XVI в. участвовали в войне с Великим княжеством Литовским. Между братьями существовал договор, по к-рому младший в случае смерти должен был передать свой удел старшему, однако Федор перед смертью в 1503 г. передал свой удел И. В. Так был сделан важный шаг на пути присоединения Рязанской земли к Русскому гос-ву.

На княжение И. В. приходится изменение характера отношений между вел. князем и членами его семьи. По традиции Великое княжество Московское считалось общим достоянием всех членов княжеского рода; когда кто-то из членов рода умирал, его удел подлежал разделу между братьями, приобретения («примыслы») также должны были делиться между членами семьи. И. В. не соблюдал эти нормы. Когда в 1472 г. умер его брат Юрий, его удел стал частью великокняжеских земель. После присоединения Вел. Новгорода И. В. не дал братьям пожалований в Новгородской земле. В 1479 г. недовольные Андрей и Борис Васильевичи, выступив против вел. князя, уехали на литовскую границу, отправив семьи в Витебск к кор. Казимиру. В условиях, когда Московскому вел. княжеству угрожали войска хана Ахмата, И. В. поспешил примириться с братьями. Они получили нек-рые земли, но как пожалование вел. князя, а не как результат семейного передела. По договорам, заключенным в 1481 г., братья были вынуждены признать «братом старейшим» не только И. В., но и его старшего сына, дать обязательство не сноситься с Ордой, не вести ни с кем переговоров без «веданья» вел. князя, ходить в походы по приказу вел. князя «без ослушанья». Так постепенно утверждалось представление о членах московского княжеского дома не как о соправителях вел. князя, а как о его подданных, хотя и наиболее высокопоставленных. Когда в 1491 г. кн. Андрей нарушил свои обязательства, он был арестован и умер в тюрьме. По мере достижения успехов титул вел. князя пополнялся все новыми наименованиями присоединенных земель, а с сер. 80-х гг. в документах, исходивших из великокняжеской канцелярии, он начинает постоянно именоваться вел. князем всея Руси.

Вслед за интеграцией земель Сев.-Вост. и Сев.-Зап. Руси в едином Русском гос-ве был проведен ряд реформ, способствовавших консолидации бывш. отдельных княжеств в единое целое и укреплению стоявшей во главе этого целого гос. власти. На смену мн. дворам удельных князей в правление И. В. пришел единый государев двор, объединивший верхи формировавшегося дворянского сословия Русского гос-ва. Элиту сословия составили московское боярство и члены ранее самостоятельных княжеских родов. Бояре и дети боярские, принадлежавшие к государеву двору, получали назначения на военные и адм. должности. При этом утвердилась и распространилась практика, когда управлявшие отдельными территориями наместники и волостели посылались не в те регионы, где находились их владения. Не связанные с местным обществом и получавшие назначения в Москве, эти люди становились удобным орудием гос. политики на местах. В 1497 г. был принят Судебник — свод законов, установивший единые нормы, единые порядки на всей территории Русского гос-ва. Так, везде крестьяне могли переходить от одного владельца к другому только в Юрьев день. Входило в практику докладывать о наиболее важных судебных делах в Москву и также рассматривать там такого рода дела. В одной из статей Судебника были определены размеры издержек на доставку в Москву обвиняемых из разных районов Русского гос-ва. Создавались органы центрального управления определенными территориями — обл. дворцы. Во главе дворцов стояли люди, принадлежавшие к давно служившему вел. князьям московскому боярству, суд они вершили в Москве. Тверской дворец упоминается в завещании И. В. Реформы способствовали увеличению и на местах, и в центре числа лиц, способных готовить и копировать документы (чего требовала, в частности, обширная переписка между местами и центром),- дьяков и подьячих. Особенно возросло их число в великокняжеских канцеляриях, где постепенно в ходе решения практических задач стали выделяться группы лиц, занятых определенными отраслями адм. деятельности.

В 80-90-х гг. XV в. основную территорию гос-ва охватили писцовые описания. Писцы должны были провести точный учет платежеспособности населения и ввести там, где это было возможно, единую систему налогообложения. Так, в 1491 г. писцы были отправлены в Тверскую землю «писати по-московски в сохи». Проведение описаний сопровождалось сокращением податных привилегий. В жалованных грамотах И. В. 90-х гг. XV в. светским землевладельцам отсутствует освобождение от налогов и повинностей. Так увеличивались ресурсы, находившиеся в распоряжении гос. власти.

