Расправа древлян над князем игорем дата

Князь Игорь (ок. 878—945) — великий князь Киевской Руси, согласно летописной традиции — сын Рюрика. Первый русский князь, известный по синхронным византийским (греч. ‘Ιγγωρ) и западным источникам. Правил в 912-945 гг.

Согласно «Повести временных лет» (начало XII века), основатель древнерусской княжеской династии Рюрик умер в 879 году, передав власть своему родичу Олегу. Рюрик оставил на попечение Олега малолетнего сына Игоря. Когда (882) Олег подошёл к Киеву, где правили варяги Аскольд и Дир, он хитростью выманил киевских князей из города и приказал убить их именем Игоря, которого летопись называет ещё младенцем:

«Не князья вы и не княжеского рода, но я княжеского рода. А это сын Рюрика».

В русско-византийском договоре 911 года Олег назван «великим князем русским», то есть в документальном источнике он считался не регентом при Игоре, а полновластным правителем.

В 903 году Игорю привели жену из Пскова, Ольгу. Учитывая то, что сын Игоря и Ольги Святослав родился в 942 году, дата женитьбы Игоря выглядит крайне сомнительной.


Отправившись в поход на Византию (907), Олег оставил Игоря наместником в Киеве. После смерти Олега в 912 Игорь стал правителем Древнерусского государства. Даты смерти Олега и, соответственно, начала правления Игоря, условны.

В 914 году Игорь завоевал древлян и возложил на них дань больше Олеговой. В 915, проходя походом на Византию, на Руси впервые появились печенеги. Игорь заключил с ними мир, оказавшийся непрочным. В 920 Игорь воевал с печенегами.

Следующее летописное известие об Игоре — его поход на Царьград 941—944 годов. С этого времени свидетельства об Игоре впервые появляются в византийских и западноевропейских источниках. Таким образом, он стал первым русским князем, названным по имени в нерусских источниках.

Поход на Царьград 941—944

Древнерусские летописи в рассказе о походе 941 года восходят к переводам Продолжателя Амартола, но также содержат следы народного предания, едва сохранившегося ко времени написания летописей.

Продолжатель Феофана так начинает рассказ о походе: «11 июня четырнадцатого индикта  941 года  на десяти тысячах судов приплыли к Константинополю росы…».

Лиутпранд Кремонский, посол короля Италии Беренгара II в Византию в 949 году, замечает о более чем тысяче кораблей у «короля русов Ингере». В морском бою огромный русский флот был частично уничтожен греческим огнём. После набегов на византийские земли и ряда поражений Игорь в сентябре 941 вернулся домой. Русский летописец передаёт слова уцелевших воинов:

«Будто молнию небесную имеют у себя греки и, пуская её, пожгли нас; оттого и не одолели их.»


О впечатлении, произведённом этим набегом на византийцев, свидетельствует следующий факт: имя Игоря стало единственным из русских имён, попавшим в византийский энциклопедический словарь X века, известный как Суда.

В 942 году жена Игоря княгиня Ольга родила Святослава, ставшего через три года князем под опекой матери.

По летописи в 944 году (историки считают доказанным 943), Игорь собрал новое войско из варягов, руси (соплеменники Игоря), славян (поляне, ильменские словене, кривичи и тиверцы) и печенегов и двинулся на Византию конницей по суше, а большую часть войска отправил по морю. Предупреждённый заранее византийский император Роман I Лакапин выслал послов с богатыми дарами навстречу Игорю, уже достигшему Дуная. Одновременно Роман выслал дары печенегам. После совета с дружиной Игорь, удовлетворённый данью, повернул назад.

Продолжатель Феофана сообщает о подобном событии в апреле 943, только противниками византийцев, заключившими мир и повернувшими назад без сражения, были названы «турки». «Турками» византийцы обычно именовали венгров, но иногда широко применяли название ко всем кочевым народам с севера, то есть могли подразумевать и печенегов. Месяц апрель Константин Багрянородный упоминал в связи с началом навигации русов.


В следующем 944 году, Игорь заключил военно-торговый договор с Византией. В договоре упоминаются имена племянников Игоря, его жены княгини Ольги и сына Святослава. Летописец, описывая утверждение договора в Киеве, сообщил о церкви, в которой приносили клятву варяги-христиане.

Осенью 945 года Игорь по требованию дружины, недовольной своим содержанием, отправился за данью к древлянам. Древляне не числились в составе войска, потерпевшего разгром в Византии. Возможно поэтому Игорь решил поправить положение за их счёт. Игорь произвольно увеличил величину дани прежних лет, при её сборе дружинники творили насилие над жителями. На пути домой Игорь принял неожиданное решение:

«Поразмыслив, сказал своей дружине: „Идите с данью домой, а я возвращусь и похожу ещё“. И отпустил дружину свою домой, а сам с малой частью дружины вернулся, желая большего богатства. Древляне же, услышав, что идет снова, держали совет с князем своим Малом: „Если повадится волк к овцам, то вынесет все стадо, пока не убьют его; так и этот: если не убьем его, то всех нас погубит“ … и древляне, выйдя из города Искоростеня, убили Игоря и дружинников его, так как было их мало. И погребен был Игорь, и есть могила его у Искоростеня в Деревской земле и до сего времени.»

