Николай 2 отрекся от престола дата


ОТРЕЧЕНИЕ НИКОЛАЯ II

23 февраля 1917 в Петрограде началась революция. Находившийся в Ставке в Могилеве Николай II вечером 27 февраля отдал приказ генералу Н.И. Иванову с надежными частями (батальоны георгиевских кавалеров из охраны Ставки) эшелонами двинуться на Петроград для наведения порядка. В помощь ему должны были быть выделены несколько полков пехоты и кавалерии с Западного и Северного фронтов. Сам царь направился в Петроград, но не прямо: через станции Дно и Бологое. Царские поезда перешли на Николаевскую (ныне — Октябрьскую) железную дорогу, но в 200 км от столицы были остановлены восставшими железнодорожниками. Вернувшись обратно, литерные поезда царя и его свиты проследовали в Псков – в штаб Северного фронта. Тем временем отряд Иванова также не был пропущен к восставшему Петрограду. Начальник штаба Ставки генерал М.В. Алексеев и командующие фронтами полки ему на помощь не послали. Тем временем Алексеев разослал всем командующим фронтами и флотами телеграммы с предложением высказаться за или против отречения царя от трона в пользу наследника при регентстве великого князя Михаила Александровича. Почти все они, кроме одного, поддержали отречение. Прибыв в Псков, царь узнал, что армия от него отвернулась.


Ночью 2 марта в Псков приехали члены Государственной думы лидер октябристов А.И. Гучков и националистов — В.В. Шульгин с проектом отречения. Но царь отказался его подписать, заявив, что не может расстаться с больным сыном. Царь сам написал текст отречения, в котором он, в нарушение Указа Павла I о престолонаследии, отказывался и за себя, и за сына в пользу брата Михаила.

Был ли это хитрый тактический ход, дававший впоследствии право объявить отречение недействительным, или нет, неизвестно. Император никак не озаглавил свое заявление и не обратился к подданным, как полагалось в самых важных случаях, или к Сенату, который по закону публиковал царские распоряжения, а буднично адресовал его: «Начальнику штаба». Некоторые историки считают, что это свидетельствовало о непонимании важности момента: «Сдал великую империю, как командование эскадроном». Представляется однако, что это вовсе не так: этим обращением бывший царь давал понять, кого он считает виновником отречения.

Шульгин, чтобы не создавалось впечатление, что отречение вырвано силой, попросил царя, уже бывшего, датировать документы 3 часами дня. Двумя часами ранее были датированы подписанные уже после отречения, т.е.


законные, указы о назначении верховным главнокомандующим снова великого князя Николая Николаевича, а председателем Совета министров — главу «Земгора» князя Г.Е. Львова. Посредством этих документов делегаты от Думы рассчитывали создать видимость преемственности военной и гражданской власти. Наутро, 3 марта, после переговоров в членами Временного комитета Госдумы, великий князь Михаил выступил с заявлением, в котором говорилось, что он мог бы взять власть только по воле народа, выраженной Учредительным собранием, избранным на основе всеобщего, равного, прямого и тайного голосования, а пока призвал всех граждан державы Российской подчиниться Временному правительству. По воспоминаниям Шульгина Родзянко был последним, с кем советовался великий князь перед тем, как подписать акт об отказе принять престол.

Керенский горячо жал несостоявшемуся императору руку, заявив, что расскажет всем, какой тот благородный человек. Ознакомившись с текстом акта, бывший царь записал в дневнике: «И кто только подсказал Мише такую гадость?»

300-летняя монархия Романовых (со второй половины XVIII в. — Голштейн-Готторп- Романовых) пала почти без сопротивления. В несколько дней Россия стала самой свободной страной в мире. Народ был вооружен и осознавал свою силу.

 

«ВО ИМЯ БЛАГА, СПОКОЙСТВИЯ И СПАСЕНИЯ ГОРЯЧО ЛЮБИМОЙ РОССИИ»

«За ранним обедом в доме Главнокомандующего, Генерал Рузский обратился ко мне и к Генералу Савичу, Главному Начальнику Снабжений армий фронта, с просьбой быть, вместе с ним, на послеобеденном докладе у Государя Императора.


  — Ваши мнения, как ближайших моих сотрудников, будут очень ценными, как подкрепление к моим доводам. — Государь уже осведомлен о том, что я приеду к нему с вами…

Возражать не приходилось и около 2 1/2 часов дня мы втроем уже входили в вагон к Государю. ….

Мы все очень волновались. — Государь обратился ко мне первому.

 — Ваше Императорское Величество, сказал я. — Мне хорошо известна сила Вашей любви к Родине. И я уверен, что ради нее, ради спасения династии и возможности доведения войны до благополучного конца, Вы принесете ту жертву, которую от Вас требует обстановка. Я не вижу другого выхода из положения, помимо намеченного Председателем Государственной Думы и поддерживаемого старшими начальниками Действующей армии!..

— А Вы какого мнения, обратился Государь к моему соседу Генералу Савичу, который видимо с трудом сдерживал душивший его порыв волнения.