Усилению позиций гос. власти содействовало насаждение И. В. поместного землевладения. Выселив из Новгородской земли светских землевладельцев и конфисковав их земли, вел. князь затем раздал значительную часть этих земель детям боярским из Сев.-Вост. Руси, но как поместья, на поместном праве. Переселенцы из Вел. Новгорода также получили поместья на вост. окраинах Русского гос-ва. Появились такие пожалования и в др. районах страны. Поместье было собственностью не помещика, а гос-ва. Помещик не мог им распоряжаться по своему желанию или передавать его по наследству, он владел им до тех пор, пока гос-во было довольно его службой. За ущерб, нанесенный нерадивым помещиком этой гос. собственности, ему угрожала великокняжеская опала. Сравнительно рано поместья стали получать не только мелкие и средние, но и крупные землевладельцы. Раздача земель на поместном праве способствовала увеличению размера главной военной силы Русского гос-ва — дворянского ополчения и усиливала зависимость формировавшегося дворянского сословия от гос. власти.

Символом могущества этой власти стал построенный в последние десятилетия XV в. при содействии итал. мастеров Московский Кремль, который превратился из городской цитадели, где население скрывалось при опасности, в укрепленную резиденцию правителя. Перемены в отношениях между правителем и обществом осмыслялись в новых представлениях о характере великокняжеской власти. В последние десятилетия XV в. бояре и дети боярские, обращаясь к И. В., стали именовать себя его «холопами». В этой социальной терминологии отражалось представление, что они являются теперь не вассалами великого князя, отношения с которым основываются на некоем неписаном договоре, а его подданными.

Расширение возможностей государственной власти после объединения рус. земель дало И. В. возможность вести активную внешнюю политику на разных направлениях. Одной из главных задач, стоявших перед Московским вел. князем, была выработка политики по отношению к татар. ханствам — наследникам Золотой Орды. С главным из этих ханств — Большой Ордой, кочевавшей в степях между Волгой и Днепром, отношения первоначально были мирными, от нее И. В. получил ярлык на великое княжение, ей выплачивался «выход». На 1-й план в 60-х гг. XV в. выдвинулись отношения с Казанским ханством. В 1467 г. в ответ на обращение Казанской земли И. В. попытался возвести на казанский трон царевича Касима, сидевшего как вассал вел. князя в Городце Мещерском (ныне г. Касимов). Поход закончился неудачей и привел к войне с Казанским ханством. Последовали набеги татар на пограничные рус. уезды. Хан Ибрагим совершил поход на Вятку, и вятчане обязались не помогать И. В. Первоначально военные действия были не слишком успешными для рус. стороны, но И. В. сумел мобилизовать большие военные силы, и осенью 1469 г. войско во главе с кн. Юрием Васильевичем подступило к Казани. Одним из условий заключенного тогда мирного договора стало возвращение рус. пленных, захваченных в последние десятилетия.

В 1472 г. обострились отношения между И. В. и Большой Ордой. Хан Большой Орды Ахмат пришел с многочисленным войском к Оке в районе Алексина, но русские войска не дали ему перейти реку. После этого И. В. прекратил выплачивать «выход» в Большую Орду и Россия не только фактически стала самостоятельным гос-вом, но и стала восприниматься соседями как независимое гос-во. Готовясь к продолжению борьбы с Ахматом, И. В. вступил в переговоры с врагом Ахмата крымским ханом Менгли-Гиреем, и в 1480 г. был заключен союзный договор, направленный против Большой Орды. В 1480 г. Ахмат попытался восстановить прежние отношения, выступив с большим войском в поход на Русь. В окт. 1480 г. армия Ахмата была остановлена русскими на Угре. Татарам не дали перейти реку, и, простояв месяц, хан ушел в степи.