Спустя 25 лет в письме Святославу византийский император Иоанн Цимисхий напомнил о судьбе князя Игоря, именуя его Ингером. В изложении Льва Диакона император сообщал о том, что Игорь отправился в поход на неких германцев, был захвачен ими в плен, привязан к верхушкам деревьев и разорван надвое.


По преданию, изложенному в летописи, вдова Игоря, княгиня Ольга, жестоко отомстила древлянам. Она хитростью уничтожила их старейшин, перебила много простого народа, сожгла Искоростень и возложила на них тяжёлую дань. Княгиня Ольга при поддержке дружины и бояр Игоря стала править Русью, пока подрастал маленький Святослав, сын Игоря.

Расправа древлян над князем игорем дата

Княгиня Ольга встречает тело князя Игоря.  В. Суриков, 1915

В раннем памятнике древнерусской словесности, «Слове о законе и благодати» митрополита Илариона Киевского (до 1050 г.), генеалогия русских князей прослеживается до Игоря. Всего спустя около 100 лет после гибели Игоря Иларион назвал его «древним Игорем». Игоря в ряду других прославленных князей поминает автор «Задонщины», поэтического творения конца XIV века:

«Той бо вещий Боян, воскладая свои златыя персты на живыя струны, пояше славу русскыим князем: первому князю Рюрику, Игорю Рюриковичу и Святославу Ярославичу, Ярославу Володимеровичу

Так называемая Иоакимовская летопись, достоверность которой ставится историками под сомнение, сообщает дополнительные сведения о Игоре.


терью его была Ефанда, урманская (норманская) княжна и любимая жена Рюрика, получившая в приданое город Ижора. По мнению В. Н. Татищева, имя «Ингорь», происходит от финского (ижорского) имени Ингер. Когда Игорь возмужал, князь Олег привёл ему жену из Изборска, из знатного рода Гостомысла. Девушку звали Прекраса, но Олег переименовал её в Ольгу. Впоследствии у Игоря были и другие жёны, но Ольгу он чтил более прочих. У Игоря, кроме Святослава, был ещё сын Глеб, которого Святослав казнил за христианские убеждения. В остальном Иоакимовская летопись следует за «Повестью временных лет». Татищев также приводит даты рождения Игоря из различных списков: 875 в Раскольничем, 861 в Нижегородском, 865 в Оренбургском.

В начале (913/914) и конце (943/944) правления Игоря русы совершили крупные морские походы в Каспийском регионе, о которых древнерусские летописи умалчивают. Хронологически возможно, что поход в 913/914 гг. повлиял на приход Игоря к власти, так как все его участники, согласно арабским авторам, были перебиты на Волге. По хазарским свидетельствам, поход Игоря на Византию был связан с походом на Каспий в 943—945 гг. (см. Набег русов на Бердаа (943)), в котором, согласно хазарскому и арабскому независимым источникам, предводитель русов погиб. Хазарский источник сообщает о гибели именно «царя русов», именуя его X-л-гу, что делает заманчивым его отождествление с Вещим Олегом.
Византийское сообщение Льва Диакона о гибели Игоря от рук германцев лишь увеличивает неопределённость. Возможно, информатор Льва Диакона неправильно понял на слух незнакомый этноним «древляне» как более знакомый «германе».


Византийский император Константин Багрянородный в сочинении «Об управлении империей», написанном в 949 году, заметил: «Моноксилы являются одни из Немогарда, в котором сидел Сфендослав, сын Ингора, архонта Росии…» Буквально эта фраза подразумевает то, что к 949 году Игорь был ещё жив, так как по сочинению росы ежегодно по торговым делам приходили в Византию, и Константинополь был осведомлён о положении на Руси.

По сведениям, изложенным польским историком XVIII века Яном Стржедовским, в 949 году Игорь заключил союз с Олегом Моравским против Венгрии, но умер в том же году.

Историки, изучающие деяния Игоря по древнерусским летописям, отмечают нестыковки и натяжки в его биографии, что даёт повод к различным реконструкциям его правления

По материалам Википедии

Игорь в зрелом возрасте мужа приял власть опасную: ибо современники и потомство требуют величия от наследников Государя великого или презирают недостойных.

914 г. Смерть победителя ободрила побежденных, и Древляне отложились от Киева. Игорь спешил доказать, что в его руке меч Олегов; смирил их и наказал прибавлением дани. — Но скоро новые враги, сильные числом, страшные дерзостию и грабительством, явились в пределах России. Они под именем Печенеговтак славны в летописях наших, Византийских и Венгерских от Х до XII века, что мы должны, при вступлении их на феатр Истории, сказать несколько слов о свойстве и древнем отечестве сего народа.