— …Я, я… человек прямой,… о котором Вы, Ваше Величество, вероятно, слышали от Генерала Дедюлина (Бывший Дворцовый Комендант, личный друг Генерала С. С. Савича), пользовавшегося Вашим исключительным доверием… Я в полной мере присоединяюсь к тому, что доложил Вашему Величеству Генерал Данилов…

Наступило гробовое молчание… Государь подошел к столу и несколько раз, по-видимому не отдавая себе отчета, взглянул в вагонное окно, прикрытое занавеской. — Его лицо, обыкновенно малоподвижное, непроизвольно перекосилось каким-то никогда мною раньше не наблюдавшимся движением губ в сторону. — Видно было, что в душе его зреет какое то решение, дорого ему стоящее!…


Наступившая тишина ничем не нарушалась. — Двери и окна были плотно прикрыты. — Скорее бы… скорее кончиться этому ужасному молчанию!… Резким движением Император Николай вдруг повернулся к нам и твердым голосом произнес:

 — Я решился… Я решил отказаться от Престола в пользу моего сына Алексея… При этом он перекрестился широким крестом. — Перекрестились и мы…

 — Благодарю Вас всех за доблестную и верную службу. — Надеюсь, что она будет продолжаться и при моем сыне. 

Минута была глубоко-торжественная. Обняв Генерала Рузского и тепло пожав нам руки, Император медленными задерживающимися шагами прошел в свой вагон.

Мы, присутствовавшие при всей этой сцене, невольно преклонились перед той выдержкой, которая проявлена была только что отрекшимся Императором Николаем в эти тяжелые и ответственные минуты…

                     ***

Как это часто бывает после долгого напряжения, нервы как то сразу сдали… Я как в тумане помню, что, вслед за уходом Государя, кто-то вошел к нам и о чем то начал разговор. По-видимому, это были ближайшие к Царю лица… Все были готовы говорить о чем угодно, только не о тот, что являлось самым важным и самым главным в данную минуту… Впрочем, дряхлый граф Фредерикс, кажется, пытался сформулировать свои личные ощущения!.. Говорил еще кто то… и еще кто то… их почти не слушали…


Вдруг вошел сам Государь. — Он держал в руках два телеграфных бланка, которые передал Генералу Рузскому, с просьбой об их отправке.  Листки эти Главнокомандующим были переданы мне, для исполнения.

— «Нет той жертвы, которой я не принес бы во имя действительного блага и для спасения родимой матушки России. — Посему я готов отречься от Престола в пользу Моего Сына, с тем, чтобы он оставался при мне до совершеннолетия, при регентстве брата моего — Михаила Александровича». Такими словами, обращенными к Председателю Госуд. Думы, выражал Император Николай II принятое им решение.  — «Во имя блага, спокойствия и спасения горячо любимой России я готов отречься от Престола в пользу моего Сына. — Прошу всех служить ему верно и нелицемерно», осведомлял он о том же своего Начальника Штаба телеграммой в Ставку. Kaкие красивые порывы, подумал я, заложены в душе этого человека, все горе и несчастье которого в том, что он был дурно окружен!

Данилов Ю. Н. Мои воспоминания об Императоре Николае II-ом и Вел. Князе Михаиле Александровиче


 

ИЗ ДНЕВНИКА ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ II

«2-го марта [1917 г.]. Четверг. Утром пришел Рузский и прочел свой длиннейший разговор по аппарату с Родзянко. По его словам, положение в Петрограде таково, что теперь министерство из Думы будто бессильно что-либо сделать, т. к. с ним борется соц.-дем. партия в лице рабочего комитета. Нужно мое отречение. Рузский передал этот разговор в Ставку, а Алексеев всем главнокомандующим. К 2 1/2 [ч.] пришли ответы от всех. Суть та, что во имя спасения России и удержания армии на фронте в спокойствии нужно решиться на этот шаг. Я согласился. Из Ставки прислали проект манифеста. Вечером из Петрограда прибыли Гучков и Шульгин, с кот[орыми] я переговорил и передал им подписанный и переделанный манифест. В час ночи уехал из Пскова с тяжелым чувством пережитого. Кругом измена и трусость, и обман»

 

МАНИФЕСТ ОБ ОТРЕЧЕНИИ

Ставка               

Начальнику штаба

В дни великой борьбы с внешним врагом, стремящимся почти три года поработить нашу Родину, Господу Богу угодно было ниспослать России новое тяжкое испытание. Начавшиеся внутренние народные волнения грозят бедственно отразиться на дальнейшем ведении упорной войны. Судьба России, честь геройской нашей армии, благо народа, все будущее дорогого нашего Отечества требуют доведения войны во что бы то ни стало до победного конца.


стокий враг напрягает последние силы, и уже близок час, когда доблестная армия наша совместно со славными нашими союзниками сможет окончательно сломить врага. В эти решительные дни в жизни России почли мы долгом совести облегчить народу нашему тесное единение и сплочение всех сил народных для скорейшего достижения победы и в согласии с Государственной думою признали мы за благо отречься от престола государства Российского и сложить с себя верховную власть. Не желая расстаться с любимым сыном нашим, мы передаем наследие наше брату нашему великому князю Михаилу Александровичу и благословляем его на вступление на престол государства Российского. Заповедуем брату нашему править делами государственными в полном и ненарушимом единении с представителями народа в законодательных учреждениях на тех началах, кои будут ими установлены, принеся в том ненарушимую присягу. Во имя горячо любимой Родины призываем всех верных сынов Отечества к исполнению своего святого долга перед ним повиновением царю в тяжелую минуту всенародных испытаний и помочь ему вместе с представителями народа вывести государство Российское на путь победы, благоденствия и славы.