В янв. 1481 г. Ахмат был убит своими противниками, началась борьба за власть между его сыновьями; Большая Орда, сконцентрировавшаяся на борьбе с Крымом, потеряла силу и влияние. Помогая Менгли-Гирею в противостоянии с Большой Ордой, И. В. резко активизировал свою политику на казанском направлении. Уже в 1482 г. вел. князь выступил в поход на Казань. Казанский хан Али прислал послов с «челобитьем», и поход был отменен, но уже в 1484 г. была предпринята попытка посадить на казанский стол ставленника Москвы Мухаммед-Эмина, к к-рому «для бережения» в Казань были присланы рус. воеводы. Али-хан боролся с Мухаммед-Эмином, опираясь на поддержку кочевавшей на нижней Волге и на Яике Ногайской Орды. Перелом наступил в 1487 г., когда большое рус. войско осадило Казань. Хан Али сдался и был сослан в Вологду, его братья — на Белоозеро, «крамольные» князья и уланы (члены ханской семьи из ветвей рода, не восходивших на престол) были казнены. На казанском столе надолго утвердился Мухаммед-Эмин. Это означало установление рус. протектората над Казанским ханством. «По слову» И. В. Мухаммед-Эмин посылал войска против Большой Орды, вел. князь разбирал конфликты между ханом и ногаями; даже собираясь отправить послов в Ногайскую Орду, хан запрашивал согласия на это И. В. За установлением рус. протектората над Казанью последовала в 1490 г. договоренность с ногаями о совместных действиях против Большой Орды. Союз с Крымом оказался прочным, начались совместные действия не только против правителей Большой Орды, но и против их союзника кор. Казимира. Сложившаяся выгодная для Русского гос-ва система отношений сохранялась до нач. XVI в., когда после разгрома войсками хана Менгли-Гирея Большой Орды заинтересованность Крыма в союзе с Россией уменьшилась. Первым признаком перемен стала попытка Мухаммед-Эмина в 1505 г. уйти из-под рус. власти.

Постепенно на зап. направлении рус. внешней политики главной задачей стала борьба за присоединение к формирующемуся Русскому гос-ву тех древнерус. земель, к-рые вошли в состав Великого княжества Литовского и Польского королевства — гос-в, объединенных под властью кор. и вел. кн. Казимира IV. Первоначально характер отношений между русским и польско-литовским правителями был дружественным — в завещании Василий II сделал Казимира опекуном своих детей. Отношения обострились, когда возникла опасность подчинения Вел. Новгорода литов. власти; были отмечены в Москве и попытки дипломатов Казимира побудить хана Ахмата к нападениям на земли Сев.-Зап. Руси. В 80-х гг. XV в. началась подготовка к большой войне с Великим княжеством Литовским. Во 2-й пол. 80-х гг. XV в. И. В. вступил в переговоры о союзе против Казимира с такими его противниками, как венг. кор. Матьяш Корвин и Габсбурги — имп. Фридрих III и его сын Максимилиан. В переговорах с Габсбургами определенно говорилось о намерениях И. В. распространить свою власть на Киев и Киевскую землю. Велись переговоры о союзе с молдав. господарем Стефаном, сближение 2 государств скрепил брак Иоанна Иоанновича, старшего сына И. В., с дочерью Стефана Еленой (1483).

В кон. 80-х гг. XV в. началась необъявленная пограничная война, когда русские войска нападали на пограничные территории Великого княжества Литовского и захватывали их. Главным объектом действий с рус. стороны стали земли верховских княжеств, расположенных в верхнем течении Оки, владений князей — потомков св. Михаила Всеволодовича Черниговского, в то время вассалов Казимира. Вмешиваясь в конфликты между ними, рус. воеводы поддерживали тех из них, кто готовы были порвать с Казимиром и подчиниться И. В. На рубеже 80-х и 90-х гг. стали переходить под власть И. В. князья Воротынские, Белёвские и Одоевские. В Русском гос-ве им была обеспечена достаточно широкая автономия, они стали «слугами»-вассалами вел. князя.

После смерти Казимира в 1492 г. развернулись настоящие военные действия, рус. войска заняли вост. часть Смоленской земли с Вязьмой. Преемник Казимира в Великом княжестве Литовском его сын Александр стал искать мира. По соглашению, заключенному в февр. 1494 г., верховские княжества и вост. часть Смоленщины вошли в состав Русского гос-ва. Соглашение было скреплено браком Александра и дочери И. В. Елены Иоанновны. Однако дружественные отношения между гос-вами так и не установились. И. В. не отказался от своих планов, и к 1499 г. сложились благоприятные условия для нанесения нового удара по Великому княжеству Литовскому.