1411894719_klyatva-svarozhichaКлятва Сварожича. Б. Ольшанский

Восточная страна нынешней Российской Монархии, где текут реки Иртыш, Тобол, Урал, Волга, в продолжение многих столетий ужасала Европу грозным явлением народов, которые один за другим выходили из ее степей обширных, различные, может быть, языком, но сходные характером, образом жизни и свирепостию. Все были кочующие; все питались скотоводством и звериною ловлею: Гунны, Угры, Болгары, Авары, Турки — и все они исчезли в Европе, кроме Угров и Турков. К сим народам принадлежали Узы и Печенеги, единоплеменники Туркоманов: первые, обитая между Волгою и Доном в соседстве с Печенегами, вытеснили их из степей Саратовских: изгнанники устремились к западу; овладели Лебедиею; чрез несколько лет опустошили Бессарабию, Молдавию, Валахию; принудили Угров переселиться оттуда в Паннонию и начали господствовать от реки Дона до самой Алуты, составив 8 разных областей, из коих 4 были на Восток от Днепра, между Россиянами и Козарами; а другие — на западной стороне его, в Молдавии, Трансильвании, на Буге и близ Галиции, в соседстве с народами Славянскими, подвластными Киевским Государям.


зная земледелия, обитая в шатрах, кибитках, или вежах, Печенеги искали единственно тучных лугов для стад; искали также богатых соседей для грабительства; славились быстротою коней своих; вооруженные копьями, луком, стрелами, мгновенно окружали неприятеля и мгновенно скрывались от глаз его; бросались на лошадях в самые глубокие реки или вместо лодок употребляли большие кожи. Они носили персидскую одежду, и лица их изображали свирепость.

Печенеги думали, может быть, ограбить Киев; но встреченные сильным войском, не захотели отведать счастия в битве и мирно удалились в Бессарабию или Молдавию, где уже господствовали тогда их единоземцы. Там народ сей сделался ужасом и бичом соседей; служил орудием взаимной их ненависти и за деньги помогал им истреблять друг друга. Греки давали ему золото для обуздания Угров и Болгаров, особенно же Россиян, которые также искали дружбы его, чтобы иметь безопасную торговлю с Константинополем: ибо Днепровские пороги и Дунайское устье были заняты Печенегами. Сверх того они могли всегда, с правой и левой стороны Днепра, опустошать Россию, жечь селения, увозить жен и детей, или, в случае союза, подкреплять Государей Киевских наемным войском своим. Сия несчастная Политика дозволяла разбойникам более двух веков свободно отправлять их гибельное ремесло.

velikiy-knyaz-igor-ryurikovich-38Великий князь Игорь Рюрикович. Роспись Грановитой палаты. ХIХ в.


Печенеги, заключив союз с Игорем, пять лет не тревожили России: по крайней мере Нестор говорит о первой действительной войне с ними уже в 920 году. Предание не сообщило ему известия об ее следствиях. Княжение Игоря вообще не ознаменовалось в памяти народной никаким великим происшествием до самого 941 года, когда Нестор, согласно с Византийскими Историками, описывает войну Игореву с Греками. Сей Князь, подобно Олегу, хотел прославить ею старость свою, жив до того времени дружелюбно с Империею: ибо в 935 году корабли и воины его ходили с Греческим флотом в Италию. Если верить Летописцам, то Игорь с 10000 судов вошел в Черное море. Болгары, тогда союзники Императора, уведомили его о сем неприятеле; но Игорь успел, пристав к берегу, опустошить Воспорские окрестности. Здесь Нестор, следуя Византийским Историкам, с новым ужасом говорит о свирепости Россиян: о храмах, монастырях и селениях, обращенных ими в пепел; о пленниках, бесчеловечно убиенных, и проч. Роман Лакапин, воин знаменитый, но Государь слабый, выслал наконец флот под начальством Феофана Протовестиария. Корабли Игоревы стояли на якорях близ Фара или маяка, готовые к сражению. Игорь столь был уверен в победе, что велел воинам своим щадить неприятелей и брать их живых в плен; но успех не соответствовал его чаянию. Россияне, приведенные в ужас и беспорядок так называемым огнем Греческим, которым Феофан зажег многие суда их и который показался им небесною молниею в руках озлобленного врага, удалились к берегам Малой Азии.


м Патрикий Варда с отборною пехотою, конницею, и Доместик Иоанн, славный победами, одержанными им в Сирии, с опытным Азиатским войском напали на толпы Россиян, грабивших цветущую Вифинию, и принудили их бежать на суда. Угрожаемые вместе и войском Греческим, и победоносным флотом, и голодом, они снялись с якорей, ночью отплыли к берегам Фракийским, сразились еще с Греками на море и с великим уроном возвратились в отечество. Но бедствия, претерпенные от них Империею в течение трех месяцев, остались надолго незабвенными в ее Азиатских и Европейских областях.