Да поможет Господь Бог России.

Подписал: Николай

г.Псков. 2 марта, 15 час. 1917 г.

Министр императорского двора генерал-адъютант граф Фредерикс.

Источник,  фото документа

 

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ АЛЕКСАНДРА МИХАЙЛОВИЧА


«Мой адъютант разбудил меня на рассвете. Он подал мне печатный лист. Это был манифест Государя об отречении. Никки отказался расстаться с Алексеем и отрекся в пользу Михаила Александровича. Я сидел в постели и перечитывал этот документ. Вероятно, Никки потерял рассудок. С каких пор Самодержец Всероссийский может отречься от данной ему Богом власти из-за мятежа в столице, вызванного недостатком хлеба? Измена Петроградского гарнизона? Но ведь в его распоряжении находилась пятнадцатимиллионная армия. — Все это, включая и его поездку в Петроград, казалось тогда в 1917 году совершенно невероятным. И продолжает мне казаться невероятным и до сих пор.

Я должен был одеться, чтобы пойти к Марии Федоровне и разбить ей сердце вестью об отречении сына. Мы заказали поезд в Ставку, так как получили тем временем известия, что Никки было дано «разрешение» вернуться в Ставку, чтобы проститься со своим штабом.

По приезде в Могилев, поезд наш поставили на «императорском пути», откуда Государь обычно отправлялся в столицу. Через минуту к станции подъехал автомобиль Никки. Он медленно прошел к платформе, поздоровался с двумя казаками конвоя, стоявшими у входа в вагон его матери, и вошел. Он быль бледен, но ничто другое в его внешности не говорило о том, что он был автором этого ужасного манифеста. Государь остался наедине с матерью в течение двух часов. Вдовствующая Императрица никогда мне потом не рассказала, о чем они говорили.


Когда меня вызвали к ним, Мария Федоровна сидела и плакала навзрыд, он же, неподвижно стоял, глядя себе под ноги и, конечно, курил. Мы обнялись. Я не знал, что ему сказать. Его спокойствие свидетельствовало о том, что он твердо верил в правильность принятого им решения, хотя и упрекал своего брата Михаила Александровича за то, что он своим отречением оставил Россию без Императора.

— Миша, не должен было этого делать, — наставительно закончил он. — Удивляюсь, кто дал ему такой странный совет».

Великий князь Александр Михайлович. Книга воспоминаний

Источник: histrf.ru

783265962983652352353.jpg

Одно из важнейших событий Великой Российской революции 1917 г. – отречение от престола императора Николая II. За 100-летний период, прошедший с февраля 1917 г., опубликовано множество воспоминаний и исследований, посвященных этой теме.

К сожалению, нередко глубокий анализ заменяли весьма категоричные оценки, основанные на эмоциональном восприятии тех давних событий. В частности, распространено мнение, что сам акт отречения не соответствовал действовавшим на момент его подписания законам Российской империи и вообще был сделан под серьезным давлением. Очевидно необходимо рассмотреть вопрос о правомерности или неправомерности самого отречения Николая II.

Нельзя категорически утверждать, что акт отречения есть следствие насилия, обмана и иных форм принуждения в отношении Николая II.

«Акт отречения, как явствует из обстановки подписания… не был свободным выражением Его воли, а посему является ничтожным и недействительным», 


– утверждали многие монархисты. Но данный тезис опровергается не только свидетельствами очевидцев (их можно приводить множество), но и собственными записями императора в дневнике (например, запись от 2 марта 1917 г).

«Утром пришел Рузский и прочел длиннейший разговор по аппарату с Родзянкой. По его словам, положение в Петрограде таково, что теперь министерство из Думы будто бессильно что-либо сделать, так как с ним борется соц.-дем. партия в лице рабочего комитета. Нужно мое отречение. Рузский передал этот разговор в Ставку, а Алексеев – всем главнокомандующим. К 2,5 часам пришли ответы от всех. Суть та, что во имя спасения России и удержания армии на фронте в спокойствии нужно решиться на этот шаг. Я согласился…»

(Дневники императора Николая II. М., 1991. С. 625).

«Нет той жертвы, которой я не принес бы во имя действительного блага и для спасения России», 

– эти слова из дневниковых записей государя и его телеграмм от 2 марта 1917 г. лучше всего объясняли его отношение к принятому решению.

9436985634865983465

Факт сознательного и добровольного отказа императора от престола не вызывал сомнений и у современников. Так, например, киевское отделение монархического «Правого центра» 18 мая 1917 г. отмечало, что «акт об отречении, написанный в высшей степени богоугодными и патриотическими словами, всенародно устанавливает полное и добровольное отречение… Объявлять, что это отречение лично исторгнуто насилием, было бы в высшей степени оскорбительно прежде всего к особе монарха, кроме того, совершенно не соответствует действительности, ибо государь отрекался под давлением обстоятельств, но тем не менее совершенно добровольно».

Но наиболее ярким документом, пожалуй, является прощальное слово к армии, написанное Николаем II 8 марта 1917 г. и изданное затем в форме приказа № 371. В нем в полном осознании совершенного говорится о передаче власти от монарха к Временному правительству.