Внимание, проявленное И. В. к верховским князьям, себя оправдало. К 1499 г. Московский вел. князь добился тайного соглашения с потомками князей — эмигрантов времени феодальной войны сер. XV в., получивших от Казимира обширные владения в Северской земле, об их переходе на рус. сторону. Предпринятые в то время попытки установления церковной унии в Великом княжестве Литовском дали князьям Семену Ивановичу Стародубскому и Василию Ивановичу Шемячичу законное основание для разрыва отношений с вел. кн. Александром, а И. В. получил возможность обосновать возобновление войны с Литвой необходимостью защиты ее правосл. жителей. При содействии названных князей рус. войска заняли Брянск и обширные территории в Северской земле (в Брянске был взят в плен и отослан в Москву местный епископ). На смоленском направлении литов. армия во главе с кн. Константином Ивановичем Острожским 14 июля 1500 г. потерпела поражение на р. Ведроше, командующий и др. литов. военачальники попали в плен. В дальнейшем, опасаясь усиления России, на стороне Александра в войну вступил Ливонский орден, и рус. войскам пришлось вести войну на 2 фронта. Правители Большой Орды помешали хану Менгли-Гирею выступить в поддержку И. В. Несмотря на трудности, в 1502 г. были собраны значительные военные силы для похода на Смоленск, но длительная осада города оказалась безуспешной. Россия не смогла добиться новых успехов, но и Великое княжество Литовское было не в состоянии продолжать войну. В марте 1503 г. между Россией и Литвой было заключено перемирие на 6 лет, по к-рому Северская земля с Новгородом-Северским и Черниговом, а также Брянск, Дорогобуж и Торопец вошли в состав Русского гос-ва. На переговорах, предшествовавших заключению соглашения, русские представители заявили от имени И. В.: «Не то одна наша отчина, кои городы и волости ныне за нами, и вся Русская земля Божьею волей из старины, от наших прародителей наша отчина» (Сб. РИО. Т. 35. С. 380).

В зап. политике Русского гос-ва не столь важное, но все же заметное место занимали связи с такими соседями, как Ливонский орден, Ганзейский союз нем. городов и Швеция. Проблемы отношений с ними встали перед И. В. после присоединения Вел. Новгорода в 1477/78 г., но еще до этого рус. правителю пришлось столкнуться с Ливонией в качестве верховного сюзерена Пскова. В 1463 г. войска Московского вел. князя уже помогали Пскову в войне с Ливонией. Новый, гораздо более серьезный шаг был предпринят в 1474 г. при заключении мира между Псковом и Ливонией. Накануне переговоров в Псков прибыл великокняжеский воевода Д. Д. Холмский с большим войском; был заключен мир, соблюдавшийся в течение 30 лет. В договоре указывалось, что ливонские послы «добиша челом» «царем всея Руси Ивану Васильевичу и Ивану Ивановичу». По одному из условий договора Дерптское католич. еп-ство обязалось платить дань «великих князей русских», к-рая не выплачивалась в течение 8 лет.

С присоединением Вел. Новгорода перед рус. правящими кругами возникла сложная проблема отношений с Ганзой — союзом нем. городов. На территории Вел. Новгорода находилась фактория ганзейских купцов — Немецкий двор, где ганзейцы пользовались мн. правами и привилегиями, к-рыми не обладали новгородцы, торговавшие в Ливонии. Попытки новгородских властей добиться равных условий торговли успеха не имели. В 80-х гг. XV в., уже вскоре после присоединения Вел. Новгорода, рус. правительство стало добиваться ограничения привилегий ганзейцев и улучшения условий торговли для рус. купцов в Ливонии. На рубеже 80-х и 90-х гг. XV в. были приняты решительные меры для ликвидации традиц. привилегий ганзейцев (права продавать товары без взвешивания, освобождения от большей части торговых пошлин и др.). В 1492 г. на берегу пограничной р. Наровы была заложена крепость Ивангород, к-рая, по-видимому, по планам рус. правящих кругов должна была стать портом, где рус. купцы торговали бы с купцами из Зап. Европы. В 1494 г. в ответ на насилия над русскими в ливонских городах И. В. приказал закрыть Немецкий двор в Вел. Новгороде и конфисковать находившееся в нем имущество (Немецкий двор оставался закрытым до конца правления И. В.).

Обострение отношений с Ганзой привело к сближению Русского государства с таким противником Ганзы, как Дания. В 1493 г. между государствами был заключен договор о союзе, предусматривавший совместные действия против Швеции — союзника ганзейских городов; кроме того, Дания обещала И. В. поддержку против вел. князя Литовского. В 1494 г. дат. посол Якоб Кунингхузен привез в Москву пушки и др. вооружение. В 1495 г. началась русско-швед. война, связанная со спорами о принадлежности ряда погостов в Зап. Карелии. В кон. 1495 — нач. 1496 г. рус. войска осаждали Выборг, в 1496 г. шведы разорили Ивангород, где захватили много кораблей и большое количество товаров (очевидно, усилия по созданию рус. порта на Балтике не остались бесплодными). На территории Карелии и Финляндии продолжались военные действия. Они прекратились, когда Швеция в кон. 90-х гг. XV в. подчинилась верховной власти дат. короля, но пограничные споры так и не были урегулированы. Договор о 20-летнем перемирии был заключен в 1504 г. Одним из его условий было обязательство швед. стороны не помогать Ливонии в случае войны между ней и Россией.