О сем несчастном Игоревом походе говорят не только Византийские, но и другие Историки: Арабский Эльмакин и Кремонский Епископ Лиутпранд; последний рассказывает слышанное им от своего отчима, который, будучи Послом в Цареграде, собственными глазами видел казнь многих Игоревых воинов, взятых тогда в плен Греками: варварство ужасное! Греки, изнеженные роскошию, боялись опасностей, а не злодейства.

Игорь не уныл, но хотел отмстить Грекам; собрал другое многочисленное войско, призвал Варягов из-за моря, нанял Печенегов — которые дали ему аманатов в доказательство верности своей — и чрез два года снова пошел в Грецию со флотом и с конницею. Херсонцы и Болгары вторично дали знать Императору, что море покрылось кораблями Российскими. Лакапин, не уверенный в победе и желая спасти Империю от новых бедствий войны со врагом отчаянным, немедленно отправил послов к Игорю. Встретив его близ Дунайского устья, они предложили ему дань, какую некогда взял храбрый Олег с Греции; обещали и более, ежели Князь благоразумно согласится на мир; старались также богатыми дарами обезоружить корыстолюбивых Печенегов. Игорь остановился и, созвав дружину свою, объявил ей желание Греков. «Когда Царь, — ответствовали верные товарищи Князя Российского, — без войны дает нам серебро и золото, то чего более можем требовать? Известно ли, кто одолеет? мы ли? они ли? и с морем кто советен?Под нами не земля, а глубина морская: в ней общая смерть людям». Игорь принял их совет, взял дары у Греков на всех воинов своих, велел наемным Печенегам разорять соседственную Болгарию и возвратился в Киев.

В следующий год 944 г. Лакапин отправил Пслов к Игорю, а Князь Российский в Царьград, где заключен был ими торжественный мир на таких условиях:

I. Начало, подобное Олегову договору: «Мы от рода Русского, Послы и гости Игоревы», и проч. Следует около пятидесяти Норманских имен, кроме двух или трех Славянских. Но достойно замечания, что здесь в особенности говорится о Послах и чиновниках Игоря, жены его Ольги, сына Святослава, двух нетиев Игоревых, то есть племянников или детей сестриных, Улеба, Акуна, и супруги Улебовой, Передславы. Далее: «Мы, посланные от Игоря, Великого Князя Русского, от всякого княжения, от всех людей Русския земли, обновить ветхий мир с Великими Царями Греческими, Романом, Константином, Стефаном, со всем Боярством и со всеми людьми Греческими, вопреки Диаволу, ненавистнику добра и враждолюбцу, на все лета, доколе сияет солнце и стоит мир. Да не дерзают Русские, крещеные и некрещеные, нарушать союза с Греками, или первых да осудит Бог Вседержитель на гибель вечную и временную, а вторые да не имут помощи от Бога Перуна; да не защитятся своими щитами; да падут от собственныхмечей, стрел и другого оружия; да будут рабами в сей век и будущий!

1411894729_rus-velikaya2Русь великая. Б. Ольшанский

II. Великий Князь Русский и Бояре его да отправляют свободно в Грецию корабли с гостьми и Послами. Гости, как было уставлено, носили печати серебряные, а Послы золотые: отныне же да приходят с грамотою от Князя Русского, в которой будет засвидетельствовано их мирное намерение, также число людей и кораблей отправленных. Если же придут без грамоты, да содержатся под стражею, доколе известим о них Князя Русского. Если станут противиться, да лишатся жизни, и смерть их да не взыщется от Князя Русского. Если уйдут в Русь, то мы, Греки, уведомим Князя об их бегстве, да поступит он с ними, как ему угодно».

III. Начало статьи есть повторение условий, заключенных Олегом под стенами Константинополя, о том, как вести себя Послам и гостям Русским в Греции, где жить, чего требовать и проч. — Далее: «Гости Русские будут охраняемы Царским чиновником, который разбирает ссоры их с Греками. Всякая ткань, купленная Русскими, ценою выше 50 золотников(или червонцев), должна быть ему показана, чтобы он приложил к ней печать свою. Отправляясь из Царяграда, да берут они съестные припасы и все нужное для кораблей, согласно с договором. Да не имеют права зимовать у Св. Мамы и да возвращаются с охранением.

IV. Когда уйдет невольник из Руси в Грецию, или от гостей, живущих у Св. Мамы, Русские да ищут и возьмут его. Если он не будет сыскан, да клянутся в бегстве его по Вере своей, Христиане и язычники. Тогда Греки дадут им, как прежде уставлено, по две ткани за невольника. Если раб Греческий бежит к Россиянам с покражею, то они должны возвратить его и снесенное им в целости: за что получают в награждение два золотника.

V. Ежели Русин украдет что-нибудь у Грека или Грек у Русина, да будет строго наказан по закону Русскому и Греческому; да возвратит украденную вещь и заплатит цену ее вдвое.