«В последний раз обращаюсь к вам, горячо любимые мною войска, – писал император Николай II. – После отречения мною за себя и за сына моего от престола Российского власть передана Временному правительству, по почину Государственной думы возникшему. Да поможет ему Бог вести Россию по пути славы и благоденствия… Кто думает теперь о мире, кто желает его, тот – изменник Отечества, его предатель… Исполняйте же ваш долг, защищайте доблестно нашу великую Родину, повинуйтесь Временному правительству, слушайтесь ваших начальников, помните, что всякое ослабление порядка службы – только на руку врагу…»

(Корево Н. Н. Наследование престола по Основным государственным законам. Справка по некоторым вопросам, касающимся престолонаследия. Париж, 1922. С. 127–128).

Примечательна и оценка известных телеграмм от командующих фронтами, повлиявших на решение государя, в воспоминаниях генерал-квартирмейстера штаба Верховного главнокомандующего Ю. Н. Данилова, очевидца событий:

«И Временным комитетом членов Государственной думы, Ставкой и главнокомандующими фронтами вопрос об отречении… трактовался во имя сохранения России и доведения ею войны до конца не в качестве насильственного акта или какого-либо революционного “действа”, а с точки зрения вполне лояльного совета или ходатайства, окончательное решение по которому должно было исходить от самого императора. Таким образом, нельзя упрекать этих лиц, как это делают некоторые партийные деятели, в какой-либо измене или предательстве. Они только честно и откровенно выразили свое мнение, что актом добровольного отречения императора Николая II от престола могло быть, по их мнению, обеспечено достижение военного успеха и дальнейшее развитие русской государственности. Если они ошиблись, то в этом едва ли их вина…»

1 3171 453445455445434534

Конечно, следуя конспирологической теории заговора против Николая II, можно предположить, что принуждение могло быть применено к государю в случае непринятия им отречения. Но добровольное решение монарха отречься от престола исключало возможность принуждения его кем-либо к такому действию.

Уместно в этой связи привести запись вдовствующей императрицы Марии Федоровны, матери Николая II, из ее «памятной книжки»:

«…4/17 марта 1917 г. В 12 часов прибыли в Ставку, в Могилев, в страшную стужу и ураган. Дорогой Ники встретил меня на станции, мы отправились вместе в его дом, где был накрыт обед вместе со всеми. Там также были Фредерикс, Сергей Михайлович, Сандро, который приехал со мной, Граббе, Кира, Долгоруков, Воейков, Н. Лейхтенбергский и доктор Федоров. После обеда бедный Ники рассказал обо всех трагических событиях, случившихся за два дня. Он открыл мне свое кровоточащее сердце, мы оба плакали. Сначала пришла телеграмма от Родзянко, в которой говорилось, что он должен взять ситуацию с Думой в свои руки, чтобы поддержать порядок и остановить революцию; затем – чтобы спасти страну – предложил образовать новое правительство и… отречься от престола в пользу своего сына (невероятно!). Но Ники, естественно, не мог расстаться со своим сыном и передал трон Мише! Все генералы телеграфировали ему и советовали то же самое, и он, наконец, сдался и подписал манифест. Ники был невероятно спокоен и величествен в этом ужасно унизительном положении. Меня как будто ударили по голове, я ничего не могу понять! Возвратилась в 4 часа, разговаривали. Хорошо бы уехать в Крым. Настоящая подлость только ради захвата власти. Мы попрощались. Он настоящий рыцарь»

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 42. Л. 32).

Сторонники версии незаконности отречения заявляют об отсутствии соответствующего положения в системе российского государственного законодательства. Однако отречение от престола предусматривала статья 37 свода Основных законов 1906 г.:

«При действии правил… о порядке наследия престола лицу, имеющему на оный право, предоставляется свобода отрещись от сего права в таких обстоятельствах, когда за сим не предстоит никакого затруднения в дальнейшем наследовании престола».

Статья 38 подтверждала:

«Отречение таковое, когда оно будет обнародовано и обращено в закон, признается потом уже невозвратным».

Толкование этих двух статей в дореволюционной России, в отличие от толкования русского зарубежья и части наших современников, не вызывало сомнений. В курсе государственного права известного российского правоведа профессора Н. М. Коркунова отмечалось:

«Может ли уже вступивший на престол отречься от него? Так как царствующий государь, несомненно, имеет право на престол, а закон предоставляет всем, имеющим право на престол, и право отречения, то надо отвечать на это утвердительно…»

Аналогичную оценку содержал курс государственного права, написанный не менее известным российским правоведом, профессором Казанского университета В. В. Ивановским:

«По духу нашего законодательства… лицо, раз занявшее престол, может от него отречься, лишь бы по причине этого не последовало каких-либо затруднений в дальнейшем наследовании престола».

Но в эмиграции в 1924 г. бывший приват-доцент юридического факультета Московского университета М. В. Зызыкин, придавая особый, сакральный смысл статьям о престолонаследии, отделил «отречение от права на престол», которое, по его толкованию, возможно только для представителей правящего дома до начала царствования, от права на «отречение от престола», которым уже царствующие якобы не обладают. Но подобное утверждение условно. Господствующий император не исключался из царствующего дома, вступал на престол, имея на то все законные права, которые сохранял за собой в течение всего царствования.

Теперь об отречении за наследника – цесаревича Алексея Николаевича. Здесь важна последовательность событий. Напомним, что первоначальный текст акта соответствовал варианту, предписанному Основными законами, т. е. наследник должен был вступить на престол при регентстве брата императора – Михаила Романова.