Отношения с Ливонией стали серьезной проблемой для Русского гос-ва, когда в нач. 1501 г. ливонский ландтаг в Вольмаре принял решение вступить в союз против России. Война началась в авг. 1501 г. Рус. правительство было вынуждено направить в Псковскую землю крупные военные силы, снятые с главного — литов. фронта. В 1501-1502 гг., во время военных действий, произошло неск. сражений, некоторые были неудачными для русских войск, но овладеть ни одним из городов Псковской земли магистру Вальтеру Плеттенбергу не удалось. На нападения ливонцев русские войска отвечали набегами на ливонские земли. Мирный договор 1503 г. означал возвращение к довоенному положению, требования ливонских послов на переговорах удовлетворить претензии Ганзы были отвергнуты.

Правление И. В. было временем значительного усиления связей с Италией. Русские посольства многократно посещали разные итал. гос-ва (гл. обр. Венецию, Милан и Рим), откуда привезли в Москву мастеров разных специальностей, так что в Москве уже в 70-х гг. XV в. существовала итал. колония. Итал. мастера содействовали развитию ряда отраслей производства, таких как чеканка монеты, литейное дело, производство кирпича и др. Наиболее выдающимся из трудившихся в Москве итал. мастеров был Аристотель Фьораванти из Болоньи, построивший Успенский собор в Московском Кремле. Итал. мастера активно участвовали в возведении стен и башен Кремля.

Эпоха правления И. В.- время большого крепостного и храмового строительства прежде всего в Московском Кремле, но также и в иных центрах (в частности, в конце правления И. В. был построен Новгородский кремль). По образцу Успенского собора Московского Кремля строились храмы во мн. рус. городах. Ко времени правления И. В. относится деятельность иконописца Дионисия, создавшего иконостас для московского Успенского собора. При участии советников И. В. был создан такой крупный памятник летописания, как Московский свод 1479 г. Ко времени правления И. В. относятся творчество преподобных Нила Сорского и Иосифа Волоцкого, создание такого значительного памятника общественной мысли, как Послание на Угру Ростовского архиеп. Вассиана I (Рыло), а также «Хожения за три моря» Афанасия Никитина.

Последние годы правления И. В. были отмечены борьбой за престолонаследие. Старший сын вел. князя Иоанн Молодой не позднее 1471 г. был провозглашен соправителем отца. В браке с дочерью молдав. господаря Стефана Еленой у Иоанна Иоанновича в 1483 г. родился сын Димитрий Иоаннович. В 1472 г. И. В. вступил во 2-й брак с Софией (Зоей) Палеолог, племянницей последнего визант. имп. Константина XI Палеолога. В этом браке родились неск. сыновей и дочерей, старшим из детей был Василий III Иоаннович (род. в 1479). Иоанн Молодой скончался в 1490 г. После его смерти Василий стал правителем Тверской земли, но не получил великокняжеского титула и не был объявлен соправителем отца. В 1497 г. кн. Василий был обвинен в организации заговора, в намерении «отъехать» от отца и арестован; были казнены его сторонники из детей боярских. В 1498 г. И. В. объявил своим соправителем внука Димитрия, и тот был коронован по визант. обряду коронации соправителя. Однако в марте 1499 г. Василий был провозглашен «государем великим князем» Вел. Новгорода и Пскова, а Димитрий перестал участвовать в управлении страной. В апр. 1502 г. Димитрий и его мать Елена попали в опалу и были заключены в тюрьму, а Василий стал соправителем отца — «великим князем всея Руси».

В 1504 г. И. В. составил завещание (духовную грамоту), по которому Василию отходили Великое княжество Владимирское, Вел. Новгород и Псков, Тверская земля, верховские княжества и мн. др. земли, младшим сыновьям — Юрию, Дмитрию, Семену, Андрею выделялись небольшие уделы, состоявшие из земель, расположенных в разных областях гос-ва. 16 июня 1504 г. «по благословению и повелению» И. В. было составлено соглашение между вел. кн. Василием и старшим из его братьев Юрием. Удельный князь признал права Василия на все выделенные тому владения и буд. «примыслы», обязался «Орды не знати» и ходить в походы по приказу старшего брата «без ослушанья». Незадолго до кончины, 4 сент. 1505 г., И. В. присутствовал на свадьбе вел. кн. Василия. И. В. был погребен в Архангельском соборе Московского Кремля.

Источник: www.pravenc.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.