VI. Когда Русские приведут в Царьград пленников Греческих, то им за каждого брать по десяти золотников, если будет юноша или девица добрая, за середовича восемь, за старца и младенца пять. Когда же Русские найдутся в неволе у Греков, то за всякого пленного давать выкупа десять золотников, а за купленного цену его, которую хозяин объявит под крестом(или присягою).

VII. Князь Русский да не присвоивает себе власти над страною Херсонскою и городами ее. Когда же он, воюя в тамошних местах, потребует войска от нас, Греков: мы дадим ему, сколько будет надобно.

VIII. Ежели Русские найдут у берега ладию Греческую, да не обидят ее; а кто возьмет что-нибудь из ладии, или убиет, или поработит находящихся в ней людей, да будет наказан по закону Русскому и Греческому.

IX. Русские да не творят никакого зла Херсонцам, ловящим рыбу в устье Днепра; да не зимуют там, ни в Белобережье, ни у Св. Еферия, но при наступлении осени да идут в домы свои, в Русскую землю.

X. Князь Русский да не пускает Черных Болгаров воевать в стране Херсонской». — Черноюназывалась Болгария Дунайская, в отношении к древнему отечеству Болгаров.

XI. «Ежели Греки, находясь в земле Русской, окажутся преступниками, да не имеет Князь власти наказывать их; но да приимут они сию казнь в Царстве Греческом.

XII. Когда Христианин умертвит Русина или Русин Христианина, ближние убиенного, задержав убийцу, да умертвят его». — Далее то же, что в III статье прежнего договора.

XIII. Сия статья о побоях есть повторение IV статьи Олегова условия.

XIV. «Ежели Цари Греческие потребуют войска от Русского Князя, да исполнит Князь их требование, и да увидят чрез то все иные страны, в какой любви живут Греки с Русью.

Сии условия написаны на двух хартиях: одна будет у Царей Греческих; другую, ими подписанную, доставят Великому Князю Русскому Игорю и людям его, которые, приняв оную, да клянутся хранить истину союза: Христиане в Соборной церкви Св. Илии предлежащим честным крестом и сею хартиею, а некрещеные полагая на землю щиты свои, обручии мечи обнаженные».

Историк должен в целости сохранить сии дипломатические памятники России, в коих изображается ум предков наших и самые их обычаи. Государственные договоры Х века, столь подробные, весьма редки в летописях: они любопытны не только для ученого Дипломатика, но и для всех внимательных читателей истории, которые желают иметь ясное понятие о тогдашнем гражданском состоянии народов. Хотя Византийские Летописцы не упоминают о сем договоре, ни о прежнем, заключенном в Олегово время, но содержание оных так верно представляет нам взаимные отношения Греков и Россиян Х века, так сообразно с обстоятельствами времени, что мы не можем усомниться в их истине…

Клятвенно утвердив союз, Император отправил новых Послов в Киев, чтобы вручить Князю Русскому хартию мира. Игорь в присутствии их на священном холме, где стоял Перун, торжественно обязался хранить дружбу с Империею; воины его также, в знак клятвы полагая к ногам идола оружие, щиты и золото. Обряд достопамятный: оружие и золото было всего святее и драгоценнее для Русских язычников. Христиане Варяжские присягали в Соборной церкви Св. Илии, может быть, древнейшей в Киеве. Летописец именно говорит, что многие Варяги были тогда уже Христианами.

1411894677_teni-zabytyh-predkov2Тени забытых предков. Б.Ольшанский

Игорь, одарив Послов Греческих мехами драгоценными, воском и пленниками, отпустил их к Императору с дружественными уверениями. Он действительно хотел мира для своей старости; но корыстолюбие собственной дружины его не позволило ему наслаждаться спокойствием. «Мы босы и наги, — говорили воины Игорю, — а Свенельдовы Отроки богаты оружием и всякою одеждою. Поди в дань с нами, да и мы, вместе с тобою, будем довольны». Ходить в дань значило тогда объезжать Россию и собирать налоги. Древние Государи наши, по известию Константина Багрянородного, всякий год в Ноябре месяце отправлялись с войском из Киева для объезда городов своих и возвращались в столицу не прежде Апреля. Целию сих путешествий, как вероятно, было и то, чтобы укреплять общую государственную связь между разными областями или содержать народ и чиновников в зависимости от Великих Князей. Игорь, отдыхая в старости, вместо себя посылал, кажется, Вельмож и Бояр, особенно Свенельда, знаменитого Воеводу, который, собирая государственную дань, мог и сам обогащаться вместе с Отроками своими, или отборными молодыми воинами, его окружавшими. Им завидовала дружина Игорева, и Князь, при наступлении осени, исполнил ее желание; отправился в землю Древлян и, забыв, что умеренность есть добродетель власти, обременил их тягостным налогом. Дружина его — пользуясь, может быть, слабостию Князя престарелого — тоже хотела богатства и грабила несчастных данников, усмиренных только победоносным оружием. Уже Игорь вышел из области их; но судьба определила ему погибнуть от своего неблагоразумия. Еще недовольный взятою им данию, он вздумал отпустить войско в Киев и с частию своей дружины возвратиться к Древлянам, чтобы требовать новой дани. Послы их встретили его на пути и сказали ему: «Князь! Мы все заплатили тебе: для чего же опять идешь к нам?» Ослепленный корыстолюбием, Игорь шел далее. Тогда отчаянные Древляне, видя — по словам Летописца — что надобно умертвить хищного волка, или все стадо будет его жертвою, вооружились под начальством Князя своего, именем Мала; вышли из Коростена, убили Игоря со всею дружиною и погребли недалеко оттуда. Византийский Историк повествует, что они, привязав сего несчастного Князя к двум деревам, разорвали надвое.