1_img1554333434345.jpg

Российская история еще не знала фактов отречения одних членов царствующего дома за других. Однако это могло считаться неправомерным в случае, если осуществлялось бы за совершеннолетнего дееспособного члена императорской фамилии.

Но, во-первых, Николай II отрекался за своего сына Алексея, достигшего в феврале 1917 г. лишь 12,5 лет, а совершеннолетие наступало в 16. Сам несовершеннолетний наследник, разумеется, не мог принимать каких-либо политико-правовых актов. По оценке депутата IV Государственной думы, члена фракции октябристов Н. В. Савича,

«цесаревич Алексей Николаевич был еще ребенком, никаких решений, имеющих юридическую силу, он принимать не мог. Следовательно, не могло быть попыток заставить его отречься или отказаться занять престол».

Во-вторых, государь принял данное решение после консультаций с лейб-медиком профессором С. П. Федоровым, заявившим о неизлечимой болезни наследника (гемофилии). В связи с этим возможная кончина единственного сына до достижения им совершеннолетия стала бы тем самым «затруднением в дальнейшем наследовании престола», о котором предупреждала статья 37 Основных законов.

После состоявшегося отречения за цесаревича неразрешимых «затруднений в дальнейшем наследовании престола» акт от 2 марта 1917 г. не создавал. Теперь великий князь Михаил Александрович возглавил бы дом Романовых, а его наследники продолжили бы династию. По оценке современного историка А. Н. Каменского,

«манифест и телеграмма стали по существу законными документами тех лет и письменным указом об изменении закона о престолонаследии. Этими документами автоматически признавался и брак Михаила II с графиней Брасовой. Тем самым автоматически граф Георгий Брасов (сын Михаила Александровича – Георгий Михайлович. – В. Ц.) становился великим князем и наследником престола государства Российского».

Конечно, следует помнить о том, что на момент составления и подписания акта об отречении государь не мог знать о намерении своего младшего брата (бывшего в те дни в Петрограде) не принимать престола до решения Учредительного собрания…

И последний довод в пользу незаконности отречения. Мог ли император принимать данное решение в соответствии со своим статусом главы государства, ведь Российская империя после 1905 г. – это уже думская монархия, и законодательная власть разделялась царем с законодательными учреждениями – Государственным советом и Государственной думой?

Ответ дает статья 10 Основных законов, которая устанавливала приоритет государя в исполнительной власти:

«Власть управления во всем ее объеме принадлежит государю императору в пределах всего государства Российского. В управлении верховном власть его действует непосредственно (т. е. не требует согласования с какими-либо структурами. – В. Ц.); в делах же управления подчиненного определенная степень власти вверяется от него, согласно закону, подлежащим местам и лицам, действующим его именем и по его повелениям».

Особое значение имела также 11-я статья, позволяющая издавать нормативные акты единолично:

«Государь император в порядке верховного управления издает в соответствии с законами указы для устройства и приведения в действие различных частей государственного управления, а равно повеления, необходимые для исполнения законов».

Разумеется, эти единолично принятые акты не могли менять сути Основных законов.

Н. М. Коркунов отмечал, что указы и повеления, издаваемые «в порядке верховного управления», носили законодательный характер и не нарушали нормы государственного права. Акт отречения не менял системы власти, утвержденной Основными законами, сохраняя монархический строй.

11_img1343443344354.jpg

Интересную психологическую оценку этому акту дал известный русский монархист В. И. Гурко:

«…Русский самодержавный царь не имеет права чем-либо ограничивать свою власть… Николай II почитал себя вправе отречься от престола, но не вправе сократить пределы своих царских полномочий…»

В акте об отречении не нарушалась и формальная сторона. Он был скреплен подписью «подлежащего министра», так как по статусу министр императорского двора генерал-адъютант граф В. Б. Фредерикс скреплял все акты, касавшиеся и «учреждения об императорской фамилии», и имевшие отношение к престолонаследию. Не меняли сути документа ни карандашная подпись государя (впоследствии защищенная лаком на одном из экземпляров), ни цвет чернил или графита.

Что касается формальной процедуры окончательной легализации – утверждения акта Правительствующим сенатом, – то с этой стороны затруднений не возникло. 5 марта 1917 г. новый министр юстиции А. Ф. Керенский передал обер-прокурору П. Б. Врасскому акт об отречении Николая II и акт о «непринятии престола» великим князем Михаилом Александровичем. Как вспоминали участники этого заседания,

«рассмотрев предложенный на его обсуждение вопрос, Правительствующий сенат определил распубликовать оба акта в “Собрании узаконений и распоряжений правительства” и сообщить об этом указами всем подчиненным Cенату должностным лицам и правительственным местам. Оба акта приняты Сенатом для хранения на вечные времена».

В условиях продолжающейся войны важнейшим делом становилась победа над врагом. Ради блага Родины, по существу, – ради этой победы отрекался от престола государь. Ради нее он призывал своих подданных, солдат и офицеров, принести новую присягу.

Формально-правовое толкование законности или незаконности отречения никак не умаляло нравственного подвига государя. Ведь участники тех далеких событий – не бездушные субъекты права, не «заложники монархической идеи», а живые люди. Что было важнее: соблюдение обетов, данных при венчании на царство, или сохранение стабильности, порядка, сохранение целостности вверенного государства, столь необходимые для победы на фронте, в чем его убеждали члены Государственной думы и командующие фронтами? Что важнее: кровавое подавление «бунта» или предотвращение, пусть и ненадолго, надвигавшейся «трагедии братоубийства»?