1411894724_secha-na-dnepre2Сеча на Днепре. Б. Ольшанский

Игорь в войне с Греками не имел успехов Олега; не имел, кажется, и великих свойств его: но сохранил целость Российской Державы, устроенной Олегом; сохранил честь и выгоды ее в договорах с Империею; был язычником, но позволял новообращенным Россиянам славить торжественно Бога Христианского и вместе с Олегом оставил наследникам своим пример благоразумной терпимости, достойный самых просвещенных времен. Два случая остались укоризною для его памяти: он дал опасным Печенегам утвердиться в соседстве с Россиею и, не довольствуясь справедливой, то есть умеренною данию народа, ему подвластного, обирал его, как хищный завоеватель. Игорь мстил Древлянам за прежний их мятеж; но Государь унижается местию долговременною: он наказывает преступника только однажды. — Историк, за недостатком преданий, не может сказать ничего более в похвалу или в обвинение Игоря, княжившего 32 года.

К сему княжению относится любопытное известие современного Арабского Историка Массуди. Он пишет, что Россияне идолопоклонники, вместе с Славянами, обитали тогда в Козарской столице Ателе и служили Кагану; что с его дозволения, около 912 года, войско их, приплыв на судах в Каспийское море, разорило Дагестан, Ширван, но было наконец истреблено Магометанами. Другой Арабский Повествователь, Абульфеда, сказывает, что Россияне в 944 году взяли Барду, столицу Арранскую (верстах в семидесяти от Ганджи) и возвратились в свою землю рекою Куром и морем Каспийским. Третий Историк Восточный, Абульфарач, приписывает сие нападение Аланам, Лезгам и Славянам, бывшим Кагановым данникам в южных странах нашего древнего отечества. Россияне могли прийти в Ширван Днепром, морями Черным, Азовским, реками Доном, Волгою (чрез малую переволоку в нынешней Качалинской Станице) — путем дальним, многотрудным; но прелесть добычи давала им смелость, мужество и терпение, которые в самом начале государственного бытия России ославили имя ее в Европе и в Азии.

Н.М.Карамзин «История государства Российского», т. 1, гл. VI

Igor_the_Old

Князь Игорь (ок. 878—945). Портрет из Царского титулярника. 17 в.

Источник: deduhova.ru

Великий князь Руси Игорь — это одна из фигур нашей истории, на которую вылили немало грязи. Его смерть в изложении «Повести временных лет» наложила негативный отпечаток на всё его правление, в котором было пролито много пота и крови для укрепления русской державы.

В летописи о последних днях князя сказано следующее: «Сказала дружина Игорю: «Отроки Свенельда изоделись оружием и одеждой, а мы наги. Пойдём, князь, с нами за данью, и ты добудешь, и мы». И послушал их Игорь – пошёл к древлянам за данью, и прибавил к прежней дани новую, и творили насилие над ними мужи его. Взяв дань, пошёл он в свой город. Когда же шёл он назад, поразмыслив, сказал своей дружине: «Идите домой, а я возвращусь и пособираю ещё». И отпустил свою дружину домой, а сам с малой дружиной вернулся, желая большего богатства». Дальше сюжет всем известен по школьным учебникам истории, древляне на вече решили: «Если повадится волк к овцам, то вынесет все стадо, пока не убьют его; так и этот: если не убьем его, то всех нас погубит». Древляне организовали засаду и убили князя и его дружинников, «так как было их мало».

Картина образная, яркая, запоминающаяся. В результате мы с детства знаем, что великий князь русский Игорь – это алчный и глупый грабитель (сунулся с малым числом воинов к уже ограбленному племени), бездарный полководец (сюжет сожжения русского флота «греческим огнём» в 941 году), никудышный правитель, который не принёс пользы Руси.

Правда, если рассуждать здраво и помнить о субъективности исторических письменных источников, которые всегда писались под заказ, то можно заметить несколько несоответствий. Дружина говорит великому князю, «а мы наги». Всего год назад – в 944 году византийцы, испугавшись мощи войска Игоря дали ему огромную дань. Князь «взял с греков золота и шелка на всех воинов». Да и вообще смешно говорить о том, что дружина великого князя (военная элита того времени) «нага». К тому же летопись сообщает, что Игорь взял с Византии «дань, какую Олег брал и ещё». Олег брал по 12 гривен серебра на брата (гривна равнялась примерно 200 грамм серебра). Для сравнения хороший конь стоил 2 гривны. Боевая морская ладья с набойными бортами – 4 гривны. Понятно, что после такого богатства, «сокровища» древлян – мёд и меха – это обычная дань (налог).

Следующее несоответствие – образ «неудачливого князя», бездарного полководца. За долгие годы своего правления (правил с 912 года – погиб в 945 году), Игорь проиграл всего одну битву – в 941 году. Причём соперником русов была мировая держава того времени, обладавшая передовыми военными технологиями – Византия. К тому же, победа была одержана византийцами из-за отсутствия фактора неожиданности – греки успели хорошо подготовиться к битве (о нападении русов сообщили болгары), и использования мощнейшего оружия того времени. Это был т. н. «греческий огонь» — горючая смесь, которую применяли в военных целях, его точный состав неизвестен. От этого оружия не было защиты, горючая смесь горела даже на воде. Надо учесть и тот факт, что военная кампания в целом была выиграна Игорем. Уже через три года великий князь собрал новое войско, пополнил его варягами, заключил союз с печенегами и двинулся на врага. Византийцы испугались и направили посольство с просьбой о мире. Князь взял богатую дань и заключил мирный договор. Игорь проявил себя не только как воин, но и как дипломат – зачем воевать, если враг сам предлагает выгодный мир? Не забыл он и предательство болгар, он «повелел печенегам воевать Болгарскую землю».

Почему князь Игорь приказывает печенегам? Ответ есть и также не укладывается в образ «грабителя и авантюриста». В 915 году, когда «пришли впервые печенеги на Русскую землю», великий князь смог принудить их к миру. Понятно, что если бы Русская земля была слабой, ситуация сложилась бы иным образом. Как в те времена, так и сейчас, народы понимают только язык силы. Печенеги откочевали к Дунаю. В 920 году в летописи о печенегах есть ещё одна фраза – «Игорь воеваша на печенегов». Обратите внимание – не отбил набег, не в Русской земле сражался с ними, а «воевал на печенегов», т. е. сам пошёл на них и победил. В результате печенеги решатся испробовать силы Руси только в 968 году. К тому же, если участь тот факт, что Игорь мог в 944 году «повелеть» печенегам воевать Болгарскую землю, они были в вассальной зависимости от Руси. По крайней мере, часть племён. Это подтверждает и участие вспомогательных печенежских сил в войнах Святослава. 48 лет (два поколения) печенеги не смели трогать русские земли. Это говорит о многом. Всего одна строка – «Игорь воеваша на печенегов», и целый забытый подвиг русского воинства. Удар был такой мощи, что смелые воины степей два (!) поколения боялись нападать на Русь. Для сравнения, половцы, пришедшие позже печенегов, за сто пятьдесят лет сделали только пятьдесят крупных нападений на русские земли. Это не говоря о мелких рейдах, которые и не считали. А если взять период правления крестителя Руси Владимира Святославича, то ему пришлось сооружать линию крепостей по южным рубежам государства, сгонять туда ратников со всех концов державы. При Владимире отношения Руси со Степью резко ухудшились – шла непрестанная «великая брань» с печенегами, которые почти ежегодно прорывались к киевским предместьям. По данным византийского императора Константина VII Багрянородного, печенежские орды кочевали на расстоянии всего одного дня пути от Руси.

Иноземные источники подтверждают мнение о мощи Руси во времена правления великого князя Игоря. Арабский географ и путешественник X века Ибн-Хаукаль называет печенегов «остриём в руках русов», которое Киев обращает куда захочет. Арабский историк, географ Аль-Масуди называет Дон – «Русской рекой», а Чёрное море – «Русским, потому что по нему, кроме русов, никто не смеет плавать». Это во время правления Игоря Старого. Византийский писатель, историк Лев Диакон называет Боспор Киммерийский (современная Керчь) русской базой, оттуда Игорь водил свой флот на Византийскую империю. Из договора с Византией от 944 года понятно, что Русь при Игоре контролировала и устье Днепра, и проходы в Крым из степи.

Спрашивается, кто великий государственный деятель? Игорь, которому платила дань могучая Византийская империя, печенеги были «острием его оружия» и два поколения не смели тревожить русских пределов, правитель сделавший Дон «Русской рекой». Или Владимир «Святой» — участник братоубийственной междоусобной войны, владевший сотнями наложниц и строившим остроги на Десне от печенегов, которые кочевали в дне пути от русских городов.