Для государя-страстотерпца стала очевидной невозможность «переступить через кровь» во время войны. Он не желал удерживать престол насилием, не считаясь с количеством жертв…

«В последнем православном российском монархе и членах его семьи мы видим людей, стремившихся воплотить в своей жизни заповеди Евангелия. В страданиях, перенесенных царской семьей в заточении с кротостью, терпением и смирением, в их мученической кончине в Екатеринбурге в ночь на 4/17 июля 1918 г. был явлен побеждающий свет Христовой веры, подобно тому, как он воссиял в жизни и смерти миллионов православных христиан, претерпевших гонение за Христа в ХХ веке»,

– так оценивался нравственный подвиг императора Николая II в определении Архиерейского собора Русской православной церкви о прославлении новомучеников и исповедников российских ХХ века (13–16 августа 2000 г.).

Василий Цветков,
доктор исторических наук

Источник: historyrussia.org

Захват поезда

Пётр Мультатули: — 4 марта 1917 года практически во всех газетах был опубликован Манифест об отречении императора Николая II от престола в пользу своего брата великого князя Михаила Александровича. Однако оригинала никто не видел вплоть… до 1928 г., когда он был обнаружен в архиве Академии наук в Ленинграде. Это был набранный на печатной машинке текст, где подпись Николая II сделана карандашом (!). Отсутствуют титул императора и личная императорская печать. Вот этот самый документ до сих пор считается оригиналом манифеста и хранится в Госархиве РФ! Понятно, что документы госважности никогда не подписывались государем карандашом. В 2006 г. исследователь Андрей Разумов фактически доказал, что «карандашная подпись» взята с Приказа Николая II по армии и флоту от 1915 г. «Переведена» по специальной технологии. На манифесте есть ещё и подпись министра императорского двора графа Фредерикса. Эта подпись тоже написана карандашом и обведена пером. А когда Фредерикс был допрошен чрезвычайной следственной комиссией Временного правительства, он заявил: «Меня не было в тот момент рядом с императором». Этот допрос задокументирован.

«AиФ»: — Что же было на самом деле?

П. М.: — К февралю 1917 г. уже год как готовился заговор по свержению Николая II. Этим занимались верхушка Государственной думы (её председатель Родзянко, лидер кадетов Милюков, промышленник Коновалов, представитель революционного крыла Думы Керенский), руководство военно-промышленных комитетов (Гучков) и представители Ставки (генералы Алексеев, Рузский, Брусилов). На переворот их толкало самонадеянное представление, что они смогут лучше управлять Россией, чем царь. Заговорщиков поддерживали правящие круги некоторых западных стран. Верх взяли силы, стремящиеся упразднить монархию. Для этого нужно было отречение в пользу кандидата, который, с одной стороны, вроде бы имел право на престол, а с другой — при желании это право можно было оспорить. Таким был брат императора великий князь Михаил Александрович. После того как в 1912 г. он женился на дважды разведённой Наталии Вульферт, его потомство лишилось прав на престол. А сам Михаил — права стать правителем государства в случае смерти Николая II. Мог ли Николай II добровольно передать престол в руки такого человека? Конечно нет! По действующему закону император вообще не мог отречься!

«AиФ»: — Как же тогда заговорщики добивались отречения?

П. М.: — Начальник штаба генерал Алексеев выманил царя из Петрограда в Ставку с тем, чтобы по дороге состав был захвачен. Вопреки устоявшемуся представлению Николай II был лишён свободы не 8 марта 1917 г. в Могилёве, а ночью 28 февраля в Малой Вишере. Императорский поезд не смог проехать на Тосно и далее на Царское Село не потому, что «революционные войска» перекрыли железнодорожные пути, как нам долго лгали, а потому, что в Малой Вишере поезд был насильственно отправлен заговорщиками в г. Дно, а затем в Псков. С 28 февраля Николай II был полностью блокирован. Одновременно в Петрограде в квартире князя Путятина на Миллионной улице был блокирован великий князь Михаил Александрович. В Пскове царский поезд был взят под жёсткий контроль активным заговорщиком генерал-адъютантом Рузским, главнокомандующим армиями Северного фронта. Никто не мог попасть к императору без его разрешения. Вот в таких условиях состоялось «подписание» государем так называемого «отречения». По опубликованным воспоминаниям заговорщиков, государь ушёл в кабинет, а потом вернулся с несколькими «четвертушками» (бланки для телеграмм), на которых и был напечатан текст манифеста. вы можете представить себе императора, печатающего на машинке, подобно машинистке? Говорят, что император сам составил манифест. На самом деле документ был написан Рузским и Родзянко за несколько дней до событий. Государь его даже не видел. Подпись императора подделали. После «написания» манифеста об отречении 8 марта 1917 г. императора арестовывают официально. Заговорщики испугались, что, если государь выйдет из-под контроля, он сразу же заговорит и опровергнет своё отречение. Император до самой кончины был под жёстким домашним арестом.

Крест за Россию

«AиФ»: — Но есть дневники Николая II, в которых он признаётся, что отрёкся от престола.