Загадка гибели Игоря и роль Ольги

Спрашивается, как великий государь, полководец и дипломат, бравший с греков золотом, серебром и шелками, попался в ловушку, созданную жадностью его воинов? По мнению историка Льва Прозорова, Игоря убили не древляне, а варяжская дружина, которая преимущественно состояла из христиан. Об этом говорят несколько фактов. Во-первых, настоящая русская дружина не оставила бы князя. Дружина и князь были единым целым. Дружинники не могли оставить князя во враждебной земле. Дружина князя понесла значительный урон в 941 году. Поэтому для сбора дани он взял варяжские отряды и «малую дружину». Во-вторых, войско Игоря перед походом на Византию 944 году была пополнено варягами. После второго похода на Византию в договоре 944 года упоминается, что значительная часть русов присягает в соборной церкви Ильи-пророка на Киевском Подоле. Летопись поясняет: «Ибо многие варяги христиане». В-третьих, жадность (официальная причина гибели Игоря и малой дружины) не была свойственна русам и вообще язычникам севера Европы. Русы, славяне всегда изумляли инородцев своей щедростью и бескорыстием, которая часто переходила в расточительность. Христиане-германцы, христиане-поляки наоборот отличались жадностью к добыче. В-четвертых, византийский автор Лев Диакон пишет, что Игоря убили «германцы», а христианство на берегах Варяжского моря тогда называли «Немецкой верой».

Интересен и факт возвращения дружины в Киев, князь и его ближайшие соратники убиты, а воины живые и здоровые вернулись. Их не наказывают, и их нелепая история становится официальной версией. Ясно, что у убийства был заказчик. Христианская община Киева в то время чувствовала себя хорошо, ещё князь Аскольд принял христианскую веру, при Игоре появляется соборная церковь. Был у христианской общины и высокий покровитель – княгиня Ольга, жена Игоря. Официально считается, что в то время она была язычницей, и приняла крещение от рук византийского императора Константина. Но византийские источники не подтверждают эту версию.

Ещё больше вопросов вызывает «месть» Ольги. Она якобы мстила за мужа «по жестокому языческому обычаю». Надо отметить, что по языческим обычаям кровная месть была делом узкого круга мужчин – это брат, сын, отец убитого, сын брата или сын сестры. Женщины как мстители не рассматривались. Кроме того, в то время дела христиан были не менее (а то и более ужасны), чем язычников. К примеру, христианский император Юстиниан Великий на столичном ипподроме приказал вырезать 50 тыс. восставших христиан, а император Василий II приказал казнить 48 тыс. пленных болгар (также христиан).

Удивляет число погибших, только на «кровавом пиру», согласно летописи, убили 5 тыс. упившихся греческим вином древлян. По тому, как Ольга спешит и числу убитых, складывается впечатление, что это не месть, а «зачистка» возможных свидетелей. Правда, видимо, мы никогда не узнаем, была ли Ольга среди организаторов этого убийства, или её использовали «втёмную» агенты Константинополя, которые действовали через христианские общины Киева и Древлянской земли.

Источник: topwar.ru

В 912 году, после смерти Олега, князем Киева становится Игорь. За время своего княжения он не добился каких-то значимых результатов, в отличие от предыдущего князя. В 941-944 годах князь Игорь предпринимал воинские походы на Византию. Результатом этих походов стало заключение военно-торгового договора, но на менее благоприятных условиях, в сравнение с договором 911 года.

Игорь Рюрикович (912-945)

Также в период правления Игоря случилось первое народное возмущение, именующееся «восстанием древлян» (945 г.). После сбора дани с древлян и отправки её в Киев, Игорь решает вернуться и потребовать ещё дани. Это возмутило древлян и они собрали вече. На нём было решено, что пока князь всё у них не заберёт, он от них не отстанет. Поэтому нужно убить князя и его дружину.После чего они перебили его немногочисленный отряд и казнили князя.

Убиение Игоря древлянами. Гравюра Ф. А. Бруни, 1839.

Узнав о гибели своего мужа, Ольга пришла в гнев. Когда древляне прислали своё посольство и предложили взамен Игоря своего князя Мала, княгиня заживо закопала их, а второе посольство прибывшее в след за первым сожгла.

Мщение Ольги против идолов древлянских. Гравюра Ф. А. Бруни, 1839.

Последней точкой в мести княгини, стало сожжение столицы древлян Искоростеня (Коростеня). Согласно легенде, Ольга в качестве дани попросила древлян дать ей по несколько птиц с каждого двора. После чего, приказала привязать к каждой птице трут, поджечь его и отпустить птиц на волю. Когда птицы стали возвращаться в свои старые гнезда, разгорелся пожар, в котором погибло около пяти тысяч древлян.

«Месть княгини Ольги». Автор Мацуков Геннадий

Инцидент с её мужем Игорем вынудил княгиню пойти на упорядочивание уплаты дани. Ольгой было введено фиксированное количество дани — «урок». Помимо этого были созданы специальные места для сбора и хранения дани – «погосты».

Если вам понравилась статья, ставьте 👍 и подписывайтесь на канал

Источник: zen.yandex.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.