П. М.: — Что касается дневников, то есть серьёзные опасения, что в них большевики внесли подделки. Подруга императрицы Анна Вырубова в воспоминаниях, изданных в 20-е годы за рубежом, писала, что царь, когда его доставили в Александровский дворец, сказал ей: «Эти события в Пскове меня так потрясли, что я все эти дни не мог вести свой дневник». Возникает вопрос: кто их тогда вёл? Кроме того, из дневников Николая II получается, что он не знал ни времени своего отъезда из Пскова в Ставку, ни прибытия в Могилёв, так как время отбытия и прибытия, указанное в дневнике, не совпадает с временем, указанным в документах Ставки.

«AиФ»: — Почему император не попробовал бежать?

П. М.: — Николай II был православным человеком. Когда он, отказавшийся подписывать любые бумажки с отречением, узнал, что, несмотря на это, манифест от его имени всё же был опубликован, то воспринял это как волю Божию и не стал бороться за власть. Он и его семья понесли свой крест мученичества за Россию.

Комментарий эксперта

Владимир Лавров, д. и. н., замдиректора Института российской истории РАН:

— В советское время тема отречения Николая II была закрытой. Историки доверяли свидетельствам людей, которые и совершали переворот, то есть воспроизводилась их версия событий. Сегодня историческая наука выходит на другой уровень — проводится анализ достоверности документов, в том числе и так называемого манифеста об отречении. Анализ подводит к поистине сенсационному выводу о том, что отречения в действительности не было.

Досье

Пётр Мультатули, историк, родился в 1969 году в городе Ленинграде. Его прадед мученически погиб с царской семьёй в Ипатьевском доме. Автор четырёх книг об императоре Николае II. Сейчас готовится к печати его книга «Николай II. Отречение, которого не было».

Источник: www.aif.ru

Правление последнего императора России: особенности

Для того чтобы понять, что именно привело к отречению Николая 2 от престола (дату этого события мы укажем немного позже), необходимо дать краткую характеристику всему периоду его правления.

На престол молодой император взошел после смерти своего отца Александра III. Многие историки считают, что морально самодержец не был готов к тем событиям, к которым семимильными шагами подходила Россия. Император Николай II был уверен, что для спасения страны необходимо четко придерживаться монархических устоев, которые сформировали еще его предшественники. Он с трудом воспринимал любые реформаторские идеи и недооценивал революционное движение, охватившее в этот период многие европейские державы.

В России с момента восхождения на престол Николая 2 (двадцатого октября 1894 года) постепенно нарастали революционные настроения. Народ требовал от императора реформ, которые удовлетворили бы интересы всех слоев общества. После продолжительных раздумий самодержец подписал несколько указов, дарующих свободу слова и совести, и редактирующих законы о разделении законодательной власти в стране.

На некоторое время эти действия потушили разгорающийся революционный пожар. Однако в 1914 году Российская империя оказалась втянута в войну и ситуация резко изменилась.

Первая мировая война: влияние на внутриполитическую обстановку в России

Многие ученые считают, что дата отречения Николая 2 от престола просто не существовала бы в российской истории, если бы не военные действия, которые оказались губительными в первую очередь для экономики империи.

Три года войны с Германией и Австрией стали настоящим испытанием для народа. Каждое новое поражение на фронте, вызывало недовольство простых людей. Экономика находилась в плачевном состоянии, что сопровождалось разрухой и обнищанием большей части населения страны.

Не единожды в городах поднимались восстания рабочих, которые на несколько дней парализовывали деятельность заводов и фабрик. Впрочем, сам император относился к подобным выступлениям и проявлениям народного отчаяния как ко временным и быстропроходящим недовольствам. Многие историки считают, что именно эта беззаботность и привела в дальнейшем к событиям, апогей которых пришелся на 2 марта 1917 года.

Николай 2 отрекся от престола дата«>

Могилев: начало конца Российской империи

Для многих ученых до сих пор остается странным тот факт, что российская монархия рухнула в одночасье — практически за неделю. Этого времени оказалось достаточно, чтобы привести народ к революции, а императора — к подписанию документа об отречении.

Началом кровавых событий послужил отъезд Николая 2 в Ставку, расположенную в городе Могилеве. Поводом оставить Царское Село, где находилась вся императорская семья, послужила телеграмма генерала Алексеева. В ней он сообщал о необходимости личного визита императора, причем чем обусловлена такая срочность, генерал не пояснил. Удивительно, но до сих пор историки не выяснили факт, заставивший Николая 2 выехать из Царского Села и направиться в Могилев.

Однако 22 февраля императорский поезд отправился под охраной в Ставку, перед поездкой самодержец беседовал с министром внутренних дел, который обрисовал обстановку в Петрограде как спокойную.

Через сутки после отъезда из Царского Села Николай II прибыл в Могилев. С этого мгновения начался второй акт кровавой исторической драмы, разрушившей Российскую империю.

Февральские волнения

Утро двадцать третьего февраля ознаменовалось забастовками рабочих в Петрограде. На улицы города вышло около ста тысяч людей, на следующий день их количество уже превысило двести тысяч рабочих и членов их семей.

Интересно, что первые два дня никто из министров не сообщал императору о творящихся бесчинствах. Лишь 25 февраля в Ставку улетели две телеграммы, которые, впрочем, не раскрывали истинного положения вещей. Николай 2 отреагировал на них довольно спокойно и приказал немедленно решить вопрос с помощью сил правопорядка и оружия.

С каждым днем волна народного недовольства росла и к двадцать шестому февраля в Петрограде была распущена Государственная дума. Императору было отправлено сообщение, где подробно описывался весь ужас положения в городе. Однако Николай 2 воспринял это как преувеличение и даже не ответил на телеграмму.

В Петрограде начались вооруженные столкновения рабочих и военных. Количество раненых и убитых быстро росло, город был полностью парализован. Но даже это не заставило императора как-то отреагировать. На улицах начали звучать лозунги о свержении монарха.

Николай 2 отрекся от престола дата«>

Восстание военных частей

Историки считают, что 27 февраля волнения приняли необратимый характер. Решить проблему и утихомирить людей мирно уже не представлялось возможным.

С утра к бастующим рабочим начали присоединяться военные гарнизоны. На пути толпы сметались все преграды, мятежники захватывали оружейные склады, открывали двери тюрем и сжигали государственные учреждения.

Император был полностью осведомлен о происходящем, но не выдал ни одного вразумительного распоряжения. Время стремительно уходило, однако в Ставке все еще ждали решения самодержца, которое сумело бы удовлетворить мятежников.

Брат императора сообщил ему о необходимости издания манифеста о смене власти и опубликовании нескольких программных тезисов, позволивших бы успокоить народ. Однако Николай 2 заявил о том, что планирует отложить принятие важного решения до приезда в Царское Село. 28 февраля императорский поезд выдвинулся из Ставки.

Николай 2 отрекся от престола дата«>

Псков: роковая остановка на пути в Царское Село

В связи с тем, что восстание начало разрастаться за пределы Петрограда, императорский железнодорожный состав не смог доехать до пункта назначения и, развернувшись на полпути, был вынужден остановиться в Пскове.

Первого марта было окончательно ясно, что восстание в Петрограде оказалось успешным и под контроль мятежников попали все объекты инфраструктуры. В российские города полетели телеграммы с описанием произошедших событий. Новая власть брала под контроль железнодорожное сообщение, тщательно охраняя подступы к Петрограду.

Забастовки и вооруженные столкновения охватили Москву и Кронштадт, император был достаточно хорошо информирован о происходящем, но не мог решиться на кардинальные действия, которые могли бы исправить ситуацию. Самодержец постоянно проводил совещания с министрами и генералами, советуясь и рассматривая различные варианты решения проблемы.

Ко второму марта император утвердился в мысли об отказе от престола в пользу своего сына Алексея.

Николай 2 отрекся от престола дата«>

«Мы, Николай Второй»: отречение

Историки утверждают, что в первую очередь императора волновала сохранность царской династии. Он уже понимал, что удержать власть в своих руках ему не удастся, тем более что его соратники видели единственный выход из сложившейся ситуации именно в отречении от престола.

Стоит отметить, что в этот период Николай 2 все еще надеялся утихомирить восставших некоторыми реформами, но нужное время было упущено, и спасти империю мог только добровольный отказ от власти в пользу других лиц.

«Мы, Николай Второй» — именно так начинался документ, предопределивший судьбу России. Однако и здесь историки не могут сойтись во мнении, ведь многие читают, что манифест не имел никакой законной силы.

Николай 2 отрекся от престола дата«>

Манифест Николая 2 об отречении от престола: версии

Известно, что документ об отречении подписывался дважды. Первый содержал информацию о том, что император отказывается от своей власти в пользу цесаревича Алексея. Так как он не мог самостоятельно управлять страной в силу возраста, то его регентом должен был стать Михаил — брат императора. Манифест был подписан ориентировочно в четыре часа дня, тогда же генералу Алексееву отправилась телеграмма, сообщающая о свершившемся событии.

Однако практически в двенадцать часов ночи Николай Второй изменил текст документа и отрекся от престола за себя и своего сына. Власть была отдана Михаилу Романовичу, который, впрочем, на следующий же день подписал еще один документ об отречении, решив не подвергать свою жизнь опасности в условиях растущих революционных настроений.

Николай Второй: причины отказа от власти

Причины отречения Николая 2 от престола обсуждаются до сих пор, но данная тема включена во все учебники по истории и даже встречается при сдаче ЕГЭ. Официально считается, что подписать документ императора подтолкнули следующие факторы:

  • нежелание проливать кровь и боязнь ввергнуть страну в еще одну войну;
  • невозможность получать достоверную информацию о восстании в Петрограде вовремя;
  • доверие к своим главнокомандующим, активно советующим опубликовать отречение от власти как можно скорее;
  • желание сохранить династию Романовых.

В целом любая из вышеперечисленных причин сама по себе и все вместе в совокупности могли послужить тому, что самодержец принял для себя важное и тяжелое решение. Как бы то ни было, но дата отречения Николая 2 от престола стала началом самого тяжелого периода в истории России.

Империя после манифеста императора: краткая характеристика

Последствия отречения Николая 2 от престола оказались катастрофическими для России. Их трудно описать в двух словах, однако можно сказать, что страна, которая считалась великой державой, перестала существовать.

За последующие годы она была ввергнута во многочисленные внутренние конфликты, разруху и попытки выстроить новую ветвь власти. В конечном итоге именно это привело к управлению большевиков, сумевших удержать в своих руках огромную страну.

Николай 2 отрекся от престола дата«>

Но для самого императора и его семьи отречение от престола стало роковым — в июле 1918 года Романовы были жестоко убиты в темном и сыром подвале дома в Екатеринбурге. Империя перестала существовать.

Источник: www.syl.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.